patinação artística é a nossa vida

— усердней Джисон! Активнее! Давай, давай и риттбергер! — Джисон падает, ударяясь бедром, так и не сделав этот несчастный прыжок. Его тренер-Ли Минхо, в ярости подъезжает ко младшему. — вот почему ты такой ленивый? А? Почему Ли Феликс спокойно прыгает 3А, а ты 2Р не можешь? — простите тренер. Я буду лучше. — не будешь ты лучше, если не научишься 2Р прыгать до сегодняшнего вечера. Работай Джисон, золото само себя не заработает. Минхо уходит в тренерскую, а Джисон все пытается сделать этот злосчастный прыжок, но все падает и падает. После очередного падения, Джисон из последних сил пробует еще раз—но это и стало его главной ошибкой. Да, у него получилось, но проехав пару метров после прыжка, он потерял сознание прямо на льду, расшибив себе голову. В голове у него произносится «я просто тело, что тупо болит. Почему я не могу? почему Феликс может? Почему? Сука почему?». Кровь струйками стала растекаться по льду, пока его кто то не заметил. неизвестно сколько времени тогда прошло, но было уже темно. Джисон, через неимоверную боль в голове, и голоса, который разносился по комнате, открыл глаза. —ну наконец то, Хан! -возмущался 2 тренер, Хван Хенджин — ты хоть живой там? Хах, если бы не Енбок, то ты бы так и истек кровью. Что ты там так усердно пытался выполнить? — двойной Риттбергер… повисло некое молчание, но его быстро прервал Феликс —слушай, может тебя научить? мне не трудно, к тому же, это легко, я… не успев закончить, его перебили —еще чего. чтобы я опускался до такого уровня, чтобы мой соперник меня обучал.не за что. феликс жалко глянул на него. Он усмехнулся, и развернувшись, пробормотал —катись к черту. *** через год, Джисона вновь допустили к соревнованиям. На этот раз, он был жестче с собой—ел 2 недели только 2 чашки салата в день и литр воды в день, а также тренировки с шести утра до двух ночи. конечно сон по 4 часа не к чему хорошему не приводил, но плоды тренировок были—его тело стало более плавное, развилась гибкость, а главное—прыжки лучше. *** —Джисон! -послышалось где-то неподалеку от тренировочного зала- а ты хорош. Что, диета? Парень обернулся, отвлекшись от упражнения, и взглянул на говорящего. Это был Феликс. Джисон рассмотрел его—светлые волосы, белая кожа, веснушки, похожие на созвездие звездочек. Через белую безрукавку просвечивалось подтянутое тело, четко-выраженный пресс и подтянутая грудь. Парень был в безрукавке, кофте сверху, спортивках и в кроссовках. —да диета, да хорош. Тебе что надо, Ли? Иди тренируйся. На Олимпиаде тоже будешь всех хвалить, чтобы свое смазливое личико на первое место поставить? Или сосать всем пойдешь? Гуляй Джисон общался с ним крайне грубо. Он не хотел церемониться с Ликсом. Феликс для него-лишь соперник, не более. Хотя, что может быть больше? Дружба? Бред. В таком спорте, твой лучший друг, лишь лед, коньки и тренер. —я просто хотел сделать тебе комплимент… —а я хочу чтобы ты ушел, и не отвлекал меня. Олимпиада через пару месяцев, а мне еще надо 3А и 4Lz отработать —ты 4Lz прыгаешь? Ого —мг, сам в «шоке» Феликс лишь окинул его оценивающим взглядом, и ушел в свою сторону. Хан для него был—чем то неземным. Он казался ему безумным, и таким же красивым. Его прекрасные кудрявые волосы, подтянутое тело, грубая манера общения-все, что было в Джисоне, хотел Феликс. Он был для него примером подражания, но не как не соперником. Он напоминал ему своего отца. Ведь он тоже был фигуристом, но в 30 лет он стал жертвой депрессии и погиб, кинувшись с 9 этажа. Тогда Феликсу был год, но почему то, он хорошо запомнил крик и слезы матери. Но еще лучше он запомнил то, что мать таскала домой куча мужчин и наркотики. Парень ненавидел это, и хотел не стать таким как мать, а таким как отец. Таким же чудесным фигуристом, это и давало ему мотивацию. Младший ушел в свою сторону зала, продолжая заниматься. *** Наступил день х. День соревнований. Все дико переживали, но сильнее всех—Джисон. Последние дни его было не вытащить с катка. Каждый день он усердно оттачивал свою программу, пока не дошел до совершенства. Он полностью переступил через себя и стал катать чище, чем все другие его соперники. Даже Феликсу ставили его в пример, от чего у того зубы от злости скрипели. Наконец, надоедливый голос диктора объявляет выход Джисона. Его КП было великолепным—по его подсчетам около 93.9 баллов. Перед выходом он слушает наставления тренера, по типу «у тебя получиться, ты молодец» или «заходят как-то 2 гея в автобус…», и наконец он выезжает. Свет, музыка, мотор. Его сознание помутнело уже после 2 каскада 4Lz-3T. Для него это было по настоящему страшно, ведь только начало 2-половины программы, а он уже готов упасть замертво. Программа подходит к концу, и наконец-он падает. Конечно он вырисовывал это так, что так и должно было быть, но небольшое пятно крови возле его губ говорило об обратном. Закрывая рот, он покидает лед, еле доезжая до бортика, и хватаясь за тренера надевает насадки на лезвие коньков. —ты как Хан? Что с тобой? Тебе плохо? -взволнованно говорил старший —я сейчас готов умереть, но лишь за золотую медаль. Минхо, недовольным взглядом, провожает его до дивана, вытирая это пятно. Он также взволнован, как и младший. Наконец, объявляют результат—91.3. Тренерское лицо наполняется радостью, а ученическое—грустью. «Нет, нет нет нет»–мелькает у него в голове–«как я мог недобрать, неужели обсчитался? Где моя ошибка? Боже нет…нет нет нет» Тренер хлопает ему по плечу. —отлично, ты просто безумный! Твоя КП была и вправду хороша —где я ошибся? —что? -хлопает глазами Минхо —почему не 94.0? —перекрутил 4T —блять. Парень покидает площадку, уходя в зал, ожидая ПП. На данный момент он на 1 месте, но после него еще Феликс и Миндже, так что еще все впереди *** Каждый прокат соперников парнишке по сердцу резало. Но баллы радовали— У Феликса 87.8, у Миндже–73.7 «Можно не волноваться»-успокаивал себя Джисон-«осталось самому не облажаться. ПП у меня тоже хорошая» Он выходит из зала, кидая победный взгляд на Ликса —удачного проката, Джисони —не взаимно, Ли. Джи выходит на лед. «Осталось чу-чуть. Совсем немного, и все закончиться. Терпи» В этот момент Феликс «разговаривал» с тренером. На деле он любовался старшим. Он не понимал, что это за мысли такие приставучие, но они не отпускали его. Он сильно переживал, причем не за себя. Это его и беспокоило. —Хван Хенджин, можно вопрос? —Конечно Феликс. Что за вопрос? —что значит, если человек не покидает твою голову, ты постоянно переживаешь за этого человека, хочешь ему помочь, поддержать, помогать и жить рядом? —это любовь Ликс, любовь. Его ошарашило, но он и не против. Как только тренер ушел, тот стал любоваться джисоном, под предлогом того что якобы «сравнивал» свой прокат с его. Хотя он давно признал, он перед ним, как падший ангел. Свою программу он переделал, специально. Он видел как тот старается, но если бы он оставил старую КП, то она бы просто растоптала Джисона в прямом смысле. Поэтому он тоже перешагнул через себя. Он сделал программу легче, проще и с ошибками. «Любовь…странное чувство. Её бы укрыть, её бы раздать всем…а джи особенно.» *** Джисон останавливается в позе, а после уезжает со льда, надевая на лезвия коньков насадки —Умница Джисон. Каскад 2А-2 петля идеален. Мы будем явно выше 3. Если твой соперник не откатает сложнее. —я должен получить максимальный балл Они проходят на диван, в ожиданиях результатов. Наконец, на экране появляются результаты—96.7 Джисона аж дергает—опять не то, что он хотел. После, выходит общая сумма баллов за ОП, КП и ПП— 276.9 баллов. У Феликса 189,6 без ПП. Джисон напрягся. Сопернику надо получить 87,4 и тогда плакало его 1 место. *** 3 парня, стоящие внизу, ожидали результатов. Джисон-276.9, Миндже- 207.9, и наконец Феликс-277.0 Старший просто отпал. Он буквально чуть в обморок не упал от результатов. Ли Минхо Подошел сзади и приобнял его. —джи, все окей. Обидно конечно, но все нормально, ты только не нервничай —конечно Ли Минхо…-дрожащим голосом пробормотал парень. После приглашения на пьедестал, он еле доехал. С огромной болью он вставал на 2 второе место. «Это не правильно! Эта золотая медаль моя! Эта долбанная золотая медаль, она моя!» Феликс, не менее болезненно поднимался на пьедестал. Он был готов отдать все, лишь бы у старшего было все. Но он не мог, по крайней мере сейчас. Младший знал что Хан будет убиваться еще больше, выдавливать все из себя. Даже есди он готов умереть, он не готов сдаться-это и восхищало феликса. уходя со льда, старший окинул его обозленным взглядом, и покинул лед. —джисони, не переживай. это грибы какие-то. Не расстраивайся, все равно, через пол года ЧЧК, подготивимся, и все будет великолепно —Ли Минхо, Я -дрогнул джи от резких прикосновений сзади. Феликс, стоящий сзади, приобнял его, как бы поддерживая —не отвергай меня, умоляю-шепчет младший ему на ухо-я не причиню тебе вреда, я хочу тебя поддержать Хана как кипятком в лицо плеснули. он до последнего не хотел распускать руки, но не удержался. он развернулся и дал так сильно в щеку младшего, что от отлетел и кровью сплюнул. —даже не приближайся ко мне. я ни видеть, не слышать, а тем более чувствовать тебя не хочу.ты мне всю жизнь сломал. я все детство убил, ради этой ебучей медали, всего себя извил, лишь бы победить. но ты все уничтожил. как же я тебя ненавижу, знал бы ты.не приближайся ко мне, никогда сердце ликса разбилось на миллиарды осколков. он был готов отдать все баллы, но при этом готов был на коленях доказывать что он тоже все детство убил, ради этой олимпиады, но на коленях. от одной мысли как бы он хорошо смотрелся был перед джисоном на коленях, он внутри подлетал, но сразу же опускался, понимая что это не возможно.