Blind Love

Хан ходил по комнате из стороны в сторону, обхватив себя за плечи. Сердце бешено стучало, словно вот-вот вырвется, хотя ничего ещё даже не началось. Микрофон, словно подглядывая за Джисоном, лежал на столике возле зеркала. Сон подошёл к нему, вновь присаживаясь за стол и поправляя свой макияж: его глаза были подведены тёмным карандашом, а брови аккуратно уложены. Волосы тоже не обошлись без укладки, и сейчас его кудри были чётко сформированы и придавали невероятное очарование его образу. Поглядывая на своё отражение, он был полностью доволен: его стиль напоминал рокера, что был одет в стильные чёрные джинсы с рваными и яркими элементами, чёрную футболку с красно-фиолетовым принтом, а шею его подчеркивала металлическая цепочка. Однако пальцы всё же тихонько барабанили по поверхности стола, пока внутри бушевала целая буря эмоций. Он никогда не думал, что это произойдёт, даже и не планировал раньше, когда писал свой первый трек на коленках в ближайшем к дому парке. Однако это случилось. Сегодня тот самый день, когда его вторая личность, которую Джисон так трепетно скрывал, будет раскрыта для всех. Сегодня он выступит на сцене, разоблачив себя. Джисон и J.one наконец полноценно станут одним и тем же человеком. Стук в дверь гримёрной резко прервал мысли Хана, заставляя обернуться его на источник звука. — Хэй, дружище, ты готов? — с волнением спросил Сынмин, заглядывая в комнату. — По времени уже совсем скоро… — Да знаю я, — обречённо упал он головой на стол. — Знаю. Я готов, просто чертовски волнуюсь… И ладно бы перед залом, пускай они даже могут не знать меня… Но, что если Минхо не обрадуется этому? Или и вовсе не услышит, будучи где-то в туалете или ещё что… Ким подошёл скорее к Джисону, беря за плечи и слегка встряхивая его, чтобы унять мандраж. — Воу, воу, тише, Хан. Волнение перед твоим первым живым выступлением — это нормально. Помни, что всё действительно пройдет хорошо, если ты выступишь со спокойным сердцем и просто оторвёшься на сцене. Ну, где мой бойкий друг, из которого всегда прёт энергия, а? — задорно спросил Сынмин, вызывая улыбку на лице Джисона. — Ты прав, Минн-и. — А на счёт Минхо, я попрошу Чанбина проследить, чтобы он был в помещении. Ну что, J.one готов выйти на сцену? — Сынмин ободряюще глянул на друга. Джисон, закатив глаза, радостно кивнул, собирая всю свою уверенность в руки. Пора наконец снять с себя оковы. Он поднялся со стула и проследовал за Кимом, останавливаясь у двери и выжидая, когда настанет его момент. Где-то на полу в его гримёрной продолжал настойчиво вибрировать телефон, что остался лежать в кармане сумки. Однако музыка, громко раздающаяся из-за дверей зала, не позволяла услышать Хану ничего кроме неё. Он молча продолжал стоять, сосредотачиваясь перед своим выступлением…

***

Чанбин активно разговаривал с Чаном и Чонином, пока они выжидали когда либо Минхо, либо Хёнликсы соизволят вернуться обратно. Неожиданно в кармане его штанов завибрировал телефон, и Со достал его, чтобы прочитать сообщение. На экране высветился диалог с контактом «Сынминн-и». — «Минхо с вами? Он в зале?». Чанбин ещё раз огляделся вокруг, всё же не находя его. — «Он вышел недавно. А что такое?» — ответил Чанбин. — «Чёрт… Найдите его. Срочно!» После Сынмин вышел из чата. Чанбин серьезно посмотрел в его сторону, а затем вновь повернулся к бывшим коллегам. — Ребята, нам нужно найти Минхо и как можно скорее, — Чанбин подорвался с места, поднимая за собой Лана и Чана с его парнем. — Зачем? — не понимал Чонин, останавливаясь. — Сынмин сказал найти его срочно. Все вопросы потом, — сказа Чанбин. — Вы пойдёте искать его в туалеты, а я выйду на улицу. Чанбин раздал парням команды и сразу же направился в сторону выхода. Он сам не понимал, к чему это всё, но если Сынмин говорил «срочно», то это всегда означало только что-то очень и очень важное. Поэтому Со и не задавал сейчас лишних вопросов, пробираясь сквозь густую толпу танцующих и выпивающих людей.

***

Музыка потихоньку стихла, вместе с залом, когда Сынмин взял в руки микрофон. — Как Вам вечеринка, дамы и господа? — громко воскликнул он, получая в ответ бурные и радостные возгласы толпы, что подняла вверх свои руки. — Все довольны? — и вновь в ответ раздались громкие крики. — А что, если я скажу, что она может стать ещё лучше? — Сынмин загадочно улыбнулся, разглядывая толпу, что явно была уже в предвкушении. — Раз у нас тематическая ночь сегодня, то расскажите, каких артистов из Кореи вы знаете? Из зала сразу же начали доносится имена известных реперов и к-поп групп, что были популярны в Корее и за её пределами. Кто-то кричал «Psy!», кто-то вспомнил Хвасу. — А знаете ли вы J.one-а? — громко спросил Сынмин, после чего практически весь зал одновременно крикнул «Да!». — А что, если я скажу, что J.one, что всё это время оставался загадкой для мира музыки, выступит сегодня?! Люди на танцполе сразу же стали переглядываться между собой, начиная перешёптываться, будучи слишком обескураженные таким вопросом. Даже Чанбин застыл перед выходом из клуба, не понимая к чему Сынмин говорит это. — Вы что, не верите?! Что ж, тогда встречайте. Только сегодня, только в клубе «Ночной драйв», на нашей сцене, единственный, уникальный, скрытный и харизматичный… — Сынмин выдержал небольшую паузу, — J.one! ~ Han Jisung — Wish you back ~ Зал тем не менее яростно зааплодировал и загудел, когда свет приглушили, а из динамиков колонок заиграла мелодия не менее популярной, чем «Alien», песни — «Wish you back», а вместе с мелодией послышался нежный голос артиста. Напевая плавное начало, J.one сквозь темноту медленно выходил на середину сцены, произнося первые строки очень трепетно, держа в своих руках микрофон. И как только заиграли более яркие аккорды, певца сразу же осветили несколько прожекторов, представляя его облик всему залу. Люди сразу же громко завизжали, в шоке раскрыв глаза и сразу же поднимая в воздух свои телефоны, направляя на него камеры. — Ахуеть… — будучи в разных частях клуба, одновременно произнесли Чанбин, Чан и Чонин, что с раскрытыми ртами смотрели на сцену. Там стоял Джисон. Лан же, что прихватил с собой коктейль, поперхнулся им и закашлялся, ведь его друг совершенно не предупреждал о том, что решит устроить сегодня в клубе... Пока Хан, наслаждаясь моментом, трогательно исполнял важную для себя песню, Чанбин не стал больше медлить. — Чёрт, где этого Минхо носит, — он буквально выбежал из клуба, чуть не снося охранников. Чанбин быстро стал смотреть из стороны в сторону, однако искать Ли долго не пришлось, он стоял возле дороги у клуба в ожидании такси. — Ли Минхо! — крикнул Чанбин, заставляя Хо заметить его и обернуться. — Бин? Ты чего тут? — Куда собрался так рано? Хотя ладно, не важно, — он схватил его за рукав рубашки и потянул в сторону входа в здание, — идём скорее, тебе срочно нужно быть внутри! — Эй, ты чего, что случилось? — пытался высвободиться Минхо. — Я вызвал такси и поеду к Джисону, мне кажется, с ним что-то случилось! — Отменяй такси и идём за мной внутрь, — настаивал Чанбин. — А если ему плохо, и никто не знает? Я не могу его оставить! — так же настаивал на своём Минхо. — Да внутри клуба твой Джисон, — крикнул Чанбин, чем весьма ошарашил Хо, — умоляю, иди быстрее, пока не поздно! Минхо больше ни слова не сказал, сам же рванув вперёд и пулей залетая в помещение. Его вновь окутало теплом и жаром от атмосферы, а звуки одной из его любимых песен сразу же донеслись до него, вот только он не так обратил на это внимание, стремительно пробираясь сквозь толпу, чтобы найти Джисона. Попадая наконец в основной зал, он глазами начал искать макушку Хана. Боковым зрением он заметил фигуру, что находилась на сцене. «Неужели это не трек, а кто-то слишком похожий на J.one-а исполняет его?». Минхо чуть остановился, всё же уделяя внимание артисту на сцене, а затем его сердце пропустило удар. Нет, казалось, что оно остановилось. Это было просто невозможным, всё происходящее казалось Минхо слишком сюрреалистичным сном. — Стоп… Что происходит?.. — не понимал Ли, подходя чуть ближе к толпе и вглядываясь в сцену. Нет. Это определённо был Джисон. Его Джисон, с его же кудрями и этим родным голосом, что, как оказалось, очень похож на голос его любимого исполнителя. Но почему он похож настолько?! Минхо не мог даже и допустить единственной мысли, объясняющей всё происходящее. Его взгляд оставался прикованным к Хану, что продолжал исполнять свою песню. Он пел искренне, отдаваясь выступлению на полную. Толпа перед ним активно качала фонариками в темп песни, подпевая лирике. Джисон перемещался по сцене, всё время ища в зале кого-то глазами. И только начался последний припев, взгляды Минхо и Джисона наконец встретились. Голос Хана не дрогнул, однако еле заметное волнение окончательно спало, позволяя завершить песню, полностью вложив свою душу. И направляя её слова Минхо. Вот только волнение у самого Ли, наоборот, возрастало с каждой секундой, а вместе с ним приходило и непонимание. «Что же всё-таки здесь происходит? Этого просто не может быть ни при каких обстоятельствах…» Его мозг отказывался верить в этот факт. Минхо не отвёл взгляд, озадаченно смотря на родного человека, что, завершив трек, прикрыл глаза, пока зал взорвался аплодисментами. Как бы хотелось Джисону бросить сейчас микрофон, спрыгнуть со сцены и рвануть к Минхо, что смотрел только на него одного. Объяснить ему всё-всё и наконец обнять спустя долгий срок разлуки в двое суток. Однако он взял на себя роль артиста, поэтому ему пришлось ответственно перевести взгляд на зал, что буквально сходил с ума, ещё не до конца поверив в происходящее, но будучи полностью в шоке с вокала Джисона, а точнее J.one-а. — Всем доброй ночи, как вы? — спросил Джисон у зала, что ответил ему бурными возгласами. — Вы чертовски хорошая публика! Я был тронут тем, что практически все здесь присутствующие знали меня, а точнее исполнителя J.one-а, однако, наверняка многие из вас явно сомневаются в том, что я правда есть он. Что ж, вы имеете на это право, — уверенно общался Джисон с толпой, стараясь не выдавать своего внутреннего волнения. Особенно чувствуя пристальный взгляд Минхо, так и требующий объяснений. — Я столько лет скрывал свою личность, не желая создавать лишнего шума в своей жизни, ведь мне вовсе не хотелось становится популярным. Я лишь хотел, чтобы моя музыка делала это за меня, чтобы вы могли наслаждаться ей. Однако рано или поздно это должно было случиться, поэтому вы стали первыми, перед кем я раскрыл свою личность! Толпа загудела, подбадривая Джисона на сцене. — Если же у кого-то из вас до сих пор есть сомнения, то у меня есть единственный способ доказать вам, что я действительно J.one. Есть ли среди вас тот, кто слышал о моей новой песне, что должна выйти скоро? — Джисон обратился в зал, видя, как большая его часть, в том числе и Минхо с его друзьями, подняли руки. Он довольно кивнул сам себе. — Что ж, тогда… Если я опубликую её прямо сейчас, на своей официальной странице, поверите ли вы мне? Толпа вновь начала перешёптываться, но Джисон понимал, что практически все кивали утвердительно. Находились, конечно же, скептики, но до них Хану не было дела. Сегодня у него была совершенно иная цель. Не выступить перед публикой, не удивить Минхо, не раскрыть себя. Вовсе не это. Его основной целью было доказать Ли, что он по-настоящему любит его, что не собирается обманывать или использовать, а действительно отдаёт своё сердце полностью, без возможности вернуть обратно по квитанции или чеку. — Что ж, тогда приготовьтесь и откройте мою группу, — Хан в свою очередь достал свой рабочий телефон, заходя в отложенные записи, которые он подготовил заранее. Дождавшись, пока это сделает танцпол, он начал обратный отсчёт. — Три… Два… Как только Джисон произнёс «один», он сразу же нажал на кнопку «опубликовать», после чего на странице его группы действительно появился новый аудиофайл с раскрытой полностью обложкой, на которой крупными буквами было написано «VOLCANO». Зал активно загудел, кто-то даже ахнул в удивлении, действительно поражаясь такому уникальному стечению обстоятельств. Сомнений не осталось ни у кого. Минхо выключил свой телефон и прошёл ближе к барной стойке, чтобы присесть и удобнее наблюдать за Ханом. Его сердце билось учащённо, но бешенный хаос мыслей наконец прекратился, ведь все они были сейчас заняты Джисоном. Его Джисоном, что прямо сейчас стоял перед ним на сцене. Хан тоже медленно выключил свой телефон, подходя к стойке у самого края сцены. Он аккуратно установил в неё микрофон, продолжив свою речь. — Сегодня вы сможете первыми услышать эту песню вживую, однако перед этим хотелось бы уделить ей пару слов. Если вы ранее читали мои пояснения, то каждая из песен для меня является особенной. «Alien», «Wish you back», «Close»… Каждую из них я проживаю полностью, каждую строчку, стараясь вложить свою душу, однако… «Volcano» стала для меня самой эмоциональной и самой чувственной среди всех моих треков в этом плане, ведь я вложил в неё не только кусочек своей души, но и всю мою любовь. Эту песню я посвятил одному прекрасному человеку, что даже не представляет насколько многое он уже значит для меня, — Джисон нашёл глазами взгляд Минхо, что сидел возле барной стойки, продолжая говорить все эти слова, глядя только на него. Зал трепетно слушал J.one-а, умиляясь его истории. Люди даже и не подозревали, что речь сейчас шла о ком-то, кто так же находился в этом клубе. — Именно данный человек, вдохнул в мою жизнь новые краски, заставил увидеть мир в другом цвете и наконец раскрыть своё сердце нараспашку. Ни с кем прежде я не испытывал таких ярких эмоций и чувств, что просто поглощают меня изнутри. Их настолько много, что порой мне тяжело совладать с этим, и именно поэтому я написал такую песню, — Джисон выдержал небольшую паузу, продолжая мягко смотреть в глаза Ли. — Я хотел выразить, насколько же мне дорог человек, поэтому встречайте… «Volcano». Зал тихо зааплодировал, будучи растроганным такой речью. Кто-то даже успел всплакнуть, не сумев сдержать эмоции. Хан перевёл взгляд на Сынмина, давая сигнал. Свет в клубе снова потух, и лишь несколько прожекторов подсветили Джисона бордовым светом. Минхо же словно пропал из реальности. Джисон посвятил песню… Ему? Это определённо сон. Он тихонько сжимал в руках края рубашки, стараясь успокоиться и сдержать эмоции. Он продолжал смотреть на Джисона, наблюдая как тот в свете мягких огней готовится исполнить песню. ~ Han Jisung — Volcano ~ Джисон стоял на середине сцены, трепетно держа руками микрофон. Он закрыл глаза, наклоняясь к нему, как только заиграла музыка. Он сделал глубокий вдох собираясь с мыслями, а затем весь клуб окутал его приглушённый голос. «Я буду на твоей стороне, даже если мне будет больно. Я покрою твои кровоточащие раны своими объятиями,» Сердце билось быстро, но Джисон старался не поддаваться волнению, вкладывая все свои чувства в исполнение. Он наконец открыл глаза, поднимая голову и сразу же находя взгляд Минхо. «Разожгись для меня, Прошу, ещё ярче. Свети мне ярче даже в тёмную ночь. Если у меня есть только ты, мне не страшно. Даже если я видел сотни раз, мне недостаточно.» Он смотрел в его глубокие глаза, в которых словно сиял целый океан звёзд. Хан не отводил от него свой взгляд, еле заметно и тепло улыбаясь Минхо. Его слова шли из самого сердца, пропитанные настолько глубокими чувствами, что Джисон боялся утонуть в них. Люди покачивались под нежную лирику песни, вновь включив фонарики на телефонах. Весь зал осветили сотни маленьких огоньков, но ни один из них не мог затмить Хану взгляд, с которым Ли смотрел на него. Прикованный к Джисону и невозможно влюблённый. Хан прикрыл глаза, произнося следующие строки прямо в микрофон, словно старался докричаться до самых дальних уголков этого мира, насколько ему важен Минхо. «Да, ты можешь причинить мне боль, мне всё равно. Ты можешь сжечь меня до тла,» В воздухе чувствовалось, насколько сильными были эмоции Джисона. «Like a volcano» Прожекторы резко осветили всю сцену красным, создавая атмосферу песни. Зал бурно подхватил ритм припева, раскачивая руками и чувствуя, как их до мурашек пробирают слова. И лишь Минхо продолжал сидеть, заворожённо наблюдая за своим кумиром… За своей любовью. За Джисоном, что действительно был просто рождён, чтобы сиять на сцене. «Среди холодных и суровых волн, Я нуждаюсь в твоём жаре, you are my volcano.» Джисон снял микрофон со стойки, наклоняясь близко-близко к нему, чуть ли не касаясь губами. Его глаза всё так же были направлены в сторону Минхо, он обращался именно к нему, через всю эту огромную толпу. Ли стал для него всем: его дождём, его стихами, его любовью и домом. И каждым звуком, каждой частицей своей души Хан старался донести это. Внутри Минхо же бушевал океан эмоций. Он слышал каждую строчку Джисона, что тот написал ему… Он слышал все эти слова, что звучали… Словно признание в любви. Нет, даже больше. Отчаянный крик, что выражал все чувства, которые Хан испытывал к Хо… И тот чувствовал не меньше в данный момент. «Как же твоя яркая улыбка заставит меня улыбнуться на этот раз?» Его нежный голос вновь обволакивал клуб, завораживая и лишь сильнее притягивая всех, кто мог его слышать. Он проникал в душу каждого, добираясь до самого сердца и заставляя его сжиматься лишь от осознания всех тех чувств, что проливались вместе с этой песней. «В отличие от всех, кто убегает, я обниму тебя. Like a volcano! Любовь такой температуры, что от прикосновения можно расплавиться,» Атмосфера в клубе царила невероятная, никогда ещё не было в нём настолько мощного выступления. Это было похоже на рок-концерт, которым наслаждались все гости, но который был посвящён лишь одному человеку. Тому, с кем Джисон просто не имел сил и желания разрывать зрительный контакт. «Я не могу жить без тебя, даже если умру. Сколько бы раз не возрождался, всегда возвращаюсь к тебе. Лишь тебе хочу дарить своё тепло. Когда я думаю о тебе, моё сердце, Like a volcano-o-o-o!» И сцену озарили десятки прожекторов, а зал осыпало тысячами золотых конфетти, что выстрелили из пневматических пушек. Джисон изливал всю свою душу в микрофон, произнося строчки настолько эмоционально. «Я нуждаюсь в твоём жаре, you are my volcano…» Мелодия стихала, и лишь её последние аккорды звучали в зале. Джисон замер, вновь устремляя свой взгляд на Минхо. Он улыбнулся ему самой тёплой улыбкой, которую когда-либо Ли видел раньше, а затем свет погас, скрывая за собой Хана. Зал тут же взорвался в криках и аплодисментах, выкрикивая громко его псевдоним. Однако вместе с окончанием песни Джисон прошептал в микрофон «спасибо» и растворился в темноте, медленно скрываясь за сценой. Минхо заметил это и сразу же сорвался с места, направляясь скорее к запасному выходу, куда по его предчувствию мог отправиться Хан. Сквозь слёзы, что скопились в его глазах от песни, Ли пробирался через толпу, что активно и безнадёжно ждала возвращение J.one-а. В клубе было жарко, однако по телу Минхо до сих пор продолжали бегать мурашки, что, казалось, ещё долго не смогут сойти, после услышанного сегодня. Наконец дотягиваясь и поворачивая ручку запасной двери, Ли оказался на улице, чья нежная прохлада вновь объяла его тело, но ему было вовсе не до этого. Нужно было скорее найти Джисона, он точно должен был быть где-то здесь. Сбегая с лестницы, Хо начал судорожно смотреть по сторонам, в надежде отыскать эту до боли любимую кудрявую макушку. — Хэй, Хо… — позвал его голос слева. Ли обернулся, находя Джисона немного смущённо стоящим в свете уличного фонаря. Минхо не мог ждать ещё хотя бы на минуту больше. Он сразу же подбежал к нему, смахивая свои слёзы, и крепко схватил в объятия, прижимая к себе растерявшегося парня. Он сжимал в руках его тёмно-зелёный бомбер, что был накинут сверху на ту самую футболку, стараясь почувствовать его ещё ближе. Оставить в своих объятиях и никогда не отпускать, никогда не терять это ощущение его горячих ладоней на своей спине. Хан так же крепко обнял в ответ, по-доброму усмехаясь с реакции Минхо. — Никогда… Слышишь, никогда не проси меня ждать настолько долго! — говорил Ли прямо ему в глаза, слегка отстранившись. — Я не выдержу ещё раз такого! Джисон закивал, сдерживая улыбку. — Но ведь тебе всё же понравился этот сюрприз! — не выдержал Хан, обнимая Минхо за талию и ярко улыбаясь. Ли лишь, закатил глаза, щипая Джисона под его бок. — Но ты заставил меня ни писать, ни звонить тебе! Я из-за этого чуть было и вовсе не уехал к тебе домой прямо перед выступлением! Я всё мог пропустить! Не делай так больше… — Хорошо-хорошо, не буду, — так уж и быть согласился Джисон, наконец близко-близко смотря на Минхо. Теперь их не разделял целый зал, и Хан ещё более отчётливо мог рассмотреть все созвездия в его бездонных карих глазах. — Та-а-ак… И что скажешь, — всё же хотел услышать от него Джисон, — как тебе песня? Минхо, не отрываясь, любовался Ханом. Слишком много слов приходило на ум, но ни одно из них не могло и в полной мере описать, насколько глубоко, насколько сильно эта песня отозвалась в его сердце. Насколько много для него значала эта лирика. Поэтому Ли мог сделать только одно. Он аккуратно прижал Хана к ближайшей стене, что тот даже ахнул, почувствовав шершавую поверхность спиной. Руки Ли сразу же переместились на его хрупкую шею, а губы в ту же секунду коснулись мягких губ Джисона напротив. Он слишком долго ждал этого, поэтому облегчённо выдохнул, почувствовав тепло Хана. Тот сразу ответил ему, сильнее притягивая к себе за талию и сжимая ткань его белой рубашки. Это был такой искренний, такой глубокий и чувственный поцелуй. Отчаянный и до краёв наполненный любовью, которую Минхо так долго выращивал в своём сердце, наконец полностью отдавая её Джисону. Их губы сминали друг друга поочерёдно, а дыхание казалось, что вот-вот собьётся. Но здесь не было места страсти, здесь была только нежность. Словно две галактики в необъятных просторах космоса, столкнувшись по счастливой случайности, сливаются в одну целую, так и две души, что так долго тянулись друг к другу, наконец соединились во что-то большое. В «мы». Их поцелуй был пропитан сладкой горечью всех этих прекрасных чувств, отзывающейся лёгкой кислинкой любимого цитрусового бальзама Джисона, что хотелось полностью съесть с его губ. Минхо запустил пальцы в его мягкие кудрявые пряди, слегка сжимая их на затылке, а сердце продолжало биться настолько сильно, что Хан сам мог ощущать его, даже сквозь слои одежды. Глаза Ли, что до этого были прикрыты в забвение, вновь наполнились слезами, которые медленно, словно дождевые капли, стекали на губы и раздавались солёным вкусом на их языках. Буря бушевала в душе Ли, словно ураган, сносящий всё на своём пути. Слишком много. Слишком хорошо. Всё было слишком. Почувствовав это, Джисон тут же раскрыл глаза, медленно прекращая их поцелуй и обеспокоенно смотря на Минхо перед собой. — П-прости меня, Ханн-и… — сразу выдохнул Минхо, сбивчиво произнося слова. — Прости меня пожалуйста, что я позволил себе даже мысль допустить о том, что это всё было для тебя не по-настоящему, что всё было подделкой… — он говорил, искренне смотря Хану в глаза, пока из его собственных продолжали течь слёзы. — Прости, что сравнил тебя с ними! Я так виноват… — Минхо, Минхо, Минхо, эй, тише, — начал успокаивать Джисон, аккуратно беря его лицо в свои ладони. Он медленно проводил большими пальцами по его щекам, собирая горячие слёзы. — Тише, милый… Всё в порядке, ты не должен… — Нет, я виноват перед тобой, мне не следовало поступать так и решать что-то за тебя, — тараторил Ли. — Хо, дорогой, я прекрасно понимаю, почему ты отреагировал так. Я вовсе не злюсь на тебя и не держу обиды… Твоё прошлое оставило слишком глубокие шрамы на твоей душе, и я их принимаю… Однако я и сам виноват, что заставил тебя жить в неведении так долго… И тогда я тоже не остановил тебя и не объяснил ничего, потому что хотел, чтобы ты правда понял, что я не буду как один из них. В тот день тебе бы показались мои слова лишь оправданиями, а нужно было, чтобы ты поверил мне… Ты дороже для меня, чем кто бы то ни был. И я люблю тебя любого, и даже когда в тебе просыпается твой вредный кот. Ты — это ты, а я буду рядом. «В отличие от тех, кто убегает, я обниму тебя,» — напел Джисон строчку из своей песни, подмигивая и тепло улыбаясь. Минхо тут же игриво ударил его в плечо, шмыгая носом и улыбаясь в ответ. Он окончательно вытер свои слёзы, успокаиваясь в руках любимого человека. Эта улыбка перед ним заставляла его сердце расплываться от невероятной любви и тепла, что исходили от Джисона. Так больше не могло продолжаться… — Ай… Ну ты! Может хватит говорить мне такие вещи и станешь уже моим парнем? — Да как я могу перестать говорить тебе тако… Погоди. Что? Минхо рассмеялся таким смехом, которым умел смеяться только он, откидывая голову назад и улыбаясь своей кроличьей улыбкой. — Ты будешь моим парнем, Ханн-и? — уверенно повторил он свой вопрос. Казалось, что прямо сейчас глаза у Джисона загорелись настолько ярко и радостно, что ими можно было осветить всю планету! Он отодвинулся от стены, сразу же нападая на Минхо и зацеловывая всё его лицо. Его губы оставляли быстрые и нежные касания на каждом миллиметре его кожи, не пропуская ни кончик носа, ни его прекрасные скулы. Ли мягко смеялся, будучи подверженным такой атаке. — Это значит да? — спросил он с лёгкой задорной издёвкой. — Да! Да! Да! — закивал Джисон, целуя его ещё раз в губы. — Я согласен!!! Но эй… Я хотел задать тебе этот вопрос! — он тут же в шутку надулся, выглядя в глазах Минхо до невозможности милым. — Ух ты мой маленький суровый репер, — сразу же потрепал он того за щёчку, а после до него самого дошло осознание. — Чёрт… Ты же ведь J.one… Это никак не укладывается в моей голове… Мой парень — это буквально мой кумир. Судьба явно благосклонна ко мне… Джисон гордо усмехнулся, закидывая свои руки на его плечи. — Мне так нравится, когда ты называешь меня «своим парнем», — ответил Хан. — Но как ты умудрялся скрывать это? И, самое главное, почему я не сумел услышать в нём тебя?! Наверное, я даже и мысли такой не мог допустить… Джисон лишь пожал плечами, наблюдая за столь обширным спектром эмоций, что успевало выражать лицо Минхо. — Вероятно, я просто уже стал профессионалом в маскировке за столь долгое время. Единственный, кто знал об этом — был Лан, а потом и Сынмин, ведь именно он помог с организацией всего этого. — Лан?! Вот же счастливая задница… Как же хорошо, что он работал в Молочае. Кто знает, узнал бы и я когда-нибудь твою тайну, если бы он не привёл тебя к нам? — Ну… Уже вряд ли можно назвать это тайной, — Хан неловко засмеялся, вспоминая сегодняшний вечер. — Полагаю, уже вышла миллион и одна статья о раскрытии моей личности… И столько же роликов с сегодняшнего выступления… Честно, я даже боюсь и не хочу заходить, чтобы проверять всё это… — Джисон поёжился, а затем вернул свой тёплый взгляд на Минхо. — Я хочу провести этот вечер и ночь только с тобой, ведь именно для этого я здесь. Он нежно взял Хо за плечи, разворачивая того на сто восемьдесят градусов. Перед Ли открылся вид на то, что он даже и не заметил сразу. Перед ним был чёрный Порш 911 turbo s, тот самый автомобиль, что стоял у них на парковке в жилом комплексе, и на который Минхо так долго пускал слюни, мечтая однажды прокатиться на нём. А на капоте этого авто так невинно и маняще стоял небольшой тортик с воткнутой в него свечой. Ли в абсолютном непонимание повернулся к Джисону, на что тот лишь молча обогнул его, подходя к автомобилю. Раздался треск зажигалки, после чего фитиль свечи наконец загорелся маленьким огоньком. — С днём рождения, Минхо, — склонив голову на бок, мягко произнёс Хан. Ли в шоке выпучил на того глаза. — ЭТО ТВОЯ МАШИНА?! — Сюрприз? — Кто ты, мать его, такой, Хан Джисон? — с удивлением спросил Ли, с полными счастья глазами осматривающий машину. — Гений, миллиардер, плейбой, филантроп, ну и ещё иногда репер и бариста в чайной. Вопросы? — Да дохрена вопросов! — ахнул Хо, любуясь машиной и Джисоном, стоящим рядом с ней. — Хо-о-о, — заканючил Хан, — ну потом рассмотришь эту красотку, пожалуйста, задуй свечу! Я старался, искал для тебя торт… — Ой, точно, прости, Ханн-и, — опомнился Ли, сразу же подходя к нему и загадывая желание. Он медленно наклонился и мягко задул свечу. Ароматный дым рассеялся в воздухе, вновь оставляя фонарь единственным источником освещения. Минхо тут же повернулся к Джисону, притягивая к себе за края бомбера и вновь целуя в такие манящие и мягкие губы. — М-м-м, как же быстро сбываются мои желания, — промурлыкал Ли, отстраняясь от Джисона. — Ты серьёзно потратил своё желание на поцелуй со мной?! — был шокирован Хан. — Это же то, что ты буквально можешь получить в любой момент… Ну, Хо-о-о… Ли тихо рассмеялся с такого Джисона. Невозможно милый. — В таком случае, на сегодня я твой личный Джин, Ли Минхо. Какое ещё желание Вы хотите исполнить? Ли задумался, а затем украдкой глянул на стоящий рядом Порш, так и напоминающий о своём присутствие. Джисон закатил глаза. — Ой, ладно, ладно, садись скорее! Прокатим тебя с ветерком! — сказал радостно Сон, отчего Хо аж в ладоши захлопал, подпрыгивая на месте. Ли тут же отпустил Джисона и побежал садиться на пассажирское сиденье. Хан с теплотой усмехнулся с такого открытого парня, а затем убрал торт в коробку на задние сиденья и сам сел за руль. — А… Как ты справляешься с этой машиной? Ты же боишься скорости, — вдруг вспомнил Минхо. — Если дело касается машин, — хмыкнул Джисон, — то мне становится всё равно на мой страх. Уж не знаю, как это работает, — пожал он плечами, заводя автомобиль. — Готов? Минхо кивнул, укладывая свою руку на бедро парня. Джисон ухмыльнулся и тут же вжал педаль газа в пол, выезжая с парковки и сразу попадая на главную и пустую трассу. — Йухууу!!! — крикнул Минхо, радуясь, словно ребёнок, от того, как прорычал мотор машины. Огни города вновь сливались в одни сплошные линии, но на этот раз ощущения были кардинально другие, нежели чем на мотоцикле. Сердце замирало, а более комфортный салон позволял в полном удовольствие насладиться ночным видом. Минхо повернул свою голову в сторону Джисона, любуясь, как тот, словно знающий гонщик, выкручивал руль на поворотах, контролируя дорогу и везя их двоих в неизвестном направлении. Его образ, эти подведённые глаза, серебряные браслеты на его руках… Всё. Весь Хан Джисон выглядел сейчас слишком горячо. Ли сглотнул, возвращая свой взгляд на дорогу. — Всё ещё не могу поверить… — Во что же конкретно?) — Да во всё! Просто… Как могло так выйти, что именно ты оказался J.one-ом, с которым я ещё и жил видимо в одном доме, бог знает сколько лет. У которого ещё оказывается есть такая дьявольски хорошая тачка! И это ещё и мой самый любимый и близкий человек… Кошмар, чувствую себя сейчас Леди Баг, не иначе… Джисон искренне рассмеялся, находя это сравнение как нельзя идеальным. — Скажу тебе больше, — говорил Джисон, чуть сбавляя скорость и заезжая в уж совсем неизвестный Ли район, — ты буквально жил со мной не просто в одном доме, но и на одном этаже! Ли повернулся с широко раскрытыми глазами. Этот парень перестанет вообще его удивлять сегодня или нет? — ТАК. А КАКОГО ХРЕНА ТЫ МОЛЧАЛ? — Милый, ты бы раскрыл меня точно. Так ещё и напрашиваться стал бы в мою квартиру, а там, знаешь ли, много что напоминает о том, что я J.one. Минхо, здраво подумав, умерил свой пыл, успокаиваясь и соглашаясь с предусмотрительными мыслями Хана. — Всё, приехали, — озвучил Хан, приглушая двигатель. Минхо стал вглядываться в ночной горизонт, замечая море, раскинувшееся перед ними. Джисон полез куда-то вновь на заднее сиденье, доставая аккуратно сложенную толстовку Минхо. — Надень, чтобы не замёрзнуть. Мы пойдём гулять с тобой вдоль пляжа. Хо молча принял свою толстовку, надевая скорее поверх рубашки, а внутри его всего обволакивало теплом и любовью, от того, насколько Джисон продумал каждую мелочь, чтобы Ли сегодня не испытывал дискомфорта. Они вместе покинули салон, берясь за руки и ступая на мягкий песок. Это был достаточно дикий пляж, да, маленький, ведь он находился в черте города, но всё ещё живописный и тихий. Песок был плотным, благодаря чему не попадал парням в обувь, и они спокойно шли, наслаждаясь этим местом. Тихие волны шумели, принося из воды на берег маленькие камушки. С моря дул небольшой ветерок, отчего волосы парней слегка развивались, а кожа покрывалась мурашками. Небо сегодня было идеально чистым, что можно было разглядеть все звёзды, сияющие в эту прекрасную ночь, словно маленькие бриллианты рассыпанные на тёмной скатерти мироздания. — И когда же ты успел написать эту песню… Мы же познакомились с тобой, — Минхо задумался, прикидывая время, — меньше двух месяцев назад! Как же так вышло? — Если вспоминать с самого начала, то у меня не было вдохновения для того, чтобы написать новый альбом. Работа совсем не шла, вот Лан и предложил мне развеяться таким способом. Однако, когда я встретил тебя, и мы стали больше общаться, узнавая друг друга, во мне словно что-то загорелось, — вспоминал Джисон, переплетая их с Минхо пальцы и поглаживая его тыльную часть ладони. — Ты стал моей музой, и я настолько сильно влюбился в тебя, что слова для новой песни пришли мне на ум буквально за пару дней. Я украдкой писал текст везде, где только мог, и через некоторое время всё уже было полностью готово. Однако, как видишь, я не включил её в альбом, пожелав выделить, сделать особенной. Минхо прильнул к плечу Джисона, нежась, словно котёнок на солнце, после таких слов. — Ты правда не понимаешь, как много эти слова из песни для меня означают, Ханн-и. Спасибо тебе за это большое, — сказал Ли, вновь выпрямляясь. Джисон лишь сильнее сжал руку Хо, пока они не подошли к краю воды. Волны лишь слегка дотягивались до кончиков их кроссовок, словно играясь и зазывая к себе в глубь. Минхо взглянул озорным взглядом на Хана и в шутку подтолкнул его, словно пытался уронить его в воду. Вот только Джисон действительно не удержал равновесия и наступил ногой в море, из-за чего вода попала на кроссовки. — Минхо!!! Ли рассмеялся, а затем побежал вдоль воды, пока Джисон не решил отомстить ему. Минут десять парни бегали друг за другом, весело смеясь и просто плескаясь каплями воды, пока звёзды молча наблюдали за их детскими, но такими родными шалостями. Мокрые следы от обуви оставались дорожкой на песке, пока они продолжали бежать вдоль этого маленького пляжа. Джисон, наконец настигая Ли, схватил того в свои объятия, успокаивая их обоих. — Фух, — старался отдышаться от смеха Минхо, — ты выбрал прекрасное место. Я даже не знал, что оно есть в нашем городе… Такой дикий и пустынный пляж, луна, звёзды и только мы с тобой. — Мне так нравится… — Что конкретно, Ханн-и? — уточнил Минхо, держа в объятиях такого мягкого и хрупкого парня. — «Мы», — сладко ответил Хан, чем вызвал улыбку на лице старшего. — Пойдем, «мы», у тебя вон уже нос замёрз, того и гляди совсем окоченеешь. Джисон кивнул, вновь переплетая их пальцы и утягивая Ли обратно в сторону машины. Холодные пальцы Хана так приятно сочетались с горячей ладонью старшего, образовывая идеальную комбинацию. Обратно они шли молча, но эта тишина не была звенящей и раздражающей. Обоим было комфортно, ведь они хотели запомнить каждый шорох, каждый звук этой прекрасной ночи: шуршание песка, всплески волн, насекомых, стрекочущих в траве. Дойдя до автомобиля, Джисон уже почти сел за водительское сиденье, как Ли его остановил, притягивая обратно к себе. Его тёплые руки коснулись шеи, утягивая в столь желанный поцелуй. — Спасибо тебе за этот чудесный вечер, Ханн-и, — сказал Минхо, любуясь таким прекрасным парнем перед собой. Его щёки немного стали алыми то ли от холода, то ли вновь от близкого расстояния со старшим. — Это был буквально лучший день, как бы пафосно ни звучала эта фраза, — Ли заправил выбившиеся пряди волос Джисона за ухо. Минхо приблизился ещё чуть сильнее к лицу Хана, что они могли слышать дыхание друг друга. — Я люблю тебя до невозможности сильно, Джисон. Иногда кажется, что сердце вот-вот лопнет, как только я начинаю об этом думать. — Я тоже люблю тебя, — ответил тот, сокращая расстояние и вновь даря очередной поцелуй, уже более настойчивый и глубокий. Хан прильнул всем своим телом к Ли, что только и ждал этого. Он бережно подхватил Джисона под бёдра, усаживая на чёрный глянцевый капот автомобиля. Его губы продолжали сталкиваться с губами Джисона, пока тот запускал свои пальцы в его волосы. — Этот Порш явно не ожидал такого поворота событий в своей жизни, — пошутил Джисона, когда они разомкнули их поцелуй. Минхо положил свои ладони на бёдра Хана, сжимая их сквозь джинсы и начиная медленно подниматься руками вверх, забираясь горячими ладонями под ткань футболки Джисона. Его кожа тоже была холодной, из-за чего теплые прикосновения Ли ярко контрастировали с ней, вызывая приятное чувство внутри Хана. Он закусил нижнюю губу, не отрывая взгляд от такого Ли, которого, казалось, он видел впервые. Хо притянул его ещё ближе к себе, так, что их тела наконец соприкасались друг с другом. Их губы вновь встретились, и с каждым касанием становилось всё теплее, а поцелуи всё глубже. Минхо сцеловывал дыхание Хана, удерживая того за невозможно тонкую талию. Жар постепенно нарастал, пробегая волной по телам парней. Ли продолжал наслаждаться Джисоном, наконец полностью позволив себе любить его. Забыть обо всех границах, что он сам же успел себе понастроить, и просто позволить полностью проявлять свои чувства и эмоции вновь. Он медленно спускался от его прекрасных губ к шее, стараясь покрыть каждый сантиметр его медовой кожи. Казалось, словно она горела приятным пламенем в тех местах, где горячие поцелуи Минхо оставляли влажный след. Он не намеревался останавливаться, спускаясь ниже к ключицам Джисона, что тот даже упёрся руками в капот автомобиля. — Дьявол… — выдохнул Джисон, чьему телу было уже далеко не холодно. — Ещё одно касание, и мы с тобой отсюда точно не уедем. Ли хитро улыбнулся, а затем поднял свой взгляд выше. — В таком случае, мы продолжим этот разговор дома, — сказал он, возвращая всё своё внимание губам Джисона, что на этот раз целовали с ещё большим желанием и отчаянием. Кажется, теперь Хану будет очень сложно вести машину, притом не превышая все допустимые скоростные ограничения…

***

Хёнджин и Феликс вышли из комнаты, что Хван чудом нашёл пустующей в такой-то загруженный день. У обоих улыбки были до ушей, а при взгляде друг на друга они лишь начинали неловко смеяться, в шутку ударяя друг друга ладонями. И как бы они не старались привести себя в порядочный вид, их волосы всё равно оставались взъерошенными, а макияж успел немного поплыть. Хотя бы в самом клубе было достаточно жарко, из-за чего этот фактор не так сильно бросался людям в глаза. Парни наконец вернулись к своему столику, присаживаясь к всё той же троице. — Явились наконец-то… — всплеснул руками Чонин, обращая на парней всё внимание. — И где вы оба так долго были? — поинтересовался Лан. — Я всё-таки проиграл, — неловко почесал свой затылок Хёнджин, вновь косясь на полупрозрачную рубашку Феликса. Чан и Чанбин уже давно всё поняли, по их виду, и просто сидели, тихо посмеиваясь над тем, как на них ворчит Чонин. — Этот дурак вообще сказал мне, что «я, конечно, не карты Таро, но он может разложить меня на столе», — рассказал Ёнбок, всё ещё смеясь с этого гениального подката. — Боже мой, я не хочу знать о ваших любовных похождениях! — запричитал Ян, отмахиваясь от них. — А сам-то! Далеко не самый невинный среди всей нашей компании, — вставил в свою защиту Хван. — Но я хотя бы молчу об этом! И вообще… Из-за вашего отсутствия нам втроём пришлось бегать по всему клубу и искать Минхо! — А, кстати, что с ним? Где он? — поинтересовался Ликс. — Приходил ли Джисон, и вообще, что мы пропустили? Чан прокашлялся. — Ну… Как вам сказать. Если кратко, то Джисон оказался J.one-ом, выступил на этой сцене, посвятил Минхо новую песню, тот после его выступления сразу же бросился за ним, а сейчас, я предполагаю, они уехали далеко отсюда, и у них наконец всё отлично. А вся оставшаяся еда и вечеринка в нашем с вами распоряжении, — с улыбкой сказал Чан, уже отойдя от шока и смирившись с этими фактами. — В целом, практически ничего и не пропустили. Он обязательно допросит Джисона. Но уже завтра. Сейчас же Крис закусывал очередную кружку пива гренками, так любезно предоставленными Сынмином. Хёнликсы одновременно раскрыли рот, потеряв дар речи, а затем переглянулись друг с другом. Кажется, отлучаться во время праздника — была не самая лучшая их идея…

*Спустя 2 года*

— Хэй, Чан! Две лапши по-китайски и свинина в кисло-сладком за 6-й стол! — громко крикнул Чонин, озвучивая заказ на кухне. — Есть! — ответил Крис, продолжая мелко нарезать овощи. Жизнь на кухне кипела, всюду шкворчало масло на сковородках, громко переговаривались повара, а в воздухе царил насыщенный аромат, смешанный из всевозможных запахов мяса, овощей, соусов и специй. В общем, заказов было достаточно много. После того, как все узнали, что тот самый J.one оказался в России, так ещё и работает в неприметной чайной, в «Молочай» сразу же потянулся неимоверно огромный поток клиентов, что очередь за напитками выстраивалась аж с улицы. Миша был шокирован этим, однако безумно рад, ведь наконец его труды начали приносить плоды. Парни тоже радовались, за исключением того, что теперь почти каждый день им приходилось стоять на ногах с утра до вечера… Стоит отметить, что всё это продлилось недолго, ведь вскоре, распознав потенциал, Миша всего за месяц нашёл новое помещение, отремонтировал, и теперь «Молочай» переехал в новое здание, превратившись из мини-чайной в большой баббл-ти ресторан. Заведение было действительно открыто с масштабом: два этажа с высокими потолками, большая кухня, несколько десятков столов, просторная барная зона для работников и, самое главное, комната стаффа, где были созданы все условия для комфортного перерыва. Миша действительно заморочился и не пожалел средств, что, конечно же, было ему несвойственно и резко удивило парней. Однако всем дружным коллективом они с яркими улыбками и восхищением в глазах зашли в новое помещение, когда хозяин закончил ремонт. «Да уж,» — присвистнул тогда Хёнджин, осматривая шикарных размеров ресторан, — «вот что творит эффект J.one-а… «. Все парни в тот момент сразу же рассмеялись, поглядывая на неловко стоящего рядом с ними Джисона. Всё же ему предстояло ещё долго привыкать к своей настолько популярной личности. Новые обороты, новый поток клиентов, что неизменно увеличивался с каждым днём, стали приносить чайной не малые деньги, в том числе и благодаря Джисону. Все бывшие работники стали старшими в своих должностях: Лан стал чуть ли не заместителем Миши, Феликс и Хёнджин теперь были старшими администраторами, Чан и ЛаоШи стали шеф-поварами, а Чонин решил и дальше работать в должности су-шефа, чтобы хоть так, но быть вместе с Крисом на сменах. Даже Сынмин остался, правда ушёл в другую часть работы ресторана, занявшись ведением их социальных сетей. Основной штат сотрудников же пополнился десятками новых бариста и поваров, что искренне любили своё дело, вкладывая всю душу в работу. Однако, сколько бы ни было сотрудников, с огромным количеством новых гостей, пришла и большая загруженность парней. Практически каждый день в заведении были запары, что они в лучшем случае успевали хотя бы один раз спокойно отдохнуть. Это стало безумно их изматывать. Особенно Джисона, который теперь вынужден был не только совмещать «Молочай» и активную работу над своим творчеством, но всё-таки стал скрываться, ведь каждый ярый фанат стремился спросить у него автограф или же сделать селфи. Нет, не думайте, что Хан был против. Вовсе нет. Однако, когда после смены в 12 часов на ногах к нему приставали фанаты, у него просто не находилось никакого ресурса на жизнерадостное функционирование. Именно поэтому, после раскрытия своей личности, Джисон не долго проработал в чайной — всего лишь пару месяцев. Хоть Хан и мог уйти сразу же после этого, но уж больно сильно он успел полюбить свою работу и это дело, чтобы прощаться со всем так скоро. Да и получать комплименты от фанатов ему всё же понравилось. После своего ухода он полностью погрузился в творчество, работая над всё более совершенными и глубокими песнями. Вместе со своим продюсером было принято решение активнее развивать и продвигать не только J.one-а, но и Хан Джисона. Предложения о сотрудничестве, рекламе и прочем горой высыпались на их компанию, что Чон Квон даже и не ожидал такого ажиотажа. Спустя долгие переговоры и взвешивания всех «за» и «против» было принято решение о возвращении Джисона в Корею. В тот вечер, когда Хан рассказал об этом друзьям, данная новость их просто ошарашила, однако они всё понимали, ведь желали ему только самого наилучшего. Хотя Лан словно и не хотел никуда его отпускать, крепко ухватит того в объятия в тот день. Они слишком долго пробыли друзьями, чтобы он мог легко расстаться с ним на такой долгий период. Самому Джисону тоже было достаточно тяжело прощаться со всеми ними, ведь он успел слишком сильно привязаться к их сумасшедшему, но такому любимому коллективу. Он даже три раза заплакал по этому поводу на прощальной вечеринке. Однако необходимо было вновь работать ещё и на Корейскую аудиторию, да и организовывать более профессиональные фотосессии или даже съёмки клипа им было весьма проще именно там. Как минимум, связи Чон Квона решали многое. Поэтому у Джисона было не так уж и много вариантов. Стоит отметить, что всё это было бы ещё безумнее тяжелее и невыносимее для Хана, если бы не одно но… — Минхо! Я дома, и-и-и… Сегодня на ужин у нас будут токпокки! — крикнул Хан, проходя в квартиру. За окном стояла уже ночь, поэтому внутри свет исходил лишь от настольных ламп да экрана телевизора, что, судя по звукам, транслировал очередную дораму. Джисон снял свои кроссовки и тут же прошёл на кухню, оставляя на столе пакет с готовой едой. Аромат уже так и сочился из контейнера, однако Сон старался держать себя в руках. Он подошёл ближе к панорамном окну, что было расположено во всю стену в их совмещённой со спальней кухне, вглядываясь в ночной Сеул. Его яркие огни, оживлённое движение машин на дорогах, звёздное небо, что было весьма редким явлением для этого города — всё это было как на ладони в их новой с Минхо квартире. Вздохнув, Джисон отправился в сторону звука дорамы, в гостиную, где на мягком диванчике, аккуратно устроившись под тёмно-синем пледом, лежал Ли, мирно посапывающий под очередной ост. Хан присел на корточки рядом с Минхо, любуясь его тихо вздымающейся грудью, его руками, что сжали кончик пледа, его четкими и такими спокойными чертами лица. Он аккуратно убрал пряди волос с его лба, оставляя мягкий и невесомый поцелуй. — Хо… Просыпайся, — ласково сказал Джисон, поглаживая ладонью по волосам. Ли разлепил глаза, сразу же замечая перед собой Хана, что очень близко разглядывал его своими глазами-бусинками. Минхо недовольно промычал, но тут же, словно кот, подстроился под родные касания. — Ты снова уснул перед телевизором… — Угу, — всё же сел на диване Хо, протирая ото сна уголки глаз. — Даже и не заметил как-то… Сегодня были достаточно выматывающие тренировки в студии. — Да, я помню, что ты сейчас готовишь свою команду к выступлению, — Джисон говорил снизу, всё так же оставаясь сидеть на корточках. — Но у нас уже практически всё готово! Даже у того кудрявого парня больше не вылезают ошибки в исполнении. Я полностью доволен этим, — гордо погладил себя по груди Минхо, ведь над этим танцем он и его команда работали дольше всего. ~ После того дня рождения, когда Чанбин вместе с Сынмином подарили ему приглашение на танцевальный мастер-класс, жизнь Хо изменилась полностью. Не так кардинально, как после встречи с Джисоном, однако в ней вновь загорелся тот самый яркий огонёк. Посетив занятие с Чхве Ёнджуном, тот заприметил Ли и даже отдельно от всех похвалил его танцевальные навыки, что было слишком неожиданно и приятно для Хо. Это вдохнуло в него желание вновь заняться танцами, посвящая им часть своего свободного от работы время. Ли усердно практиковался, пока продолжал работать в чайной, и параллельно вёл канал на Ютубе, что был создан по инициативе Джисона. Талант Минхо стал действительно настолько заметен, что в один день Ёнджун вновь связался с Хо, предлагая ему присоединиться к его собственной танцевальной студии в роли хореографа. Сказать, что Ли ахренел в тот момент, значит не сказать ничего. Он, наверное, находился целую неделю в шоке с такого предложения, хоть и согласился практически моментально. Именно это обстоятельство и позволило Джисону окончательно принять решение о переезде, ведь, останься Минхо в России, он тоже бы никуда не уехал, так как уже не мог представить и жизни без своего парня, его объятий и самых вкусных сырных сэндвичей на всём белом свете. Поэтому они оба, распрощавшись со своей квартирой и прошлым городом, собрали чемоданы и полностью вернулись в Корею, начиная свою новую, яркую и, главное, совместную жизнь. ~ — Могу я завтра снова заглянуть к вам на прогон? — спросил Джисон, приподнимаясь и протягивая свои руки Ли. Тот взялся за них, вставая с дивана и оказываясь вплотную к парню. — Конечно, ты же знаешь, что для тебя вход открыт в любой момент, — он поцеловал его в кончик носа, вновь отстраняясь и любуясь им. Хан мило сморщил его, улыбаясь спокойной улыбкой. — Тогда выйду завтра вместе с тобой. — А как же запись трека? Разве она не стоит в одно время с моим занятием? — уточнил Минхо. — Перенесу на вечер, подумаешь, — отмахнулся Джисон, совершенно не видя в этом проблемы. Оставалось около месяца до релиза его первого полноформатного альбома, поэтому работа у Хана тоже шла полным ходом. Хорошо, что хоть клип был уже отснят и сейчас был в процессе монтажа. — Так и что, — возвращая их обратно в сегодняшний вечер, продолжил Джи, — ты сильно проголодался? — Чертовски голодный! Давай уже скорее есть, чтобы ты там ни принёс, — потащил тот скорее его на кухню, не расцепляя их руки. — По запаху чувствую, что это что-то очень аппетитное! Минхо подошёл ближе к пакету, заглядывая внутрь. — Токпокки! — радостно воскликнул Ли, тут же расплываясь в улыбке, ведь это был самый любимый его перекус. После пудинга, разумеется. Хан обнял Минхо со спины, пока тот принялся доставать содержимое упаковки и раскладывать всё на стеклянном столе. Старший тепло улыбнулся, ощущая приятное тепло рук Джисона на своей талии. Его голова мягко легла на спину старшего, прижимаясь и ластясь к нему. Хо положил руку поверх его ладоней, пока свободной выкладывал им обоим деревянные палочки. — И я скучал по тебе, Ханн-и… Мирное дыхание младшего со спины успокаивало, заставляя Ли замереть и насладиться этим моментом. Это уже вошло в их привычку, стоять вот так посреди квартиры, чувствуя тепло друг друга, и осознавать, что в данную секунду ничего кроме них двоих не имеет значения. Заметив, что ужин уже был накрыт, Хан медленно расцепил свои объятия, оставляя напоследок поцелуй на спине Минхо, и смущённо скорее сел за стол, приступая к долгожданной трапезе. Ли мягко проводил Джисона взглядом, присаживаясь напротив. Такой домашний ужин, вкусные токпокки, отдающие остринкой на их языках, кухонная лампа и ночной вид лишь дополняли атмосферу вечера. Минхо вздохнул, оглядываясь на своё прошлое. Оно было тяжёлым, полным болезненных и жестоких воспоминаний. Однако сейчас, когда он смотрел на этого парня напротив, что с большим аппетитом набивал свои щёки едой, его сердце начинало биться гораздо спокойнее, дыхание становилось легче, а на лице появлялась широкая мягкая улыбка. Все проблемы словно испарялись, а тревоги полностью исчезали с радаров. Наверное, никогда прежде Минхо не испытывал такого спокойствия и комфорта, как за эти несколько месяцев их совместной жизни. Даже в таком оживлённом городе у них удавалось уходить в свой маленький мир, прятаться в нём от всех насущных проблем и вопросов и просто дарить друг другу любовь. Такую искреннюю и тёплую. Теперь они были на своём месте. Там, где и должны были быть.