Нелестное будущее

Что-то неуловимо изменилось, Второй Нефрит стал куда снисходительнее относится к Вэй Усяню и смотреть на его поступки сквозь пальцы. А сегодня и вовсе направился прямиком в его комнату на ночные гуляния. Не для того, чтобы разогнать и наказать нарушителей, а чтобы самому поучаствовать, правда, не так активно, как остальные. Каких же моральных сил это стоило. Ещё никогда Лань Ванцзи не приходилось идти на сделки со своей совестью. Но случай в библиотеке оставил неизгладимый отпечаток в его памяти. Исчезновение Вэй Усяня напугало его до того, что Второй Нефрит снова почувствовал себя маленьким ребёнком, сидящим напротив входной двери в дом горечавок. Ванцзи не знает, что случится в будущем, но он хочет избежать этого всеми силами. И первым шагом к этому будет поладить с Вэй Ином, поладить с ним настолько, чтобы в случае беды Вэй Усянь мог безоговорочно довериться Ванцзи. По мере приближения к общежитию приглашённых адептов, всё более различимыми становились весёлые, пьяные голоса и заливистый смех одного из хозяев комнаты, в которой и проходило празднование безделья. Второго Нефрита никто здесь, пожалуй, не ждал, никто даже не догадывался о том, что тот может изъявить желание присоединиться к ним. Скорее всего, Вэй Ин в библиотеке просто пошутил над Лань Чжанем, как и всегда. Однако Лань Ванцзи уже пришёл и отступать было поздно. В любом случае, Вэй Ин ведь не прогонит его? Собираясь с мыслями, Лань Ванцзи стучит в дверь несколько раз, и весь шум за ней затихает. Кто-бы ни изъявлял желание прийти, двери всегда были для них открыты, за исключением разве что Цзинь Цзысюаня, а потому адепты особо не церемонились и просто заходили в комнату, не соблюдая каких-то особых приличий. Стук в дверь заставил Вэй Ина напрячься, небольшой жест рукой и вся громкая компания сразу умолкла. Вэй Усянь придумал этот жест на вторую ночь их посиделок, когда понял, что их будут часто контролировать. Жест работал прекрасно, ещё никто из подопечных пьянчуг не смел ослушаться команды главного зачинщика сего праздника жизни, на этом унылом и мёртвом клочке поднебесной. Ребята от неожиданности замерли в испуге, кто-то даже протрезвел, наказание грозно маячило на горизонте сознания. Вэй Усянь встал с кровати, на которой до этого развалился в позе звезды, и направился к двери, показывая рукой ещё один жест. Комната сразу наполнилась копошением неуклюжих тел, пытающихся тихо собрать и спрятать все улики, затолкав всё под кровати. Вэй Усянь прекрасно понимал, что снаружи их было слышно, его немые команды были нужны для того, чтобы успеть хоть немного прибрать бардак и получить поменьше нагоняя, по его многострадальческой шее. Отмалчиваться и делать вид будто ничего не было нет смысла. После долгой запинки и тишины в комнате. В дверь раздался второй стук, и она приоткрылась, в небольшую щёлку выглянул Вэй Усянь. Комнаты в дверном проёме не было видно, зато Лань Ванцзи увидел чужое улыбающееся лицо. — Привет, Лань Чжань, — Вэй Ин нервно косит глаза в сторону комнаты. Копошение за его спиной слишком громкое, но шикнуть на них не получится. — Почему ты не спишь, сегодня же не ты дежуришь? — Не хочу, — Ванцзи не меняясь в лице отвечает, чуть мотая головой из стороны в сторону и прикрывает глаза, в попытке не покраснеть ушами от близости к Вэй Ину. — А-а, ясно и ты… решил прийти сюда?.. — в голове Вэй Усяня никак не складывается логическая цепочка. Зачем Лань Ванцзи приходить сюда вне дежурства? Он хочет наказать их за несоблюдение правил? — Да, Вэй Ин звал посидеть вместе, — ничуть не смутившись от вопроса, Ванцзи бросил взгляд на руку Вэй Усяня придерживающую дверь. Лицо Вэй Усяня приняло глупое выражение, даже улыбка пропала, в удивлении он проморгался. После случая в библиотеке Вэй Усянь заметил, что что-то изменилось в том, как Лань Чжань стал реагировать на него и его выходки, его взгляд будто стал теплее. — И ты пришёл… э… Что ж, если ты не собираешься докладывать на нас, то проходи, — Ванцзи отрицательно помотал головой, показывая готовность молчать, голос Вэй Усяня в ответ на этот жест стал удивлённо-весёлым, и он улыбнулся ему: — чем больше людей, тем веселее. — Помни, Лань Чжань, врать нельзя, — дверь открылась, пропуская Лань Ванцзи в комнату. — Угу. Никто не слышал разговора у двери, все были слишком заняты заметанием следов, и когда Вэй Усянь пропустил в комнату Лань Ванцзи, а сам с наглым видом уселся обратно на кровать, и подхватив одной рукой сосуд Улыбки Императора прислонил горлышко к губам, Не Хуайсан чуть богам душу не отдал со страху. Он очень верил в способности Вэй Усяня выходить сухим из воды, но в своих он очень сомневался. Стоило представить ферулы и злое лицо брата, как наследник Не потерял сознание. Цзян Чэн стоявший рядом с ним, и уже во всю бранящийся под нос на своего шисюна-идиота, вовремя успел подхватить его. — Вэй-сюн, ты сошёл с ума?!.. — пропищал на ухо другу Не Хуайсан, после того как пришёл в себя. — А если Второй Нефрит нас накажет? — Не накажет, Лань Чжань пообещал мне, — отмахнулся Вэй Усянь от друга, роясь в стопке порнографических книжек. Раз уж Лань Чжань явился, то его нужно хоть немного просветить, алкоголь он предлагать, пока что, не собирался, но вот весенние картинки, можно и показать. — А ты сразу же поверил и обрадовано открыл ему двери? — скептически спросил Цзян Чэн, но остался проигнорированным. — Да где же та книжка?! Лань Ванцзи молча стоял рядом с Вэй Усянем и наблюдал за его попытками найти нужную ему книгу, кажется он уже несколько раз успел пожалеть о своём решении, но отступать было уже поздно. Как заметил Ванцзи, продолжить веселиться был готов только Вэй Ин, в силу полного отсутствия у него совести и инстинкта самосохранения, видимо, как таковых. После прихода Второго Нефрита атмосфера всеобщего веселья вся как-то поникла и спряталась за широкую, а главное бесстрашную спину Вэй Усяня. Но стоило адептам понять, что в основном всё внимание Второго Нефрита приковано к первому ученику Цзян, как они стали постепенно выгребать вино из-под кроватей. Вэй Усянь носился по комнате, заглядывая под кровати и всё ещё пытаясь найти то, что искал. Радость и активность, которую он излучал, постепенно полностью усыпила чужую бдительность, и комната опять наполнилась шумом и гамом. Адепты обсуждали книжки Не Хуайсана и девушек. Кому какие нравятся, какие не нравятся, и помолвлен ли уже кто-то, если да, то на ком. Лань Ванцзи старался не вникать в это, но не слышать совсем не получалось. Особенно, когда сам Вэй Усянь давал какие-то комментарии. Когда речь зашла о том, какие девушки нравятся наследнику Цзян, он начал говорить что-то о длинном списке, который составил Цзян Ваньинь, а потом минут десять бегал по комнате прячась за другими юношами от гнева наследника Цзян. Погоня прекратилась, когда Вэй Усянь спрятался за спиной Лань Ванцзи, Цзян Ваньинь не решился подойти ко Второму Нефриту. Вэй Усянь осознав, что Цзян Чэн ничего ему не сделает, пока он находится рядом с Лань Чжанем, высунул язык, дразня своего шиди. — Вэй Усянь, я тебя прибью, как только ты перестанешь прятаться за чужой спиной! — Нет, я не выйду, не-а, — он ещё раз показал Цзян Ваньиню язык. Наконец когда гнев Цзян Ваньиня утих, а Вэй Ин выбрался из своего укромного уголка и залез под чужую кровать, из-под самого дальнего угла кровати Цзян Чэна, Вэй Усянь вытащил тоненькую книжку с невзрачной обложкой с нарисованными на ней цветами вишни: — Я нашёл! Я нашёл её, Лань Чжань! — он победно размахивал книжкой над головой, привлекая к ней всё больше внимания, напряжение в комнате опять стало сгущаться. Адептам было страшно даже думать о том, чтобы показать что-то такое Второму господину Лань, а Вэй Усянь как обычно… Вэй Усянь подскочил на ноги с коленей и подлетел чёрным вихрем к Лань Ванцзи: — Знаешь, тогда в библиотеке, ты даже толком не успел что-либо рассмотреть. Я думаю, нам надо это исправить. Старика… то есть учителя Ланя всё равно здесь нет, он ни о чём не узнает. Вэй Усянь протянул ему свою находку, у Лань Ванцзи в сердце заскребло плохое предчувствие. Взгляд его поднялся на окружающих их людей, на их лицах отражался немой ужас. Лань Ванцзи вздохнул и принял протянутую книгу. Несколько минут он просто смотрел на её обложку, краешком слуха выделяя разговоры приглашённых адептов о том, какой Вэй Усянь смелый. А самый громкий из них, комментарий Цзян Чэна: «Он не смелый, он просто идиот, который считает, что вино даёт ему бессмертие». Лань Ванцзи поднял на него недовольный взгляд, наследник Цзян, кажется, вздрогнул и отвернулся от него. Не Хуайсан опять свалился без чувств на кровати, на что Цзян Чэн зло зашипел что-то бранное. Приглашённые адепты, последовав примеру наследников Не и Цзян поспешили заняться своими делами, сталкиваться с таким страшным взглядом золотых глаз никому не хотелось. — Ну же открой её, — взгляд опять вернулся к лицу Вэй Усяня, он, кажется, светился от счастья и излучаемой им хитрости. Лань Ванцзи ещё раз вздохнул, чем вызвал нескрываемый смешок Вэй Усяня и раскрыл книгу на первом развороте. Стоило только бросить взгляд на картинки, как книга опять оказалась закрыта. Вэй Усянь готов поспорить на кувшин Улыбки императора, что Лань Чжань сейчас молится всем богам каких только знает, чтобы пережить это. Он вовсе не хочет обидеть Лань Чжаня, просто небольшое просвещение. — Лань Чжань, я так долго её искал, — Вэй Ин обиженно тянет слова и кладёт руку на сердце, разыгрывая театр одного актёра и просит опять: — полистай хоть пару страниц. Ты даже разглядеть ничего не успел, а я между прочим так старался. Лань Чжань сдерживает третий тяжёлый вздох за пару минут и опять открывает книжку, чувствуя любопытные взгляды на себе. Листает пару разворотов, стараясь сильно не вглядываться и пытаясь держать лицо, но потихоньку чувствует, как уши становятся всё теплее. А потом его взгляд цепляется за изображение мужчины, сидящего вразвалку за столом с чуть запрокинутой назад головой и пьющего вино из горла сосуда. Ванцзи, как наяву, видит образ Вэй Усяня, который минутами ранее делал тоже самое, видит, как по его подбородку течёт тоненькая струйка напитка, и как она затекает за ворот чужого ханьфу. Ванцзи начинает про себя повторять правила ордена и перелистывает страницу в надежде избавиться от прекрасного наваждения, но на следующей странице он видит целующихся мужчин, один из них изображён в светлом ханьфу, другой в тёмном. С ушей румянец ползёт на шею, а руки чуть подрагивают. Вэй Ин с улыбкой наблюдает, как из ушей Второго Нефрита потихоньку начинает валить пар и таки забирает, из ослабевших от культурного шока рук, весеннюю книжку. — Что ж думаю, на сегодня мы закончим просвещение, такое надо рассматривать с наслаждением, а не с желанием побыстрее закрыть её от смущения. Ну ничего, Лань Чжань, я тебе потом ещё дам почитать, — он подкидывает книжку в руках, а потом кидает её в сторону друзей. От Не Хуайсана слышится испуганный визг и ругательства, а Цзян Чэн, кажется, грозится переломать ему ноги, на что Вэй Усянь закатывает глаза. — Может Второму Нефриту следует выпить? Остудить свой пыл… — было бы ещё чем остужать, но кажется, Лань Ванцзи сейчас вообще ничего не соображает, а потому кивает. Вэй Ин смеётся, наливая в чарку вино и протягивает его Лань Чжаню. Остудить голову выйдет не то, чтобы очень, но побороть смущение Второго Нефрита, да и повеселиться Вэй Ин сможет на славу. — Что ты делаешь? — спрашивает Цзян Ваньинь, перехватывая руку Вэй Усяня, которую он уже протягивает ко Второму Нефриту. Цзян Чэн сжимает руку сильнее, из-за чего Вэй Ин начинает притворно громко жаловаться на то, что ему очень-очень больно. — Ты удумал его споить, совсем идиот? — Тихо, Цзян Чэн, всё будет хорошо, он уже согласился посидеть с нами, посмотреть весенние картинки. Я думаю, против алкоголя он тоже не возражает, к тому же я ведь спросил у него, и он согласился… — Ты спросил не это… — он хмурится, но отпускает чужую руку, пуская всё на самотёк. Здравый рассудок подсказывает ему настоять на своём, но нетрезвая его часть, хочет посмотреть, чем же всё закончится. — Делай что хочешь, но мы в этом не участвуем. — Конечно, — Вэй Ин расплывается в лукавой улыбке и протягивает чарку Лань Чжаню. Тот находится в полнейшей прострации, Вэй Ину приходится даже помахать рукой перед его лицом, чтобы тот хоть как-то отреагировал. Лань Ванцзи, всё ещё находящийся в плену сладких фантазий, забирает чарку из чужих рук, даже не задумываясь об этом и залпом её осушает. Вэй Усянь с интересом смотрит за его реакцией. Какое-то время ничего не происходит и Вэй Ин даже с разочарованием отворачивается к Цзян Чэну, чтобы сказать что-то типа: «Вот видишь, волноваться не о чем», но не успевает даже начать фразу, как слышит грохот за спиной и поворачивается обратно к Лань Ванцзи. Сначала он просто молча смотрит на то, как Лань Чжань лежит около кровати на полу. На удивление Вэй Ин не знает что сказать или сделать. А потом, когда из их с Цзян Чэном комнаты начинают потихоньку уходить адепты, до него доходит, что он, скорее всего, точно получит завтра. Гуаньинь его помилуй! Он подлетает к Лань Чжаню и щупает его пульс, а потом выдыхает и протяжно стонет. Пока Вэй Ин, сидя около спящего Лань Ванцзи и тупо смотрит на него, в комнате тем временем они остаются вдвоём с Лань Чжанем. Цзян Чэн кидает ему на прощание что-то про то, что тот просто конченый придурок, и что он пойдёт к Хуайсану, а Вэй Усянь пускай сам теперь разбирается со всем этим бардаком, который он тут устроил. Вэй Усянь слышит, как негромко хлопает дверь за Цзян Чэном, и начинает хихикать. Он уже успел подумать, что убил Лань Чжаня, а тот просто уснул. Ну и ладно. Тоже неплохо вышло, но если старик узнает, то Вэй Ин точно получит по первое число. Вэй Ин решает, что Лань Ванцзи нужно уложить на кровать, но подняв глаза на свою кровать обнаруживает лежащие на ней пустые кувшины из-под вина, и раскрытые весенние книжки. (И всё же сначала придётся убраться — Вэй Усянь со вздохом поднимается) Скинув всё лишнее с кровати на пол и запихав ногой всё, что мог, под кровать, Вэй Усянь опять садится около Лань Ванцзи. Секунда сомнений и душевных терзаний потребовалась, чтобы заключить со своей совестью уговор — Вэй Ин, со спокойной душой, радостной и лукавой улыбкой, почти до ушей, потянулся к лицу Лань Ванцзи рукой. Пальцы чуть сжали щёку и потянули её в сторону (Мягкая), вторая рука потянулась ко второй щеке, но почти сразу замерла, а потом указательные пальцы обеих рук дотронулись до уголков чужих губ и потянули их кверху, создавая на лице Второго Нефрита немного странную улыбку. Вэй Усянь захихикал. (Мило — кажется сегодня даже на Вэй Усяня действует алкоголь. Он ни разу не замечал за собой желания — вот так тискать кого-то за щёки.) Лань Ванцзи наконец оказался на кровати, Вэй Усянь стянул с него сапоги и верхние одежды, заботливо укрыв своим одеялом. Сам же пристроился за столом, на нём ещё со вчерашнего дня валялись уже использованные и ещё чистые листы бумаги и кисть. Постепенно на листе стали появляться очертания фигуры, потом детали ханьфу и черты лица. Последним, что юноша добавил на свой рисунок была лёгкая улыбка, еле заметная на чужом спокойном лице. Вэй Усянь сидел с высунутым от усердия кончиком языка и любовался своим рисунком. Где-то за спиной раздался шорох одежд, а потом он почувствовал чужое тёплое дыхание над ухом и слова: — Красиво, — Вэй Усянь слишком сосредоточенный до этого, от неожиданности вздрогнул и повернулся в сторону голоса, столкнувшись своим лбом с чужим носом. Вэй Усянь сразу отпрянул и заметил, как Лань Чжань чуть опустив голову трёт нос рукой. — А… — после секундного замешательства он подлетел к Лань Ванцзи схватившись ладонями за его лицо и поднимая его на себя. — Сильно ударил? Прости, я не хотел. Ты так тихо подошёл… Лань Ванцзи ничего не сказал и просто молча уставился на обеспокоенное лицо Вэй Ина, а потом повторил свои слова, но уже в другом контексте: — Красиво, — Вэй Ин чуть смутившись, скосил взгляд на своё художество. Он прекрасно знал, что он очень хорош почти во всём, но услышать что-то подобное от Лань Чжаня… Вот это новости. Лань Ванцзи всё больше и больше его удивляет сегодня. — Спасибо, Лань Чжань, я очень старался. Похоже получилось? — Лань Чжань моргнул. В этот раз он говорил не о чужом рисунке, а о самом Вэй Ине, но тот этого не понял. Вэй Усянь отстранился и подхватив листок со стола ещё раз продемонстрировал его Лань Ванцзи. — Да, — Ванцзи кивнул, его длинные пряди у лба, плавно качнулись вперёд-назад. — Ого, Лань Чжань, ты на удивление меня сегодня хвалишь. Неужели не скажешь своё любимое «Убожество»? — Вэй Усянь просто хотел подразнить его, но Лань Ванцзи, кажется, воспринял всё слишком серьёзно и нахмурился. — Не скажу, Вэй Ин очень красиво рисует, — ничего не выражающее лицо Второго Нефрита ввело в заблуждение Вэй Усяня, и тот, ожидая в этот раз любимого чужого ругательства, не думая, ответил: — Да-да это… А?!.. Что? — глядя на глупое и милое выражение лица Вэй Ина, Лань Ванцзи улыбнулся кончиками губ. Вэй Усянь проморгался, но улыбка с чужого лица не пропала, его лицо стало выглядеть ещё более глупо. — Вэй Ин красиво рисует, тот портрет из библиотеки очень красивый, — Вэй Усянь просто молчал, не зная, что ответить, а Лань Ванцзи вспомнив о недоразумении, которое привело их к этой теме уточнил специально, чтобы до Вэй Ина дошло: — И сам Вэй Ин тоже очень красивый, — Вэй Усянь залился краской и отвернулся от Лань Ванцзи. Не ожидал он такого — не ожидал. (Вот это в Лань Чжане после алкоголя красноречие проснулось…) Он повернулся обратно и попытался выискать на чужом лице признаки опьянения, но ничего не нашёл, Лань Ванцзи выглядел трезвым как стёклышко. Но почти сразу после того, как он заметил чужой изучающий взгляд, он чуть склонил голову на бок в немом вопросе и из-за прядей волос показались покрасневшие уши. Взгляд Вэй Усяня почти сразу зацепился за них, и он рассмеялся: — Лань Чжань тебе хватило одной чарки, чтобы напиться. — Я не пьян, — Лань Ванцзи нахмурился. (Н-да, Лань Чжань так и признается…) — О-о, ну, конечно, как я мог усомниться во Втором Нефрите клана Лань, ведь ты, Лань Чжань, такой правильный, и сдержанный, и несгибаемый, в своём решении следовать правилам, — начал он с восхваления, а закончил подначкой. Лань Ванцзи успел два раза кивнуть, соглашаясь с его словами, а потом замер. — Я уже нарушил правила: нарушил комендантский час и даже выпил, — золотые глаза заглянули прямо в душу Вэй Усяня, Лань Ванцзи медленно моргнул, а потом спросил: — теперь мы можем быть друзьями? Челюсть Вэй Усяня чуть не пробила пол комнаты. — А?! — Можем ли мы быть друзьями? — с надеждой в голосе поинтересовался Лань Ванцзи. — Да… Но… Лань Чжань, ты же называл меня убожеством, — Вэй Ин совершенно ничего не понимает в сегодняшнем дне. Он клянётся своим золотым ядром, он больше никогда не решится споить или поддеть Лань Ванцзи. Это довольно гиблое дело. — А теперь хочешь быть друзьями? (Вэй Ин расстроен из-за Лань Ванцзи или он обиделся и теперь они не будут друзьями? И возлюбленными тоже, получается, не будут?) Лань Ванцзи поддался вперёд и, обхватив ладони Вэй Усяня, попросил: — Я могу сделать ещё что-нибудь… — Вэй Ин молчал, Лань Ванцзи продолжил: — Вэй Ину надо только сказать, что нужно сделать Ванцзи, и он выполнит это… Вэй Ин тряхнул головой, поморгал, ущипнул себя, выдернув руки из чужих ладоней, и ещё раз тряхнул головой, но ничего не изменилось. Всё ещё Лань Чжань, которой смотрит на него с мольбой в глазах. (Кажется, сам я тоже пить больше не буду. Может я брежу? Или сплю?) Вэй Ин продолжил молчать. Лань Ванцзи выглядел как побитая собака, ещё немного и заскулит от горя, Вэй Ин аж вздрогнул от пришедших в голову ассоциаций. — Э… Лань Чжань, конечно, мы можем стать друзьями, но сейчас тебе надо лечь спать. И мне тоже… — Если я лягу спать, Вэй Ин будет со мной дружить? — золотые глаза заблестели непролитыми слезами. — Да-да, Лань Чжань. Если ты ляжешь спать мы будем друзьями. — быстро закивал Вэй Усянь. Он просто хочет надеяться, что трезвый Лань Ванцзи, потом не убьёт его, как только увидит. Ванцзи молча развернулся и дойдя до кровати поднял одеяло, чтобы под него залезть, но уже сидя на кровати он замер и посмотрел на Вэй Усяня. — Ты тоже будешь спать? — Конечно, я тоже буду спать, я ведь уже сказал. Лань Ванцзи сдвинулся к стенке и указал взглядом Вэй Усяню лечь рядом, но тот направился ко второй кровати. — Куда ты? — Ванцзи нахмурился и поддался вперёд, садясь на край кровати и собираясь встать и лечь рядом с Вэй Ином, если тот откажется ложиться с ним. — Ты мой гость, поэтому будешь спать на моей кровати, а я лягу на кровати Цзян Чэна, — Вэй Ин не заметил чужого громкоговорящего взгляда. Вэй Усянь принялся расстилать кровать своего шиди. — … — Нет, — но был остановлен чужим внезапным ответом. — Что нет? — не понял он и повернулся к Лань Ванцзи. — Ложись со мной, — Лань Ванцзи опять отполз к стенке и ударил пару раз по месту рядом с собой ладонью, как бы приглашая к себе. — А?.. — Что происходит сегодня с Лань Чжанем? Он отказывается верить, что это тот Лань Чжань, который звал его убожеством. — Да ну, она довольно узкая, будет неудобно… — попытался отвертеться он, если они проснутся вместе в одной кровати, его точно убьёт либо сам Лань Чжань, когда увидит его светлый лик рядом с собой, либо это сделает старик Лань, когда узнает о том, что сотворил с его племянником Вэй Усянь. — Вэй Ин, — имя прозвучало не как просьба, а как приказ, и Вэй Усянь даже почему-то не захотел проверять, что бы сделал Лань Чжань в случае его невыполнения. С пьяными проще не спорить. Это всё — та чарка алкоголя. Он жизнью клянётся, что больше никогда не будет спаивать Лань Чжаня. — Ладно… — он подходит к кровати, но не успевает сесть на неё, как его за талию тянут чужие руки и Вэй Усяню ничего не остаётся, как упасть на кровать рядом с Лань Чжанем. Чужие руки крепко прижимают его к себе, ни двинуться, ни пискнуть. Хотя, конечно, пискнуть, вот только это не поможет ему… Лань Ванцзи засыпает довольно быстро, слушая чужое дыхание. Вэй Усянь мучается бессонницей почти до самого подъёма, проклиная своё желание повеселиться. А ведь завтра ему скорее всего ещё и прилетит от Ланей. (И всё-таки, как хорошо, что все успели разойтись до того, как Лань Чжань проснулся… Ему было бы стыдно…) *** — Вэй-сюн, что вчера вообще произошло? — не унимался Не Хуайсан, Вэй Усянь уже минут десять думал, как бы вообще объяснить вчерашнее. — Знал бы я сам… — наконец ответил он, заложив руки за голову. Для него вчерашняя ночь тоже остаётся загадкой. — Это явно было по твоей вине! Что ты опять успел натворить? — обвинил Цзян Ваньинь, он был уверен, что Вэй Усянь, опять что-то сказал или сделал, что Второй Нефрит вытворил вчера такое. — Ничего, я и сам удивлён, — попытался себя оправдать Вэй Усянь, хотя догадки у него были, хоть и довольно смутные. Повисло долгое молчание, они шли на завтрак, по тихим тропинкам Гусу. Светило утреннее солнце и вовсю пели птицы. Вэй Усянь сегодня, так толком и не поспав, проснулся раньше Лань Ванцзи и таки перелез на кровать Цзян Чэна. В итоге пробуждение Лань Ванцзи прошло относительно хорошо, для Вэй Усяня. Вэй Ин притворился спящим, а Лань Чжань решил побыстрее ретироваться, тихо и молча. Вэй Ин готов был расцеловать его в благодарность за это. — Что было после того, как мы ушли? — подал опять голос Не Хуайсан. — Да ничего особого, он просто вёл себя немного необычно. Но в принципе вполне нормально для нетрезвого человека, — Вэй Усянь пожал плечами. Они почти дошли до столовой. — Вообще ничего интересного? — разочаровано протянул наследник Не и сложил свой веер, задумчиво приложив его к губам. — Он предлагал стать друзьями? Но я не думаю, что трезвый Лань Чжань, согласился бы с поступками своей пьяной версии.