Его спасение

      В последнее время Дань Хэну холодно. Очень холодно.       Этот мороз пробирается в щели на одежде, залезает под кожу и проедает до самых костей. Он сжимает вены, колет сердце и иногда даже добирается до самого мозга, на мгновения отключая возможность слышать, видеть и что-либо чувствовать. Дань Хэну кажется, будто бы в эти мгновения он падает в пустоту, с каждым разом всё глубже и глубже.       Да и если так подумать, происходящее вовсе не удивительно: драконы — рептилии, а значит теплокровностью похвастаться не могут. Точно также, как ночи, на ставшем невероятно родным звёздном экспрессе, не могли найти в себе хотя бы крупицы столь желанного уставшим охранником тепла.       Да, именно ночи. Днём у Дань Хэна ещё получалось хоть как-то согреться, ведь он практически не сидел на одном месте, но когда приходило время сна… Каждый раз, заходя в свою комнату, Дань Хэн мгновенно терял остатки настроения, надевая теплую кофту сверху на пижамную одежду и заранее готовился опуститься в ужасающе холодную бездну, выход из которой он так отчаянно искал.       Пару раз Химеко спрашивала парня о его самочувствии, заметив некую подавленность и полное отсутствие перемен в депрессивном настроении, но Дань Хэн лишь отмахивался, называя происходящее «тренировкой выносливости» — мало ли с чем им придется столкнуться на пути в будущем, а тут он будет закалён — и продолжал мёрзнуть.       Да и к тому же, Химеко ошибалась: иногда Дань Хэн из своего депрессивного настроения всё же выползал, ведь просто невозможно было грустить, глядя на Келуса! Этот невероятный парень постоянно смеялся, не унывая ни на секунду, и дарил окружающим такое необходимое тепло своей сверкающей улыбкой!       Хорошо, ну или не только улыбкой…       Стелларон, текущий по венам Келуса, выглядел тёплым. Невероятно тёплым. Настолько приятной была эта теплота, что Келуса хотелось схватить, прижать покрепче к себе и никогда-никогда не отпускать!       Но Дань Хэн терпел. У него же тренировка выносливости как-никак.       Кроме того, когда Келус, проходя мимо него, улыбался своими прекрасными губами, показывая миру еле заметные ямочки на щеках, на какие-то секунды Дань Хэну становилось невыносимо жарко. Этой жары, взрывавшейся тысячей фейерверков где-то в груди, хватало, чтобы выдержать очередной день в этом ледяном царстве, куда иногда не забегают даже самые шаловливые лучики солнца.       Он опять отвлёкся от чтения. Мысли о Келусе были слишком притягательными, они крутились в голове и день и ночь, совершенно не желая оттуда выбираться. Да и сам Дань Хэн был не против: Первопроходец ему нравился. Очень-очень. Наверное, много кто хотел бы иметь такого… друга?       Он поёжился, поплотнее закутываясь в плед и попытался снова сосредоточится на чтении. Время было поздним, но Дань Хэн не хотел возвращаться в комнату, обитель его главного кошмара — ледяной бездны.       Сюжет в книге приобретал интересные обороты. Героиня прощалась со своим другом, навсегда уезжающим далеко-далеко, но вместо слов благодарности за время, проведенное вместе, она вскрикнула:       «Я люблю тебя! Ты — всё, что мне нужно» — и разрыдалась. Дань Хэн невольно замер с такого сюжетного поворота, отгоняя возникающие перед глазами ассоциации. До конца романа оставалось всего пару глав, а потому он хотел дочитать его ночью и взяться за следующую книгу. Всё же это литературное направление немного ему не подходило.       — И ты опять тут сидишь! Шёл бы лучше отдыхать, — звонкий голос с едва просвечивающими нотками беспокойства разрезал тишину, заставляя Дань Хэна вновь оторваться от чтения.       Келус.       Охранник закрыл книгу и поплотнее завернулся в плед, переводя взгляд на подошедшего к нему парня.       — А ты сам чего не спишь?       Парень коротко рассмеялся, демонстрируя собеседнику свои очаровательные ямочки на щеках.       — Я ходил отнести обратно кружку из-под чая, — после чего внимательно оглядел человека напротив. — Ты сильно укутался. Замёрз?       — Я в порядке, — попытался оправдаться Дань Хэн, но Первопроходец, недоверчиво оглядев его, не остался удовлетворён таким ответом.       Келус осторожно отложил книгу в сторону, взяв руки Дань Хэна в свои.       — Да ты весь ледяной! Что бы ты не говорил, это не называется «в порядке», — покачал головой парень. Он сложил чужие ладони в лодочку из своих и попытался их отогреть.       Стелларон, протекавший в чужом теле, так и манил своей теплотой. Он игрался с замёрзшим драконом, так и подзывая его к себе. Ещё пара секунд и Дань Хэн не выдержал. Он резко вырвал руки и подался вперёд, утыкаясь головой Келусу в живот и прижимая его к себе за талию.       — Так и знал, что ледяные у тебя не только руки, — воскликнул Первопроходец, обнимая Дань Хэна в ответ. — Как бы тебя отогреть…       И спустя пару секунд воскликнул:       — О, придумал! — судя по радостному тону явно гордясь своей идеей.       Дань Хэн смущённо оторвался от парня, про себя понимая, что его тренировка выносливости явно провалилась, и поднял взгляд на возвышающуюся перед ним фигуру.       — Будем спать вместе! — и заметив явное недоумение в глазах собеседника добавил. — Если тебе так хорошо помогают объятия, то будем отогревать тебя прямо во сне.       Дань Хэн ошарашенно уставился на Келуса — интересная идея взбрела ему в голову. Не то, чтобы дракон был против, но всё же…       — Пойдем-пойдем! — Келус, впавший в какой-то детский восторг, схватил второго парня за руку и потянул его за собой. Дань Хэну ничего не оставалось, как подхватить свободной рукой плед, с которым они уже успели сродниться, и направиться за неугомонным Первопроходцем.       Когда они оказались перед самой дверью в комнату Келуса Дань Хэн завис. Он понимал, что и почему творится вокруг, но вот принять этого не мог — слишком уж внезапно парень выдал свою идею. Свалился прямо как снег на голову.       — Заходи и устраивайся, — кивнул Келус, открывая перед драконом дверь.       Комната Первопроходца была такой же теплой и уютной, как он сам. Лёгкий беспорядок идеально вписывался в чуть хаотичный характер Келуса. Придя в себя, Дань Хэн чуть осмотрелся и присел на угол кровати, наблюдая за парнем, который закрыл дверь и выключил большой свет, оставляя гореть лишь ночник.       Келус снял обувь, которую надевал при выходе из комнаты и ловко перекатился к стенке, поманив брюнета к себе. Тот, немного зажато, но всё же лег на вторую половину довольно широкой кровати, которая явно была рассчитана на подобные ночные приключения.       — Давай сюда, поближе, — усмехнулся парень. — Иначе как я буду греть тебя во сне.       — Ага, — отозвался чуть смущённый Дань Хэн.       — Спокойной ночи! — пробормотал он чувствуя, как Первопроходец накрыл их одеялом и закинул руку ему на плечи обнимая.       Через пару минут послышалось тихое сопение Келуса. Дань Хэн внимательнее всмотрелся в его черты лица — тот не улыбался во сне, но в груди вновь взрывались тысячи фейерверков. Ладно, объективно говоря, Келус был красив: прямой нос, плавные линии губ, пушистые ресницы — хоть картины с него пиши!       Невольно в голове вновь стала прокручиваться сцена из книги, в которой девушка сорвалась. Интересно, сможет ли Дань Хэн когда-нибудь так же сказать, что Келус — это всё, что ему нужно? Сейчас ему хочется лишь надеяться на будущего себя.       Дань Хэна стало клонить в сон и, на удивление, ощущение страха перед пустотой не появлялось. Видимо свет лежащего рядом парня был настолько ярок, что смог разогнать её всю, другого оправдания брюнет найти не может. Вскоре он без малейших колебаний провалился в глубокий сон рядом с Келусом, веря, что тот защитит его от любых кошмаров.       Спустя пару часов, может чуть больше, а может и меньше, Келус вяло открыл глаза. Переферийно он чувствовал, что что-то изменилось. Например, где Дань Хэн, которого он больше не чувствует напротив и почему ему стало тяжело дышать? А… Понятно. Что ж, это даже мило.       Во сне парень изменил своё положение, прижавшись к груди Келуса лицом, и невероятно крепко его обнял. Первопроходец едва сдержал свой порыв рассмеяться от умиления. Под одеялом было душно и жарко-жарко, как рядом с раскаленной печкой, но всё это ощущалось настолько правильно, что любые возражения по поводу их текущего положения отпадали сами собой.       Парень с золотистыми глазами нежно улыбнулся, начиная поглаживать Дань Хэна по волосам, отчего тот сонно заворчав вяло приоткрыл глаза.       — Дань Хэн, — тихо позвал его Келус. — Дань Хэн, ослабь чуть-чуть хватку, я почти не могу дышать.       Дракон лениво сдвинулся с груди парня ему под бок.       — Извини, — пробурчал Дань Хэн. — Так лучше? Тебе было не сильно тяжело?       — Всё в порядке, — пробормотал Келус, проваливаясь обратно в сон и обнимая Дань Хэна в ответ. — Я не против, ведь… Я тебя люблю.       Дань Хэн сквозь сон дремоту почувствовал, что краснеет. От слов парня фейерверки внутри наконец-таки обрели ясную окраску. Оказывается, он тоже любит и очень давно. Брюнет улыбнулся сам себе, наслаждаясь моментом.       — Я тоже тебя сильно люблю!.. — шепнул он на грани слышимости, чувствуя теплые руки и тихое дыхание Келуса рядом. После чего Дань Хэн окончательно провалился в сон, обнимая самого дорогого ему человека.