Связанные/Related

14 августа 1944г.

Опять головная боль. Когда это уже закончится?! Вивиан с трудом попыталась открыть глаза, но успеха это не принесло. Ребра пронзила ужасающая боль и она, не удержавшись, тихонько проскулила. Рядом послышался шорох и приближающиеся шаги. Её плеча коснулись чьи то руки. От этого обычного и простодушного жеста Виви дернулась, как ужаленная. И если человек, который любезно помогает ей, заметил ее дерганность, то виду не подал. Спасибо. - Ох, не торопись милая, все хорошо. Ты в безопасном месте. Я сейчас дам тебе восстанавливающего зелья и тебе станет немного лучше. А ты пока старайся не напрягаться, у тебя был сильный расщеп и пострадали внутренние органы, - женский голос звучал нежно и с такой заботой, что у Вивиан заслезились глаза. Когда и кто последний раз ей искренне сочувствовал и пытался помочь? Она зажмурилась и перед глазами сразу появилась картина, где она пятикурсницей приехала на площадь Гриммо на рождественские праздники. Вот папа дарит подарок, крепко обнимает и целует в макушку. Она как сегодня чувствует запах его одеколона. Грейпфрут и кедр. Отец пах свободой. Сердце пронзила тоска. Да, она практически не знала его, но продолжала невинно и по детски любить и верить, что у их семьи есть будущее. Сморгнув злые слезы, она прошипела мысленно: «Развела тут нюни, истеричка хренова, бери, мать твою, себя в руки». Выпив предложенное зелье, девушка моментально почувствовала облегчение и наконец открыла глаза. Прищурившись от яркого света, она постаралась незаметно вытереть выступившие слезы. Где она находится? Прямо перед ней стояла женщина, которой на вид не дашь больше 35-40. Учитывая сколько живут волшебники, она еще очень молода. Вивиан начала рассматривать ее и глаза начали цеплять детали. На женщине было такое допотопное, но явно дорогое платье, которое носили еще в прошлом веке, что Виви на минуту подумала о том, что ее спасительница исполняет какую-то роль в пьесе. Она мысленно усмехнулась и продолжила наблюдать дальше. Дама была маленького роста, чутка полновата, но это выглядело настолько мило, что Вивиан улыбнулась. Потом вспомнила Молли Уизли, которая тоже была не наделена ростом и фигурой модели и поморщилась. Вот где где, а там точно.. Кхм. Ну в общем этой женщине все это шло. Прическа была забрана в высокий стильный пучок, а в некогда черных волосах начала появляться седина. Роковая женщина. Почему-то не было сомнений, что перед ней стоит аристократка. Та в свою очередь осматривала незваную гостью пронзительными синими глазами, в которых одновременно читалось любопытство и волнение. Виви, происходя из знатной и древней семьи, невольно отметила то, что женщина ведет себя именно так, как она заметила ранее - истинная аристократка. Прямая осанка, плавные мелодичные жесты, и этот, черт бы его побрал, взгляд, который так и вопит о том, что от вопросов ей не скрыться. Но видимо пауза затянулась, и женщина, поняв, что девушка не начнет диалог, решила прервать это молчание. - Меня зовут Элизабет Яксли. Но ты можешь звать меня Бетси или миссис Яксли, на своё усмотрение, - женщина начала банальную светскую беседу, тем самым прощупывая «почву под ногами». Она пыталась понять в каком состоянии мозговая активность ее гостьи. Потому что то состояние, в котором она ее нашла, было катастрофой. Она вообще не думала о том, что девчушка очнется. Вивиан на минуту задумалась. Прошло чуть больше минуты, как от осознания ее лицо побледнело и к горлу подошла тошнота. «Ну почему из всех возможных мест на планете я попала именно сюда?! Вместо того чтобы очутиться в какой-нибудь канаве, я оказалась в доме Пожирателя, черт бы их побрал, смерти? Да, Вивиан, ты определено везучая». Немного придя в себя и подумав о том, что ее непременно бы убили и не стали бы церемониться с какой-то «мерзкой полукровкой» и «предательницей крови» она незаметно расслабилась и решила оглядеть обстановку. Комната, в которой она находилась не выделялась ничем особенным: кровать, деревянный стол и стул, небольшой камин, да тумбочка около кровати. Сколько лет этой мебели? Она, конечно, любила раритет, но… Не смотря на то, что интерьер прям вопил о том, что ему уже давно требуется взгляд современного дизайнера, все выглядело сносно. Уютно. Но это не ее дело, пусть разбираются сами. Вообще о вкусах не спорят. Вивиан мысленно закатила глаза и уже готовая ответить миссис Яксли, резко замолчала. Опустив взгляд на тумбочку, ей попался сегодняшний выпуск «Ежедневного Пророка». 14 августа 1944. Эта Бетси помешана на допотопных вещах? Смех смехом, но кому в здравом уме захочется коллекционировать газеты прошлого века? Виви уже не пыталась сдерживать смешки, как вдруг она резко замерла. Огляделась вокруг. Перевела тревожный взгляд на хозяйку дома. На ее внешний вид. Потом снова посмотрела на газету и снова вокруг. Это не похоже на совпадение. И на ужасно не смешную шутку тоже. Ужас и понимание затопил ее разум и шестеренки в голове сложились в единую картину. Но такого, мать вашу, не бывает. Это какой-то бред, нет. Это неправда. ЭТО не может быть правдой. Видимо, организм настолько слаб, что от одних этих эмоций ее начала бить мелкая дрожь. Элизабет тем временем увидев состояние своей подопечной, которая свалилась на нее как снег на голову, подбежала к ней и влила остатки зелья. Девушка, спустя мгновение, расслабилась и насколько могла, взяла себя в руки. Не ожидая продолжения их «знакомства» миссис Яксли уже собралась уходить, как ее остановил хриплый, и при этом твердый голос гостьи. - Вивиан. Меня зовут Вивиан. Прошу прощения за такую реакцию. Я, если честно, не совсем понимаю что происходит, - девушка тяжело вздохнула и прикрыла свои веки. Называть свою фамилию она не решилась, подумает об этом потом. Элизабет с сожалением посмотрела на нее и ответила: - Отдыхай, девочка. Твой организм еще слишком слаб. Тебе нужно набраться сил. А пока располагайся и чувствуй себя как дома, если что-то понадобится позови Кобби, это мой личный эльф. Как будешь готова, мы обязательно все обсудим и я отвечу на любой твой вопрос, - после этого Бетси поставила на тумбочку зелье сна без сновидений и тихо вышла из комнаты. Вивиан немного полежав, встала с кровати и прошлась по своему новому месту пребывания. В голове до сих пор не укладывалась информация о том, что она каким-то, Мерлин бы его побрал, образом оказалась в 1944. Но это тоже потом. Она начала ходить по небольшому помещению и осматривать свое «жилище». Заглянув за дверь, находящуюся возле камина, ее взгляду предстала ванная комната. Скромно, в светлых тонах. Ничего вычурного и вызывающего. Ванна, раковина, минимум ванных принадлежностей. Единственное, что выбивалось в этой скромной обстановке - большое зеркало в пол. Виви, не долго думая, подошла, и взглянув в отражение, тихо ахнула. В зеркале на нее смотрела стройная невысокая девушка. Темные шоколадные кудри ниспадали до пояса. Но назвать это волосами не хватало слов. Вивиан даже Грейнджер переплюнула. Как можно назвать волосы, которые выглядят хуже вороньего гнезда? Они все спутались и висели сплошным комом, с которым без зелья для укладки не справиться. Да и зелье тут вряд ли поможет. Ужас. Виви начала изучать свое отражение и даже не заметила, как задержала дыхание. Волосы это полбеды. Ее кожа была смертельно белого цвета, а глаза, которые когда-то имели насыщенный болотный оттенок, потеряли свой блеск и смотрели на нее грязно серой массой. Они выглядели чуждо. Они будто не её. Чужие глаза, такое возможно? Продолжив осматривать себя, вывод пришёл сразу: она была безумно худой. Вивиан Блэк и раньше не могла назвать себя толстой, но сейчас ее тело было похоже на скелет, обтянутый кожей. Лицо осунулось, мешки под глазами были такие синие, что Виви, переборов себя, не стала на них зацикливаться. «Да уж, не это я ожидала увидеть. Надо думать что делать дальше. Но это все потом, сейчас нет ни сил, ни желания этим заниматься. Да и куда я в таком виде пойду? На меня без слез не посмотреть, ведь не каждый день ты видишь живой труп. Блядство». От этой мысли Виви передернуло и она поспешила убраться прочь из этой несчастной ванны, от этого зеркала, от себя. Она запрыгнула на кровать, одним глотком влила в себя предложенное зелье и спустя пару минут ее унесло в царство Морфея.