На краю горы

—Хёнджин, где Джисон? — Минхо догоняет младшего, кладя руку ему на плечо. —Он в столовой. Я как раз к нему иду, пойдёшь со мной? Он сказал, что у него трагедия какая-то. —Конечно пойду! Столовая университета находилась на первом этаже, поэтому, парни, преодолевая лестницу и коридоры, отворяют двери столовой, от чего в нос сразу ударяет запах еды. —Феликс, я не хочу так жить, — Джисон встаёт с места и берет в руки вилку. — Я не могу жить дальше после этого... —Ханчик, успокойся! Всего лишь закончились чизкейки, подумаешь! —Нет, не подумаешь! Я прямо сейчас пойду и украду у кого-нибудь его! Какая-то гадина купила мой, — он выделяет последнее слово,— чизкейк! Белый, красивый, мягкий и вкусный... —Я тебе пять таких куплю! — Феликс тянет обратно на стул своего друга, напрягаясь из-за чужих взглядов. —Что за шум, а драки нет? — Хёнджин подходит к столу и садится напротив Джисона, приветливо ему улыбаясь. — Мы с Минхо-хёном услышали о какой-то трагедии и пришли к вам на помощь —С Минхо? — Феликс выгибает одну бровь. —Ну да, вот же... — Хван поворачивает свою голову в поисках старшего, но тот растворился, будто и вовсе не шёл всё это время с ним. — Он только что был здесь! —Я сделаю вид, что поверил тебе. В общем, у Ханчика нет чизкейка, — переводит он тему и трясёт друга за плечо, который считает, сколько горошка у него в тарелке. —Почему нет, когда есть? — Минхо, словно призрак появляется около их стола, заставляя всех дёрнуться от страха. Он ставит на стол тарелку с чизкейком и двигает её ближе к Хану, — Твоё? —Чизкейк! — глаза Джисона расширяются, готовые раскидываться искрами, а уголки губ поднимаются, расплываясь в открытой от удивления улыбке. Он оглядывает Хо блестящими глазами и засыпает его кучей слов благодарности. —Боже мой, где ты его взял? — Чонин отлипает от телефона и кладёт его на стол. —Украл у Чанбина, — честно признаётся он. —Украл у кого?! — Ян облокачивается на стол, наклоняясь в сторону Минхо. — Да он тебя в порошок сотрёт! —Пусть только попробует. **** Джисон возвращается вечером в комнату, захлопывая за собой дверь, а на его лице неясная эмоция. —Джисон, ты чего? — Сынмин оглядывает друга, который молча разувается и проходит в глубь комнаты, становясь около первой кровати (сынмина). —Минхо-хён уделял мне сегодня больше внимания, чем когда-либо, — потихоньку начинает отмирать Хан. — Он ходил за мной почти каждую перемену, ждал меня целую пару и... Мы сходили в кино? — он бегает глазами по комнате, цепляясь то за Чонина, который украдкой смотрит на него с улыбкой, то за Феликса, который отложил своё домашнее задание и внимательно слушал Хана. —Он позвал меня в кино! Мы ходили на какую-то комедию, я не совсем вслушивался в фильм. Я слушал его истории, которые он не рассказывал раньше, и он улыбался! Он улыбался мне! Сынмин переглядывается с Чонином, и на лице проскакивает улыбка, которая открывает вид на брекеты, к которым он так привык за три года. Ким наклоняет голову в сторону, как бы говоря ему повернуться. —Это ещё не всё. —Ты о чём? — Хан переводит свой взгляд на свою кровать (куда указывал Сынмин) и замечает на ней коробочку. —Что это? —парень неспеша подходит ближе и замечает через прозрачный верх коробки два разных кусочка чизкейка. Он берёт в руки эту хрупкую розовую коробочку и ставит на стол, медленно снимая крышку. —Минхо, пока ждал тебя с пары, купил их и принёс сюда, — Чонин с тёплой улыбкой на лице наблюдает за Джисоном и втихую его фоткает, чтобы позже скинуть эту фотографию Минхо. — Какие там чизкейки хоть? —С орехами и вишнёво-шоколадный, — Хан поднимает на них свой взгляд и прищуривается. — Вы ему что-то сказали, да? Вы ему рассказали, что я сохну по нему, да? —Мы ничего не делали! Может у него там перемкнуло что-то, но мы молчали! **** —Ты заболел? — Джисон подсаживается к Минхо на перемене, когда тот сидел и писал что-то в тетради. — Выглядишь неважно. —Я спал час. —Час?! — Хан округляет глаза. — Хён, так нельзя, переутомление будет. —Этот идиот спит по часу уже неделю, — Сынмин, сидящий рядом, недовольно фыркает и слегка толкает друга в плечо. — Он как неживой. —Неделю назад хорошо всё было, мы и в кино ходили, и гуляли. Что произошло за это время? —У меня нос заложен, — Ли закрывает свою тетрадку и встаёт с места, — пойду спрей возьму, — он игнорирует вопрос Джисона и направляется в сторону аудитории, где лежит его портфель. Только вот.. До аудитории он не доходит. На весь коридор слышится визг какой-то девушки, и возле неё тут же собирается толпа людей. Джисон и Сынмин — одни из них. —Минхо?! Минхо! Чёрт возьми, да позовите вы уже преподавателей! — Феликс своим низким, басистым голосом рычит на людей вокруг, и они тут же разбегаются в разные стороны в поисках преподавателей. —Феликс-хён..? — Джисон стоит за спиной белокурого, от чего плечи того заметно напрягаются. —Ханчик, не беспокойся, с ним всё хорошо будет, — Ликс поворачивает свою голову и замечает скопление слёз у глаз белки. — Боже, парень, почему ты такой эмоциональный...? Сынмин, уведи его. —Джисон, пойдём. —Нет, я останусь. —Тебя всё равно вместе с ним в скорую не пустят, ты ему никто, — Феликс заместо раздражается, замечая упрямство друга, которое тут ни к месту. —А тебя пустят значит?! —Пустят, представляешь, Джисон. —Почему? Почему меня не могут пустить с ним, а тебя могут? Ты такой особенный? Почему вдруг тебя пустят?! — Хан заметно переходит на крик, нервы начали вырываться наружу. —Успокойся, Джисон! — Сынмин держит младшего за руки, но тот вырывается. —Я не успокоюсь, пока он не скажет, почему возомнил себя особенным! —Да потому что я его брат! — Феликс срывается на крик, заткнув Ханчика. — Я его брат, понятно тебе?! Так ты можешь взять себя в руки и свалить нахуй?! — Он игнорирует подоспевших преподавателей, игнорирует вылетевший мат. Он лишь сидит на коленях, на которые положил голову Минхо, и слегка поглаживает его волосы. —Джисон, я говорю тебе, пойдём отсюда, — Киму все таки удаётся увести парня подальше, пока тот пребывал в шоковом состоянии. **** —Вы знали, что они братья?! — Джисон появляется в столовой перез пару около стола Сынмина и Чонина. —Ты о чём? — Хёнджин стоит позади него и, если честно, не до конца понимает, что к чему. В ту перемену он находился в библиотеке —Сынмин ничего не знал, — Чонин отрывается от еды и, как ни в чём не бывало, заявляет, — а я понял это самый первый, когда узнал, что Минхо из детдома, а бабушка Феликса говорила, что его родители отдали брата Феликса в детдом. А потом Феликс сделал ДНК тест. —И вы молчали...? —Слушай, об этом даже Минхо не знает, — Ян возвращается к еде, набивая рот рисом. — Сегодня узнает. **** —Джисон, у тебя что-то случилось? — Минхо на протяжении всего просмотра фильма чувствовал на себе взгляд Хана. —Хён, почему ты вдруг решил позвать меня в кино? — щекастый наклонил голову в бок, одаривая того нежным взглядом. — Ты обычно игнорировал такие предложения, а тут сам пригласил. —А.. Я просто думал, что нам стоит сблизиться и.. —Я тебя люблю. —Что? — тело перетряхнуло, словно лихорадка, а по спине побежали мурашки. Он не успевает ничего сказать в ответ парню, как его губы накрываются чужими. Мягкие, слегка пухлые губы Джисона аккуратно переминают чужие. Он обходится с ними так трепетно, от чего в животе появляются бабочки, которые шумом своих крыльев затмевают голоса из фильма. —Минхо, с тобой все хорошо? — Джисон отрывается от его губ и трясёт его за плечо. — Минхо! —Ли Минхо!! И парень просыпается. Очередной сон, который никогда прежде не был похож на остальные. От воспоминаний пробирает до мурашек, но в сознание помогает прийти басистый голос друга. —Боже, слава богу! Тебя так трясти начало, я испугался, — Феликс откидывается на спинку стула, облегчённо выдыхая. —Где я? —Ну... Наверное в дурке, — парень смеётся. — Шучу! Ты упал в обморок прямо в универе, и пришлось вызвать скорую. Парень, у тебя переутомление. Ты когда в последний раз нормально ел и спал? —Скорее всего, когда гулял с Джисоном. —Ага, с этого события неделя прошла. Что случилось за это время? Апатия? Депрессия? Тревожка? —Не знаю. —Хорошо, не хочешь — не говори. —Где Джисон? —Муженька потерял, да? Привык, что он постоянно с тобой сидит? — дразнит. — Я велел ему идти дальше на пары, потому что он очень сильно испугался за тебя и раздул нюни. Да и не пустили бы его. —Вот как... — он задумывается, представляя в голове перепуганного Джисона. Выглядит забавно. — А ты как тут оказался? —Имею право, я родственник. —Ты напиздел врачам, что ты мой родственник? —Что? — Ликс округляет глаза. — Я никому не врал, мы с тобой братья, — парень и позабыл совсем, что так и не рассказал Минхо ни о чём. — Четыре месяца назад, когда ты заболел, а Джисон сидел постоянно около тебя, мне удалось пройти в твою комнату и взять у тебя днк слюны. Я сразу же отправился в больницу и сделал ДНК тест. 99,9% того, что мы родственники. Я не знал, как тебе это сказать, — он достаёт из рюкзака бумажку и протягивает её. — Можешь сам убедиться, — он смотрит за ошарашенным выражением лица Минхо, от чего уголки губ приподнимаются. —У меня есть брат... **** —Белка, ты чего так поздно звонишь? — сонный голос Минхо раздаётся по ту сторону трубки, от чего Джисон задерживает дыхание. —Только семь вечера, хён, — он выдерживает небольшую паузу. —Это... Феликс попросил персонал не пускать меня к тебе, поэтому.. можешь выглянуть в окно? —Ты припёрся по морозу сюда? — Ли повезло, что его кровать около окна, поэтому ему без труда удаётся разглядеть парня в синей куртке. —Я принёс тебе яблоки, их должны принести тебе скоро, а ещё я... — он отходит в сторону, чтобы открыть полный вид на огромное сердечко, которого он вытоптал на снегу и надпись "Минхо-хён, поправляйся скорее!!", — Поддержка на дом. —О господи, белка, — Ли заливается смехом и плюхается обратно на кровать, — это очень мило. —Я старался! Около часа это делал, и из этого часа я двадцать минут бегал от охранника!! —Ты идиот. —Когда голову теряешь и не на такое способен. —Что? —Что? Я молчал, хён. **** Минхо пролежал в больнице всего лишь пару дней, после чего его выписали, и Джисон встречал его у порога больницы с крепкими объятиями. —Хён, я очень переживал за тебя! — Хан сильнее вжимается в тело старшего, словно боится, что тот куда-то денется. —Прости, что заставил переживать. Пошли в общежитие уже, — он еле как отлипил от себя щекастого и взял его под руку. —Ты, кстати, разве не должен быть на учёбе? —Должен... Но я не пошёл... —Джисон, ты идиот? Ты бюджетник! —Всё под контролем, я договорился, не переживай. —Было бы за что переживать, — фыркает Минхо и устремляет свой взгляд вперёд. —То есть ты сейчас не начал переживать? —Заткнись и иди. **** —Ну что, как себя чувствует пострадавший? — Чонин выходит на улицу к курящему Минхо, который сегодня, на удивление, сидел один. —Плохо. —Чего так? Мало капельниц сделали? — он плюхается рядом, разгребая снег под ногам. — Джисон был так рад, когда ему разрешили пропустить занятия и встретить тебя с больницы. —Вот по поводу Джисона... —Что, он тебе совсем не нравится? —Да подожди ты, — Минхо выкидывает сигарету, берет в руки снег и нервно перебирает его в руках, придавая ему кругообразную форму. —Нет... Точнее, я не знаю. Он хороший парень, но я совсем не понимаю, что чувствую к нему. Если я влюблённость к Сынмину обдумываю полгода, то не думаю, что сейчас могу здраво осмыслить это то же, только к Джисону. —Я говорил что ты дундук? —Говорил. —Ещё раз скажу. Ли Минхо, ты — дундук! Ты буквально сказал всем, что у тебя недосып и недоедание, кроме Джисона, потому что ты не хотел его тревожить. Когда ты очнулся в больничке, первым делом же делом спросил про Джисона. Ты болтаешь с ним больше, чем с остальными, да и взгляд у тебя однозначно меняется. Ты когда узнал, что у него нет чизкейка, сразу начал смотреть по сторонам и договаривался с Чанбином, — Чонин перечисляет моменты и загибает пальцы, смотря куда-то в даль, а потом резко переводит взгляд на Минхо и повышает тон. — Я, чёрт возьми, проиграл в монополию, потому что видел, как Джисон тебе втихую подсовывал деньги. Мне пришлось положить в банк всё своё состояние и спихнуть это на тебя, так что будь благодарен мне! Ты вообще любовь проявлять не умеешь! Ты кричишь на него, потому что тебе непривычны переживания кого-то, но при этом бежишь к нему сразу, как только видишь слёзы на его глазах или когда ему грустно. Когда Феликс обиделся, помнишь? —Стоп, останавливайся, — Ли с слегка приоткрытым ртом следил, как Чонин «выкладывает все карты на стол», рассказывая значение каждой масти. —Извиняюсь, меня понесло, — он кашляет в кулак и выпрямляется в спине. —Я хотел сказать, что со стороны всё выглядит так, словно ты испытываешь к Джисону совсем не дружеские чувства. Подумай ещё над этим, только не ночью, прошу тебя. —Я тебя понял.