Капитанская дочка

***

      Они ехал в повозке, Мэй один раз очнулась, ей дали понюхать специально подготовленный для неё платок и она пробыла без сознания долгое время, а приходят в себя тоже потом довольно долго.       И вот Мэй начала дёргаться, в повозке сидела Нори. Когда глаза Аккерман приоткрылись, она прошептала снова в бреду. —Мама…Где…Где мы?       Затем снова глаза закрались, от бессилия голова раскалывалась сил не было ни на что. Нори смотрела на неë довольно. Их план прошёл так, как надо. Сначала она честно сказать думала, что ей придётся применять силу, но в итоге пришлось только на дочери. Уже хорошо. —Полежи ещë. Ты пока не в себе. —Мам, а где папа?       Спросила она, совершенно не понимая ничего, но чувствовала, что рядом нет отца. Он ей нужен был тоже. Очень нужен. Совсем не понимает ничего. Голова словно отключилась. —Он занят пока.       Нори положила еë на себя, но Мэй этого уже просто не чувствовала. Было слишком тяжело. Состояние просто дерьмовое конечно. Она ни подняться, ни открыть глаза не может. Ничего не помнит совсем. Будто последние несколько часов прошли мимо неё.              Мэй была накрыта небольшим одеялом, а её мать приложила ладони к лицу аккуратно поглаживая, и перебирая волосы. Нори понимала, что после этой штуки котрую она нанюхалась долго будет приходить в себя. И без сил точно пролежит достаточно. Это ей и надо, чтобы она лежала вот так, и слушала её. Её будет морозить, иногда лихорадить, но так нужно. Мэй приоткрыла немного глаза, смотря на лицо девушки, снова эти нежные руки. Хорошо было. Глаза вновь прикрылись. —Мама…Холодно.       Она лежала всё на коленях девушки, сильнее завернувшись в одеяло, и прижимаясь к женскому телу. Голова всё так же не работала. Она не до конца проснулась ещё. Ей сейчас важно, чтобы Мэй так пролежала какое-то время. Ей надо доехать до нужного места, пока она не пришла в себя и не начала вырываться. Ведь если еще раз поднести к её носу тряпку, то врядли это обернётся чем-то хорошим. —Спи, я рядом согрею тебя.       Прошептала она довольно таки тихо. Еë рука скользнула ниже к талии и сама она видела, как еë лихорадит сейчас. Нужно её греть, чтобы тоже ничего не было. Пусть это особого потом эффекта не даст, но мало ли она таким самым простынет. Это им точно не надо. И так настрадалась сейчас, бедняжка. —Ты же знаешь, что пока я тут всë хорошо.       Мэй неосознанно кивала ей, пока сама Нори обнимала еë крепче, чтобы согреться. Холодно, а от неё и впрямь веет теплом. —У тебя руки такие тёплые и нежные.       Шептала тихом голосом с закрытыми глазами девушка, пока Нори немного усмехнулась. Сколько бы она не отрицала, они вдвоём прекрасно понимали что мать ей нужна была. И разговоры, и касания, и объятия. К сожалению ничего из этого не могло быть. —Прости мелкая, по другому нельзя.       Вздохнула Нори, закрывая глаза, и облокачиваясь о спинку. Минут десять они ехали в молчании, когда приехали они вдвоём остались тут, а остальные ушли разводить огонь. —Мэй, открывай глазки.       Говорила тихим гослом девушка, поглаживая ту по волосам, и через время Мэй приоткрыло глаза, вновь повторив ту же фразу. — Мама, а мы где? —За стенами. Холодно? —Что? За стенами? —Не на вылазке, не подрывайся ты так неугомонная.       Говорила тихим гослом и уложила ту обратно на колени к себе, приложив обе руки к её голове, поглаживая. Пока Мэй чуть подрагивала. Совсем рассеяно себя чувствовала, мысли совсем в кучу не собирались. Как ребёнок который присметри находится она себя ощущала. —Мама, почему мы не дома? —Дома Мэй, дома. —Дома?       Спросила она тихим голосом и смотрела в зелёные глаза девушки, затем на небо. Нори смотрела туда же куда и Мэй, а затем положила руку ей на бок. Как бы странно это не звучало, но да. Дома. Теперь она на самом деле в том месте, где должна быть. —Верно. —Но почему дома? Здесь за стенами если и есть кто, так это титаны.       Проговорила она тихим голосом. Еë ладонь находилась на лбу, что так и болел. Что же это такое? Она не понимает совсем. Почему так сильно болит? Почему? Еë будто титан перегрыз и потом выплюнул, так как посчитал не съедобной. —Скоро сама всë узнаешь. Пока отдохни. Ты всë ещё совсем без сил. А восстановится тебе надо.       Девушка лишь кивнула ей. И впрямь нужно восстановиться, потому что сейчас сделать это невозможно. Ей нужно хотя бы вспомнить сначала, что было перед тем, как она поехала сюда. —Я я не помню…Ничего не помню почти       Нори лишь немного улыбнулась, кивнув самой себе. И хорошо что на неё так сильно это подействовало. Она нагнулась, коснувшись губами лба дочери и встала. —Мам, стой, не уходи. Мне…мне плохо.       Шептала девушка, оставшись совсем без сил. Нори перевела взгляд на дочь, а возле них стоял Кенни который наблюдал за ней. —Совсеи плохо девке. Иди, Нори, тебя Род ждёт —Подождёт.       Она опустила взгляд на Мэй, которая всё больше не понимала ничего. Просто смотрела на Кении, не понимая кто он такой, лишь не хотелось чтобы она ушла. Так тепло было, руки такие приятные. И Нори так и сделала как она попросила. Пусть она почувствует еë рядом с собой. Да, может и раньше она считала что ей не нужна она, то теперь понимала, что нужна. Это может оказаться очень полезным на самом деле. —Разговор срочный, а ты отвлекаешься на мелкую. —Ей плохо. Я пока с ней побуду. Уверена, у Рода нет ничего такого важного, что нельзя перенести на пару минут.       Кенни только вздохнул и отошёл, оставляя еë наедине с матерью. Хочет, пусть стоит, не его проблемы будут потом. —Я предупредил.       На последок послышались слова Аккермана, на которые обе девушки совсем не обратили внимание. Пока Нори перевела взгляд на Мэй. Через минут тридцать она прийдет в себя, так что нужно чтобы она все же сходила сейчас. —Я сейчас прийду, не дергайся только, милая.       С этим словами они ушли, а Мэй утсло лежала, смотря на небо. Постепенно девушка приходила в себя. Сейчас, приняв сидячее положение, вспомнила всё. А голова уже не так болела. И что вот ей делать сейчас? Тело ломит ужасно, холодно, болит голова, она с травмой и без оружия, за стенами. Прекрасное положение, что уж сказать. —Ты как? —М? Нори, ты что учудила?       Спросила тихо Мэй, продолжая сидеть в повозке укутанная в плед, волосы которые были распущены на ветру развивались, она не понимала что они этим хотят добиться. Зачем увезли её? Чего добиваются? А самое ужасное что она бессильна. Они словно чем-то напоили её. Нори закатила глаза. Снова вернулась та Мэй, что в этой ситуации еë выбешивала. Она к ней с добротой и теплотой, пусть и своей странной, но она есть. А в ответ получает только язвы. —Успокойся. Снова ты со своими вставками. Не надоело? Я даже не сказала ничего, а ты уже ворчишь.       Девушка продолжала смотреть ей в глаза, пытаясь понять, что она хочет от неë. Для чего это всë? Какой смысл? Она задумала что-то, даже говорила ей про Рода какого-то, привела сюда. Ради чего? Зачем? —Тогда что мы тут делаем?       Снова этот спокойный тон. И как она быстро так научилась менять настроение? Да, жизнь научила, но даже ей иногда тяжело сохранять свои мысли и чувства. —Бошка у тебя пока не варит чтобы говорить о причине.       Нори прошла с кружкой чая в руке и присела рядом с дочерью, протягивая, на что Мэй вздохнула. —Сама вроде дала совет не пить ничего из чужих рук. Ответь уже что происходит? Почему мне так херово?       Спросила так же спокойно и устало Мэй, закутываясь лишь сильнее в одеяло. Пить не хотелось из её рук после того что было с отцом. Хотя есть ли смысла вообще хоть что-то делать и противится в ее положении. —Голова болит?       Мэй чуть кивнула, и Нори ей в руки впихнула кружку, на которую та лишь опустила взгляд. И зачем ей это пить? Нори только смотрела на неё, показывая взглядом отпить. Да, после того, что было пить явно из еë рук ничего не захочется, но в этот раз это никакая не отрава. —Пей уже, дурында. Я тебе помочь хочу. —Сама сказала проверить сначала, что находится в напитках.       Мэй отвернулась от неë, держа руки у груди. Из еë рук она больше ничего точно брать не будет. Один раз взяла, ей хватило. До сих пор хреново. —В этот раз я хочу избавить от головной боли.       Та лишь снова протянула ей кружку с напитком, но Аккерман снова не верила ей. И почему она должна верить? —Поверила бы, не страдай ты хернëй до этого. Поверь я без твоих трав вытерплю. Ответь уже, что тебе надо. —Я тебе скзала что в таком состоянии не могу говорить с тобой. Попей и ляг.       Мэй выхвалила у неё эту кружку с травами, смотря на неё, и все же выпила. Терять было уже нечего. Судя по обстановке вокруг, они за станками. Прекрасно. Что уж сказать. Весёлая у неё ночь будет.       Нори забрала у неё кружку и уложила обратно к себе на колени Мэй. Та не стала противиться, не видела смысла, да и впрямь было ужасное состояние. Голова болит, тело ломит и морозит. Руки коснулись лба девушки, убирая волосы с лица. Мэй лишь смотрела на небо. Если она сегодня так глупо здесь умрёт, это будет самая ужасается смерть из всех возможных. Самая. Приятно, приятно было вот так лежать у матери на коленях. Почему она ушла тогда? Могла ведь вытащить и Леви? В чём была проблема? Они могли жить спокойно, мирной, тихой жизнью. Хотя бы на поверхности. Так зачем было это устраивать всё? А сейчас делать вид что она заботливая мать. И всë ради чего? Что за цель она преследует? Почему она снова не может прочитать еë мысли, как и отца? Они какие-то оба странные в этом плане, очень закрытые. Но если отца она знает и очень хорошо, то мать свою вообще не понимает. Еë действия то логичны, то противопоставляются всем еë мыслям, что были ранее. Она вообще не понимает, как ей говорить с той. —Ты пользуешься моей слабостью, чтобы якобы показать заботу?       Спросила она тихо, не вставая. Сил на это правда не было. Это еë состояние очень подводит еë. Так она показывает свою слабость, что она совсем не может контролировать. —Нет. Просто тебе очень больно, вот я и пытаюсь помочь. Ты выглядишь сейчас слишком жалко.       Еë рука снова хотела коснуться лба, дабы проверить температуру, но неожиданно для Нори, Мэй схватила еë за руку, не давая коснуться. —Никогда слышишь, не смей меня называть меня жалкой.       Норм улыбнулась. Её такие слова, и такой подход очень даже устраивал, хорошо когда знаешь себе место и цену. —Не буду. —Нори! Тут титан дивиант похоже, он не спит, бежит сюда.       Мэй сразу встала с девушки смотря в сторону Кении. А в следующую секунду Нори порезала себе руку и выйдя из повозки превратилась в титана. Губы дрогнули, а взгляд устремила наверх. Тот титан. Который был перед тем как она потеряла сознание во время битвы с женской особью. Она…титан? Что? Её мать? Губы были приоткрыты, в глазах не скрывалось удивление. —Мам…       Прошептал она, смотря на то как она просто перегрызала шею титанам, которые набежали. Как это возможно? Она ведь тогда помогла им, встав на строну Эрена и женская особь убежала. Пока она сидела в шоке, Нори уже вернулась к девушке. —Может хоть сейчас пыл поумеришь.       Нори села, кладя её обратно на свои колени, прекрасно видя, понимая её шок. У Мэй же в голове не укладывалось подобное. Как так вышло что она стала титаном? —М…Мам как?       Нори вздохнула, показывая взглядом Кенни, чтобы он ушёл и их пока не трогали. Она провела рукой снова по её лицу, убирая волосы и начала говорить. —Послушай. Моя фамилия-Миллс. Твоя как ты можешь понять тоже с этой семьей связана. Аккерманы—Люди равные по силе девяти титанам. Физическая сила велика, как ты могла заметить вы восстанавливаетесь тоже довольно быстро, а после некоторых ран и падений выживаете, хотя должна было умереть. Как тогда в лесу когда выбежала я. Моя семья -Миллс, была создана просто одними из титанов. С самого детства можешь становится титаном. У нас особая ситуация. Ни как у остальных титанов. Наш титан лишь работает браней, находит хозяина и оберегает его. Если этот человек окажется рядом пока тут есть титан и скажет что-то сделать, ты сделаешь, затем будешь оберегать того человека. Делать всё что он скажет. Забавная вещь. А у Аккерманов просто пробуждаются силы. Я даже догадываюсь как силы Леви пробудились. Так вот подбираемся к сути. Наш титан, не обладает особыми способностями. Он силён и лишь используется в ближнем бою, в драке, например сильнее будет явно атакующего, женской особи, бронированного, ах да против колоссального, молотобойца слабее. Но с этим я думаю вы позже разберётесь если ты еще вернёшься домой. Передышку да надо, а то в обморок упадёшь сейчас? Ну переваривай информацию, я продолжу.       Мэй устаивалась на Нори. Что? Аккерман с силами? Титан тоже? Человеку определённому служит? Что за бред ? И что это за титаны вообще? Их много? Чёрт. Если её мать титан, а она её дочь тоесть она тоже может превращаться? Как Эрен? Да бред. А если и так? Это ведь очень поможет разве корпусу. Но тут появляется вопрос для чего привезли сюда ее. —Мама…но это ведь бред. —Слушай дальше, потом вопросы. Так вот Аккерманы и Миллсы были связаны для одной вещи, служить и оберегать королевский род. мы родились оберегать их. Только Аккерман как человек, а Миллс как титан. Так вот когда давно меня встретил Кенни и Род, они узнали что я титан, как не знаю, но они конкретно меня узнали. У нас был договор. Они мне помогают совладать с этой силой и рассказывают всё, дают крашу над головой хорошую должность, я даже не знала что есть мир за стенами. Тоже росла одна лет с семи здесь за стенами. В лесу гигантских деревьев. Среди титанов. Так что поверь я знаю что такое не иметь детства. Так о чем я. Тогда я согласилась, видя в первые себе подобных, я ведь была ну одна без одежды, даже могла жить без еды только воду пила. Вообщем от меня требовалось одно, спустился в подземный город, найти Леви, забеременеть от него и родить ребёнка. Кении тоже Аккерман верно, но он оказался бесплоден. Так что пришлось заморочиться. Переспать с твоим отцом и на удивление забеременеть в первый же раз. Рвалась сильно родится видимо. Так вот зачем. Если объединить Аккерманов и Миллсов что из этого выйдет? Чья кровь сильнее будет или она смешается и этот человек выйдет отличным охранником. Воином. Сила Аккермана и сила титана. А если и подчинить одному человеку то…то он будет в безопасности от всего? Аккерманы посильнее титанов многих будут, а если это сила смешается при превращении в титана то не известно что уж тут будет. Но возникает вопрос а не пересилит ли кровь Аккермана, ведь как мы предполагаем, Аккерманы не могут быть титанами. Так что Мэй ты просто эксперимент. Тебя пришлось оставить с Леви, я делала то что мне говорят. К сожалению мой титан служит Роду Райсу, и когда я в теле титана то от меня нет пользы. Я не управляю своим телом. Мне сказали отдать тебя Леви пока не понадобишься. И вот видимо настал день когда ты понадобилась. Я знаю причину, знаю что в скором времени начнётся. Так что знаешь, жаль мне тебя. Поэтому и не приближалась к тебе. Дам тебе совет, Мэй. Когда всё начнётся. Жди до последнего. Но если сможешь, поймёшь что сможешь, как бы страшно не было, не становись титаном. Никто не даст тебя сожрать или убить. Я не хочу чтобы ты кому-то здесь подчинялась. Точнее была готова уберечь от всего что угодно. Я уверена развед корпус уже сюда летит на всех парах, потому что Зое ваша умная, проследила таки до того момента как мы выехали за стену. Но так, возможно ты и впрямь не можешь становится титанам. Судя по внешности ты Аккерман, да и не превращалась не разу в битвах. Обычно превращаются если есть опасность. Когда понимаешь что сейчас умрешь, превращаешься. Так что, будем надеяться с тобой, что все пройдёт успешно. Ничего не предпринимай Мэй. Ты хорошая девка, не хочу тебе жизнь губить.       Нори поднялась с повозки и ушла, не смотря в глаза дочери, направляясь к Кенни и Роду.              Мэй дрогнула, на глазах понемногу наворачивались слёзы от безысходности, не понимания. Эксперимент. Хах. Прекрасно, родилась чтобы быть экспериментом, серьезно? И все это была изначально продумано? Ради эксперимента? А мать её? У неё получается вовсе выбора не было? Её детство вовсе хуже чем у неё самой. Расти среди титанов. Превращаться в него, не знать ничего. Без еды, без одежды, представить страшно. Аккерманы, Миллсы, в голове не укладывалось. Что за бред ? Что с ней сейчас будут делать? —Ну что, малая, готова?       Спросил Кенни встав с боку, и к ним подошёл не знакомый Мэй, мужчина. Девушка уставились на него. Впервые в жизни она поняла что такое страх. За себя. Хуже чем умереть, может только, прислуживать кому-то. Папа, Ханджи, пожалуйста…Быстрее.       Думала девушка смотря в пол а затем сглотнула ком в горле. Что с ней будут делать? Что сделают? Её взяли без проблем за руки, и повели куда-то. Сил не было, всё так же, потому она шла, поглядывая в строну матери. Что значило её слова о том что её не убьют, главное не делать того что они говорят. Будут пытаться убить ее чтобы она под страхом смерти превратилась? А посоле делала все что они скажут? Зачем им это? Для чего? —Нори, превращайся.       Девушка порезала себе руку, глянув на дочь, и привратиалсь в титана. Она посадила Кенни, Рода и остальных на плечо к себе. Пока остальные выпускали титана девианта. Он должен был набежать на Мэй, которая под предлогам страха, борьбы за жизнь, зная что она одна, без оружия, превратится. Но когда на неё набежал титан Мэй поняла как беспомощна без снаряжения. Никчёмна. Будь у неё УПМ и клинки… на глазах были слёзы, та прижалась к дереву. —Папа пожалуйста быстрее…мам хватит.       Впервые было страшно, больно от ран которые не обработала, морально тоже хреново. Она же подохнет сейчас. Мэй сидела, махнув рукой и уткнулась лбом в колени. Ничего не сделает всё равно. Смысл кричать бежать? Что-то делать? Она не титан, не Миллс. Что за бред. Она уже ощущала дыхание титана на себе, и не двигалась, по щекам стекали слезы. Она услышала шум УПМ. Люди Кенни? Нет. Через секунду рука титана распустилась, она упала на землю. А через минуту была прижата к телу. Мужскому телу. —Эрвин… —Сколкьо можно во всякую задницу попадать Аккерман?       Нори стояла, слушая слова Рода и Кенни. —Похоже малая все же Аккерман. Не превратилась. Да и внешне от Миллсов одно название. Да и сейчас надо сваливать, развед корпус перебьёт тут всех. Здесь Микса, а она тоже Аккерман. —Тц. Уходим нори. Позже поговорим.       Нори развернулась, и побежала в другую сторону. Пока разведчики смотрели на них.       К Мэй и Эрвину подошёл отряд девушки, и элитный отряд Леви вместе с Ханджи. —Мэй ты…что здесь произошло.       Никто никогда не видел в таком поганом состоянии девушку. Тело дрожало, волосы растрёпанны, а сама она плакала. Чтобы к Мэй, которая ассоциировалась у всех со словами лёд и холод, была в таком положении, было удивительным для всех. Что здесь должно было происходить? —Я с ней в повозку сяду, остальные на лошадях со мной рядом, я обещал Леви в сохранности доставить её. Приступаем.

***

             Ханджи смотрела на уходящих людей, когда убедилась что те точно отошли далеко вылетела из окна, убедившись что остальные проследовали за ними, довольно выдохнула, и вернулась к Леви. У них не вышло ничего. Мэй увезли.              Прошло пол часа и Леви пришёл в себя, вспоминая всё что здесь происходило. Голова его очень гудела. Было ужасно плохо. Словно он был под какой-то наркотой. Что она сделала с ним? А где Мэй? Что с ней стало? —Мэй...       Голос его был не привычно тихим и хриплым. Было очень плохо. Бошка гудела, а тело тряслось. Никогда себя так херово он не ощущал, ещё и ко всему этому что-то стряслось с Мэй. Он поднял голову на сидящую рядом Ханджи. Что она тут делает? А где тогда все остальные? Где дочь? Что с ней? —Леви, тихо. Тебе надо успокоится и лишний раз пока не дергаться.       Ханджи присела рядом. Еë рука скользнула по его плечу. Сама она вскоре положила его на свою грудь. Он же совсем без сил остался. Тогда когда они увидела его, то очень испугалась. Он потерял сознание, Мэй забрали. Знали, что надо было отговорить их пойти на это, но нет же. Да и хорошо вообще что она ещё зашла сюда, отправила людей своих просмотреть за тем куда уводят Мэй. Это очень нужно было сейчас. Но самое противное, то что она не может никак помочь Мэй. Нори умная женщина, не тупая, так что нужно серьезней было подходить к этому всему. —Её забрали. Тебе видимо в напиток что-то подмешали. Тупая бошка из чьих ты рук пьёшь, Леви? Тебя вырубило, а нас окружили, отряд Кенни сидел по крышам, с оружием никто не мог войти сюда через окно, я успела влететь и то чуть не подстрелили. Но сам понимаешь, вариантов не было. Мэй сама сказала отступить чтобы никто не пострадал. Знаешь её…убережёт всех, но на себя плюнет.       Вздохнув, сказала Зое, отводя взгляд в сторону. И как ей быть со всем остальным ? Она удружала Леви у себя на коленях когда он хотел подняться и качнула головой —Лежи. Ничем сейчас не поможешь в таком состоянии.       Леви покачал головой. Он не мог так просто оставить свою дочь там страдать. Что он тогда за отец, который не может помочь своей дочери. —Ты мне говоришь лежать, пока с моей дочерью делают не известно что? Ханджи, я не позволю тронуть еë, даже если сейчас нахожусь в таком состоянии.       Он снова хотел подняться, выбраться из еë объятий, но был остановлен вновь. Постоянно мешает ему. То одним, то вторым. Пока он хотел лишь спасти еë от этого всего. А по итогу получилось так что наоборот оба навлекли друг на друга опасность, пока она ещё и осталась наедине с теми людьми, что когда то были связаны с ним и очень один его дядя, а другая мать самой дочери. —Леви, лежи. Сейчас Эрвин прийдет и мы решим, что делать. Но ты точно остаёшься и не влезаешь. Иначе точно лучше не станет. Ты и так последние дни полу мертвый. Ещё хочешь что-ли?       Леви закатил ненадолго глаза, пока его руки всë так же были у груди, а взгляд полон ярости. Он впервые в жизни решил снова довериться ей, а в итоге оказалось, что это самое ужасное предательство из всех. —Сколько она и так мучалась уже, скажи мне? Так что, еще надо? А я сидеть должен ещë? Нет.       Он не понимал в чём проблема этого? Да, он очень слаб, но не значит, что не сможет хотя бы отвлечь, дабы им было легче. Ханджи же лишь обняла Леви, уткнувшись носом в волосы. —Я понимаю, Леви. Но послушай, Мэй не глупая девочка если что прилумает что-то. Если ты сейчас пойдёшь, то что сделаешь? У тебя даже нет УПМ. И ранение сильное.       Говорила Ханджи, а Леви устало выдохнул. Она ведь права, этими спорами они зря теряют время. —Отряд Мэй следит за тем куда её увозят. Поехали в корпус сообщим Эрвину, там разберёмся.

***

—Эрвин, Мэй схватили, Леви что то подмешали, у него тоже состояние ужасное.       Сказала резко Ханджи, открывая дверь, и заходя в комнату, глядя на Смита. Эрвин смотрел на Ханджи, а его взгляд мгновенно менялся со спокойного на тревожный. Как Мэй поймали? Неужели тот их план пошёл на смарку и даже разведчики не помогли? Хотя видимо те тоже были готовы к атаке. —Как это получилось? —Я почти ничего не видела, но Леви отравился, а Мэй выкрали. Мы бы могли попытаться их остановить, но нас очень мало. Их в несколько раз больше. Но примерное местонахождение Мэй мы знаем, еë отряд пошёл следом. Оно за стенами.       Эрвин кивнул ей, зная, что в такой ситуации мыслить надо здраво, а не на эмоциях. Нужен чётко продуманный план, где победа в любом случае будет на их стороне. Оставить девушку там в любом случае нельзя. Единственное что портит им это Леви, что был в ухудшенном состоянии и так, а теперь вовсе ещë ужаснее. —Собери народ. Отряд Мэй и тех кого Леви планирует взять в свой отряд. Микаса, Армин, ещё ребята, Эрена. Я с вами. —Эрвин, но… —Где Леви?       Сказал строго Эрвин и когда Ханджи выдохнула и сказала ему где, она побежала дальше разбираться с отрядами, а сам Эрвин зашёл к Леви который лежал и пытался подняться с кровати, да вот не мог. —Леви, лежи. Мы собрали отряд, скоро выходим, ты остаёшься здесь. Это приказ. Леви, доверься нам. Всей сильной части корпуса. Я тебе обещаю клянусь, она вернётся сюда живой.       Сказал Смит, подходя ближе к Аккерману, уложив его на кровать обратно. Понимал чувства Леви, понимал что он не хочет оставлять девушку там. Дочь. Он знает что после того как умер весь его отряд, он всё больше винит себя, и больше строг к себе. Но сейчас ситуация другая, он если пойдёт туда, то будет им только мешаться. Да и он без сил, даже с кровати встать не может. Так что, он не сможет пойти, тем более ослушаться приказал.       Леви закрыл глаза. Довериться. Не может он уже никому доверится после всего этого. Но он понимал что Эрвин прав. Он только осложнит ситуацию и они могут не успеть. Он только будет доставлять лишние проблемы, а ему это надо? В этом и дело что нет. Каким бы его желание помочь дочери не было, прежде всего стоит держать себя в руках. —Хорошо. Главное верните еë целой и невредимой.       Эрвин окинул его взглядом, убедившись снова, что он и впрямь согласен. Хорошо, что не пришлось долго уговаривать. Хотя сколько ещё Ханджи до этого упиралась с ним стояла? —Чем больше ты отдохнешь, тем лучше для тебя же. Потому что пока, состояние у тебя дерьмовое.       Леви только согласился с ним. Хоть в чём-то они сразу сошлись во мнении. Странно конечно, но это факт. Более Смит не решился оставаться здесь, и покинул комнату, двигаясь в сторону повозок и лошадей. Пора искать еë. Наверняка те, кто были в её отряде уже возвращаются, дабы передать примерное их нахождение. И потому времени на разговоры терять не стоит.

***

—Я так боюсь Эрвин, что они могут что-то ужасное сделать с ней. —Не могу не согласиться с тобой.       Никто не сбавлял скорости лошадей. Им нужно было спешить. Кто знает ради каких целей она им нужна. Тем более, как выяснилось за стенами. Здесь толпы титанов. Это специально, чтобы они сбивали их с толку, или они нужны им? Не понятно. И лучше даже не знать ради какой цели.       Эрвин ехал, смотря в сторону. Впервые боялся потерять человека. Мэй была тем человеком, которым он был не готов рисковать. Никогда, никогда он не переживал за кого-либо так сильно.       Сейчас когда он увидел ее, сидящей возле дерева, в гражданской одежде, бед оружия, без УПМ, она была беспомощна. Будь она с УПМ, уже убила бы того титана и остальных всех тоже. —Убейте титана. Немедленно.       Говорил Эрвин, а когда подсел к девушки, то обнял её. Было всё равно что их видят, что могут подумать. Он переживал. А это её состояние ужасное, о нем и слов нет. Никогда она не была такой. Она дрожала, у неё жар. Чем-то их с Леви явно накачали. Надо будет выяснить у Ханджи. Пока остальные разбирались с титанми, затем хотели поймать остальных, он пытался её успокоить. —Мэй, встать можешь. —Т…там…они —У неё шок. Она горячая, температура и её лихорадит. Как и Леви. Точно чем-то накачали. Повозка осталась у них, а они сами ушли. Ушли причём на титане. Мерелин и остальной отряд Мэй говорят что это тот самый титан который тогда был в лесу. Могу сделать предположение что это Нори. Впрочем выясним это всё когда вернёмся у Мэй. Пока мы там были я взяла кровь у Леви. У неё тоже возьму как вернёмся. Так что пока возвращаться. Кому-то с ней сесть надо. —Я сяду, обещал Леви доставить её в сохранности.       Проговорил усталым голосом Эрвин. Опять новые тайны, загадки, нужно будет пытаться разобрать что и как делать. И с этим титаном, а главное с Мэй и Леви. Нужно разбираться с Женской особью, а два самых сильных солдат у них без помощны.       Сейчас они ехали в повозке. Эрвин и Ханджи сидели рядом с Мэй. А отряд Мэй ехал рядом, очень уж сильно они переживали за то, что происходит с девушкой, с их капитаном. Она не раз подставлялась под удар, спасая их жизни, и они в случае чего были готовы ответить ей тем же. А сейчас, видя это её ужасное состояние, слов не находилось. —Мэй, тише. Всё хорошо.       Говорила Ханджи, когда Мэй со слезами, находясь без созания задрожала, и ещё сильнее задёргалась. —Что же там происходило?— Прошептала она, и коснулся рукой её лба.—Температура ещё выше… —Главное доехать до корпуса.

***

      Ханджи и Эрвин зашли в комнату Леви, находящегося в не лучшем состояние. Кожа бледнее обычного, глаза больные. Температура судя по всему есть. —Леви, лежи, лежи не поднимайся. Мы её нашли. Про состояние лучше молчать. Вас явно двоих накачали чем-то. У неё я взяла уже кровь. Скоро разберусь. Врывали мы её из пасти титана, а так же у меня есть предположение что Нори тот самый титан.       Леви чуть-чуть поднялся всë же. То есть титан? Нори и есть тот говорящий с ними титан? Неужели она дочь не только как они сказали Аккерманов, а еще и титана? Бред. Как такое возможно? И для чего ей нужна была Мэй? Наверняка проверить что-то. Да даже то, станет ли она титаном или нет. —Как только выяснишь что-то приди ко мне.       Сказал довольно таки тихо Леви, пытаясь подняться хотя бы на локтях, чтобы ему было легче говорить с ней. Потому что так лежа, это делать трудно конечно. —Прийду. Но тебе должно стать сначала получше. У тебя бошка не работает. —Если мне плохо не значит, что не работает. Что там хотела Нори сделать с ней? Проверить станет ли титаном? —Потом Леви, потом. Мы сами ничего не знаем. Это просто догадка ещё. Подтверждения нет.       Она его уложила обратно на кровать, гладя рукой по волосам. Она его теорию и так понимала, но для чего он сейчас думает об этом, если она специально сказала ему лежать и молчать. —Мне к ней надо. Он убрал руки девушки и с трудом сел, поднимаясь с дивана. —Леви! Да стой ты, дурень!       Говорила Ханджи, побежав за ним и подхватила под локоть, помогая дойти до Мэй, комната была близко, так что идти было не далеко. В комнате сидели ребята из её отряда и Эрвин. Сама Мэй лежала без сознания всё ещё подрагивала, находясь в таком положении, была бледная.       Все уставились на Леви. Тоже такое состояние, только вот он уже хоть встать с кровати может, в отличии от неё. На еле стоящих ногах, Леви подошёл уже ближе, и стоял прямо напротив кровати. Она выглядела и впрямь ужасно. Чем она напоила еë? До этого же совсем Мэй ничего не пила, а может ей потом и всунули что-то. Потому что при нëм ничего не было. —Мэй...       От бессилия он просто сел на угол кровати, еле держась, чтобы не лечь рядом. —Леви пойдем обратно. Ты сейчас упадешь рядом. —Я тебе ответил нет, что не ясно?       Спросил строго Леви у девушки, убирая еë руку с себя. Ему было очень важно еë состояние. Она же выглядит наверняка хуже него, и сколько всего увидела, возможно превращение своей же матери. Эрвин подошёл садясь рядом с ними двумя и повернул голову на ребят. —Идите, станет лучше или хуже, вам сообщат.       Ребята глянули на своего капитана и всё же вышли. А они осталось в четвёртом и Эрвин вздохнул. —Ляг, Леви. Нам одного человека в полу живом виде достаточно.       Сказал Эрвин, смотря на Мэй которая дёргалась и бредила. —М…мама..       Леви поднял голову на неë, а сам взял еë за руку. Надо ей показать что он рядом. Да ему сделать это тоже крайне тяжело, но возможно если постараться, то хотя бы так, она ощутит что не одна. —Мэй, тише. Всё закончилось.       Прошептал тихо Леви, он гладил еë по голове, как и раньше пытаясь согреть еë. Дрожала очень. Ему нужно было помочь ей. Она так страдает сейчас, намного сильнее его. Лучше бы он так страдал, нежели она. И почему снова весь удар переходит на неё? Всё время, каждый раз.       Эрвин повернул голову на девушку, затем задумчиво смотря на неё и коснулся своей рукой её. —Она должна скоро в себя прийти. Ханджи займись пока анализом их крови. —Хорошо. Леви, за собой тоже следи.       Проговорила та, подняв на него переживающийся взгляд, затем вышла из комнаты, оставляя их с ней.