Я сломаю тебя.

— Тебе бы умыться, Кристин. Дойдёшь до ванной? Или давай я провожу? — спросил Влад. — Я не знаю, где у тебя находится ванная, — ответила она с легкой улыбкой на лице, снова вернув взгляд на парня. Ракитова упёрлась руками в диван, тем самым пытаясь встать с него. Девушка уже с лёгкой слабостью в ногах встала с дивана. Голова немного кружилась. Но это не поспособствует тому, чтобы она вновь упала в обморок. Ракитова вообще не понимала, что произошло с ворчливым и грубым соседом. Его словно подменили. Ракитова встала с дивана сама, но Влад заметил, что она всё равно немножко неуверенно держится на ногах. Поэтому он аккуратно — чтобы не дай бог ничего не подумала — взял её за локоть. — Пойдем потихоньку. Полотенце там чистое. Кран, правда, немножко капает, все никак руки не дойдут поменять… — проговорил Череватый. Перекинув через плечо рушник, Влад неторопливо повёл Кристину в сторону ванной. Ему это было несложно, но хотелось не отвести её туда, а отнести на руках. Представив, как девушка отреагировала бы, подхвати он её сейчас на руки, парень едва заметно хмыкнул. Дойдя до ванной, девушка высвободила свою руку из мужской, заходя в светлую комнату. Найдя включатель, в ванной загорелся свет, а Кристина посмотрела на своё отражение в зеркале — небольшие круги под глазами, струйка крови, стекающая по губам и бледноватое лицо. Прокрутив кран с холодной водой, она стала умыться. По мимо того, что она смывала кровь, так ещё и приводила себя в более-менее стойкое состояние. Умывшись, Ракитова выключила воду и, повернувшись, взяла висящее полотенце, вытирая лицо и руки. Лучше ей не стало. Повесив полотенце обратно, она вышла из ванной, нажимая на выключатель. И тут же у неё снова закружилась голова. Девушка сделала ещё шаг вперёд и пошатнулась, ощущая лёгкую тошноту. — Оп-ля, — на этот раз Влад был готов и поймал Кристину сразу. Она была такой тоненькой и лёгкой, что ему казалось, что он смог бы без труда удержать её одной рукой. Да. Одной рукой он держал бы её, а второй, например, отвел бы от её лица выбившиеся из прически волосы. Даже в свете самой обычной лампы тёмно-каштановые пряди казались мягкими, струящимися, и Влад уже знал, как они пахнут. Ему вдруг так захотелось снова почувствовать этот тонкий опьяняющий аромат, что он на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Что ты за человек такой? — прошипел бес. — То есть тогда, когда я говорил «давай, присмотрись, огонь девка!» — ты воротил нос, а теперь готов сдохнуть от счастья только потому, что она вкусно пахнет?! Просто охуенно! Первым порывом Череватого было посоветовать бесу захлопнуть рот. Вторым — просто послать. Но он помнил, как на все его диалоги с бесом реагировала Кристина… и счёл за благо промолчать. Но только пока. А потом эта субстанция огребёт пиздюлей по самое не хочу. Сейчас были дела поважнее. Влад обхватил Кристину за талию одной рукой, прижимая её к себе, словно в танце, а второй всё-таки приподнял её бледное лицо навстречу своему. — Кристин, не сочти занудой — но это действительно серьёзно. Ты же на ногах не можешь стоять нормально. Может, всё-таки врача? Или этому своему Егору набери. Тебе нельзя без присмотра, — проговорил Влад. Анатолий осуждающе фыркал где-то позади, но Влад его не слышал. Всё его внимание было сосредоточено на девушке в его руках, и он очень хотел не просто поддерживать её, а по-настоящему обнимать. Да. Обнимать, прижав к себе крепче и уткнувшись лицом в нежное местечко между хрупким плечом и нежной шеей. — Не нужно, — ответила Ракитова, смотря на Влада. — Ты и так сделал всё, что возможно. Врач скажет только отдыхать. Его лицо было слишком близко к её, что заставило Кристину слегка нахмуриться. Если бы это сейчас видел Устинов — он бы просто сошёл с ума от ревности. Главное, чтобы это не всплыло в других подробностях, в которых этого и не было. Егору девушка звонить не будет, чтобы он лишний раз не переживал из-за пустяка. Она бы никогда и не подумала, что Влад вот так будет себя вести — спокойно. За сегодняшний вечер его стало слишком много в жизни Ракитовой и даже близко, беря в счёт то, что он находится слишком близко к ней, придерживая её. В лифте было тоже самое? Аккуратно положив свою ладонь на его руку, которая находилась возле её лицо, Кристина убрала её, ощущая быстрый стук сердца. Девушку настораживало только то, что она будучи в отношениях стоит очень близко к другому парню. Она убрала и вторую руку Влада со своего тела. — Я просто пойду домой и лягу спать, — проговорила Кристина. — Спасибо, — она бы ещё добавила то, что: «удивительно, что он не оставил её в лифте и решил помочь». Но Кристина промолчала. Не то что бы Влад совсем не ожидал от Кристины слов благодарности — просто в свете опыта предыдущего общения даже простое «спасибо» прозвучало словно нежный перебор предпоследней октавы фортепиано, заглушивший собой нестройные вопли дворовой панк группы. Подняв брови, он немножко смущенно пригладил ладонью волосы, ответив: — А… Пожалуйста. Я как-то даже рад, знаешь. Не тому, что тебе стало хреново… тому, что ты в этот момент оказалась не одна. Вот… Несколько секунд он стоял и просто смотрел на Кристину, а потом вдруг улыбнулся, говоря: — Оказывается, мы вполне способны просто разговаривать друг с другом, прикольно… — Я и до этого могла, — с лёгкой улыбкой на лице ответила Ракитова. — Это ты всегда начинал дуть на потухший костёр. И действительно, будь она одна в этом лифте — то вероятнее всего расшибла бы себе лоб — и это малое, что могло случиться. А если бы она вообще пошла пешком? То вряд ли бы дошла до своего этажа. Если честно, девушка ещё ни разу не видела, чтобы Влад улыбался. А он оказывается умеет это делать. Влад так удивился, что Кристина улыбнулась ему в ответ, что даже не сразу нашёл, что ответить. Он просто стоял и смотрел на неё, не обращая внимания на злобное пыхтение у себя за стеной, и думал о том, как бы задержать Кристину у себя ещё хоть немножко. Конечно, ей нужно отдохнуть, поспать, прийти в себя… И вдруг его озарила мысль. — Соглашусь, на меня иногда… находит, — произнёс Влад с покаянной улыбкой, не узнавая сам себя. — Извини. А давай чаю попьём, это будет как трубка мира. Не на брудершафт, конечно, просто так. У меня есть один хороший травяной, мигом в тонус придёшь. Соглашайся. — Приворожить решил? — проскрипел бес. — И нахуя? Было ли ей странно услышать такое предложение? Ещё как. Но на самом деле её тело трясло, а горячий напиток поможет согреться. Странно, что после обморока ей только холодно, а не что-то ещё серьёзное. — Мне нравятся травяные чаи, — ответила Ракитова, всё ещё смотря на парня. Если он предлагает ей такое и говорит о том, что — это трубка мира. Соответственно, Влад хочет наладить общение. Так зачем ему мешать в этом? Она изначально хотела с соседями иметь хорошие отношения. Лучше поздно, чем никогда. — Отлично, — Влад снова улыбнулся и потёр ладони. — Тогда пойдём в кухню. Только… может, без пальто тебе будет удобнее? Если бы ему понадобилось бы охарактеризовать то, что он чувствует сейчас — то он без колебаний сказал бы, что рад. А почему… Может быть, потому, что Кристина не вешалась на него, а совсем даже наоборот, и поэтому обычная беседа с ней была приятна. Честно говоря, Влад уже и позабыл, когда девушки смотрели на него вот так — не хлопая ресницами и не заливаясь смехом в ответ на каждое его слово. Понятное дело, Влад не имел права снять с Кристины пальто сам, но помочь ей мог вполне. Поэтому он стоял и ждал, что она повернется к нему хотя бы вполоборота, чтобы принять у неё одежду и повесить на бронзовый крючок вешалки. Ракитова сняла с себя пальто, передавая вещь парню. У неё и в планах не было того, чтобы остаться в квартире Влада ещё на какое-то время. Девушка только достала из кармана пальто свой телефон, если вдруг ей позвонит или напишет Егор. Но лучше пускай Устинов пишет. Как бы сейчас Влад не говорил про примирение, кто его знает, что он может выпалить, если ей позвонит Егор. Вдруг, что-то начнёт говорить на фоне? Но Устинов ничего ей не писал. Повесив пальто на вешалку, Влад приглашающе взмахнул рукой в сторону кухни. — Только нужно будет немного подождать, свежий заварю. Пройдя за Кристиной на кухню — он изо всех сил старался не смотреть ей ниже пояса, но получалось так себе — Влад поставил на плиту чайник и принялся готовить заварку. Конечно, электрический чайник вскипел бы гораздо быстрее, но ему очень не хотелось, чтобы это всё кончилось. Листья малины, душица, сушёная земляника, мелисса… Даже в сухом виде это сладко пахло летним лесом. Ополоснув под горячей водой прозрачный стеклянный чайничек, Влад насыпал в него листики и ягодки. Осталось дождаться, чтобы вскипел чайник на плите. Девчонка ранее проследила за всеми движениями парня, не забыв отметить для себя, то, что у Влада на кухне очень чисто и всё расставлено по полкам. Еще она заметила стеклянные баночки со множествами разных трав. — Учишься или работаешь? Закрыв чайничек крышечкой, Влад накрыл его махровым полотенцем и, обернувшись к Кристине, сказал: — Буквально три минуты подождать. Как ты пьешь чай? Сахар, лимон? — Если травяной чай, то без сахара и лимона, — ответила она. — Я работаю преподавателем танцев, — закончила Кристина, решив написать Егору. Возможно, это было неправильно по отношению к Владу, потому что между ними всё-таки завязался диалог, а она, ответив, сразу же отвлекается. Девушка написала парню, что она ляжет поспать, дабы Устинов не позвонил ей. Девушка только что соврала своему парню. А если это потом всплывёт? Будет караул. Обычно она никогда не врала, а сейчас сделала это. Почему? Может, потому что ей не хотелось, чтобы им с Владом сейчас что-то помешало? Или, быть может, чтобы Егор не переживал, что она так резко пропала? Почему-то приоритет девушка поставила на первый вариант. — Ух ты, правда? — Влад округлил, невольно окинув Кристину взглядом. — Теперь ясно, почему… — он осёкся, чуть не проболтавшись о том, что видел, как она танцует. — Ясно теперь, почему ты так легко поднимаешься по лестнице — чуть ли не на Эльбрус, — произнёс Череватый после едва заметной заминки. — А ты работаешь с детьми или со взрослыми? Мне кажется, с детьми сложнее. Их иногда и родители то не понимают… Он заметил красивые, необычные тату у Кристины на руках ниже локтей, и ему очень захотелось узнать, что они для неё значат. Но это был слишком личный вопрос, и поэтому, чтобы не лезть, куда не звали, Влад отвёл от них глаза, снова взглянув девушке в лицо. — Неправда, — ответив, усмехнулась девушка. — Я на самом деле очень быстро устаю, особенно в последнюю неделю точно — словно высасывают силы, — Ракитова всё так же усмехнулась, явно не веря в эти слова. Но обычно люди так говорят, когда действительно сильно устают. Последняя неделя. Кристина сказала «последняя неделя», и у Влада в голове словно вдруг сложились кусочки какой-то мозаики. Чуть больше недели назад он провёл обряд, а теперь Кристина… — Вот так! — зловеще прокаркал бес. — То ли ещё будет… Влад вдруг почувствовал себя так, словно Кристина застала его за чем-то непотребным. Краска бросилась ему в лицо, и он отвернулся к навесному шкафчику, доставая из него чашки и блюдца — тоже прозрачные, как и чайник. Заварку он наливал очень аккуратно, стараясь, чтобы в чашки не попали листики, и от воды цвета жжёной карамели поднимались серебристые завитки ароматного пара. Кипяток из большого чайника Череватый тоже долил неторопливо. Не то чтобы он тянул время… Некстати мелькнувшая мысль, что состояния Кристины — не в последнюю очередь его заслуга, ему категорически не понравилась. — Ты знал, на что идёшь! — жёстко процедил бес. — Нехуй теперь сопли разводить! Она — просто ресурс, и поверь мне, ты взял только щепотку. Влад промолчал; взяв в руки чашки с чаем, он повернулся к Кристине, поставил их на стол, сказав: — Вот. Только не обожгись. И ещё… Снова открыв шкафчик, он достал оттуда мисочку с орехами и сухофруктами. Он не знал, ест ли девчонка конфеты, а предлагать просто пустой чай было неудобно. Сев за стол напротив Кристины, он поставил между ними импровизированный десерт и, взглянув девушке в глаза, улыбнулся. Отпив глоток из чашки, он окинул Кристину внимательным, почти придирчивым взглядом. Она всё ещё была бледной, а тёмные волосы и брови только подчеркивали это. Но она хотя бы не шаталась теперь из стороны в сторону, и он вздохнул. — А ты была у врача? С чем связана твоя слабость? — Да это просто переутомление, — ответила Кристина, вдохнув аромат заваренного чая. — Из-за стресса, из-за работы — да и погода играет немаловажную роль. А чай действительно хороший, — сказала она, положив телефон на своё бедро, делая осторожный глоток чая. — А то ж, кто готовил чаёк то, — отозвался Влад вздернув бровь, и тут же прыснул со смеху. — Я рад, что тебе вкусно. И не стесняйся, ешь. Подвинув к Кристине мисочку со сладостями, он снова отпил чаю. Он и правда был хорош, Владу даже показалось, что этот чай ни разу ещё не получался у него таким вкусным. От него не укрылось, что Кристина не расстается с телефоном. И ещё — что она словно немного нервничает. Боится, что мил сердечный друг узнает, у кого она в гостях? Он вспомнил, что и как сказал после того, как они застряли в лифте, и вздохнул. — Я в дождь тоже как пьяный иногда. И спать хочется. Хотя гулять под дождём люблю, особенно когда мокрыми цветами пахнет. Сказав это, Череватый немного смутился — вроде как парню любить цветы не круто. Анатолий фыркнул, но ничего не сказал. Ему было интересно, что будет дальше. — Я когда сюда приехал, в Москву я имею ввиду, тоже какое-то время как не в своей тарелке был. Правда, я сначала не здесь жил. А отсюда и до работы ближе, и район вроде получше. А если не секрет — почему ты не живёшь вместе с… Егор же его зовут, верно? — Ну, я пока просто не готова съезжать, — откровенно ответила девушка, отпив ещё немного чая. — Потому что сейчас всё хорошо, а съехавшись, будем постоянно видеться и ругаться из-за бытовой рутины. Если честно, то её не особо заинтересовало то, почему Влад спросил об этом. Это простое поддержание диалога, чтобы просто не сидеть в тишине — так думала Ракитова. Влад пожал плечами, поставив чашку на стол, и взял из вазочки засахаренный миндаль. Всё хорошо, значит… Ну-ну. На миг Влад вдруг почувствовал какое-то злорадство — вряд ли всё было «хорошо» после того, как они застряли в лифте. Череватый и сам не понимал, что тогда его дернуло за язык — но сейчас он подумал, что окажись он снова в том дне, то поступил бы так же. Потому что… Потому что! — Зато к тебе тогда вряд ли ломились бы озверевшие от недоёба олени, — фыркнул он. — Ты на днях был готов ломиться к ней точно так же, — ядовито бросил Анатолий, неизвестно почему злой до белого каления. — И тебе тоже было до лампочки: дома её олень или нет. Влад раздраженно вздохнул, всей душой жалея, что не может сейчас послать беса куда подальше без риска того, что Кристина окончательно сочтет его ебанутым. Хотя куда уж больше то. Собственно, Владу было всё равно, в общем-то, какого девчонка о нём мнения — ему с ней не жить и детей не крестить. Но в том, что сейчас они не лаялись, было что-то необычное. Таких вот разговоров от него, по видимому, хотела Анна — но сам Влад этого не хотел. Ему было неинтересно, и всё. А Кристина — её открытая неприязнь в прошлом всё-таки его задела, хотя он ни за что не признался бы в этом даже сам себе. А теперь ему стало любопытно, почему она изменилась. То ли действительно не было сил из-за постоянного оттока энергии, то ли просто надоел режим королевы. Оперевшись спиной об стену, Влад слегка склонил голову к плечу, рассматривая Кристину, и хмыкнул: — Ты какая- то другая. Не как я думал. — Да нет, я обычная, — Ракитова пожала плечами. — Обычно говорят, что — первое впечатление обманчиво. Я тоже самое могу сказать о тебе, что сейчас ты тоже другой. — Ну не знаю, что там у кого с первым впечатлением, — губы Влада дрогнули в брезгливой насмешке, — насчёт наших с тобой соседей мне всё сразу ясно стало. Каблук и чихуахуа. Если не смотаешься отсюда в скором времени, то сама убедишься. И не раз. Отправив орешек в рот, Влад на миг поджал губы, слизывая с них крупинки сахара, и вдруг Кристина поднялась с табурета, на котором сидела. Он метнул взгляд на её чашку — она была полной чуть меньше, чем наполовину — а потом посмотрел на девушку. — Ты куда? — вырвалось у Влада, а Кристина, глядя на него томными, сияющими глазами, промурлыкала: — К тебе. От неожиданности у Влада вдруг перехватило дыхание, а сердце застряло где-то в горле. В следующий момент Кристина каким-то непостижимым образом оказалась у Череватого на коленях, обвивая руками его шею, и он с трудом сглотнул комок в горле, чувствуя, как его мгновенно налившийся желанием член упёрся девчонке в бедро. Её голубые глаза потемнели, а в следующий момент Влад и Кристина целовались взасос, едва не срывая друг с друга одежду. — Ох-х-х, Крис… — выдохнул Влад, закрывая глаза от наслаждения, и в тот же миг услышал хриплый издевательский смех у самого уха. Изумленно распахнув глаза, Влад увидел, что они с Кристиной сидят как сидели, каждый на своей табуретке. Его сердце колотилось вовсю, ладони взмокли, а по-настоящему возбужденная плоть больно упиралась в одежду. — «Ох-х-х, Крис!» — еле выговорил бес сквозь хохот. — Видел бы ты себя со стороны! И это я ещё даже не старался… Тряхнув головой, словно желая избавиться от ненавистного голоса, терзающего уши, Влад поджал губы и взглянул на Кристину, с трудом переводя дыхание. Сука, Анатолий, пиздец тебе. — Что? — спросила девушка, слегка нахмурив брови и смотря на Влада, держа всё ещё в руке кружку с чаем. Был ли у неё шок? Безусловно. Так её называли только родители — и то по большей части мама, и Егор. Но услышав это от Влада, Ракитова едва ли не поперхнулась чаем. С чего он решил, что может так звать её? Но девушка ничего не сказала против, представляя, что, возможно, может случиться из-за этого словесная перепалка и былая идиллия просто исчезнет. Влад осушил чашку с горячим ещё чаем так, словно это был стакан с водой. Внутри него всё было несравненно горячее, его кровь бурлила и клокотала, словно крутой кипяток, отдаваясь обжигающим пульсом во всем перевозбуждённом теле. Поставив на стол пустую чашку, Влад несколько мгновений смотрел на сидящую напротив него Кристину и никак не мог понять, почему она сидит на табурете, а не на нём. Морок, наведенный злоебучей нежитью, оказался настолько реалистичным, что Череватому казалось сейчас, что он действительно до сих пор чувствует вкус губ Кристины. И ему так понравилось это ощущение, что он едва не встал из-за стола, чтобы узнать, насколько сладкие и горячие эти губы на самом деле. Однако недоумение Кристины подействовало на него, словно ледяной душ. Вздохнув, Влад слегка улыбнулся и, скрестив руки на груди, отозвался: — Ничего. Просто ты единственная моя знакомая с таким именем. Вспомнил, как комнатный мачо, — он ткнул пальцем в сторону соседней квартиры, — назвал тебя «Крисик»… Димасик, блять. Прикрыв глаза, девушка не смогла сдержать лёгкого смеха. Действительно, сосед тогда шокировал её не только тем, что желал подружиться с ней и сблизиться — но и ещё тем, что исковеркал её имя, думая, что это звучит красиво. Только вот Ракитова тогда не нашла это смешным, а сейчас почему-то нашла. Льстило ли ей то, что сказал Влад? Да не совсем. У неё, если честно, тоже нет знакомых с именем Влад. — Господи, — начала Кристина, всё ещё улыбаясь и вспоминая тот случай. — Хочется забыть тот день, как страшный сон. Меня раздражают такие люди, как он. Вроде бы есть жена. Ну куда ты лезешь? — Да он пьяный вообще дурак, — отозвался Влад, поднимаясь из-за стола и убирая свою чашку в мойку. — И вообще, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. По-любому он и раньше на тебя пускал слюни… А тут баба свалила поливать кабачки, вот хер и сорвался с поводка. Только с тобой, мне кажется, в любом случае это дохлый номер. Оперевшись бедром о кухонную тумбу, Влад невольно окинул Кристину взглядом и его снова словно обожгло. — Ладно, спасибо за чай и за помощь, но я, пожалуй, пойду, — проговорила девушка, вставая из-за стола. — После такого отдохнуть хочется. Ракитова прошла в прихожую, снимая своё пальто с вешалки и накидывая его на плечи. Она вспоминал детство в квартире у родителей. И сейчас было такое ощущение, что Кристина уходит от подруги. Они, к слову, тоже жили на одном этаже и постоянно, даже в одних носках, перебегали друг к другу в квартиру. Было же такое беззаботное время. — Да пожалуйста, — немного небрежно пожал плечами Влад, выходя следом за Кристиной в прихожую. — А к врачу всё-таки сходи. В следующий раз — не дай бог — добренького Влада рядом может и не оказаться. — Хах, добренького, да, — откуда-то издалека хмыкнул бес. — Сначала, значит, цветы жжём на кладбище, а теперь… — Хватит… — оборвал его Влад, и тут же договорил для Кристины: — думать, что ты очень сильная. Себя надо беречь. — В следующий раз всё будет хорошо, — сказала Кристина, слегка измучено улыбнувшись.— У меня нет ни времени, ни сил, чтобы ходить по больнице. Но правда, спасибо, что не оставил и не прошёл мимо, — проговорив это, Ракитова схватилась за дверную ручку, опуская её вниз и толкая входную дверь от себя. Влад небрежно пожал плечами. — Да что там… Надо быть совсем уж отбитой тварью, чтобы не помочь. Не перешагнуть же мне через тебя надо было. Он вышел вслед за Кристиной в подъезд, говоря сам себе, что хочет просто удостовериться, что она хотя бы эти пять метров до своей двери пройдёт нормально, не свалившись по дороге. Хотя чего греха таить — ему понравилось прикасаться к ней. И он с удивлением вдруг осознал, что хочет большего. Где-то над ухом гадко хмыкнул бес: — Подбери слюни, Казанова! Ей сейчас ну вообще не до этого! Ты реально маньяк какой-то… Влад ничего не ответил, провожая Кристину взглядом, и вдруг увидел рядом с лифтом какие-то свертки на полу. Пакет с эмблемой супермаркета рядом с домом точно был его. А вот упаковка с мясом, аккуратно лежащая сверху — нет. Сделав несколько шагов в сторону, Череватый поднял их с Кристиной покупки и обратился к ней: — Кристин, ты кое-что забыла. Анатолий хихикнул: — Ну вообще… Она ж теперь решит, что ты что-то хочешь с неё поиметь за помощь. С неё или её… — Ой, спасибо, — проговорила Кристина, беря из мужских рук лоток с мясом. Ракитова решила бегло осмотреть парня, пока они стоят друг напротив друга. Правда, в подъезде не прям ярко, как при дневном свете — но светлые стены придают не мало света от лапочек. Она смотрела на его лицо, правда, это было очень заметно, потому что ей пришлось задрать голову вверх, ибо разница у них в росте была не десять сантиметров. Кристина смотрела на его лёгкую щетину. Егор тоже мог отпустить растительность на лице — но ему это не очень нравилось, потому что она прибавляла парню несколько лет верхом, когда тот старался выглядеть молодо. Интересно, а сколько лет Владу? Ещё она смотрела на его родинки на левой стороне лица, а затем в тёмные и пронзительные глаза. Больше Ракитова ничего толком не успела рассмотреть, потому что — это было бы уже внаглую. Владу не впервой уже было ловить на себе девичьи и женские взгляды — любопытные, изучающие, восторженные, откровенно влюбленные — их было так много, что он уже перестал на них реагировать. Но Кристина сейчас смотрела на него совершенно не так, как остальные. Её глаза были внимательными и задумчивыми. Обычно Череватому было достаточно только улыбнуться или подмигнуть, чтобы смутить до слёз или привести в восторг любую девчонку, но сейчас он не сделал ни того, ни другого. Он просто стоял напротив Кристины в полумраке подъезда, и его взгляд метался по её лицу, на несколько секунд задерживаясь то на усталых тяжёлых ресницах, то на губах с едва заметно опущенными уголками, то на чуть хмурых бровях. Хотя Кристине не подходило слово «хмурая». Она была пасмурная. — Да отпусти её уже, кавалер, — прошипел Анатолий, — мне сегодня с неё ещё взять надо на завтра. Для тебя в первую очередь, между прочим! Слышишь? — Да, — отозвался Влад и тут же спохватился: — Я имею ввиду, пожалуйста. Он уже сбился со счёта, сколько раз за этот вечер произнёс это слово. — Ну, я пойду. И можешь здороваться со мной. Я не кусаюсь, как видишь, — произнёс Влад, возвращаясь к своей двери. — Не кусается он… — снова вылез бес. — Та блондинка, между прочим, неделю синяки замазывала… — До поры — до времени, — ответила Кристина, слегка усмехнувшись. — Ещё раз спасибо, — после этих слов она достала из кармана пальто ключи, вставив один из них в замочную скважину, и провернула несколько раз, опустив ручку вниз и потянув дверь на себя, скрываясь за ней. Сняв с себя верхнюю одежду и обувь, она зашла на кухню и убрала лоток с мясом в холодильник, вымыв руки и идя в гостиную, потому что сейчас сил не было ни на что. Она ещё не отошла от недавнего обморока. Интересно, Егор ей писал что-нибудь? Но это она уже посмотрит позже. Сейчас главное прийти в себя. Кивнув девчонке на прощание, Влад дождался, пока её дверь клацнет замком, и тоже зашёл домой. Пройдя на кухню, он поставил пакет на стол, всей душой надеясь, что бутылка всё-таки уцелела. Ему не жаль было вина, но не хотелось, чтобы оно намочило всё остальное. К его удовольствию, всё было в порядке; он начал разбирать покупки, раскладывая всё по местам. — Ну, я пошёл, что ли? — в голосе Анатолия звучал вопрос, и Влад, вспоминающий, как несколько минут назад Кристина сидела вот на этом табурете, пила чай, и даже улыбалась, немного рассеяно спросил: — Куда тебя опять хер понёс? — Рыбачить, — хмыкнул бес. — Ловить золотых рыбок, которые будут исполнять твои желания. Так, что все охуеют. Так я пойду? — Вали, — после секундной заминки отозвался Влад. — только без браконьерства сегодня. — Ой, вот только не надо этих розовых соплей… — начал было Анатолий, но Влад тут же нахмурился: — Угробишь её — сам же громче всех верещать будешь, как ебаный пиздец, — хмыкнул Влад. — Её угробишь… — протянул бес. — Да она вон на ногах не стоит. А ты про неисчерпаемые силы мне тут гонишь. — Она ими пользоваться ни хуя не умеет, — фыркнул Анатолий. — А мы с тобой — да. Ах да! Теперь то у тебя есть кое-что покруче резинки с волосками… — Полотенце с кровью? — мгновенно сообразил Череватый. — Умница! — хохотнул Анатолий. — Угу… — протянул Влад, как-то странно себя чувствуя. Словно он сделал что-то неправильно.