***
I wake up at night, screaming
I'm scared to shut my eyes, demons
But with your arms around me,
I'm as safe as can be
Never been this happy, so
Слишком шумно. В глаза бьют слепящие неоновые софиты, которые чёрт знает откуда взялись в этом особняке. Парень прикрывает свои глаза. Вокруг множество подвыпивших людей, что постоянно кричат, смеются, ходят туда-сюда, заставляя юношу в раздражении крепко сжать свои челюсти и вновь перевести взгляд на мелко подрагивающие кончики пальцев, которые элегантно обхватывают прозрачный бокал.
Сейчас он допьёт свой любимый Aperol Sour, и наконец покинет загородный дом его лучшего друга. А пока будет наслаждаться низкими частотами так и прущими из мощных колонок.
Его компания давно разбрелась по особняку, некоторые уединились на втором этаже со своими очередными пассиями. Они звали юношу с собой, но тот лишь покачал головой, пожелал им удачи и направился к бару. Сегодня ему не нравится ни чрезмерная похоть, ни раскрепощенные, пьяные девушки, ни похотливые парни. Почти никто не смог заинтересовать его сегодня, заставляя равнодушным, совсем незаинтересованным взглядом окидывать заполненное людьми пространство. Некоторые подходили к нему знакомиться, но получали мгновенный отказ. Лица, периодически мелькавшие в опасной близости с юношей, стирались из его памяти в мгновение ока, оставляя одно единственное, которое Тэхён пытался утопить в литрах алкоголя уже который день. Он теперь не может смотреть на других, сколько не пытался заставить себя переключиться — его всё ещё не привлекают пустые оболочки.
Кажется, Тэхёна мутит.
В глазах всё плывёт. Голова начинает кружится. Он постепенно начинает терять контроль. Парень мысленно ухмыляется, кажется, его унесло с едва допитого коктейля; трёт руками свои глаза, надеясь, что от этого станет лучше, но тело категорически отказывается его слушать, сегодня даже оно не подчиняется ему. Юноша встаёт с высокого бурного стула и оставляет деньги приглашённому бармену, который целый вечер заинтересованно поглядывал на него, но всё же не решился заговорить с ним.
Кажется, Тэхёна мутит.
Он случайно сталкивается с незнакомым ему парнем, плечо резко простреливает отрезвляющая боль, русоволосый неожиданно для самого себя задушенно всхлипывает, пока сверху слышится неотборная ругань, но человеческое ухо улавливает только одно: «пидорас, смотри что делаешь и куда прёшь».
Ким тяжело сглатывает, ведь эти слова — удар ниже пояса, и хватается за своё плечо, всё также продолжая свой путь к выходу из этого отвратительного душного помещения, на этот раз опасаясь толпы. Глаза скользят по давно знакомому интерьеру, по людям, окружающим его, и опять, в который раз, останавливаются на давно знакомой картине.
Тэхён мутит.
Его Чонгук как всегда сидит в компании обворожительных дам, которые то и дело «нечаянно» касаются оголённых участков его тела, на что парень лишь обворожительно улыбается, но, к счастью, больше не позволяет такие вольности девушкам. Сколько Тэхён помнит,
ему всегда нравилось находиться в центре внимания. Для всех
он был лучшим из лучших, но в тёмных глазах Кима всегда оставался тем милым мальчишкой с тёмными как ночь глазами.
Горло перехватывает очередным спазмом, за последнее время их количество заметно увеличилось. Это всё алкоголь, не иначе. Тот в последнее время был слишком частым посетителем в теле Тэхёна.
Парень отводит взгляд — смотреть в ту сторону выше его сил. Он концентрируется на своих шагах, делает сиплый вдох, а после — выдох. Это помогает слабо, но радует лишь мощная тёмная дубовая дверь, через которую можно попасть на большую лужайку, на которой расстелены тёплые пледы. Чонгук даже об этом позаботился.
Приступ никогда быстро не проходил. Это давно известная ему истина.
Тэхён резко толкает дверь, а та быстро поддаётся, и в лицо юноши тут же бьёт свежий вечерний ветер, который треплет слегка завитые светлые локоны и обдувает розовые щёки.
Но к большому разочарованию, парень не чувствует ничего, кроме охватывающей его в одно мгновение слабости. Та сосредотачивается в области ног и не даёт сделать полноценный шаг, приковывает стальными цепями к одному месту и без того слабое тело Тэхёна, чьи колени в ту же секунду начинают ходить ходуном, а сердце увеличивает количество биений в минуту.
Единственное, что радует его — то, что он наконец остался в относительной тишине, без возможности случайно скользнуть своим цепким взглядом по пьяным телам, в поисках одного единственного, которого он узнает из тысячи других.
Тэхён опирается на стену особняка, перенося свой вес, тем самым немного облегчая себе жизнь. Оглядывается вокруг, замечая одну лишь влюблённую пару, которая разместилась на пледе под слабо освещённым деревом. Они влюблённо переговариваются, иногда смеются
Ким даже издали может разглядеть, как юноша трепетно обнимает свою возлюбленную за талию, а та определённо смущается.
По крайней мере, светловолосому очень хочется верить в то, что они счастливы друг с другом.
Хочется верить в то, что хоть кто-то сегодня счастлив.
В последнее время Тэхён не может сказать, что ощущает себя счастливым человеком. Его состояние колеблется от
«всё хуже, чем плохо» до
«никак», и это действительно не на шутку начинает пугать, но юноша ничего не может с этим сделать, предпочитая плыть по течению бурной реки под названием «жизнь», банально стараясь не утонуть.
Если сейчас спросить парня, когда его жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов, он скорее всего задумается, но не пройдёт и пары секунд, как он обязательно назовёт причину.
В последние месяцы он честно пытался избавиться от навязчивых мыслей, этих ужасных эмоциональных качелей и от отвратительных... чёртовых бабочек, которые разлетаются каждый раз при случайном взгляде или касании
особого человека.
Он просто устал. Вымотан. Истощён.
Если бы ему сказали три месяца назад о том, что жизнь бывает чертовски коварной, он бы наверное не воспринял эти слова в серьёз, ведь с ним ничего страшного ещё не случилось, а значит — люди всего лишь преувеличивают, опасаясь неизвестности.
Но сейчас, столкнувшись с реальной проблемой, которая решит и, естественно, изменит его дальнейшую жизнь, он просто не знает, что делать. Если бы был вариант «ничего не делать», Тэхён бы выбрал его, но к его огромному сожалению, его состояние замечают близкие ему люди, которые в какой-то момент обязательно поинтересуются, что с ним. И вряд-ли парень сможет быть честным с ними.
Осторожно отталкиваясь от стенки, парень на всё ещё на подрагивающих ногах бредёт в сторону стоящих неподалеку шезлонгов, на которых лежат тёплые пледы. Всё-таки конец августа в этом году действительно холодный, но он даже так остаётся любимым месяцем Тэхёна, ведь в это время можно наблюдать за яркими звёздами на небосклоне. Юноша осторожно стелит мягкий плед на короткий зелёный газон, поправляет тот, и вскоре перебирается на него, подкладывая под свою голову руки, чтобы удобнее было лежать.
Приступ прошёл, но он до сих пор ощущает некоторую фантомную боль, которая не позволяет забыть о том, что было пару минут десятков минут назад.
Он почти сразу ощущает холодный ветер, который тянется по прохладной земле, и на его коже появляются мурашки, но сам парень не спешит вставать. Кажется, сил у него совсем не осталось.
Тэхён закидывает ногу на ногу, долго и внимательно вглядывается в чёрное пространство, по которому, будто драгоценный жемчуг, рассыпаны звёзды. Изредка, можно заметить, как они срываются с небосклона, и быстро исчезаются в космическом пространстве. Но юноша всегда ждал этот волшебный момент в детстве, а после загадывал желание, если успевал. Могли пройти недели, месяцы, года, но желание всегда исполнялось, сколько помнил себя парень.
Может, если он сегодня загадает желание, то..?
Послышались тихие приближающиеся шаги, но Тэхёну не хватает сил на то, чтобы приподняться и посмотреть, кто идёт, и он продолжает смотреть на звёзды. Позади послышалось тихое и, возможно, тактичное прокашливание — которое светловолосого мало волнует, если быть честным.
— Детка, ты чего здесь делаешь? Я тебя успел потерять в этой толпе.
И к огромному сожалению, его до крайности воспалённый мозг, узнает этот голос из тысячи других, даже если он будет сто раз прокуренным или же сиплым. Парень произносит это всё так непринуждённо, что Тэхён принимает одно : «как раньше не будет».
Он мысленно просит его уйти, оставить разлагаться со своей неправильной любовью на этой чертовой земле.
Ким хранит молчание. Ему нечего ответить
— Почему хён ушёл с вечеринки?
Голос всего за несколько быстротечных секунд приобретает неподдельное беспокойство, которое сквозит в произнесённых словах, и бьёт по солнечному сплетению. Тэхён мысленно много раз молил юношу о прощении, пока мысли разъедали его сердце, заставляя тёмными ночами корчиться от фантомной боли. Но сейчас он чувствует только всепоглощающее спокойствие, оно приходит только тогда, когда ты смирился с тем, что тебя ждёт, вовсе не расчитывая на лучший конец.
Чонгук не ждёт приглашения, поэтому через пару секунд оказывает сидящим на махровом пледе, он не сводит свой внимательный взгляд с чужого будто замершего во времени тела, и Тэхён это прекрасно чувствует, поэтому не поворачивает голову в сторону лучшего друга.
Он знает, если повернётся — проиграет.
Он уже заведомо проиграл, но вдруг...
И да, он знает, что лишь оттягивает момент «X», но ничего не может сделать со свей трусливой натурой.
Сдавленно выдыхает, ненадолго прикрывает свои глаза.
Чонгук прекрасно видит, как сменяются эмоции на лице у лучшего друга, он уже который месяц пытается разгадать его странное поведение, но тот будто специально закрывается и отгораживается от близких знакомых, от компании друзей, в которой часто проводил время, и самое главное — от Чонгука.
Темноволосый всё это время старался не лезть в чужую жизнь, руководствуясь простым правилом: «Сам расскажет, когда посчитает нужным», но сейчас плюёт на него, он не может не вмешаться, не может не помочь, потому что это
Тэхён, его друг, с которым он знаком с самого детства, его
лучший хён.
— Тэ, — тихо обращается Чонгук и видит, как хён чуть вздрагивает и молчит, в который раз поджимая свои губы.
— Расскажи, о чём болит твоё сердце?
Тэхён давит истерический смешок, продолжая концентрироваться на довольно яркой звезде, пока его кисти, лежащие под головой, непроизвольно сжимают волнистые волосы, так и хочется вскочить и крикнуть: «О тебе», — но такую вольность он себе не позволяет, продолжает молчать, чувствуя, как Чон укладывается на бок, тянет руку к нему, хочет коснуться, но в последний момент останавливается, боится спугнуть.
— Тэхён, пожалуйста, поговори со мной. — шепчет, боясь потерять остатки самообладания, и сорваться на того, кто сейчас лежит с абсолютно стеклянными глазами, устремленными в небо, он полностью игнорирует его присутствие.
Ким берёт себя в руки, как мантру повторяет одно и то же:
«Чем раньше начну— тем быстрее этот ад закончится»
— Я не думаю, что тебе понравится этот разговор, Гук. — говорит тихо и поворачивает голову к другу, смотрит на него своими печальными глазами, а Чонгук замечает на дне его омутов маленькие, почти погасшие звёздочки. Тэхён приподнимает уголок своих губ в подобии улыбки, скользит свои взглядом по чужому лицу, запоминая его таким, тянется к левой щеке юноши, проводит по ней большим пальцем, ощущая им небольшие неровности, стараясь запомнить, как ощущается его кожа
— Давай я сам решу, понравится мне разговор или нет. — Чонгук лежит, такой открытый, такой родной, а ещё... он пока не знает, как жестоко поступил с ним Тэхён.
Ким тяжело вздыхает, от вгоняющих в депрессию мыслей, но взгляд не отрывает. Удерживает как можно дольше, наслаждаясь этим моментом.
— Дай мне минуту.
Он не знает, зачем тянет время, ведь перед смертью не надышишься. Мир, который строился годами, постепенно разрушается, превращается в руины, а Тэхён стоит и наблюдает, не в силах всё закончить в один миг. Он слишком слаб.
И в последний момент перед так называемой «точкой невозврата» парень старается собраться с мыслями, устанавливает зрительный контакт, хотя знает, что он не заслужил смотреть в его глаза,
предателям не положено.
— Луна сегодня прекрасна, не так ли?
Воцаряется минутная тишина, за которую Тэхён успевает считать сменяющиеся чужие эмоции. Чонгук встряхивает головой, всё ещё смотря в глаза своего друга, не до конца осознавая, что́ тот сейчас сказал.
— Прости, что? — выдыхает тот хрипло. Его голос вдруг прозвучал так сбивчиво и неуверенно, что Ким успел проклясть то, что собрался рассказать всё, да и ещё таким дурацким образом. Нужно было просто уехать в другой город и начать всё с чистого листа, а что в итоге сделал он?
— Луна, говорю, сегодня красивая. — вновь встревоженно произнёс Тэхён, переступая через своё «не могу». Он как настоящий садист впитывал в себя болезненную реакцию юноши напротив, чтобы после всю оставшуюся жизнь помнить, что он сделал с ними.
— Хён, что ты такой говоришь? Это не смешная шутка, прекращай, пожалуйста.
Наружу рвётся истерический смех, но он лишь поджимает губы, отпуская смешок. Тэхён тоже хотел, что бы эта не смешная шутка прекратилась, но кажется это просто невозможно.
— Я каждую ночь молюсь о том, что бы это была просто шутка моего сознания, Чонгук.
Младший кажется захлёбывается своими же эмоциями, он отводит взгляд от подавленного Тэхёна, не в силах принять, вынести эту информацию, и подрывается с места, тут же оказываясь на ногах, его глаза безумно бегают по темной лужайке, стараются сконцентрироваться на чём то одном.
Чонгук хочет что-то сказать, но не знает как, слова просто застряли в горле. Правда оказалась невыносимой — он не может в это поверить, несколько раз щипает себя за кожу, старается выбраться из этого ужасного кошмара, где его лучший друг оказывается влюблён в него. Он судорожно хватается руками за голову, пытаясь подавить вспыхнувшую агрессию.
Хочется ударить Тэхёна за это.
Хочется вытрясти из него всю дурь.
Хочется приказать забрать эти ужасные слова, произнесённые минутами ранее.
Не в силах больше выносить это, Чонгук чуть ли не бежит подальше от бывшего лучшего друга. Тэхён окликает его. Он останавливается, но не оборачивается — не может.
— Чонгук, поверь, я никогда ни на что не расчитывал, клянусь. Прости меня, если сможешь.
На последних словах из его груди рвётся судорожный всхлип, который он больше не может сдерживать, наконец позволяя себе выплеснуть всё, что накопилось. Старший видит, как остановившийся мгновение назад Чонгук, ничего более не говоря, продолжает уходить, больше ничего не сказав.
Тэхён считает, что заслужил, бьёт себя в грудь, как только младший скрывается в доме, пытаясь унять свою боль, которая всё ярче и ярче разгорается. Его не по-детски знобит, руки ходят ходуном из-за тремора, он вновь переворачивается на спину, глаза застилают слёзы, которые стекают по его вискам, оставляя после себя следы. Парень не знает, сколько времени проводит в таком состоянии, но приходит в себя очень тяжело. Тело вновь будто налилось свинцом, Тэхён чувствует дикую усталость.
Он видит расплывшиеся очертания звёзд, ярко освещающую всё вокруг луну, руками проводит по мокрым глазам, собирая оставшуюся блестящую жидкость руками, а после вновь осматривает такое безмятежное космическое пространство, периодически всхлипывая.
Он лежит так долго, что небо начинает потихоньку светать, но звёзды всё ещё не пропадают.
И в это предрассветное время парень видит, как самая яркая звезда срывается с светлеющего небосклона, пропадая в неизвестности.
В этот раз Тэхён не загадал желание.
