Последний.

С Ильёй и Вовой он был знаком дольше всех. Эти два дружка были с ним с младших классов, но сначала они относились к нему никак, может, даже слегка дружественно. Денис был смышлёным мальчиком и даже считал себя умнее их, но Илья быстро обогнал его. Коряков был из богатой семейки, отец его владел какой-то компанией или что то в этом роде, а Вова был его, несомненно, лучшим другом детства. В седьмом классе к ним присоединился Максим, ну а потом в этом же году пришёл и Даня. Макс первый начал задирать Дениса, посчитал нужным подружиться с крутыми мальчишками, Ильёй и его другом. Коряков не стал защищать Коломийца, лишь смотрел, как над ним издевался Максим. Со временем Денис заметил, как взгляд Ильи, который когда то был дружелюбным и добрым, наполнялся презрением. Но всё стало гораздо хуже, когда к ним присоединился Даня. Крепыш, слегка туповатый, но любящий помахать руками. Парень превосходил многих не только по весовой категории, но и силовой. С этого момента простые издевательства перешли в избиение, и Илья был в этом главным, разумеется, не без помощи Данилы. С тех пор даже строились планы, как лучше поиздеваться над Денисом. Они испортили жизнь человеку и их совсем не гложет совесть, ни капли. Стоило ли Денису надеяться, что когда нибудь его жизнь придёт в нормальное русло? Доживёт ли он вообще до окончания школы? *** Учебный день, вроде как, был окончен. Он отсидел кое-как последние уроки и пошёл к выходу школы, но его остановили. Он прекрасно уже знал, кто это. Повернув голову, он увидел Вову и Максима, который держал его за руку. Второй очень широко улыбался, но эта улыбка была скорее похожа на гримасу. Всё, что было в этой улыбке, это кипящая злоба, рвущаяся наружу. Денис не мог и предположить, чем же он так насолил Максу, что тот ненавидит его лютой ненавистью уже на протяжении трех лет. Макс повёл Дениса за собой, в то время как Вова лишь молча следовал за ними. Его лицо вообще почти ничего не выражало, он всё время был молчаливым наблюдателем. Денис знал, что сейчас произойдёт. Он всё знал. Этот сценарий ему был знаком, как обряд утреннего умывания или как дорога в школу. Настолько приелось, что стало обыденностью. Максим вёл парня за школу, к мусорным бакам, где всё и происходило. У помойки их ждала остальная группа. Макс с размаху толкнул Дениса вперёд, который даже не пытался уже держать равновесие. блондин приземлился на локти и тут же был придавлен к земле Даней, лицом в кирпичную кладку. Они столпились вокруг, только Вова и Илья к ним не подходили, просто наблюдали. Они почти никогда не участвовали в побоях, грязное это дело - руки об Дениса пачкать. Однако Вова был гораздо спокойнее на фоне всех остальных. Кашин поднял ногу, которой наступил на Дениса и с силой пнул его. Они били его без остановки, по спине, по животу, по ногам, и конечно, лицо не было исключением, ни одну часть тела не забыли, какие молодцы. Денис получал удар за ударом, он пытался закрыть голову руками, хотя бы лицо, но руки тоже не железные. - Погодите, - приостановил сцену Макс, копаясь в мусорном ящике. Достав небольшой пакет, он тут же вывалил всё содержимое на Дениса. Некоторые отошли назад, закрывая рукой нос, самому Коломийцу стало сложно дышать, но стряхнуть с себя это он толком не мог, двигаться сейчас было адски больно. - Фу, блять, Макс, я не собираюсь пачкать свою обувь в этом! - скривился Илья, и остальные начали поддакивать ему. - Ты имеешь в виду этого очкастого? - захихикал Шабанов, что не могли не подхватить остальные. Денис тоже начал смеяться, и все резко посмотрели на него, замолчав. - Этот кусок дерьма омерзителен. Думаю, с него хватит на сегодня, - заключил Илья. Они покинули его, оставив в тишине и одиночестве под горой мусора. Денис пролежал так какое-то время, приходя в себя и ощущая, как может начинать двигаться. Было очень больно. Не делая резких движений, блондин потихоньку начал подниматься. Стряхивать мусор он с себя не стал, лишние движения могут только сильнее усилить боль. Тяжело дыша, Денис опёрся на забор, пытаясь полностью подняться на ноги. Закинув рюкзак на плечо, он поковылял к выходу из школы вдоль забора, всё ещё опираясь на него. Коломиец часто останавливался, переводя дыхание и с ненавистью глядел на прохожих, которые даже не думали ему помогать. Жалкие трусы, такие же жалкие, как и он сам. *** Денис опирался на дверь всем телом, пытаясь вставить этот ебучий ключ. Наконец, открыв дверь, он падает на пол в коридоре, и боль проходит по всему телу. Он ногой пнул дверь, закрыв её, и спокойно отключился, зная, что он теперь дома. Темно. В квартире стало заметно темнее, когда Денис открыл глаза. Всё тело ныло, казалось, ещё больше, чем до отключки. Он потянулся в карман за телефоном и посмотрел на время. Пол девятого. Казалось, он отоспался за лишнюю ночь. Приложив все свои возможные усилия, он встал, придерживаясь за тумбочку, и медленно пошёл вдоль стены, хромая на каждом шагу. Хлопнув рукой по выключателю, блондин зашёл в ванную. Он стянул худи, его тело, казалось, было одним большим синяком, такое чувствительное к боли, с огромным пятном на половину туловища. Денис даже был удивлён, что нигде не заметил крови, кроме как на стёртой коже на руках и лице. Сняв остальную одежду, он зашёл в душ и включил воду, холодную, и она была приятной. Денис с трудом стерпел боль от прикосновений, пока пытался отмыться от грязи и вони. Надо было ещё убраться в коридоре от лежащего там мусора. Переселить боль и убраться. Выйдя из душа, надев пока только нижнее бельё, он достал аптечку. В аптечке лежало несколько тюбиков одного и того же крема от ушибов и синяков, бинты и прочая обрабатывающая дребедень, но первым делом он взял мазь. Открыв один из тюбиков, Денис занялся намазыванием содержимого на себя. Почти также, как и во время мытья, было чертовски больно, но нужно было перетерпеть. Денис занялся уборкой коридора, стиркой и приготовлением себе поесть. Он не боялся, что родители придут домой, ведь знал, что их не будет. Отец Дениса работал в офисе, у него была куча командировок, из-за этого он редко появлялся дома. Его мама часто либо где-то шлялась, либо тоже работала с утра до ночи. Порой она не возвращалась вовсе, разве что возвращаясь в середине ночи. Они виделись очень редко, Денису было проще написать записку и оставить на столе. Родители очень его любили, но времени на него у них совершенно не было. Поэтому Денис даже не пытался жаловаться им на свои проблемы. У них и своих по горло, и вообще до них не достучишься, чтобы что-то передать. В чём тогда был смысл? Денис лег на кровать в своей комнате. В трёхкомнатной квартире из прихожей сразу шёл коридор, справа от которого была кухня без двери и чуть дальше комната блондина, а слева была ванная, около которой находилась комната родителей. Денис долго лежал на кровати, смотрел в потолок. Разумеется, он выспался, пока валялся на полу, но вскоре всё-таки уснул. Обычный день для Коломийца - ад для любого другого. Он был уверен, что никто не вспомнит об этом завтра, и послезавтра, и вообще в любой другой день. Такое случалось постоянно. Так зачем людям вообще запоминать это? Денис не мог перевернуться на бок, потому что так будет ещё больнее, лучше не двигаться и лежать ровно, пока не уснёт. Денис вздохнул, закрыв глаза. С новым днём, с новым днём-адом.