Blind Love

      Телефонный будильник с совершенно стандартным, мерзким и противным звуком пищал уже во второй раз. Ли Минхо было сложно подняться сразу и начать свои сборы, однако работа порой вынуждала его это делать. Сейчас он находился на должности администратора китайской чайной, в которой по факту являлся бариста. Именно поэтому ему необходимо было приезжать за час до открытия заведения, чтобы успевать сделать всё необходимое. Ли медленно открыл глаза, с большим недовольством отключая злополучный будильник. Встав с кровати, он понял, что все его тело болит так, будто всю ночь его била дюжина здоровых мужиков. Даже разминка и растяжка не помогли ему полностью избавиться от дискомфорта, поэтому он пошел в ванную, чтобы наконец умыться и привести себя в божеский вид. Посмотрев на свое отражение в ванной, он тяжело вздохнул… Видок у него был так себе: потрепанное гнездо на голове, глаза, опухшие до ужаса после вчерашнего похода в клуб, ещё и изо рта жутко несло перегаром, а это явно не приветствуется, если ты работаешь бариста. Минхо включил холодную воду и по-быстрому принял душ, желая как можно скорее избавиться от пота и остатков вчерашних воспоминаний с тусовки. Как хорошо, что он напился настолько, что не помнил ничего и никого с того вечера.       Высушив свои нежные волосы глубокого и насыщенного цвета каштана, которые отросли уже настолько, что аккуратными волнами спадали на его лицо, он принялся решать проблему с перегаром. И нет, не думайте, что он решил бросить пить. Минхо и выпивка уже вот как 2 года идут рука об руку. Быстрее Поттер начнет обучать Малфоя балету, чем Ли завяжет с пьянками. Его лучшим методом по избавлению от этого «шикарного» аромата было почистить зубы на 3 раза и ополоснуть рот жидкостью из флакона «Ядрёная свежесть». Так что теперь мятным дыханием можно было убить кого угодно, просто вздохнув рядом. Далее Ли начал процесс своей несложной укладки: нанес сухой шампунь, слегка взлохматил волосы, расчесал и завязал любимую белую бандану, которая так кстати пришлась ему, ведь только таким образом он мог приоткрыть себе обзор, не собирая локоны в хвостик.       Надев белую футболку, серые джинсы и кожанку, он взял ключи от мотоцикла и спустился с 8 этажа. Байк стоял в самой дальней части парковки, чтобы, не дай бог, кто-нибудь не задел его своей машиной, очень «аккуратно» пытаясь припарковаться. Сев на него и заведя мотор, Хо поехал на работу, слушая урчание в пустом желудке и голос в голове, который просто умолял его закурить сигарету. Ли пытался бросить, на это было много причин, но каждый раз они оказывались не настолько сильными, чтобы забыть об употреблении никотина навсегда. Видимо, и сегодня ему не удастся заткнуть это желание.       Можно было бы сказать, что Минхо был совсем уж бэдбоем и внешний вид для него был превыше всего, ведь байк, кожаные куртки и сигареты уже создают образ крутого парня, но безопасность все же была для него поважнее — шлем каждый раз был обязателен, так что ни о каких развевающихся на ветру волнистых локонах речи, к сожалению, идти не может. Однако адреналин можно получить и иначе, нежели чем разъезжать на мотоцикле без всякой защиты: Ли ехал с высокой скоростью, обгоняя машину за машиной, а затем, когда перед ним открывалась прямая дорога, выкручивал ручку газа на максимум и наслаждался ветром, который раздувал края его кожаной куртки в разные стороны. Осеннее небо было затянуто тучами, закрывающими ярко светящее солнце и предвещающими сильный дождь. Отлично, самая прекрасная погода для Хо, ведь из-за дождя посетителей будет мало, а значит, и работать не придется особо. Ещё бы он был с грозой, да такой сильной, чтоб удар молнии спалил этот ТЦ к чёртовой бабушке, не оставив ни миллиметра от чайной. Так думал Минхо почти каждое утро, с лёгкой улыбкой проигрывая эти сценарии у себя в голове, но затем, сворачивая к торговому центру, приводил свои мысли в порядок и настраивал себя на очередной рабочий день.       Доехав до работы, он припарковал мотоцикл у заднего входа. Ли вытащил из кармана своей кожаной куртки пачку сигарет и закурил одну. Ничего не шло к его сегодняшнему образу так хорошо, как сладко-терпкий запах вишнёвого Ричмонда, который теперь ещё и отдавал мятой.       — Все же сигареты пока что единственная вещь, которая помогает мне избавиться от стресса, — протянул парень, медленно выпуская дым из легких и убирая пачку обратно в карман. Как и ожидалось, Минхо не смог сдержаться, стресс каждый раз побеждал, заставляя парня брать сигарету за сигаретой. С его работой невозможно не избавляться от него, ведь иначе Ли уже давно бы вскрылся, либо же зарезал кого-то из бесящих его посетителей.       Тишину ещё закрытого утреннего торгового центра нарушали сотрудники, открывающие двери своих магазинов, чтобы уже к 10 быть готовыми к приему посетителей. Звон падающих ключей, скрип дверей и щелчки от включателей света то и дело раздавались на этажах. Самым первым открывался продуктовый магазин, так что сотрудники центра часто покупали здесь себе завтраки и в целом еду на весь рабочий день. Минхо особо не отличался от них, и готовить что-либо с утра явно было не по его части, поэтому почти перед каждой сменой он забегал туда и брал себе что-то на перекус. К тому же традиционная китайская жирная кухня на его работе уже порядком поднадоела, да и желудок не то чтобы мог переваривать такое каждый день.       Минхо зашёл в ТЦ. Спустившись на цокольный этаж по ненавистной лестнице, парень прошёл до конца коридора до продуктового — взял он как обычно готовый салат и сэндвич с мясом. Недолго простояв на кассе и оплатив свои покупки, быстрым шагом направился в сторону заведения. Когда ты администратор, то обязанность открывать чайную утром ложится именно на твои плечи. И Ли это понимал, когда соглашался на повышение, однако кто сказал, что ему нельзя ненавидеть это прекрасное открытие, когда все твои коллеги видят сладкие сны, а ты один плетёшься на работу.       Достав ключи из кармана куртки, он присел на корточки и открыл дверь. Прямо над ней висела вывеска, на которой крупными буквами, выполненными в стиле китайских иероглифов, красовалась надпись — «Молочай». Как бы Хо не отнекивался и не любил определённые рабочие моменты, всё же это название стало для него родным и приятным. Быстро закинув вещи в раздевалку и надев свою форму, которая была максимально обычной: серая футболка и фартук с логотипом чайной — Ли вышел в зал. Он приехал к 9 утра, ровно за час до открытия, так что все дела мог сделать спокойно и размеренно. Ему нравился этот утренний вайб: оставшиеся коллеги приходят к 9:30, за эти полчаса в полной темноте можно медленно заварить чай, сделать все заготовки, посчитать кассу, чтобы никто не смел помешать, и со спокойной душой взвалить всю оставшуюся работу на оставшегося бариста. Хо было в целом все равно с кем работать, в их коллективе, после того как Чанбин благополучно уволился, не выдержав данных условий работы, на баре остались только он, Хёнджин и Феликс. Он любил каждого из них, хоть не показывал никогда и почти всегда выставлял шипы на любую заботу (за исключением Ликса, от такого солнышка даже холодное сердце Минхо ненадолго согревалось). Однако сегодняшний день обещал быть весёлым — на смене будет именно Хёнджин.       — Вот тебе и доброе утро, два не выспавшихся токсика идут работать вместе с самого утра, что же может быть лучше? — пробубнил себе под нос Хо, переливая заваренный чай в бойлер. Хван, как и Ли, был админом, и сегодня должна была быть его смена с Бином, но, так как тот, к сожалению, был вынужден покинуть их рабочий коллектив, помогать ему вышел именно Хо.       Время текло медленно, так что, спокойно сделав все свои админские дела, Минхо даже не заметил, что начал делать обязанности напарника. Он протер столы в зале, опустил стулья, нарезал фрукты и расставил все сиропники и банки с джемом по своим местам. Когда Мин закончил, на часах было всего лишь 9:20.       — И ещё десять минут мне ждать появление этого длинного чучела… — вздохнул он и принялся листать бесконечную ленту своих социальных сетей.       В 9:35 дверь чайной наконец открылась. Хёнджин вальяжно зашёл внутрь.       — Ты опоздал, — очень «бодро» поприветствовал того Ли, не отрывая взгляд от экрана своего смартфона.       — Опоздал твой батя, когда не успел вынуть, а я задержался. Кстати, выглядишь, как всегда, помято, — съязвил Хван, не скрывая своей улыбки, — с таким видом все девчонки будут липнуть только к тебе, — с явным сарказмом не унимался парень.       — Тебе же оно и в радость, все равно они не интересуют твое гейское сердце, — цокнул Минхо и отвернулся от назойливого собеседника.       Хёнджин только посмеялся с его слов и зашёл в раздевалку. По возвращении ему сразу же начали отдавать приказы:       — Тебе нужно взбить сливки, перелить сиропы, джемы и разложить меню в зале, остальное я уже сделал, — распорядился Хо.       — Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Высочество! — отвешивая низкий поклон, ответил он.       — О, я что, принц по-твоему?)       — Кто сказал, что ты принц? Ты моя принцесса, — с ухмылкой на губах прошептал Хван.       — Хм… ну да, ну да. Так я и передам Феликсу. Ох, как он обрадуется, узнав, что у его парня теперь есть ещё одна принцесса! — проговорил Минхо, попутно имитируя звонок Ликсу.       — Всё-всё, иду я работать, иду. Рабочий день начаться не успел, а над бедным и несчастным сотрудником уже издеваются, — смахнув несуществующую слезу, с тяжелым вздохом парень принялся за работу.       Если говорить о Хёнджине, он был младше и чуть выше Хо. Стили у них были похожи, также, как и характеры, не даром на работе они собачились так, что их прозвали супружеской парой. Это очень раздражало Хвана, потому что у него, на минуточку, был парень, работающий с ним по одну руку — конечно, когда выпадали смены — и как же он радовался, когда видел в графике его любимое «Ли Феликс» рядом со своим именем. Эти рабочие дни, независимо от того, есть запара или нет, были самыми счастливыми в его жизни. Кто знает, что было бы, если б не «Молочай», ведь именно благодаря ему они и познакомились. Если бы в один такой же осенний день этого парня не взяли бы сюда работать, если бы он не начал доставать Хёнджина тем, что не мог запомнить рецепты чаёв, если бы Феликс был скромным и нерешительным, кто знает, встречались ли бы они сейчас.       Сам Ёнбок был влюблен в Хёнджина ещё задолго до того, как стал стажером. Да что говорить, если он устроился сюда работать только чтобы быть ближе к этому слегка грубому бариста. Так что со способностью Ликса «очень хорошо» скрывать свои чувства, начали они встречаться буквально через месяц работы вместе. Первое время никто и поверить не мог, что любовь к такому маленькому и обаятельному комочку счастья сделает из грозного и дикого Хван Хёнджина маленького хорёчка Джинн-и. Однако все быстро привыкли, и жизнь пошла дальше с перебивками на Хёнликс моменты, которые так старательно подмечали повара.       Говоря о поварах, в заведении работали не только на баре, но и на кухне. Поварской состав был заметно реже, но им пока больше и не требовалось: двух поваров хватает с лихвой. Бан Кристофер Чан — первый и самый старший из них, работает тут почти с самого основания заведения, считай правая рука руководителя, хотя всегда не прочь обсудить и посмеяться над ним. Он в коллективе как большой папа, обо всех заботится и старается помочь каждому, кто бы и насколько не приходил в их коллектив. Ян Чонин — второй повар, пришёл буквально полгода назад, однако сумел поразить всех, в том числе Чана, тем, что запомнил все рецепты блюд за один день! И уже на вторые испытательные сутки смог в одного обслужить автобус китайцев, чем просто покорил сердце главного повара. Стоит ли уточнять, что они тоже начали встречаться? Ну просто не мог такой сладкий мальчик, как Чонин, не покорить сердце только на вид грозного Чана. Кто ж знал, что под всей этой милой внешностью может скрываться настолько разносторонняя и дерзкая личность, что если его разозлить, то палец в рот не клади — откусит. Да, Бан Чан был действительно удивлён, когда открыл для себя такую сторону парня. Но он не жаловался. Его всё более чем устраивало.       Прибравшись и разложив все по местам, пришло время открыть двери для посетителей. Какое счастье, что с утра не было никого. Разве что пришел хозяин чайной — китаец, который решил, что для простоты жизни его будут звать Мишей, а уж его настоящее имя до глубины души никого не интересовало.       — О, смотри, — со смешком шепнул Хёнджин, — микроначальник пришел.       Минхо усмехнулся, и они все вежливо поздоровались с Мишей. Он, как всегда, с улыбкой поклонился и прошел в служебное помещение, соединённое с кухней — опустим тот момент, что это заведение настолько было на дне что раздевалкой служила им кладовка, которая также была местом и для обеда сотрудников. Кроме хозяина, бариста и поваров в составе молочая также был руководящий поставками — Лан. В целом, можно было бы сказать, что коллектив идеальнее некуда, однако всем не хватало Чанбина, особенно на баре, поэтому они усиленно искали нового сотрудника. Ох уж этот бедолажка, который решит связать свою жизнь с этим местом… ***       В 10:15 со всей дури влетел Феликс, весь промокший до нитки, и сразу приземлился на самый близкий к бару диван.       Минхо и Хёнджин, до этого спокойно стоящие, замерли в шоковом состоянии от того, с какой скоростью влетел в зал парень. Первым из этого состояния вышел Хван, начав волноваться за здоровье своего ненаглядного.       — Ликс, что случилось? — спросили они одновременно.       — Это полный кошмар ребят…– отдышавшись, произнёс Феликс. — Мало того, что на улице льёт дождь как из ведра, значит гостей будет мало, что бесспорно хорошо. Но как только я вышел из дома, прямо передо мной упал полумертвый голубь. Не мог же я его оставить. Я подхватил птицу и рванул в ближайшую ветклинику, но там мне отказали в его лечении. Пришлось устроить скандал под предлогом того, что любая жизнь важна и они как врачи должны и обязаны понимать это! Знали бы вы, как долго я с ними ругался, и с какими взглядами на меня смотрели другие посетители. Но это стоило того, ибо они наконец взяли этого несчастного голубя, а я рванул скорее к вам, чтобы согреться… Не думал, что мои ноги способны так быстро бегать, потому что прилетел я сюда буквально за 20 минут с того берега.       — Да уж… — только и вымолвил Минхо. — Я понимаю, если бы это был кот, но голубь. Ликс. Го-лу-бь! Охххх, ничего с тобой таким добрым не поделаешь. И вопрос, вариант вернуться домой, теплее одеться и взять зонт тебе даже не приходил в голову?       — Ну, у вас самый вкусный чай, поэтому я хотел попить его здесь и согреться, — пожимая плечами, с детской наивностью сказал Феликс.       — Ты точно про наш чай говоришь? — с усмешкой переспросил Хо.       — Я ожидал услышать, что ты скучал по мне, — надувая губы и наигранно обижаясь, пробубнил Хван.       — Ну Джи-и-инн-и, ты же знаешь, что на самом деле я летел так, только потому что сегодня твоя смена!       — Ладно, я тебе поверю. Но дома мы ещё вернёмся к этому разговору и всё-ё-ё обсудим.       — Боже, избавьте меня от подробностей, — в шутку с отвращением крикнул Минхо. Все засмеялись.       Хёнджин, вспомнив о самом важном, то есть о здоровье своего солнца, резко встал и подошёл к Мише, который сидел в зале и работал за ноутбуком с очень важным и умным видом. Обсудив что-то с ним, Хван подошёл к Ликсу и, взяв того за рукав мокрой джинсовой куртки, потащил за собой в подсобку.       — Пожалуйста, будьте только не такими громкими, чтоб вас не услышали посетители! — крикнул им Минхо.       — Боже, Хо! — вылезла из-за шторки голова веснушчатого. — Ну не на рабочем же месте, учитывая, что у нас там никаких дверей даже нет. А если бы и были, то посетителям было бы все равно. Как минимум, потому что их нет! — сказав последнюю фразу, он тут же удалился за шторы.       — Как кролики, ей богу…       Хёнджин в подсобке уже вовсю доставал свою аккуратно сложенную одежду из пакета, чтобы переодеть в нее Феликса. Хотя бы его верх, так как джинсы, на удивление, пострадали не так сильно. Ёнбок вернулся спустя минуту и сразу же оказался прижат к стене. Левая рука Хёнджина плавно очерчивала изгибы талии, проходясь по ребрам и постепенно заходя на спину, прижимая парня ближе к себе, в то время как правая упиралась в стену рядом с лицом Ликса.       — Ты невозможный, ты знаешь это? — с лёгкой ноткой раздражения и возбуждения в голосе (и не только в нём) сказал Джин. — Ты себя видел с этими мокрыми волосами и промокшей напрочь белой футболкой?! Убить меня совсем решил?       — Что, настолько успел по мне соскучиться? — дразнил его блондин, выпуская наружу своего внутреннего чертёнка. — Может я специально не взял зонт, зная, как ты отреаги…- договорить он не успел, ведь Хёнджин заткнул его своими губами, которые каждый раз настолько идеально ложились на губы веснушчатого, что кажется, именно для него они и были созданы.       Хёнджин целовал нежно, но напористо и уверенно, он перебирал чужие губы, пытаясь как можно лучше запомнить и так уже въевшийся в подкорку их вкус. Правая рука уже давно оторвалась от стены и придерживала затылок Феликса, несильно сжимая его волосы, а большим пальцем очерчивая идеальные скулы. Ёнбок отвечал на поцелуй страстно, всем телом прижимаясь к Хёнджину, а руки, оглаживающие его талию, медленно перетекли на бёдра и лишь слегка впились в них сквозь джинсы своими маленькими ноготками. Но этого хватило, чтобы Хван несдержанно выдохнул в поцелуй, прикусывая нижнюю губу Ёнбока. Ещё минута наедине друг с другом и предсказание Минхо сбудется, поэтому Хёнджину пришлось отстраниться первым.       Поцелуй вышел недолгим, но для них обоих в такие моменты время во всей вселенной начинало течь в миллионы раз медленнее, а в голове взрывались миллиарды звезд.       — Не могу позволить нам большего сейчас, солнце, — сказал Хёнджин, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, — но будь паинькой и напомни мне, когда придем домой, на чем я остановился. А сейчас переодевайся в мои вещи, а эти я сдам в прачечную, там их высушат.       Он поцеловал своего парня в нос и вышел обратно к Минхо. Ликс, пережив за десять секунд все стадии принятия того, что этот поцелуй, безусловно прекрасный и горячий, был очень коротким, принялся переодеваться в одежду хёна. Он взял футболку и поднес её к своему лицу. Лёгкий аромат цедры апельсина, хлопка и блинчиков, которые Ликс с особой заботой готовил ему сегодня на завтрак, оседал в его лёгких. Запах любимого был настолько дорог ему, что он готов был утонуть и задохнуться в нем, заменить им кислород на всю свою оставшуюся жизнь, лишь бы не переставать ощущать его. Но Феликс всё же взял себя в руки и, избавившись наконец от мокрой и неприятно прилипающей к телу одежды, поспешил вернуться в зал.       — В этот раз меньше, чем час. Вау, ребят… сдаёте что-то, — распластавшись на барной стойке, пробубнил удивлённо Минхо.       — Да иди ты! — дружно ответили оставшиеся двое, когда Ликс показалась из подсобки.       — Эй! Я всё ещё ваш хён. Вот будете знать, как меня злить, когда я вам в чай харкну, а вы и подозревать не будете.       — Что-то я перехотел брать чай здесь в твою смену, — с опаской протянул Ликс. — Кстати о чае. Джинн-и, сделаешь, пожалуйста, мне карамельный на улуне. Очень горячий и с ореховым сиропом, — сказал он и сделал самые грустные, но такие милые кошачьи глазки.       — Ой, у нас, конечно, с животными сюда нельзя, но такому котёнку я сделаю любой чай, —ответил Хван и развернулся, чтобы набрать в мерник улун.       — Меня сейчас стошнит… — имитируя позыв, съязвил Хо.       Наконец в Молочай зашли первые гости, рабочий день потихоньку начинался. Ликс, допив чай и согревшись окончательно, попрощался со всеми и, помахав Мише, пошел по магазинам.       Гости то приходили, то уходили. И вот, когда все немного разошлись, а Хёнджин отошёл перекусить, ведь повар сегодня решил объявить себе выходной и прийти на целых два часа позже, поэтому и завтрака никакого у бедных администраторов не было, Минхо лёг на барную стойку и вздохнул от скуки. На телевизоре, который висел у них в зале, играл плейлист известного корейского исполнителя, голос которого так нравился Минхо. Песня «Close», звучащая прямо сейчас, успокаивала его и давала нужный настрой на продолжение дня. Как жаль, что этот артист был настолько скрытным, и всё, что о нем было известно — пару простых фактов: это парень, относительно высокий, с прекрасным голосом, его псевдоним — J.one и, вроде как, он весьма молодой. Даже лицо, о нем никто не знал, что было хорошо для самого певца, который скрывался как мог. Ли, погрузившись в свои мысли, думал о том, как сильно ему хочется узнать, кто же скрывается под маской, и как же сильно он бы хотел встретиться с ним. Гость, непонятно откуда взявшийся и стоящий уже пару минут у стойки, стуча по ней подушечками пальцев, выбил Минхо из раздумий, что тот даже подскочил с мыслями «О чем я только думаю?» и принялся за обслуживание клиента.       — Извините, я Вас слушаю…