Школьная проверка

Рабочий день у Павла начался с объявления директора о том, что сегодня приезжает школьная проверка и не абы какая, а сам Министр просвещения - Сергей Кравцов. Учителя сразу же зашепатились. Павел лишь подложил кулак под щëку, опираясь на него и прислушиваясь к шëпоту коллег. Ничего особенно интересного он не услышал, кроме очевидного факта, что кто-то будет проводить открытый урок. Само собой открытый урок должен был проводить директор и ещë несколько учителей ( не счастливчиков ) среди которых оказался... Павел? Эта новость поспособствовала быстрому подъему с полулежащего положения на парте. – Ну у Павла Викторовича и дети на уроках тихо сидят, и сам он интересные уроки проводит, – Поясняет свой выбор директор. И всë бы ничего, вот только у Павла есть блог в соц. сетях, о котором знают несколько коллег, а значит узнать об этом министру просвещения не составило бы никакого труда. Выбора у него не было, придëтся вести. Ещë и как назло министр решил к нему последним уроком наведаться. Делать нечего придется ждать "судьбы" если можно так сказать... "Видимо всë-таки придется писать увольнительную," – Думает про себя Павел, уже находясь в дверях своего кабинета.

***

Время пролетело быстро ( даже слишком ) вот и настал последний урок у 7-а класса. Сегодняшней темой урока было повторение правил с пятого и шестого класса. Павел сразу же наметил в журнале отличницу и ещё несколько хорошистов, чтобы они выходили к доске. "Нет, блин, двоечника мне на открытом уроке вызвать," – Вздыхает Павел. Но вот звенит звонок, начинается урок, дети ( которые уже в курсе того, что в школе проверка ) быстро прибегают в кабинет и рассаживаются по местам. Самым последним входит Кравцов... О, какая долгожданная встреча. Глаза Павла сразу же цепляются за мужчину в костюме. Он усаживается за последнюю парту. Интересно, а зачем он вообще здесь сидит? Решил общий уровень образования проверить? В Подмосковной то школе. Чëрт, он уже слишком долго молчит и откровенно пялится. Астапов поднимается со своего места, успокаивается ( старается по-крайней мере ), в мыслях только то, что он должен вести свой урок как обычно, лишь с некоторыми правками. Не критично. – Так, ребят, записываем число, "Классная работа". Сегодня мы снова займемся повторением, а на следующем уроке будет диктант. Так что советую всем постараться, чтобы все вспомнить. – Голос подрагивает еле заметно, дети не слышал таких изменений в голосе, а вот взрослый человек услышать их мог... – Итак... У нас давно к доске не ходила... Катя! – Первой идет отличница. Активная девочка, все правила знает, точно не "опозорит" честь учителя и честь школы. Девочка уже все стерла с доски и ждала слов или предложений, пока Павел открывал книгу. – Записываем, выделяем орфограммы, про себя объясняем. – Все как всегда, только не смотри на задние парты. – Грузчик , – Наконец произносит первое слово Астапов. – Здесь "Зося ждëт", – Произносит маленькая девочка, выделяя суффикс и подчёркивая нужную букву. Так Павел произносит ещë с десяток слов. Отличница все записывает и объясняет явно непонятными терминами ( если их можно так назвать ) для Кравцова. У него на лице это написано. Сам Павел на него старается не смотреть, в отличии от самого министра, тот откровенно пялится на Павла с начала урока, будто ожидая, что учитель подойдет к нему и начнет всë объяснять. Да Павел даже на сантиметр к нему не приблизиться! Он смущается, стоило бы Кравцову так за системой образования наблюдать, глядишь всю бы уже насквозь прознал. – Хорошо, молодец, а сейчас к доске выйдет Вася. – И пока Павел отворачивается от доски, снова ловит на себе чужой взгляд и на этот раз не стесняется и не боится ответить на него. "Что за глупые игры в гляделки?" - Спрашивает у самого себя Павел, глядя в глубокие голубые глаза министра. Тот смотрит на него задумчиво, расплагающе к себе, опирается головой об руку. Павел же беспринципно, ожидая подвоха, но его ученик уже вышел к доске и не следует заставлять его ждать. – Записывай предложение, - Павлу приходится отвлечься от гляделок, отвернувшись к доске. – Вот и осень, теперь жди зимы. Сделай его синтаксический разбор. - Интересно, а министр понял слово "синтаксический" или ему это стоит разъяснить после урока? Павел усмехается, негоже ему так думать о министре просвещения, жаль что министр просвещения вообще никак об учителях не думает. Так и проходит весь урок. Тишина, только слова учителя, объяснения учеников. Красота. Нет, на уроках Павла дети всегда вели себя тихо, однако столь поражающей, загробной тишины не было. А вот Кравцов всë никак не сводит глаз с Павла, даже на доску не смотрит и пребывает в своём собственном мире. Астапову больше дела нет, осталось пара минут до звонка и рабочий день будет почти закончен. Стоит только разобраться с отчетами и тетрадями, которые он не успел проверить. И вот звонок, столь долгожданный детьми и учителем. Павел выдыхает, вот и работа с детьми подошла к концу. Они уходят, а вот Кравцов уходить не спешит. Павел озадачивается. Неужто Астапов ему настолько понравился? Несколько самодовольно думает про себя Павел и ухмыляется. Но ухмылка довольно скоро спадает с его лица, когда он видит, что Сергей приближается к нему. Он незамедлительно встает, сам не понимая зачем, но Кравцов преграждает дорогу. – Сергей Сергеевич, вам что-то нужно? – Говорит Павел с долей пренебрежения, хотя тон скорее можно посчитать услужливым. Хоть бы он так не посчитал, но и сказать всë то, что Павел думает о Кравцове в слух было бы лишним. – Да, Павел, – Видимо министр считает излишним обращаться к учителю по Имени и Отчеству. Но в словах его можно прознать интерес. Неужели действительно придется слово "синтаксический" объяснять? Чëрт Павла за язык тянул, хоть и в мыслях. – Мне всë не терпелось спросить, что мы с вами в гляделки пол урока играли? – У Павла будто земля уходит из под ног. Действительно, чего бы это?! А то, что весь урок он сам пялился на Астапова, ему видимо плевать, ну спасибо, что хоть не про блог его решил упомянуть. – К слову наслышан о вашем блоге, не боитесь за экстремиста сойти? –Гаденько ухмыляется министр. Чëрт Павла за язык дëрнул, хоть и в мыслях. – А вам так хочется по скорее от неугодных себе избавиться? – Игнорирует первый вопрос Астапов, первым делом отвечая на второй. Вопросом. Хотя скорее утвержерием с вопросительными нотками. На усмешку он никак не реагирует, держится максимально серьезно. – Пусть так, и что с того? В моих руках власть, а в ваших ничего. – Продолжает ухмыляться Кравцов. Нет, это просто невыносимо. Мало того, что он решил видимо пренебречь своей властью, ещё и смеет Павла за никого считать. Очень захотелось плюнуть министру прямо в лицо, однако делать этого Павел не стал, лишь в отвращение отвернулся. Только сейчас Павел заметил как всë таки близко они стоят, Кравцов практически прижимает Астапова к столу, на который он с легкостью мог бы сесть, если министр двинется его ближе. Неловко. Павел вновь поворачивается, чтобы заметить. – По крайней мере я сейчас не кичусь своей властью и считать умею. Иначе как у вас вычитая из 355 тысяч 370 тысяч получилось 90? – Тут уже усмехается Павел. Колкостью на колкость. Или оскорблением? Ухмылка спадает с чужого лица, а вот рука притягивает Астапова за подбородок к себе. Тут уже Павел перестаëт ухмыляться, и видимо от шока, ничего не делает. Кажется министр хочет что-то сказать, однако молчит. Павел терпит эту пытку ещë несколько секунд, пока чужие губы не впиваются в его собственные. Это было тянуще. Совсем неожиданно. Языки их быстро переплетаются, и также быстро министр отстраняется. Вторая его рука скользит по задней части колена Павла. Это было незабываемо. Это было жадно и настойчиво, но это было резко и не самым приятным образом. И власть была отнюдь не в руках ( или языке? ) учителя литературы и русского языка. Павел ошарашено смотрит на Кравцова, тот вновь ухмыляется. Павел убирает чужую со своего колена, всë ещë прибывая в шоке. Министр быстро освобождает Павла от своего присутствия. – До скорых встреч, экстремист, – Произносит Сергей на последок, оставляя Павла в раздумьях.