На весеннем ветру

День подходил к концу, а планы не выполнены? Когда-же такое последний раз было? Никогда. ————— В окнах тушили свет. Когда около дюжины звёзд уже ярко мелькали на тёмном небе, гул голосов и звон посуды не умолкали ни на секунду. Бянь Янмэй знал об этом прощальном ужине, и заранее надеялся что его шиди не отклонит предложение выпить вместе, перед долгим расставанием. Это был последний шанс. И Бянь Янмэй будет цепляться за него как за единственную верёвочную ниточку над обрывом. Однажды Янь Уши предложил выпить с ними. Кхм, точнее споить их обоих, вот какую цель вероятнее преследовали. Так и выяснилась стойкость к алкоголю у Бянь Янмэя, и фруктовые вкусы его шиди. Что, скажем сейчас играло только на руку. ————— В единственном гостевом домике горел слабый свет. Пламя ароматической свечи колыхалось так сильно, что кажется буд-то в комнате бушует северный ветер. Бянь Янмэй пристально наблюдал за поразительно привлекающей ситуацией. Юй Шэнъян сорвался. Его стойкость действительно была слабой, слишком слабой. В груди неприятно сдавило от чувства собственничества. А пил ли с ним кто-то, кроме меня и шизуна? Этот вопрос серьёзно ввёл в ступор. Почему он не практиковался в выдержке?! Как он вообще согласился на моё предложение, зная каким будет результат? Нахмурившись и серьёзно обдумывая эти вопросы, Бянь Янмэй не заметил странного покосившегося на него взгляда. Два чёрных омута как зеркало, отражали всë что твориться в душе Юй Шэнъяна. Беспокойство? Желание? Любопытство? Всë. И сразу. Бянь Янмэй уже хотел закругляться и отослать своего шиди в его комнату, дабы не натворить непоправимой ситуации. Но проблема была в том, что он пропустил некоторые моменты. А когда наконец полностью очнулся от размышлений, уже стал подушкой для головы Юй Шэнъяна. Как любопытно. Ох, каков искуситель! Желание поглядеть и не отрывать взгляда от столь желанного лица сжигало внутренности. И скажите мне, как теперь решится бросить эту затею? Плыть по течению?! Вечер был провален и одновременно успешен. Слегка наклоняя свою голову в бок, Бянь Янмэй обхватил подбородок Юй Шэнъяна большим и указательным пальцами, поворачивая его на себя. Эти слегка покрасневшие губы и запах фруктового вина. Густые ресницы, дрожащие от внутреннего душевного погрома. Все манило. Если бы он только мог запечатлеть это выражение на бамбуковом холсте. Юй Шэнъян может и был дураком, но никак не по отношению к Бянь Янмэю, он догадывался о неравнодушии его шисюна в свою сторону. Конечно он был пьян, настолько что взгляд расфокусирован до мыльного изображения. Вероятно на утро Юй Шэнъян и не вспомнит как был вовлечён в глубокий поцелуй тем, кого желал целиком и полностью.