Путь воина

Люкса завели и поставили на колени перед Эскрибаром. Император был весьма удивлен увидеть мальчика в своем дворце, даже больше сказать, никак не ожидал его увидеть. — Я раскаиваюсь за свои поступки и сдаюсь на ваш суд. Я признаю свою вину за похищение вашей дочери, признаю вину за нападение на вас и за попытку вашего убийства. Делайте со мной, что хотите, убивайте меня… Но прошу… Не трогайте моих друзей и моих товарищей ведьмаков… Ведь они ни в чем не виноваты и не должны страдать из-за меня. Моим последним желанием будет… Скажите Беатрис, что я был счастлив с ней провести все это время и передайте ей извинения за все, что я ей причинил..... Эскрибар молча выслушал его признание и последнюю просьбу, после чего задумался. Император застыл как каменная статуя, подперев голову рукой. Для него решение судьбы этого молодого человека, совсем нелегкое дело: он совершил тяжкие преступления, за которые полагается смертная казнь, но что скажет Беатрис, когда узнает, что ее друга обезглавили, повесили или четвертовали? Это может обернуться очень плохо, ведь девочка обязательно возненавидит отца, и к этому может попытаться убить его, так сказать отомстить. Однако не собственная жизнь сейчас волнует Эскрибара, а то, как развернется жизнь Беатрис. Мальчишка в любом случае получит наказание, но ведь его можно и «смягчить». — Суд пройдет через несколько дней. Подсудимый будет находиться под стражей все это время. Ему запрещается передавать любые вещи, что не прошли проверку и общаться с внешним миром. Исполняйте! — объявил после долгого раздумья Эскрибар и махнул рукой гвардейцам. В стороне стоит Доппин, уже мысленно празднующий смерть Люкса, прерывания рода Романовых и свою триумфальную победу. Много лет, он ждал, когда ему выдастся шанс отомстить Романовым, для того и готовил свой план, который был основан на случайных стечениях обстоятельств, то есть, на импровизации. И вот, он наконец приходит в исполнение. Однако, удачно он завершится, только если все же род Люкса прервется. Даже помогать сейчас в этом не нужно. Мальчишка виновен в тяжких преступлениях, и если Эскрибар помилует его, то может потерять лицо и прослыть дурачком, раз помиловал убийцу, а за этим может последовать не самый приятный исход событий для самого Эскрибара. — Мой план идеален — ухмыльнулся архиепископ, смотря, как Люкса уводят из тронного зала. Арест Люкса сразу же привлек внимания министерства. Началось расследование и лично во дворец прибыли люди из министерства под руководством Долорес Амбридж, а с ними и судья Живого Трибунала, для подготовки к суду в Альбионе. Эскрибар буквально целыми днями был занят тем, что готовился к суду, давал свои показания и беседовал с людьми министерства. Особенно Живой Трибунал предъявил ему за поджог здания гильдии, благо дело удалось замять, благодаря немаленькому штрафу и обязательству выплатить Хвосту Феи компенсацию. К вечеру прибыл детектив L, который решил провести разговор с императором. — Здравствуйте — поздоровался он — Мы выслушали уже вашу дочь, хотим выслушать вас и обвиняемого для полной картины. Соответственно я здесь так же, чтобы проконтролировать безопасность подсудимого по просьбе агентства МЕЧ. — Вы считаете, что подсудимый Люкс Романов не будет в безопасности — посмотрел Доппин на детектива — Нам самим важен справедливый суд и безопасность подсудимого для этого. Император сам сказал, что никто не посмеет пройти в камеру временного содержания или передать непроверенный предмет. Так чего вам бояться? — Мы это и проконтролируем — заверил его тот — А теперь позвольте мне пообщаться с его величеством наедине. Великан поднялся со своего трона и дал знак детективу, чтобы тот шел за ним. Вскоре они зашли в помещение, где есть только нескольких кресел и большой стол. Эскрибал сел на самое большое. — Здесь мы можем разговаривать и никто нас не побеспокоит. Спрашивайте! Детектив сел очень странно на стул и достал блокнот с магической ручкой. — Благодарю и перейду сразу же к делу. На данный момент ваша дочь находится в министерстве и проходит проверки у разных специалистов, которые ответят на все ваши интересующие вопросы. Вы можете не волноваться насчет этого. — Я надеюсь, что вы не будете переворачивать все то, что я вам отвечу — прокашлялся император. — Я никогда не переворачиваю ничего — заверил его L — Мой первый вопрос — За что, вы обвиняете Люкса Романова? — Я обвиняю Люкса Романова за то, что он со своим поддельником организовал нападение на меня — императора Альбиона, покалечили моих людей — имперских военнослужащих, нанесли мне несколько ран и похитили мою дочь — принцессу Беатрис. — Так хорошо — детектив посмотрел свои записи на предыдущей странице — Скажите, это правда, что вы считаете свою дочь околдованной Люксом? — Ведьмаки в своем арсенале имеют знак, так называемый Аксием. С помощью его, ведьмак может устанавливать контроль над целью. Так что, да, я считаю, что Люкс мог околдовать мою дочь. — Ваша дочь отрицает это. Ее так же проверяют на околдова… — послышались душераздирающие крики Люкса неожиданно чуть ли не на весь замок. Амбридж круциатусом пытала мальчика в специальной комнате, куда его вывели, не без помощи Доппина, прямо на глазах у специальной прессы. Император и детектив сразу же вышли на крик и увидели данную картину. — Этот насильник и не такого заслуживает — заявила заместитель министра со злой улыбкой. Увидев Эскрибара, женщина взяла лист бумаги и подойдя вручила ему его. — Ваша дочь потеряла девственность! Вот подтверждение от нашего гинеколога, господин император! — Что-ж — тот щелкнул пальцами — Вы нарушили мой указ — никто не смеет трогать подсудимого, поэтому вы тоже отправитесь под суд Долорес Амбридж! — Извините, я не сдержалась — заявила та — Он изнасиловал бедную девочку… Я со слезами на глазах слушала это… — Я вам не сильно доверяю, особенно после того, как вы начали пытать подсудимого Люкса Романова. Сейчас нам принесут сыворотку правды, и вы ничего не сможете сделать, поскольку тут само министерство! — Я есть само министерство! Хорошо, давайте… Несите! Эскрибар приказал принести сыворотку правды и Доппин принес пробирку, где заменил сыворотку на обычную воду. Якобы под «сывороткой правды», Амбридж наплела императору про разорванную девственную плеву, про то, что Люкс избивал принцессу, совращал ее, насиловал. Великан слушал это в состоянии шока и все больше под конец приходил в ярость. К дворцу в это время подошел народ и выслушав ложь Джеймсона и Скиттер, начали требовать настойчиво немедленно казни ублюдка, который причинил боль принцессе. Эскрибар, после допроса, был очень зол на Люкса, однако, он приказал никому не трогать подсудимого до суда. А значит, НИКТО, не сможет это сделать. — Подсудимый заплатит за то, что сделал с принцессой Беатрис. Но я ясно выразился — никто не сможет тронуть подсудимого до и во время суда, а это значит, НИКТО не сможет его тронуть. Указ императора не обсуждается и обжалованию не подлежит — сказал император прессе и Амбридж, а после послал глашатаев с отрядами гвардейцев, чтобы те успокоили народ речью «все решится после суда». — Я ваш адвокат — улыбнулась ему Амбридж — На суде я буду представлять ваши интересы! — Я найму еще нескольких для подстраховки — ответил ей тот и вернулся к детективу — На чем мы остановились? — Это все — ответил ему парень — Хочу сказать, что сегодня сюда прибудет адвокат мальчика и уже заказаны сыворотки правды. — В таком случае, если мы закончили, то попрошу выделить комнаты вам и людям из министерства, ибо вы мои гости — сказал Эскрибар, уходя из комнаты. Немного попозже прибыл мужчина в строгом костюме. На его лице были темные очки, а в руках была трость. — Здравствуйте. Меня зовут Мэттью Майкл Мердок — представился он — Я адвокат Люкса Романова и буду представлять на суде его интересы. Наступил день, когда в столицу Альбиона приезжали представители прессы, специалисты из министерства и многие другие. Сюда прибыли мастер Макаров, Альбус Дамблдор, Кратос и Беатрис. Их сразу же встретил Эскрибар, который подошел к дочери. — Я хотел бы с тобой поговорить наедине — произнес он, глядя на нее. Отец и дочь отошли в сторону. Мужчина осматривал ее с ног до головы внимательно. — Здравствуй, Беатрис. Пока у нас есть время, мне нужно поговорить с тобой о некоторых вещах. — Здравствуй отец. И о каких же? — посмотрела девочка на императора. — Первое, что я хочу спросить… — Эскрибар сделал паузу — Люкс Романов… Он для тебя больше, чем друг? — М… — она покраснела и кивнула. Император покраснел. Только уже от злости. Он еще больше убедился в том, что Люкс еще та мразь и ублюдень. Однако почему именно такая реакция? Если сравнивать с тем, что говорила Амбридж и с тем, какая реакция была у Беатрис, то что-то тут может не сходится. — КАК ТЫ МОЖЕШЬ ЕГО ЗАЩИЩАТЬ, ПОСЛЕ ТОГО, КАК ОН СДЕЛАЛ С ТОБОЙ…ЭТО? — с каждой секундой Эскрибар становился все злее — Он сделал много ужасных вещей, но до того, как я знал, что он с тобой сделал, я был готов ради тебя попытаться смягчить наказание… Но теперь я не готов оказать помощь насильнику! — Насильнику? Он не насиловал меня! — Амбридж рассказала все под сывороткой правды, а ты, дочь моя, возможность еще находишься под действием Аксия и отрицаешь все факты против Люкса. Поэтому снова сделаем вывод, что Люкс коварный мерзавец. — Отец, он не делал этого! Я клянусь тебе жизнью, он не виновен! — Сыворотка правды не может врать! — коротко ответил Эскрибар — Этот злобный Романов одурманил твой разум. Ему не сдобровать! — Ты веришь в этот бред Амбридж? Она на прямой трансляции пытала и избивала Люкса с улыбкой на лице! Ты забыл, что на мне амулет, который не дает мне быть околдованной! Ты сам мне его подарил! — начала спорить с ним девочка. — Разговор окончен! — император был неумолим — Иди к своим друзьям, а то они за тебя переживают, вдруг я опять тебя решу забрать и какой-то псих на меня вновь нападет! Беатрис сжала кулаки, проводив взглядом отца и вышла к Кратосу, который ее ждал все это время. Мастер и Дамблдор уже к тому времени зашли во дворец, начиная подготовку к суду. — Что сказал отец? — спросил у нее мальчик. — Эта жаба якобы под сывороткой правды промыла ему мозги, якобы Люкс меня изнасиловал — руки принцессы задрожали — Теперь я не знаю, что делать… Он настроен серьезно и его не переубедишь теперь… — Надежда умирает последней… — попытался улыбнуться Кратос — Завтра суд и будем надеяться на лучшее…