Явный саботаж

Какаши буквально взвыл от удовольствия, еще раз двигая бедрами. Жена ощущалась, как что-то нереальное и очень-очень приятное. Он целовал ее шею, бережно придерживал согнутое колено и вдыхал родной запах. Секс с Сакурой всегда был для него чем-то на грани. Но секс с беременной Сакурой… Что-то новое, неизведанное и потрясающе восхитительное. Округлый живот уместился на боку, прогиб в пояснице визуально стал еще больше. Грудь с каждым месяцем наливалась молоком и становилась круглее. Ее соски теперь были почти всегда в стоячем состоянии, возбуждая его каждый раз, когда он только видел их. Какаши словно распадался на сотни частиц, оказываясь внутри нее снова. Он давным-давно заявил свои права на Сакуру. Они были вместе около трех лет. И, казалось бы, страсть должна была поутихнуть, но нет. Секс с ней до сих пор приводил его почти в дикий экстаз. С беременностью Сакура менялась на его глазах. Ее настроение, вкусовые рецепторы, пристрастия в постели — все это металось из стороны в сторону. Привычный дерзкий секс сменился нежным, медленным, почти плавящимся между их горячими телами. Каждое его движение приносило Сакуре бурю эмоций. Какаши нашептывал ей на ухо всякое. О том, что будет любить ее всегда, что ему так нравится трахать ее, что он совершенно не может сдерживаться. И, о боги, она была этому только рада. Ее стоны эхом разлетались по их спальне. Ей так хорошо! Она полностью сосредоточена на его движениях. Она знает, что кончит очень и очень скоро. Под ними уже мокро. — Все в порядке? — Какаши обеспокоенно касается пальцами ее лица, разворачивая к себе. Сакура лишь кивает, не упуская возможности насадиться на него самостоятельно. — Не останавливайся, — почти умоляет она, закатывая глаза. Он прижимается губами к ее рту, влажно целует, сплетается с ее языком. Блаженство! Сакура стонет ему прямо в рот, понимая, что это конец. Она полностью потекла. Его губы такие вкусные, такие теплые и мягкие, такие родные. Удовольствие сладко искрит в каждой точке ее тела, а чакра регенерируется, кажется, в двойном объеме.Муж облизывает уголки ее рта, опять утыкается в губы и пошло стонет ей в ответ. Сакура расплывается во времени, концентрируясь на том, как его член движется внутри. Как каждый его изгиб заполняет ее снова и снова. Как он касается шейки матки. Как ее половые губы податливо расходятся в стороны, вбирая его. Оргазм ощущается слишком ярко. Истома пронизывает усталое тело, давая Сакуре возможность наконец расслабиться. Какаши требуется еще пару тройку-движений, чтобы присоединиться к жене. Он ускоряется насколько это возможно, так, чтобы ни в коем случае не задеть живот. Его сперма растекается внутри быстро, заполняя Сакуру своим теплом. Он удовлетворенно выдыхает и стонет одновременно. Кончать в нее — просто крышесносное удовольствие. Чувствовать, как она сжимается, как принимает его, как дышит вместе с ним. Какаши медленно выходит, скользит пальцами по затекшей ноге, аккуратно опуская ту вниз. Сакура переворачивается на спину и пытается успокоить дыхание. Пошел уже пятый месяц — организм выдыхался раньше обычного. — Боже, ты лучший, Какаши! У меня самый лучший муж, — она счастливо хихикает, подтягивая подушку поудобнее. — Сакура, я, конечно, все понимаю, но мы должны были сделать тебе массаж, — Какаши нарочито строго кивает в сторону маленькой баночки с маслом, стоящей на их прикроватной тумбе. — Боже, мы же почти его и сделали. Ты, я, масло, стекающее по мне… — Ее пальцы тянутся к бешено пульсирующей артерии на шее Хатаке. Он чудом не возбудился снова. — Это больше походит на какое-то порно. А мы должны были сделать массаж промежности, — с усмешкой напомнил он. — Какой же ты зануда! Мы можем попробовать сделать массаж. Но я сомневаюсь, что смогу устоять перед твоими шикарными руками. Сакура глянула на его переплетенные венами предплечья и потянулась к запястью. Не долго думая, она обхватила большой палец губами, посасывая фалангу. — Черт, Сакура, что ты… Какаши смотрел, как она вбирает палец внутрь, как ее губы касаются его кожи. Невероятно горячо… Внизу живота опять приятно затянуло. — Знаешь, я видела в журнале еще одну позу… Какаши пообещал себе, что после, они точно попытаются заняться массажем. По крайней мере, ему хотелось в это верить.