Офисные интриги

Чонгук и Тэхён работают в офисе одной большой компании. Всем известно, что менеджер Ким Тэхён питает тёплые чувства к ассистенту главного дизайнера Чон Чонгуку. Убедиться в этом можно очень просто — нужно сказать комплимент Чонгуку прямо перед ним. Тэхён совершенно не умеет быть скрытным. Он сначала округляет глаза, потом смеряет вас недовольным взглядом, затем закатывает глаза, цокая языком. На последнем этапе он вас поддержит в этом комплименте.

Очевидный менеджер Ким Тэхён.

Конечно, он не может скрыть своего изумления, когда сталкивается со странной… деталью. — Менеджер Ким, — начальник передаёт ему папку. — Распечатайте, пожалуйста, все документы и принесите в конференц-зал. Зайдите в мой кабинет, чтобы не толпиться у копировального зала. — Хорошо, — Тэхён забирает папку. — Пароль — 0109, — говорит начальник под конец. Тэхён сначала обыденно кивает. Он идёт в кабинет, садится перед компьютером, нажимая на пароль. Тэхён промазывает в цифре, из-за чего компьютер выдаёт с «неверный пароль» подсказку: «Дата рождения моей малышки». — Малышки? — Тэхён хмурится, набирая правильный пароль. У начальника был кто-то? Разве он не в разводе? Тэхён потом качает головой. Не его дело. Он невозмутимо распечатывает всё. Затем поднимается с места, направляясь в конференц-зал. И там. Там! Тэхён, оказавшись в числе первых подошедших, смотрит на то, как начальник, проходя мимо, гладит Чонгука по спине. Тэхён распахивает глаза, смотря на них. Прикосновение. К спине. Ладонью. Чонгук не выглядит удивлённым. Он даже не оборачивается на подобный жест. Конечно, мало ли какие прикосновения нормальны между мужчинами. Но начальник ведь даже не близок с ассистентом дизайнера Чонгуком, чтобы вот так вот касаться в дружеском смысле. Тэхён — очевидный человек. Его эмоции очевидны. — Когда у Вас день рождения? — Тэхён спрашивает со злым умыслом узнать правду. 0109 — «дата рождения моей малышки» Тэхён помнит. Он должен просто уточнить. Ему, конечно, абсолютно не нравится то, что Чонгук говорит во время перерыва: — Да, первое сентября. День рождения. А что? Тэхён стоит с самым кислым выражением лица. Он медленно кивает, опуская голову. О, нет.

Похоже, Чонгук действительно встречается с их директором.

Все коллеги видят, что Ким Тэхёна настигла вселенская боль. Они удивлённо смотрят на захаживающего почаще Чонгука, который тоже непонимающе оглядывает понуро опустившего голову менеджера Кима, тихо уточняя: — Всё в порядке? Ничего не в порядке. У них строгий начальник, который славится тем, что сам ходит за кофе в комнату отдыха. У него орлиный взгляд. Он постоянно настороже. Да и не так уж и молод уже по возрасту, хотя выглядит не таким старым. Из самого смешного в отношении начальника — он почему-то ходит на все мероприятия компании в гавайской рубашке. Можно ли любить таких мужчин? То есть, можно! Это ведь не так уж и плохо. Просто Тэхён не может понять, почему это Чонгук… с ним?

То есть.

Есть что-то странное в том, что Чонгука однажды вызывают к нему, и он возвращается с самым счастливым выражением лица. Есть ещё более странное дело в том, что начальник иногда встаёт рядом с ним и наклоняется, шепча что-то на ухо. Чонгук выглядит так, будто ему очень комфортно. Есть определённо нечто странное в том, что Чонгук однажды садится к нему в машину. Всё это странно. Они точно вместе. В офисе скрывают это, но Тэхён-то видит. Он ведь всегда смотрит на Чонгука.

Всё это так печально.

Тэхён выглядит настолько побитым, что Чонгук спрашивает у него о самочувствии при каждой встрече. А встречи у них стали частыми. Интересно… почему же? — Бывало, что Вам нравятся постарше? — Тэхён заходит издалека. Он должен узнать характер этих отношений. — Или побогаче? — или корень всего. — Ну, — Чонгук задумывается. Он режет лимон для чая. — Когда влюбляешься — всё перестаёт иметь значение. Тэхён думает: «Звучит, как намёк». Он вздыхает. Забирает из рук Чонгука чай с лимоном, улыбнувшись. Чонгук влюблён. Да, он не с Тэхёном. Да, они не обнимаются у здания. Да, у них нет любовных переглядываний в офисе. Да, Чонгук говорит о любви с такой улыбкой, имея в виду не Тэхёна. Но он ведь счастлив. Вроде бы. Хоть что-то согревает сердце. — А Вам какие нравятся? — Чонгук поджимает губы. Он берёт стакан двумя руками, поднимая плечи, когда пробует чай. Дверь в зону отдыха открывается. — Определённо те, кто держатся за стакан обеими руками, — Тэхён говорит, кивнув. Он потом поникает сразу, когда в дверях видит начальника. — Вы… про меня так?.. — Чонгук краснеет, опуская взгляд к стакану. Он прижимает ладонь к лицу. — Неловко-то как, — улыбается. — Спасибо, я… Я хочу сказать, что Вы мне тож… — Нет, — Тэхён отрезает, заметив, что начальник идёт в их сторону. — Простите. Забудьте, что я сказал. Чонгук удивлённо смотрит на него. Он провожает Тэхёна взглядом, оставшись с двумя чашками чая. И менеджер Ким оборачивается. В надежде на что-то. Тэхёну, конечно, разрывает сердце картина, где начальник обнимает Чонгука.

Зря он вообще решил что-то пытаться узнать.

Всю следующую неделю Тэхён выглядит, как мумия. Любовь выжала из него все соки. Чонгук, пытающийся с ним поладить, праздника на душе не устраивает. Тэхён ещё больше расстраивается, так что бежит от любого взаимодействия с Чонгуком. Пока… Пока начальник не вызывает его к себе. Так сказать, на ковёр. Сразу. Прямо. Во время обеда. Он хмуро смотрит на Тэхёна, закрывая глаза. Затем стучит по столу пальцами, начиная: — У меня разговор не о работе. Ох. Догадался! Понял, что Тэхён влюблён в его малышку Чонгука. — Простите. Сердцу… не прикажешь, — Тэхён пытается выглядеть спокойно. Не получается. — Понимаю. Но всё же… может, стоит попытаться? Я забочусь о его состоянии. Моя малышка мне никогда не врёт, — когда он так называет Чонгука, Тэхёну невольно приходится вздохнуть. — Вы сами как-то заигрывали с ним. — Я перестану. — А почему начали? — Как почему? Он мне нравился. — А почему разонравился? — Так, — Тэхён хмурится, — Вы и… Тэхён поднимает взгляд. Начальник смотрит на него удивлённо. Он хлопает глазами. — Нет. Только не говорите, что это я помешал. Он же меня убьёт после такого заявления, — начальник выглядит нервным. Эм… Что происходит? Тэхён теряет на секунду всю концентрацию недавней боли. — Сначала Джиён из вечерней академии. Потом Ли из института. Сейчас вот Тэхён с работы, — начальник закрывает глаза. — Я точно не выживу. Тэхён хмурится. Вечерняя академия? Разве такие только в средних школах не бывают? Институт ещё… Он знал его студентом? И работа. Тэхён резко опускает плечи. Человек, переживший с Чонгуком школьную, студенческую и даже офисную любовь… О, боже! Тэхён додумывает происходящее. Озарение к нему приходит, когда дверь позади открывается. — Пап? — Чонгук смотрит на смирно стоящего у стола Тэхёна, шокированно раскрыв рот. — Ох, нет. Ты в своём уме? Почему ты вызвал его сюда во время обеда? — Я хотел с ним поговорить о вас. Мне больно видеть твои слёзы, — начальник поднимается с места. — Он сказал, что ты ему нравишься. Я выяснил. — Так Вы — его отец, — Тэхён меняется в лице. — Отец. Папа Чонгука. Конечно, Чонгук — его малышка. Начальник и Чонгук удивлённо смотрят на него. Оба с глазами-бусинками. Как Тэхён вообще мог допустить мысль, что они встречаются? Тэхён ещё никогда более счастливым, чем в ту секунду, не выглядел. Конечно, Тэхён вряд ли будет потом спокоен на работе с начальником, являющимся отцом его бойфренда.

Но эту мысль он додумает потом.

Офисные интриги теперь всегда проходят в духе: — Я люблю его больше всего на свете, — Тэхён не отрывает взгляд от Чонгука, выступающего с проектом перед ними в качестве репетиции. — Не больше меня, — начальник хмыкает. — Может, на процент больше. — Нет понятия сто один процент, так что нет. — Если ты не представляешь и двести процентов, то нам не о чем разговаривать. — Я люблю вот уже двадцать четвёртый год его жизни. — А я тебя догоню и этот аргумент потеряет силу, — Тэхён указывает на него пальцем. — В тот момент у меня будет сорок восемь лет любви к нему. Никогда не догонишь. — Вот ты подохнешь, тогда и… — Эй, — Чонгук прерывает их. — Что вы делаете? — он хмурится, смотря на них. — Малышка, у нас разговор, — отец строго говорит, указывая на сына пальцем. — Знаешь, — Тэхён кивает отцу Чонгука, поднимая подбородок, — первое наследство, что я хочу после твоей смерти — это право на «малышку». — Тэхён! — одновременно кричат Чоны.