Cigarettes and rainy romance

В коридорах достаточно шумно. Студенты, утомлённые парами, спешат домой, высыпаясь на улицу, словно множество насекомых из какого-нибудь отверстия. Словно куча пчёл, сбегающих из родного на ближайшие как минимум года четыре улья, из-за чёрствого и злого пасечника. Преподаватели медицинской академии беспощадны и крадут всю энергию и силы, вместо вязкого и сладкого мёда. Автомат на улице прожёвывает монетку и выплёвывает наружу банку газировки. Дэмон подхватывает немного прохладную алюминиевую поверхность, открывает с характерным звуком и делает щедрый глоток, расслабленно улыбнувшись. Его кадык, чуть покрытый чокером, лениво дёргается, и Тэнэ непроизвольно следит за этим обыденным жестом. — Ахуенно. То, что нужно после пары с Отто. Будешь? — Дэм протягивает банку, вопросительно выгнув бровь. — А? Не, у меня вода есть. — отмахивается Тэнэ, прислонившись спиной к стене рядом с автоматом. Дэмон пожимает плечами и продолжает попивать свою газировку, слегка царапающую пересохшее горло, ибо жажду нормально ожидаемо не утоляет. Постепенно сгущающиеся тучи становятся потихоньку темнее и набирают мощь. Видать, скоро начнётся ливень. Если пойдут быстрым шагом, то за минут пятнадцать до дома могут дойти. Повезёт — не попадут под дождь. Не хотелось бы явиться на пороге промокшими до нитки. Ещё мама волноваться будет, точно заставит ванну тёплую принимать и всё такое. Не хватало лишний раз заставить её переживать по пустякам. — Что это тут у вас такое? Я вот очень даже буду. — сзади внезапно вырисовывается хитрая улыбающаяся морда Кицы, обнимающего Дэмона за плечи. — А ты перебьёшься. Иди куда шёл, хули приебался? — Келлерман недовольно хмурится и пинает Кицу локтем под ребро, стараясь не сильно резко двигаться, чтобы не пролить липкую газировку на руку. — Ну Дэмчик, ну зачем же ты так, будто ножичком по сердечку. — Кица страдальчески выдыхает и трётся щекой о плечо откровенно негодующего Дэма. Тэнэ фыркает себе под нос, мрачно глянув на Лавэнэ. Такой же тактильный, как и Дэм. Постоянно лезет и нарушает личное пространство любыми способами. Сотку можно поставить, сейчас этот пидор едва сдерживается, чтобы не послать Тэнэ воздушный поцелуй за столь великодушное внимание к своей скромной персоне и отпустить какой-то пошлый комментарий в своём стиле. Хотя нет, судя по тому, как Кица уже приподнимает голову, сдерживаться никто не собирается. Пусть попробует, если стремится сегодня лишиться передних зубов. Кулаки Кёнига всегда готовы счесаться об надоедливое лицо. Немного сбитая на костяшках кожа натягивается, отдаваясь мелкой ноющей болью. — Ой, погодите, а это там не Кирочка? — Кица неожиданно отвлекается, продолжая настойчиво держать руку на плече Дэмона, полностью игнорируя, что тот пытается отбиваться. — Вон машет. Ей же наш черныш нравится, да? Вроде как, она недавно пыталась тебя на свидание позвать? — Реально? — Дэм останавливается на месте и метко выкидывает банку из-под газировки в мусорное ведро, повернув голову по направлению к девушкам. Конечно, Кира в сопровождении Сансы и Лии. — Ты мне не рассказывал об этом. И что ответил? Тэнэ становится неловко от того, каким заинтересованным выглядит Дэм. Значит, ему действительно абсолютно плевать, что к Тэнэ подкатывает Кира? Это было очевидно, однако всё равно заставляет настроение каплю подпортиться. Кёниг опускает серые глаза на такую же тёмную плитку и покусывает нижнюю губу. Вообще, он изначально не особо хотел говорить на данную тему, тем более с Дэмоном. — Ну я это... Типа, отказал. — Тэнэ пожимает плечами. — Отказал? Почему? — Келлерман удивлённо хлопает своими светлыми ресницами. Даже такое незамысловатое действие умудряется сделать мило. Уёбок. — Потому что захотел. Что за вопрос? — Тэнэ фыркает, склонив голову чуть на бок. — Да обычный вопрос. Мне интересно просто. Слушай, а может тебе помощь с девушками нужна? Я сам не спец, но у тебя-то в общении с ними явно проблем побольше. — Дэм подмигивает и кажется воодушевлённым выдвинутой идеей. Тэнэ потихоньку закипает. Какого вообще хуя тут происходит? Человек, единственный человек, с которым бы Тэнэ действительно хотел бы пойти на свидание, сейчас пытается свести его с девушкой из университета? Серьёзно? И почему Кица молчит, не вмешиваясь? Куда деваются его тупые высказывания, разбавляющие напряжённую обстановку, когда они так нужны? Тэнэ чувствует себя так, будто попал в дешёвую второсортную комедию. Вот только ему самому не смешно и не весело. Хочется провалиться под землю, лишь бы не слышать следующих советов и комментариев. Исчезнуть и избежать этого разговора. — Не надо. Мне не нужно налаживать контакт с девочками. — Не будь таким занудой! Я тебе отвечаю, мы устроим всё в лучшем виде. К тому же, Кира кажется милой. Ты ей правда нравишься, похоже. Тебе помочь с местом для свидания? О, а одежда у тебя есть? Может, сходим купим? — Дэмон распаляется ещё больше, лихорадочно выдавая реплики, стремительно сводящие Тэнэ в могилу. Иногда Дэм ведёт себя, как неисправимый идиот с дурацкой привычкой помогать окружающим даже тогда, когда те того вовсе не требуют. А Тэнэ ничего не понимает, и в особенности — что делать с собственными чувствами. Его убивает не солнце, из-за смертельно опасной аллергии. Его убивает Дэмонтаниэль Келлерман, светящийся куда ярче какой-то там огромной палящей звезды за тысячи километров. Сжигает медленно и стремительно, начиная процесс с самого горячо бьющегося юношеского сердца. Тэнэ добровольно позволяет оставлять на себе невидимые трещины на коже, покрывать шрамами от различных гомофобных слов и других опрометчивых выражений. Потому что Дэм сначала говорит, а потом думает, ничего не скрывая за маской лицемерия. Абсолютно искренний и непозволительно добрый для этого небольшого захудалого городишки, доверху наполненного гнилыми людьми. Такими как отец Тэнэ, например. Или проклятые, гоняющиеся за обычными подростками с пистолетами. — Сказал же, не надо. Харе лезть в мою личную жизнь, окей? Отстань со своими тупыми предложениями, заебал. — Тэнэ накидывает на голову капюшон и резко разворачивается, сорвавшись с места. Быстрым шагом сбегает от очередного щекотливого разговора, оставившего неприятный осадок где-то глубоко внутри. Один из первых случаев, когда ему совершенно не хочется продолжать слушать Дэма и находиться рядом с ним. Тэнэ не собирается опрадываться, и понятия не имеет, как объяснить причину, по которой нет желания заводить отношения с другими. Поэтому сжимает пальцы в карманах кофты, зажмуривается на несколько мгновений и добавляет скорости, несмотря на то, что бегает действительно дерьмово, и, возможно, после такого порыва станет плохо. Дэмон ошарашенно приоткрывает и закрывает рот, смотря вслед отдаляющемуся другу. Сам не понимает, почему так принялся наседать. Словно на мгновение зациклился на идее найти Тэнэ девушку, которая тому, видимо, не впилась. Повздорили же из-за откровенной хуйни. Даже стыдно как-то за такую тупость. Хотя с другой стороны, Кёниг обычно так себя не ведёт. От чего сейчас вспылил и свалил подальше? Дэму вообще ничего не понятно. — Ху-ху, наш староста такой грубый... — Кица хихикает, обхватив плечи Дэма двумя руками. Не совсем комфортно, когда тот заходит за спину. Мало ли, что этот пидор может придумать. — Смотри как его задели твои слова. Наверное, ты попал по чему-то больному. Ай-ай, какая жалость. Кица ухмыляется, проследив за взглядом Дэмона. Естественно, смотрит исключительно вперёд, где Тэнэ уже благополучно скрылся из вида. Для парня с полным «неудовлетворительно» по физкультуре умудряется удивительно успешно скрываться от назревающего разговора о любви и романтике. Кица касается пальцами лопаток Дэма сквозь ткань толстовки, слегка подталкивая вперёд. Может быть, позже пожалеет о своих действиях, но это будет позже. Сейчас ему... интересно. — Что я такого спизданул уже? Что могло его задеть? — Келлерман потирает ладонью затылок, облизнув пересохшие губы, обветренные слабыми порывами прохладного воздуха. Осень постепенно сыпется, словно песок в стеклянной колбе, и навевает более жёсткую погоду. Лавэнэ изучает выражение лица собеседника нечитаемым взглядом, не прекращая натягивать на лицо привычную улыбку. — Мне откуда знать? Ты вообще спрашивал у него, почему он так воротится от Кирочки? Если бы поговорил с ним, то и что-нибудь мог бы понять. Дэм распахивает голубые глаза и невольно отшатывается назад, прокручивая в голове сказанные ранее слова. Он ведь правда не поинтересовался даже. Не пытался лучше замечать, что Тэнэ некомфортно от подобных тем. Иногда Дэмон забывает, что у него было настолько тяжёлое детство. Мало ли, какие ужасы с ним могли происходить раньше. Вдруг, знакомство с противоположным полом стало очередной травмой, на которую Дэм раз за разом неосознанно наступает? В горле скапливается ком стыда и сожалений, перекрывая возможность полноценно вдохнуть свежего осеннего воздуха в лёгкие. — У меня есть вариант, где он может быть... — шепчет Келлерман себе под нос и начинает бежать в ту сторону, куда совсем недавно направился товарищ. — Ох, Дэмчик, ну куда же ты? А меня подождать? — протягивает Кица наигранно обиженным голосом, и даже не двигается, чтобы пойти следом. Он ещё пару секунд провожает взглядом одногруппника, после чего тихо хмыкает и уходит. Внутренности сжимаются и, кажется, подпрыгивают в оковах костей и кожи, потому что находятся в постоянном движении. Щёки покрываются лёгкими красными пятнами, футболка прилипает к вспотевшей спине. На светловолосую макушку опускаются капли грядущего дождя. На асфальте стремительно появляются мелкие лужицы, подошвы кроссовок заставляют их разбиваться с характерным хлюпающим звуком, а телефон вибрирует в кармане от входящих звонков. Вероятно, родители хотят спросить, не забрать ли их из университета на машине из-за погодных явлений. Дэму не до этого, но он всё равно достаёт телефон, смахивая влажные капли с экрана, и быстро печатает несколько сообщений, что всё хорошо и они переждут в кафе, заодно пообедав вместе. Ему не нравится врать родителям, просто сейчас необходимо выбить им побольше времени наедине. Чёрные железные прутья становятся немного влажными от дождя. Дэмон прикусывает нижнюю губу и закидывает голову вверх, смотря на сероватое небо со сгущающимися тучами. Напоминает по цвету глаза Тэнэ. Такие же серые и хмурые, но иногда между ними прорезаются лучи ослепительного солнца. Дэм вздыхает, просунув свою сумку через решётки. Тэнэ худой, он пролезает сюда сквозь перекладины. Наверное, его талию можно сломать, если слишком крепко обнять со спины, обхватив изгибы тощего тела руками. Дэму приходится выкручиваться и подключить всю имеющуюся ловкость. Он перепрыгивает через забор, приземляясь на землю. Едва заметные брызги грязи попадают на джинсы, запачкав ткань. Дэмон подхватывает свою сумку обратно и пробирается через кусты, выходя к курилке, которую им любезно открыл Отто, дабы студенты с пагубными привычками приходили курить сюда, а не на территорию учебного заведения. Небольшой заброшенный домик с бело-серыми потрескавшимися стенами и цветными хаотичными граффити. Бетонная подложка и деревянная крыша, скрывающая от дождя. Деревянные ступеньки заняты чужой сумкой. Тэнэ сидит, привалившись спиной к холодной стене, и Дэм мимолётно думает, что со своим иммунитетом, тот может снова заболеть. Заботиться об этом дурачке уже вошло в привычку. — Куришь? — Дэмон подходит ближе, убирая пальцами влажные светлые локоны назад, и аккуратно опускается рядом на бетонную поверхность, подтянув одну ногу к своей груди. Тэнэ едва заметно вздрагивает, дёрнувшись в его сторону. Видимо, с опущенной головой и роем тревожных навязчивых мыслей не смог заметить приближение другого человека. — Нет. — коротко отвечает, делая затяжку. — У тебя в руке сигарета. — подмечает Дэм, неосознанно улыбнувшись краешками уст. — Серьёзно? — Ага. — Блять, обидно... Походу, курю. Дэмон слабо пихает Тэнэ локтем в плечо и тихо посмеивается. Его мягкий приятный смех смешивается со звуком дождя. Тэнэ смотрит вперёд, улавливает бьющиеся по маленьким лужицам капли и думает, что бесконечно влюблён в этот искренний живой смех, как и в его носителя. Он не думал, что Дэм побежит за ним и сразу разгадает, где решили сделать перекур, с целью уравновесить нервы. Почему-то вновь появляется тепло, расползающееся в грудной клетке неконтролируемым потоком. Тэнэ дышит запахом жжёного никотина, мокрого асфальта и лёгким шлейфом знакомого одеколона. Иногда ему хочется наклониться ближе и зарыться носом в шею Дэма, вдохнув запах горячей кожи. Кожа придурка Келлермана всегда приятная на ощупь и тёплая. Не такая, как у него самого. Тэнэ бледный, болезненный и усыпанный шрамами и синяками — настоящими и невидимыми. Если Дэм пахнет ранней осенью, ароматным кофе, домашними блинчиками и вязким пчелиным мёдом, то Тэнэ излучает холод зимы, металлические нотки крови и запах мокрого после дождя асфальта, потемневшего от попавшей на него влаги. — Есть ещё? — Дэмон кивает на сигарету в тонких длинных пальцах, пропустив мысль, что у Тэнэ красивые руки. Эстетичные такие. — Нет. Это последняя была. — Тогда поделись, не будь жадиной. Дэм выжидающе смотрит на него и прислоняется плечом к плечу, усевшись ещё ближе. Чёртов тактильный мудень. — Хочешь закурить с одной? — Тэнэ выгибает бровь, его пальцы с никотиновой палочкой слабо вздрагивают в воздухе. — Ну да. Тэнэ думает, что для Дэма всё слишком легко и просто, пока протягивает ему сигарету. Друг благодарно кивает и забирает её себе, обхватив губами там, где мгновения назад смыкались губы Тэнэ. Делает затяжку, впуская в лёгкие вместо полезного свежего воздуха едкий прожигающий дым. Кёниг наблюдает за этой картиной, ощущая, как румянец заливает щёки и пускает заряд тока в бьющееся быстрее обычного сердце. Он отворачивается, чтобы скрыться от любопытных голубых глаз Дэма и заодно собственных эмоций. — Слушай, прости я... Кароче, мне жаль, что так получилось, — решается Дэм, выдохнув дым в противоположную от Тэнэ сторону. — Я должен был нормально спросить у тебя насчёт твоего отношения к девушкам и не давить. Иногда не могу уследить, что базарю, и в итоге получается очередная хуйня. Тэнэ бесцветно фыркает, думая, что это неожиданно удачное описание. — Дэм, я... — Мне нужно было подумать, что у тебя может быть какая-то проблема с отношениями и всё такое... — продолжает Келлерман, нервно дёргая пальцы и вновь закуривая с сигареты, забранной у Тэнэ на короткие секунды. — В смысле, ты не просто так, наверное, остро среагировал... Если у тебя проблемы с этим, то мы, ну, можем поговорить... — Дэм. — Тэнэ вздыхает, пытаясь вернуть Дэмона, чей тон перетёк в бубнёж, на землю. — Да и на день рождения Киры, если подумать, ты не особо хотел идти... Блять, прости, я правда тупой, просто долбаёбское поведение... — Дэм! — Тэнэ повышает голос и хмурится, встряхнув Дэма за воротник толстовки одной рукой. Дэмон тут же затыкается, смотря на Тэнэ виноватым и непонимающим взглядом. Объяснения излишни. Ему не дают нормально оправдаться и придумать причину для негодования. Поэтому Тэнэ просто делает затяжку, тушит сигарету о бетонку за своей спиной и поддаётся ближе, соединяя их губы вместе. Ядовитый горький дым гуляет между их ртами, смешиваясь терпким привкусом. Первый поцелуй в жизни Тэнэ происходит с парнем. Со вкусом сигарет и сладковатой газировки. От Дэма всегда исходит нечто родное и сладкое, что притягивает взгляд. Тэнэ не двигается, даже глаза не закрывает полноценно. Их губы начинают гореть от плотного контакта, набирая влажность и согреваясь. Они не совершают никаких замысловатых действий, просто находятся плотно друг к другу, питаясь вкусом табака и дождя. Запах, бывает, заставляет почувствовать фантомный привкус. Тэнэ отрывается медленно и осторожно, его сердце колотится в груди бешеным ритмом, заливая лицо красной краской смущения. Лицо Дэма также горит по непонятным причинам. Ненормально повышенный пульс ускоряется, голову начинает кружить, картинка перед глазами немного плывёт. Но Дэм понимает. Теперь понимает, почему только от мыслей о Тэнэ сердце выходит из-под контроля и разгоняет по венам бурлящую кровь. Понимает, почему так настойчиво пытался найти Тэнэ девушку, чтобы окончательно дать себе понять, что они только друзья и ничего большего между ними быть не может. Что Дэм придумал себе это влечение и спутал с дружеской привязанностью. И сейчас, видя покрасневшее лицо Кёнига с влажными губами, он осознаёт, что хотел бы повторить этот поцелуй. Дэмону безумно приятно. Это не так настойчиво и откровенно, как было с Кицей. С Кицей сам факт прикосновений был приятен, но конкретно личность человека и обстоятельства максимально отталкивали. Противоречивые, новые, неизведанные ощущения не давали чётко отказать. С Тэнэ очень приятно, потому что это заботливо, трепетно, внимательно и... И потому что это Тэнэ. Кёниг поднимается с бетонки, подхватывает сумку на плечо и накрывает лицо ладонью, делая несколько форсированных шагов. Дэм заторможено моргает. — Ты... куда? — Домой, дубина! — огрызается Тэнэ и пролезает сквозь чёрные железные прутья. — Эй, меня подожди! Да стой же ты! — Дэм забирает свою сумку и бежит за ним. Оба с красными щеками, сбитым дыханием и тёплым следом на губах после недавнего поцелуя. У Тэнэ тоже дико бьётся сердце, несмотря на то, что он не проклятый. Просто влюблённый. Кица наблюдает за этими двумя через окно машины, подперев голову рукой. По стеклу скатываются капли дождя, по пути соединяясь в одни потоки. От его дыхания на нём появляется слабый мутный пар. Обычно тянет нарисовать на образовавшейся запотевшей плёнке какой-нибудь смайлик, но сейчас нет настроения. Кожаные дорогостоящие сиденья чуть шуршат, когда он усаживается поудобнее, отводя взгляд от окна. — Почему вы так улыбаетесь, Господин? Случилось что-то хорошее? — справляется Кама, привычно улыбнувшись уголками рта. Небольшая пробка наконец-то сдвигается, из-за чего машина трогается с места. — Кто знает, — Кица усмехается и слегка прикрывает ресницы. — Возможно, я иногда могу немного быть хорошим парнем, когда не веду себя, как конченный гондон.