one love: blue moon pub & jazz

                                                      V — For Us       Жаркое лето выдалось в Калифорнии. Выходные дни были настолько загружены, что на трассах образовывались пробки. Все спешили отдохнуть и развлечься как следует. Но это все было неважно. В воздухе витал вайб ускользающего сквозь пальцы лета. Хотелось насладиться последними днями сезона, которого все так ждут. Затем наступает бесконечная рутина, работа и учёба, бытовые и любовные проблемы… Но здесь будто все забывается. Хотелось летать воедино с воздухом, освобождаясь от груза на плечах, очищаясь от ненужных мыслей в голове.       Нежно ступает ступня беззаботного мальчишки лет двадцати двух, пропуская через пальцы жидкий, как золотой шелк, песок, медленно проваливаясь. Закатное солнце ослепило лицо парня, который улыбался, словно он является этим солнцем. Воздух небрежно пробирался сквозь его волосы, портя аккуратно уложенную прическу.       Тэхён улыбнулся своей фирменной улыбкой-звездочкой, глядя на сидевшего возле берега океана этого темноволосого паренька, неспеша перебирая ногами в соленой воде.       Неподалёку из паба играл джаз. Хотелось раствориться в этом мгновении.       Так, Ким Тэхён впервые влюбился.       Солнечный паренек забылся, а дни сменялись один день за другим. Отпуск закончился, нехотя отпуская из цепких лап спокойствия и безмятежности. Тэхёну пришлось выходить на работу. Нет, не подумайте, он любил то место, в котором работал, но спокойные деньки, проведенные возле океана, где вдалеке играла его любимая музыка, привлекали больше всего.       Он работал в «Blue Moon» в двух кварталах от его дома. Заходя в этот паб, ты оказываешься в другой вселенной, лишь только ты и джаз. Ким невероятно, до самых глубоких уголков души, любил такую музыку.       Место, где он жил, славился подобными местами. Туда часто заглядывали как старички семидесяти лет, вспоминая свои юношеские годы, так и совсем молодого поколение. Тэхён безудержно радовался такому явлению, ведь с течением времени люди стали забывать, что такая музыка существует, а подростки сморщено кривили носы, демонстрируя недовольство и нежелание слушать эту «безвкусицу». Это так расстраивало, но глядя на толпу народа в его пабе, он понимал, что все не зря, Ким был не один. Он был частью этой волны.       — Неужели, сам Ким Тэхён пожаловал к нам? Погнали, выпьешь с мной после отпуска. Кстати, как отдохнул?       — Джин, при всем уважении, но мне говорит начальник этого заведения во время рабочего дня. Не находишь это странным? — Тэхён прерывисто засмеялся, приглаживая свою блондинистую макушку, немного погодя добавляет:       — Определенно отдохнул от души, да так, что не хотел к Вам возвращаться.       — Так дело не пойдет. Как ты можешь бросить меня, своего любимого начальника, а? Ни стыда, ни совести, Ким. Именно поэтому мы сейчас обязаны выпить и отказы не принимаются.       Блондин тяжко вздохнул, принимая поражение. Его друг достал свое красное полусухое вино двадцатилетней выдержки, которое он так любил, разливая по бокалам.       — Признавайся, Тэ, что запоминающегося в твоем отдыхе было? Может, нашел себе вторую половинку, м?       Джин, несмотря на статус начальника, был близким другом Кима. Однажды Тэ, с видом запуганного подростка, вошел в этот паб, нерешительно перебирая ногами. Пришел он туда фанатом джаза, как посетитель, просто насладиться атмосферой, царящей в одном из легендарных пабов на этом авеню. А второй Ким, с вайбом весельчака, случайно врезался в парнишку, еще больше того пугая, рефлекторно дернувшись в сторону. Тогда тот будто почувствовал, что Тэхёна он хотел бы видеть здесь — в их коллективе. И то самое чувство интуиции не прогадало, увидев в нем большой потенциал и стремление развиваться. А затем и вовсе спелись друг с другом. Так Ким Тэхён обрел своего первого и единственного друга.       — Тэ, ты чего молчишь? Неужто нашел? — Ким медленно выходя из транса мыслей, резко дергается, и взгляд становится четким.       — Да ну, какая любовь, Джин? Я еще тот романтик, а вокруг одни козлы. За исключением тебя, конечно же.       — Дружище, значит, не там ищешь. Да и почему бы не приглядеться к народу у нас в пабе, м? Не каждый дурак будет тонким ценителем джазовой музыки.       — «Это верно, друг мой, но где же он тот самый», — подумалось Киму.       — Так, расслабились немного, теперь за работу! — скомандовал начальник, сгребая в охапку толстую папку документов, и добавляет:       — Ты сегодня за старшего, братан, мне нужно разобраться с открытием филиала. Ну, помнишь, который мы с тобой смотрели до твоего отпуска. Хочу расшириться, а дело закончить надо, все почти готово.       — Есть, сэр! Да прибудет с тобой удача, чувак, — ухмыляясь, произнес Тэхён, убирая бокалы из-под вина и начищая барную стойку до блеска.       Десять вечера. Заведение наполнено народом — истинными ценителями джаза. Кто-то сидит на диванчиках, расслабленно кивая в такт музыкальному бэнду, создавая атмосферу живой музыки для каждого посетителя, а кто-то, растворяясь в танце с головой, танцует с любимыми людьми.       — «Как всегда», — с улыбкой и приятной теплотой в груди отмечает Ким, делая незамысловатый коктейль посетителю, сидящему рядом по противоположную сторону барной стойки.       — Честно признаться, я впервые здесь, а уже влюбился в это место. Теперь я буду частым гостем у Вас, — произносит с улыбкой парень лет двадцати трех, мило морща носом.       И стоило Тэхёну обратить взор на посетителя, внутри все взорвалось фейерверками.       — «Неужели, это тот самый парнишка возле океана…?» — Тэхён, задумавшись на мгновение, улыбается в ответ.       — Я рад еще одному любителю джаза. Будем ждать Вас!       — Можно на ты? Как тебя зовут? — произносит парень, медленно размешивая трубочкой в бокале свой коктейль.       — М, без проблем. Меня зовут Тэхён.       Рядом с этим человеком хотелось улыбаться, демонстрируя улыбку во все тридцать два. Аура у него такая — спокойная и непринужденная. Хотелось обнять и растаять лужицей возле него. Как бы он ни пытался сделать невозмутимый вид, это с трудом удавалось.       — «Не теряй самообладание, слишком рано», — холодный разум подсказывал, сохраняя осторожность в отношении милого кролика перед ним.       — «Раскрой свое сердце ради него», — послышалось где-то в районе солнечного сплетения. И это послужило отправной точкой, закручивая в тугой узел каждый орган в организме.       — А меня — Чонгук. Будем знакомы, — с некой теплотой произносит новоиспеченный друг (а друг ли?), протягивая ладонь для рукопожатия.       Протягивая руку в ответ, Тэхён еще больше влюблялся, смотря в эти глаза.       Чонгук заметил того еще на пляже: невинный взгляд, направленный на него, нежные и неторопливые телодвижения, и полное выражение наслаждения моментом — все это Гука утопило в пучину влюбленности. Четкое ощущение бабочек в животе и нехватка касаний этой слегка темной от загара яркого солнца кожи. Хотелось ощутить сполна и узнать его. Но решиться он так и не смог.       Зато для него стало точкой невозврата данная в встреча в пабе, где их связывала уже, как минимум, одна любовь — любовь к джазу. И Чон не собирается больше отпускать того из виду. Не в этой жизни, ребята.       — Чонгуки, нет! Она же холодная, я туда не полезу!       — Тут совсем не холодно. Ну, пожалуйста, Тэ, — пробубнел Чон, но тот не растерялся, следом пуская в бой свои оленьи глазки.       Знал же, паршивец, что Ким никогда не может ему отказать буквально ни в чем. Вздувшись как пузырь, Тэхён, снимая остатки одежды, с разбегу бежит к Чонгуку, с головой ныряя в прохладную воду. По телу прошлось стадо мурашек, которые мгновенно исчезли, сменившись теплом чужих рук, обвивших тонкую талию.       — Ну и как водичка? Я же говорил, что это не так страшно, — давя счастливую лыбу, спрашивает Гук, нежно глядя тому в кофейного цвета глаза.       Тэхён завис. Глаза медленно изучали лицо напротив: губы, налитые слегка розовым вперемешку с красным цветом, которые так и манили их поцеловать; нос, словно кнопка, который, опять же, хотелось поцеловать. Все, черт подери, хотелось расцеловать, подарить всю нежность, безграничную любовь и заботу человеку напротив. Именно эти чувства копились в Тэхёне с той самой решающей встречи в их судьбе полтора года назад.       Чонгук думал о том, что еще чуть-чуть, и назад пути не будет. Безграничное желание целовать и оберегать сопровождали его столько лет, буквально с первого дня знакомства. Но надолго его не хватило. Медленно опуская взгляд на манящие, чуть приоткрытые губы, он нежно проводит большим пальцем по нижней, будто давая время понять, что, вот он я, и не собираюсь отступать. А Тэхён не был против. Он зачарованно ждал, легонько поглаживая грудь парня парня напротив.       — «Ну, вот и все», — подумали они оба, и их уста слились воедино. Поцелуй напоминал расслабленные танцы посетителей паба под их любимых джаз. Это словно мёд на душу, тягучий, но до одури приятный, вызывающий невероятный спектр эмоций. Тела, словно магнитами, притягивались друг другу, не оставляя даже малейшего пространства. Правая ладонь руки Чонгука легонько оглаживала участок кожи на щеке, а рука, держащая осиную талию Тэхёна, стремительно пробиралась под футболку, мягко оглаживая спину по периметру.       Уложив на поверхность кровати хрупкое и такое манящее тело, Чонгук стал покрывать лицо Тэхёна поцелуями-бабочками, теми самыми обитателями внутри каждого из них, вызывая мимолетную улыбку на устах. Ким непроизвольно закатил глаза от невероятного удовольствия, прокусывая чуть ли не до крови нижнюю губу. Обвив ногами талию первого, черноволосый застонал в голос.       — Судя по голосу, ты и твое тело так сильно ждали подобного, — хихикнув в кулак, Тэхён взглянул на Чона, в котором читалось только растущее желание, сплетаясь со страстью и любовью.       — Определенно, с первой нашей встречи я жаждал только тебя, моя звездочка.       — Звездочка? Мне нравится.       Неспешно избавившись от ненужной одежды, Чонгук спускался еще ниже, покрывая все тело мокрыми поцелуями. Тэхён внутри себя сходил медленно с ума от его электрически заряженных касаний, таких желанных, от чего тот был готов расплавиться, словно кусок металла, превращающийся в жидкую субстанцию.       Они оба сходили с ума и не были против подобного исхода событий. Ведь они точно сумасшедшие. Сумасшедшие влюбленные.       Чон вошел медленно в любимое тело, и в каждом взорвались множество звезд на десятки тысяч галактик.       В голове было ни одной мысли. Те давно вылетели из головы, расслабляя мозговой процесс от ненужной сейчас информации. Только громкие стоны и вдохи наслаждения, которые заменили им все.       Из приоткрытого окна доносился джаз с балкона квартиры напротив. Никто не сообщил, но двое нуждались в том, что их когда-то свело друг с другом на жизненном пути.       Стоны усиливались с каждой секундой, тела дрожали в предстоящей разрядке. Чонгук и Тэхён были словно соединенные друг с другом оголенные провода, которые с каждым разом вспыхивали новыми искрами. И эти двое, сжимая друг друга в объятиях, распадаются на атомы. Тела будто парят воздухе, становится так легко.       Гук, не выдержав, кончал со слезами на глазах, а Тэ громко кричал в помутненном рассудке имя важного человека, сменяя на бесконечные слова о любви.       — Звездочка, я люблю тебя. Спасибо, что подарил мне джаз и себя, — Чонгук целует изгиб чужой шеи, вдыхая запах любимого мужчины, крепко обнимая после такого долгожданного занятия любовью.       — А я тебя, крольчонок с глазами бэмби. Спасибо, что когда-то стал гостем «Blue Moon» и стал моим персональным джазом, — из груди доносился низкий смех, сопровождаемый той широкой улыбкой-звездочкой, которой Тэхён одарил при их первой встречи Чонгука.       А Чон, смотря, растворялся в звездочке, заменяя им воздух.