Сквозь громовую бурю.

      Ранним утром, когда солнце едва появилось на голубом небе, в одном районе Магнолии, в маленькой неприметной квартире, рыдала светловолосая волшебница, крепко сжимая мятый лист в своем кулаке. И никого не было рядом, чтобы забрать всю ту боль, что сейчас разрывала ей сердце. Девушка в раннем детстве потеряла мать, а сейчас её бросил и второй родитель, с которым она только успела помириться.       Отец Люси, уважаемый торговец Джуд Хартфилий, умер в их родовом поместье, огромном доме Хартфилиев, при крайне странных обстоятельствах. Мужчина был еще в самом расцвете сил, не обзаведясь даже парой седых прядей, он часто появлялся на публике и никогда не жаловался на усталость или плохое здоровье. Магическое вмешательство в его скоропостижную кончину тоже было спорным, ведь сам Джуд не обладал никакой волшебной силой, а был лишь обычным работягой, сколотившим свое состояние собственным потом и кровью. Осознавший все свои ошибки в прошлом, он гордо последний год нес свое бремя и совершал добрые дела, лишь бы хоть чуть-чуть исправить то, о чем сожалел слишком долго.       Люси, полностью разбитая таким событием, никак не могла принять произошедшее и дочитать письмо до конца, останавливаясь на одной и той же строчке: « Приносим свои соболезнования в связи со смертью Джудо». Все еще сжимая листок в руке, девушка, едва соображая, стала собирать вещи, готовясь к предстоящей поездке. Она точно знала, что должна ехать в свой родной дом, но так боялась оказаться там одна спустя столько лет бегства.       Имение Хартфилиев встречало тишиной и умиротворением, огромный особняк возвышался над равнинами. Внутри, казалось, что все было как прежде. Слуги, облаченные в черное, медленно ходили по дому, подготавливаясь к приезду наследницы. Но особняк, оставшийся без Джуда, словно лишился души. И теперь ничего не значил для светловолосой волшебницы, стучащей каблуками по мраморному полу. — Мисс Люси, — робко заговорила одна из горничных, престарелая дама, которую сама заклинательница помнила еще с детства, — Мы очень Вас ждали. И я не могу передать словами, как обливается кровью мое сердце в связи с новостью о Вашем отце. Вы задержитесь в городе после похорон? — Да, — тихо прошептала Люси, пустыми глазами смотря на огромный портрет на стене, — Я думаю, что да. — Я подготовила Вашу старую комнату, — женщина осторожно взяла Люси под руку, и та обмякла, склонив голову, — Прошу Вас, пройдемте со мной.       В комнате, где Люси жила будучи ребенком, мало что изменилось. Там все так же пахло лавандой, кровать заправлялась тем же голубым покрывалом, а в углу стоял маленький книжный стеллаж, заполненный многочисленными романами, в которых маленькая дочь владельца корпорации пряталась от пугающей реальности. — Если что-то понадобиться, — горничная осторожна убрала прядь со щеки заклинательницы, — То ты всегда знаешь, где меня найти, дорогая. — Спасибо, Грейс.       Проведя целую неделю после похорон в имении, Люси старалась справиться со своим горем всеми возможными ей способами. Она взахлеб читала книги, сидела в кабинете отца, листая его дневники, и в какой-то момент заметила, что один из ящиков его стола надежно заперт. Девушка, привыкшая к секретам в своей семье, ни капли не удивилась, но желание узнать, что же таилось в этом чертовом ящике пересилило её, и она, вооружившись отмычкой, стала ковырять древний замок. Как и ожидалось, замок не поддался. Он излучал золотистое свечение, которое девушка до этого не замечала, но когда её взор все же заострился на этом, то вихрь воспоминаний закружился в её голове.       Вот она, еще совсем маленькая в слезах забегает к отцу в кабинет, испугавшись монстра под кроватью, а Джуд тем временем что-то прячет в своем столе. Или несколько недель после, когда она в его отсутствие играла в кабинете, сбежав от всех воспитателей, и увидела нечто странное в одном из ящиков, когда изнутри ей послышался мелодичный голос, до которого она не смогла добраться. А потом отец, которой пришел в ярость, застукав её прижатой ухом к таинственному ящику. Момент, когда их отношения треснули, тот самый момент, когда он отдалился от неё и перестал подпускать к себе. — Грейс, — кричала заклинательница, расхаживая по полупустым коридорам, — Грейс, ну где же ты, Грейс. — Я слушаю Вас, — темноволосая горничная словно возникла в воздухе, представ перед девушкой. — Где ключи от стола моего отца? — У Вашего отца никогда не было ключей от стола, — неожиданно ответила Грейс, испуганно смотря на Люси, — Если речь все же идет о том самом ящике, который интересовал Вас в детстве, то ключом к этому будет Ваша кровь.       Неуверенно посмотрев на горничную, Люси опешила. Она не знала, как стоит реагировать на такие слова, но все же поспешила обратно в кабинет, чтобы попробовать несколько вариантов, возникших в голове.       Осмотрев содержимое остальных ящичков, Люси нашла единственный острый предмет — маленький декоративный кинжал, привезенный папиным другом много лет назад. Девушка, не без страха, надавила лезвием на подушечку пальца, пока там не появилась капля крови. Люси не верила, что делает это, но, словно движимая тем самым голосом, поднесла кровоточащий палец к ящичку.       Золотое свечение озарило всю комнату, ящик открылся сам собой. И, когда глаза заклинательницы привыкли к яркому свету, она увидела хрустальную шкатулку, на дне которой лежал маленький сияющий ключик. Когда девушка коснулась его пальцами, метал приятно обжог кожу, а по телу пробежала дрожь. Этот ключ не был похож ни на один из тех, которые Люси видела раньше. Он был больше, сделан из какого-то странного материала, переливающегося всеми цветами радуги, и украшен множеством драгоценных камней. — Откройтесь врата, — приказала заклинательница, рассекая ключом воздух.       Ничего не произошло. Ключ завибрировал в руке, но все осталось по-прежнему. Люси, попробовав еще несколько раз и не добившись успеха, смирилась с неудачей. Она прицепила ключ на связку и, собравшись с мыслью, стала паковать вещи.       Оставлять свой дом как исторический объект было крайне странно, но это влекло за собой несколько плюсов. Девушка по-прежнему являлась собственником всего имения и прилегавших к ней территориям, поэтому могла оставаться там, когда ей вздумается, а историческое общество будет несколько раз в неделю проводить экскурсии и отчислять часть выручки за это юной владелице.       Поезд, который должен был вернуть заклинательницу в Магнолию, наполнялся пассажирами и готовился к отправлению. На последних секундах, когда Люси уже облегченно выдохнула, рассчитывая, что поедет без надоедливых соседей, в купе вошел мужчина.       Статная фигура Лексуса, крайне несуразно смотревшаяся в маленьком купе, нависла над заклинательницей. Нахальный блондин, которого девушка не видела с момента его изгнания, выглядел все так же устрашающе. Светлые жесткие волосы, находившееся в небрежном беспорядке, обрамляли точеное лицо. Суровый взгляд голубых глаз будто сверлил дырку в теле заклинательницы. — Неожиданная встреча, болельщица, — ухмыльнулся Лексус, вальяжно располагаясь напротив волшебницы.       Люси промолчала, не желая разговаривать с бывшим согильдцем. Она не видела в нем ничего хорошего, лишь то, сколько боли он принес всем тем людям, которых она успела полюбить.       Словно не замечая неприязни, которую источала девушка, Лексус бесцеремонно её рассматривал. Она в его памяти была скорее глупой блондинкой, из-за которой его гильдия когда-то чуть не лишилась величия. Как бы он не старался, он не мог разглядеть в ней ничего примечательного, кроме неплохой фигуры и наивного личика, особенно глупыми ему сейчас казались рассказы Фрида про её внутренний свет, которым она притягивала к себе всех в гильдии. — Поездка обещает быть интересной, — колко прокомментировал Лексус, когда поезд все же тронулся, на бешеной скорости унося их в Магнолию.       Облокотившись о прохладное окно, светловолосая сделала вид, что не слышит и не видит парня, сидящего на расстоянии вытянутой руки от неё. Еще бы пару недель назад Люси упала в обморок от страха от одного его вида, не говоря уже о том, чтобы находится с ним наедине в замкнутом пространстве, но сейчас она не чувствовала ничего, кроме зияющей дыры в сердце, которую уже ничем не закроешь.       Поезд резко остановился, не достигнув конечной станции. Все пассажиры засуетились, выглядывая из своих купе в общий коридор. Лексус и Люси, чувствуя опасность, переглянулись и тоже вышли. Поезд, наполненный обычными людьми, следовавший из города, где магия считалась чем-то редким, был хорошей приманкой для темных гильдий, желавших раздора и крови.       Как того и ожидали волшебники, враги не заставили себя долго ждать, появившись на крыше поезда. Лексус, исчез в свечении молний так же быстро, как и в следующую секунду оказался напротив толпы темных магов. Непрошеные гости, облаченные в темные балахоны, что-то искали, без интереса смотря на возникшего перед ними Лексуса. — Что вам тут нужно? — спросил Дреяр, нанося удар, которым смог убрать из дюжины двоих бойцов, — Вы тратите мое время. — Мы лишь пришли за ключом бесконечности, — прохрипел один из неизвестных, делая шаг к магу. — Что тут происходит? — крикнула Люси, с помощью девы неумело забираясь на крышу.       Завидев заклинательницу, темные маги закопошились, пытаясь атаковать девушку в обход мага молний. Но громовой убийца драконов был куда сильнее и умнее противника, отразив все атаки до того, как они настигли заклинательницу, Лексус рассвирепел не на шутку, напугав даже Люси, которую он, как ей показалось, пытался защитить. Глаза мага налились кровью, и он, не оставляя ни единого шанса, яростно атаковал, пока все темные волшебники не разбежались по сторонам. Когда опасность миновала, Лексус недоумевающе посмотрел на Люси. — Не расскажешь, что это было? — язвительно спросил Лексус, его бровь взмыла вверх, а глаза хищно смотрели прямо на девушку. — Не знаю, — тихо ответила заклинательница, касаясь рукой нового ключа.       Металл оказался горячим, он словно пульсировал в её ладони. Голос, который слышала только девушка, становился громче и, пытаясь разобрать странные слова, Хартфилия отключилась, падая на холодную крышу.       Поезд мчал дальше, как будто ничего не произошло. Люси лежала в купе, а напротив сидел Лексус, задумчиво смотря в окно. Если бы девушка не знала его, то могла бы подумать, что в его глазах таится беспокойство, но она слишком хорошо его знала. Или думала, что знает. — Что за ключ в твоей коллекции имеет такой спрос? — бесцеремонно спросил парень, как только заклинательница открыла глаза. — Я не знаю, — повторила Люси. — Через полчаса мы будем в Магнолии, — прошипел Лексус, словно название родного города доставляло ему нестерпимую боль, — Там сразу отведу тебя к старику.       Люси кивнула, а Лексус, смотря на неё, с силой сжал кулаки. Внутри него кипела неконтролируемая злость, которая, вырвавшись наружу, уже не раз доставляла ему множество проблем. Она стоила ему места в гильдии, где его окружали друзья, которых он предал из-за своей магии величия, а сейчас ему предстояло вернуться туда в компании слабачки, которую он презирал. Лексус знал, что дедуля не будет ему рад. Скорее, прогонит его как только увидит, но произошедшее несколько часов назад не давало ему покоя, беспокоило настолько, что он был готов предстать перед мастером, лишь бы услышать решение этой загадки.       Не веря в собственные действия, Лексус вел заклинательницу в дом деда. Они шли мимо знакомых домов, которые навевали множество воспоминаний, проходили за зданием гильдии, которая была так далека для Лексуса, и наконец, обогнув пол города, оказались около маленького и неприметного двухэтажного домика. В окнах не горел свет, что доказывало, что хозяин еще не вернулся.       Медленно темнело, город погружался во тьму, а Люси и Лексус молча сидели на ступеньках, ожидая. Девушка смотрела на людей, проходивших мимо, но не могла запомнить их лица или цвет волос, сейчас все её мысли были о странном ключе, висящем на поясе. — Куда ты меня притащил? — резко спросила девушка, когда ей надоело ждать неизвестности. — Я говорил, куда мы пойдем, — грубо ответил Лексус, смотря на волшебницу. — Гильдия в нескольких кварталах отсюда, — возразила заклинательница, скрестив руки на груди, — Я лучше пойду туда сама.       Как только Хартфилия поднялась, Лексус резко схватил её за локоть, разворачивая к себе. Их лица оказались на одном уровне, и Люси смогла заглянуть в ледяные глаза Лексуса. Там не было ничего, кроме холода, заставившего её поежиться. — Я же сказал, что мы идем к деду, — прошипел Дреяр, сильнее сжимая руку светловолосой.       Макаров возвращался домой, ни о чем не подозревая, и был крайне ошарашен, увидев на своем крыльце внука в компании юной заклинательницы. Перед тем как подойти к ним, старик еще раз внимательно оглядел парочку, не веря глазам, что вновь видит Лексуса. По мнению Мастера гильдии, младший Дреяр не заслуживал места в гильдии, построенной на дружбе, но вот как его дед, он помнил внука добродушным ребенком, брошенным отцом его попечение . — Лексус? — неуверенно спросил Макаров, подходя ближе, — Прошу тебя, уходи.       Глаза мастера наполнились болью, но он все же отвернулся от внука, пытаясь совладать с эмоциями от такой долгожданной встречи. — Я пришел из-за неё, — холодно ответит Лексус, отводя взгляд.       Услышав ответ внука, Макаров встрепенулся, рассматривая заклинательницу, которую отпустил несколько недель назад на похороны отца. Он много думал о судьбе маленькой Люси, но не знал, чем может помочь ей в эти трудные минуты. — Что ты ей сделал, балбес? — закричал Мастер, приближаясь к Хартфилии, чтобы закрыть её от Лексуса. — Мастер, — тихо вмешалась девушка, поднимая на него свои большие карие глаза, — Похоже, что он спас меня.       Недоверчиво посмотрев на внука, Макаров затолкал парочку в уютную гостиную и зажег свет. Внутри пахло свежей выпечкой и алкоголем. На диване, на котором уселся Лексус, лежало несколько цветных подушек, а напротив него стояло два глубоких кресла. Мастер учтиво усадил в одно из них заклинательницу, а в другое забрался сам, подготавливаясь к долгому рассказу.       По мере того, как Лексус рассказывал о событиях после встречи с Люси, Макаров каждую секунду менялся в лице и, когда с историей было покончено, он с ужасом смотрел на внука и Люси, которая дополнила рассказ Дреяра своей находкой. Тех немногих знаний о ключах бесконечности хватало, чтобы Мастер понял всю опасность, которая сейчас грозила девушке. — Люсичка, — мягко начал Мастер, обращаясь к девушке, — Тебе нужно пока что побыть вдали от города.       Услышав это, Хартфилия встрепенулась. На её лице отобразился страх, которого она еще не испытывала. Если все так серьезно, что Мастер отсылает её, то ключ значит намного больше, чем она думала изначально. — Они нашли её в поезде, — вмешался Лексус, избегая взгляда деда, — Кто помешает им, если она засядет в другом городе? — Я хочу, чтобы ты сопровождал её в особняке Хартфилиев, куда ей необходимо вернуться, — тихо ответил Макаров, сомневаясь в правильности своих догадок, — Если ключ был там все это время и за ним не пришли, значит, дом защищен скрывающей магией. — Если кто-то знает, что ключ у неё, то первое, что обыщут, — сопротивлялся Лексус, — Это будет её дом. И я еще не говорю о том, что ни за что в жизни не соглашусь на то, чтобы куда-либо её провожать.       Дедуля обвиняющие посмотрел на внука, который был непреклонен. И единственное, что могло изменить его решение, это обещание, которое Макаров надеялся никогда не использовать. Мастер попросил Люси выйти за дверь и, оставшись наедине с внуком, грозно смирил его взглядом. — Лексус, — спокойно начал Макаров, — Я не могу положиться ни на кого, кроме тебя. И я знаю, что в тебе до сих пор есть добро, поэтому если ты исполнишь мою просьбу и защитишь Люси, то я верну тебе знак гильдии. — Очередная проверка? — съязвил Лексус, всматриваясь в обивку дивана, — Хорошо, но с одним условием. — Ты не в том положении, чтобы диктовать условия.       Лексус же, не смотря на слова деда, прекрасно понимал, что находится в лучшем положении. Если же ему было предложено вернуться в гильдию всего лишь за такой пустяк, то попросить большего будет не так сложно. — Громовержцы будут со мной. — Ладно, — сдался Макаров, — Как только они вернуться с задания, я направлю их к вам. А пока твоя задача это обеспечить Люси безопасность, и помни, что я рассчитываю на тебя, Лекс.       На последнем слове у Лексуса сжалось сердце. Он уже и не помнил, когда последний раз слышал, когда его так называли. Наверное, это было в тот день, когда дед увидел его эфирную проекцию, сообщающую, что бой за хвост феи начинается. В тот день, когда он разочаровал деда и чуть не лишил всего собственную команду.       Не желая ничего слышать о возвращении заклинательницы в её маленькую квартирку, Лексус вел её в противоположную сторону. И как бы девушка не донимала его расспросами, он был не преклонен, пока они не добрались до его дома.       Величественный дом Лексуса, находящийся на небольшом холме за городом, вряд ли был похож на жилище хоть одного волшебника из гильдии. Здание, построенное из благородного дуба, имело множество панорамных окон, небольшую террасу с лестницей, обвитой виноградной лазой, и скрывалось за живой изгородью. Освещавшие дом фонари стояли вдоль каменной дорожки, ведущей прямо к входной двери. Хотя дом и выглядел богато, но внутри совершенно не хватало уюта. Просторная гостиная уныло встречала водящих своей холодной красотой. Помимо черного кожаного дивана, стоявшего напротив не зажженного камина, там был серый меховой ковер, на котором стоял стеклянный столик со стопкой книг, и несколько стеллажей, заставленных дисками, книгами и устрашающими статуэтками. — Располагайся, — Лексус указал рукой на диван и, смеясь, бросил девушку одну.       Всю ночь Люси провела в бреду. Она не могла уснуть, постоянно ворочалась, а когда проваливалась в сон, то видела кошмары, от которых на лбу проступал холодный пот. И хотя, стоило ей открыть глаза, как ужасные образы исчезали из её памяти, она все равно со страхом оглядываясь по сторонам, проверяя, не воплотились ли кошмары в жизнь.       Утром Лексус не превратился в радушного хозяина, скорее наоборот, вовсе перестал замечать девушку после того, как показал ей кухню и ванную. Все несколько дней, пока они ожидали возвращения громовержцев, Дреяр часто пропадал, оставляя Люси одну в незнакомом ей доме. Хотя пару раз в голове у заклинательницы и возникали мысли о побеге, но здравый смысл напоминал ей о том, что если она это сделает, то помимо охотников за ключом, наживет себе еще одного врага в лице громового убийцы дракона. И первые казались не такими страшными в отличии от яростного блондина.       В один из дней Лексус вернулся в компании громовержцев, которые всю дорогу до его дома заваливали его вопросами. Маг не успевал отвечать и продолжал своей рассказ, когда они уже были в комнате, где спала Люси. Узнав бархатистый бас Лексуса, девушка проснулась и взглянула на вошедших. Она огромными глазами смотрела на разглядывающих её Елочку, Фрида и Бикслоу. — Доброе утро, — рассмеялся Бикслоу, подходя к девушке, — Как дела, красотка? Не украл еще никто твою душу? — Бикслоу, — резко одернул друга Фрид, виновато улыбаясь заклинательнице, — Не забывай, что случилось.       Кукловод замолчал, Елочка за его спиной закусила губу. Все они знали, что случилось с отцом Люси. Все, кроме Лексуса, который в отличии от своей команды не был избирателен в выражениях.       Оповестив всех о скором отправлении в Харгеон, где находилось имение Хартфилиев, Лексус снова ушел. На этот раз он скрылся в своей комнате, не понимая, почему не чувствует радости. Казалось бы, он наконец встретился с друзьями, которых считал своей семьей, и когда они вместе закончат это глупое задание, то он сможет вернуться в гильдию, но что-то было не так, и шестое чувство неутомимо напоминало ему об этом. Перевернув все в своей комнате и выпустив пар на ни в чем не повинной стене, Лексус выдохнул и спустился вниз, скрывая все свои чувства за маской безразличия. — Итак, — подвела итоги Ёла, поправляя макияж перед выходом, — Мы должны провести неизвестно сколько времени в старинном особняке, пряча нашу Люси от каких-то злодеев? — Я рад, что ты наконец поняла всю суть, — усмехнулся Лексус, — Но нам нужно спешить, поэтому отлипай от зеркала. — Грубиян, — фыркнула девушка и подошла к Люси, беря её под руку, — Мы, девочки, должны держаться вместе. В противном случае Лекс почувствует себя главным. — Я и есть главный, — гневно напомнил Дреяр, от острого слуха которого не ускользнуло ни звука.       Вернуться в особняк спустя пару дней после отъезда из него же было слишком странно. Люси еще не понимала, что чувствует, ведя согильдцев и Лексуса по цветущему саду, расположенному на территории перед домом. Она чувствовала презрительный взгляд Дреяра на своей спине, пыталась его игнорировать, но увидев входную дверь перед своим носом, забыла как дышать. Словно она вновь перенеслась в тот день, когда захлебываясь слезами заходила внутрь, зная, что её семья мертва.       Ёлочка, положившая ладонь на плечо заклинательницы, старалась быть ближе. Она понимала, что чувствует девушка, и хотела её поддержать, уберечь от всего, что могло ей навредить.       Внутри их уже встречали слуги, приветствуя хозяйку дома. Они, исполняя поручения Грейс, позаботились о гостях их юной госпожи. Громовержцы, на который великолепие дома произвело неизгладимое впечатление, увлеченного рассматривали позолоченные картины и хрустальные люстры, в отличии от Лексуса, который скучающим взглядом смотрел на все вокруг. — Я могу чем-то помочь? — спросила Грейс, когда наконец осталась наедине с Люси. — На меня напали в поезде из-за этого, — заклинательница показала служанке ключи и закрыла дверь, — Я хочу знать, для чего он нужен.       Грейс подняла взгляд на Люси и, осторожно коснувшись её руки, тихо заговорила. — Это очень древняя и опасная магия, — робко заговорила женщина, — Мистер Джуд очень хотел уберечь тебя от неё. Боюсь, что это все, что я могу рассказать.       Люси умоляюще посмотрела на свою горничную, но та лишь виновато пожала плечами. Волшебница так и не поняла, знает ли Грейс больше, но все равно отпустила её, решив, что эти вопросы еще подождут. Сейчас ей был нужен крепкий сон, который мог избавить её от навязчивых мыслей.       Утров в особняке было особенным, не таким как в Магнолии, где Люси сама решала, когда она наступает. По правилам Джуда, в девять часов все жители поместья просыпались, а в пол десятого уже встречались на завтраке в столовой, которая встречала их запахом кофе и выпечки.       Как бы Лексусу не хотелось поваляться в кровати подольше, милая служанка, краснея от одного взгляда на него, настояла, чтобы он спустился на завтрак. Не привыкший к такому расписанию маг, неспешно сходил в душ и переоделся в чистую рубашку и брюки, а потом направился вниз, следуя наставлениям горничной. Все шло гладко, если бы на одном из поворотов он не наткнулся на заклинательницу, с трудом передвигающуюся в пышном платье.       Рассматривая девушку, Лексус отметил, что персиковый цвет платья идеально подходил к её светлой коже, подчеркивая нежный румянец на щеках. Золотистые локоны, струящиеся по плечам, красиво переливались на солнце. А карие глаза, распахнутые от неожиданной встречи, смотрели прямо на него. — Слушай, — резко заговорил Лексус, — Я не хочу быть нянькой, поэтому давай побыстрее разберемся со всем этим. — Я тебя не просила, — в тон ответила заклинательница, чувствуя угрозу в голосе мага. — Болельщица, — усмехнулся убийца драконов, — Без меня ты бы уже не дышала. — Разочарован, что это не так? — тихо прошептала Люси, не зная, зачем продолжает вестись на провокации громового волшебника.       Лексус внимательно посмотрел на лицо собеседницы, отмечая, как меняется её взгляд, когда она старается быть сильной. Он знал, что она все-таки боится его, но чувствовал, что это не все, что таится в сердце девушки.       Не дождавшись ответа, Хартфилия развернулась и уже хотела пойти другим путем, как вдруг почувствовала теплую ладонь на своем плече. Обернувшись, она встретилась взглядом с Лексусом, и благодаря собственной неуклюжести, не смогла устоять на ногах и, сбив парня с ног, упала ему на грудь. Их лица находились так близко, что Хартфилия чувствовала дыхание парня на своих губах. — Твое сердце, — усмехнулся Лексус, проведя рукой по спине заклинательницы, — Стучит так быстро из-за меня?       Покраснев, Люси резко поднялась, и уже было хотела уйти, но появившийся рядом Лексус не позволил этого сделать.