Кабинет заместителя

Резкий и нетерпеливый стук в дверь, который был сделан больше для посторонних любопытных глаз, нежели для разрешения войти внутрь помещения с табличкой: «Заместитель директора по воспитательной работе. Чон Юнхо». — Сон Минги, проходи. Хотя ты и так уже здесь, — устало выдохнул обладатель второго по важности кабинета в техническом колледже Инчхона, — никогда не спрашиваешь разрешения. — Вы никогда и не отказываете, господин Чон, — парировал в ответ Минги, — возможно, Вам нужно сменить методику воспитания. — Студент напротив расплылся в своей привычной наглой улыбке, оголяя дёсна и ровные маленькие зубы, но тут же спрятал её, потому что сухая кожа губ, разбитых некоторое время назад, натянулась и из трещин выступила еле заметная кровь. Сон в своём репертуаре: разбитая нижняя губа, которая, кажется, никогда не успевает полностью зажить, потому что он по нескольку раз в месяц заявляется в этот кабинет по причине драки с местным хулиганьём; потрёпанная рубашка с багряными каплями на воротнике, что расстёгнут на несколько пуговиц, остаётся только гадать чья она, а костяшки рук вновь разодраны. — На почве чего в этот раз? — проигнорировав выпад в свою сторону, спросил Чон. — Он просто гондон. — Не выражайся. Ты хоть месяц можешь не переступать порог этого злосчастного кабинета и не нагружать меня лишней работой, учитывая сколько ещё у меня случаев с драками в колледже? Ты же понимаешь, что нашими разговорами эти ситуации не заканчиваются? Мне ещё приходится докладывать это всё директору, клянусь, ты держишься в этом месте на честном слове, — отчитывал он для приличия спокойным голос, потирая переносицу и ослабляя галстук на рубашке, — и немного на нечестных отчётах. — Я, возможно, и смогу, а вот Вы, господин Чон? Небось сами инсценируете драку, лишь бы меня к себе упечь, — снова не поскупился на улыбку, но уже более сдержанную, губы всё-таки нужно пока сохранить. — Слишком много говоришь, я могу тебя выставить отсюда когда только захочу. — Дерзайте. Юнхо резко встал с кресла и пошёл навстречу, что Минги чуть не дёрнулся, но вовремя себя остановил. Как же ему нравилось изводить этого заместителя, это точно стоило разбитых губ, которые постоянно болели стоило улыбнуться шире дозволенного, стоило всех перепачканных рубашек и стоило всех запекшихся корочек крови на руках. На талию опускаются большие ладони, что плавно толкают его к двери. Он провокационно смотрит на мужчину и медленно пятится, будто это не его сейчас зажмут, отрезая пути отступления, а наоборот. Минги ни за что не поверит, что Юнхо выставит его за дверь, все произнесённые слова — блеф, попытка показать, что Минги не всё дозволено. Однако Чон не рассчитал, что ещё при первой же их встрече неосознанно дал ему разрешение на всё, что тот только может пожелать. До слуха доносится звук защёлки, и Сон чувствует как тело напротив вдавливает его в дверь и проталкивает между ног колено. — Я же говорил, господин Чон, не сможете, — слащаво тянет своим низким голосом. — Смогу, просто не хочу, — не успевает Сон выпалить в ответ какую-нибудь колкость, как его рот встречается с чужим. Юнхо сразу начинает подминать Минги под себя, не давая тому и шанса перехватить инициативу. Быстро проталкивает язык меж губ и проводит по дёснам с зубами, настойчиво прося разомкнуть челюсть, чтобы скользнуть глубже. Парень, конечно же, не может отказать, поэтому аккуратно раскрывает рот и чувствует в него вторжение и то, как кончик языка начинают посасывать, все эти мокрые звуки заставляют обоих томно вздыхать друг другу в губы. Параллельно этому Юнхо сбивчиво водит руками по бёдрам, периодически касаясь и сжимая в ладонях ягодицы, от чего тому остаётся судорожно втянуть воздух через нос и сильнее вжаться в поверхность сзади. Пока господин Чон занят вылизыванием его рта, Минги пытается расстегнуть ремень, но только получает ещё бóльшее давление на свой пах бедром, и чувствует как чужие руки покидают задницу, а собственные припечатываются по разные стороны от головы. Он, Сон Минги, обездвижен и прижат к двери заместителя директора по воспитательной работе, проходя мимо которой, особо внимательные могли услышать какие-то жалкие низкие поскуливания, потому что справиться с таким Чон Юнхо не предстояло возможности. — Ты можешь хоть губы свои поберечь? Знаешь ли, вкус крови во время поцелуев быстро приедается, — прошептал, отстраняясь от лица напротив, что уже всё раскраснелось, и слабо улыбается когда видит ниточку слюней между ртами. Это напомнило их первый поцелуй, который, естественно, произошёл здесь же. Заместителю, несмотря на его обаятельность и дружелюбный настрой, понадобилось достаточно времени, чтобы Минги раскрылся перед ним и перестал вести себя как дикобраз, что только выпускает колючки. Он не сомневался, что парень, строящий из себя заядлого хулигана, на самом деле очень ранимый, ласковый и падкий на похвалу, просто не для всех. Но наглость и рискованность всегда были присущи Сону, поэтому как и ожидалось он был инициатором их первого поцелуя. Минги в очередной раз заявился в кабинет из-за драки, только тот раз отличался тем, что парень получил больше обычного из-за неравного количества участников той потасовки. Пока другие спешно направились в медпункт, то он – к заместителю, удивительно, что никто из преподавателей не встретился на пути, чтобы развернуть за медицинской помощью. Но ему просто хотелось искренне поговорить, а не обработать кровоточащие ссадины, хотелось, чтобы мужчина его приласкал, что, наверное, не стоило делать, учитывая в каких статусах они находились, ведь утешить можно и словами, а не трепетными поглаживаниями по волосам и держанием за руки. Юнхо сам не понял, когда начал переходить границу дозволенного, ведь с другими проблемными студентами он соблюдал субординацию и обходился просто разговорами о том, что драками дело не решить и отправлял их к психологу, что привязан за колледжем, если замечал, что за этим кроется что-то глубже, нежели желание почесать кулаки. Вот только Минги он не захотел отдавать психологу Паку, хоть тот и интересовался им, так как сам же заместитель Чон просил совета о том, как лучше всего подступиться и не спугнуть, однако тот решил это оставить на совести Юнхо, мало ли так проникся историей этого ребёнка. Увидев побитого студента на пороге своего кабинета, он незамедлительно подорвался с места, где заваривал себе кружку кофе, чтобы оценить количество полученных ссадин и синяков, масштаб которых точно не радовал. Из-за Минги ему даже пришлось завести ручную аптечку, чтобы не гонять того постоянно в медпункт и сократить количество вопросов у местной медсестры. Вместо расспросов, что можно устроить потом, он с присущей ему лаской берёт Минги за кисть руки и усаживает на рядом стоящий диванчик, а сам в два шага оказывается у шкафа, доставая аптечку. Они оба молчат, пока Юнхо обрабатывает костяшки рук и аккуратно дует на них, чтобы не так сильно щипало, чужие руки холодные и слегка подрагивают. Пока Чон думает, что это из-за боли, то Минги молится, чтобы заместитель не заметил его нервозности от очередного близкого контакта и то, как он засматривается на губы сложенные в трубочку. Походу Сону мозги отшибло во время драки раз в его голове посмела проскользнуть мысль о том, чтобы прямо сейчас их поцеловать, попробовать наконец-то на вкус. Тем временем Юнхо уже перебрался к лицу, где на щеке красовалась рассечённая рана и начал также аккуратно обрабатывать, не забывая дуть, а Минги закрыл глаза, сводя брови к переносице, потому что поток воздуха из чужого рта немного касался чувствительных ушей. Он на грани. Он скоро пойдёт на поводу своих желаний. Юнхо тоже не легче, смотря на такого тихого Минги, что мило поджимает губы и сводит брови, когда начинает нервничать, он хочет окончательно переступить черту и разрушить их сложившиеся взаимоотношения. Но раньше, чем он успеет подумать об этом более тщательно, чувствует касание чужих сухих губ, которое исчезает также быстро как и появляется. Чон ошарашенно смотрит на Минги, который уже подскочил с дивана и также ошарашенно смотрел в ответ, при этом шагая спиной к выходу и пытаясь оправдаться тем, что он случайно дёрнулся от боли, а губы заместителя предательски оказались рядом. Походу Юнхо тоже всё отшибло раз он подрывается со своего места и настигает Сона раньше, чем тот успеет повернуть ручку двери, пытаясь сбежать, и прижимает к двери поцелуем, давая тем самым свой ответ. — Несмотря на твою наглость и появившееся чувство вседозволенности во время поцелуев ты всё такой же невинный, — поддавшись воспоминаниям, Чон снова целует, но уже с долей нежности, а не страсти. — Это напоминает мне наш первый поцелуй, ты был таким напуганным, но в глазах не было и намёка на сожаления, как бы ты не пытался спихнуть это на случайность, — Минги ловит это меланхоличное настроение и начинает буквально плавиться под ласковыми губами, которые начали целовать уже его лицо, задерживаясь на родинках. Чувствует как контроль над собственными руками возвращается, а чужие скользят по спине, поглаживая вдоль позвоночника. Минги же зарывается в волосы заместителя и массирует макушку, телом тихонько сползая по двери. Это взаправду напоминало тот день, когда они открыли друг другу чувства, он и представить не мог, что Юнхо тоже чувствует это притяжение и желание касаться больше, чем дозволено студенту и заместителю, парню и парню, двадцатилетнему Сон Минги и двадцатисемилетнему Чон Юнхо. Он оседает на пол, делая упор на колени, а руками цепляясь за бёдра напротив, и ластится щекой к паху, пока не услышит сверху тяжёлый вдох. — Уже не такой дерзкий, Сон Минги? – специально низко на выдохе проговаривает Чон, зная, что у парня, который сейчас стоит перед ним на коленях и потирается, есть на это пунктик. И видит как во взгляде вновь разгорается огонёк азарта, сжигая шлейф воспоминаний. — Всё такой же, Чон Юнхо, — быстро пришёптывает в ответ, пошло проходясь языком по очертившемуся сквозь брюки члену, и слегка прикусывает, чтобы выбить уже немой стон и дрогнувшие от неожиданности колени. Не лишая себя удовольствия подразниться обхватывает выпуклость сквозь плотную ткань и начинает мокро посасывать, руками крепче сжимая бёдра, не давая тем самым отстраниться от пухлых губ. Юнхо приходится силой оттягивать его за загривок и подхватывать подмышку, ставя на ноги и толкая в сторону рабочего стола. Хватило несколько секунд, чтобы с грохотом свалить оттуда все вещи, надеясь, что в этом колледже всем наплевать на странные звуки, исходящие из кабинета, куда не так давно зашёл один из самых трудных студентов. Должны уже привыкнуть. — В пределах колледжа и тем более этого кабинета я господин Чон, заместитель директора по воспитательной работе, так что следи за языком, — рыкает Юнхо и про себя забавляется с получившегося каламбура. — Вы всех трахаете в пределах колледжа и тем более этого кабинета, господин Чон? — поинтересовался Минги, выпятив пухлые губы и состроив непонимающие глаза, косясь на мокрое пятно на брюках. Но лишь чувствует шлепок по своей заднице и что его запястья снова под контролем другого человека, что плотно завязывает чёрный шёлковый галстук вокруг них и быстро целует костяшки, будто это их залечит. — Только самых вредных, — дразняще проговаривает Юнхо ему на ухо, облизывая ушную раковину, заметив ещё во время обработки ран как студент начал жмуриться, когда Чон случайно задувал в уши. Или не случайно. Из него вырвался гортанный стон, на что тот быстро прижал свою ладонь ко рту, чтобы заглушить. Звук падающих предметов на весь кабинет хоть как-то можно объяснить, но точно не это. Юнхо чувствует как горячий влажный язык мажет по внутренней стороне и между палец юркает его кончик. Этот парень не может просто лежать и принимать ласки, обязательно надо что-то выкинуть. Чон быстро проталкивает два пальца в рот и давит на основание языка, заставляя их посасывать. Сам же плавно переходит от ушей к линии челюсти и снова целует рядом находящуюся родинку, успевая свободной рукой залезть под рубашку и хаотично водить по теперь доступным участкам кожи, иногда пересчитывая рёбра и задевая соски. Юнхо решил отплатить Минги той же монетой, поэтому переместился на уровень груди и обхватил один из сосков сквозь рубашку, начиная также влажно посасывать и прикусывать, сильнее давя на язык, чтобы тот не шумел. — Я прекрасно понимаю, что ты в очередной раз захотел попасть ко мне в кабинет и не нашёл способа лучше, чем через драку, но позволь всё-таки поинтересоваться, что к ней привело, — вытаскивает пальцы с характерным звуком изо рта, чтобы тот смог ответить, однако продолжает ласкать соски сквозь ткань. — Как я и сказал, Чхве Сунбок просто гондон, я не начинал драку, — возражает Минги, вытирая рот и неопределённо вскидывая связанные руки в воздух, — обстоятельства так сложились, понимаете, звёзды сошлись, чтобы я сегодня перед вами ноги раздвигал, — проговорил на одном выдохе из-за очередного легкого укуса. — Минги, повторюсь, не выражайся. Я не смогу постоянно помогать и вытаскивать из этих передряг, — выпускает уже напрочь пропитанный слюной кусок ткани и отстраняется. — Рано или поздно директор поймёт, что я тебя выгораживаю и тогда проблемы будут у нас обоих. Ты можешь найти более безобидные предлоги, чтобы зайти ко мне в кабинет, например, всякие студенческие движения, у меня довольно широкий круг обязанностей. — Да-да, господин Чон, давайте Вы будете меня отчитывать либо в процессе, либо потом, иначе Ваш член скоро взорвётся, я серьёзно говорю, моё бедро отчётливо это чувствует, — он демонстративно приподнимает его и проезжается по паху заместителя, но тот лишь сжимает чужие ноги и возвращает их на место. — Я тоже серьёзно говорю, послушай, — Юнхо приближается к чужому лицу, слабо беря за челюсть и отодвигая нижнюю губу пальцем, — мне не нравится, что ты лишний раз лезешь в драки и нарываешься на проблемы, не нравится, что твоё лицо постоянно разукрашено, я тебе говорю об этом не в первый раз, не нравится, что ты рискуешь своей учёбой. Мы видимся вне колледжа тоже, но тебе всё равно принципиально важно, чтобы я брал тебя в этом кабинете посреди учебного дня, — Чон переместил руку и аккуратно провёл по щеке парня, заметив, что тот смутился из-за его слов, — это не значит, что мне не нравится, просто существуют, как я сказал ранее, более безобидные способы. Минги отвернул голову в сторону, бегая взглядом по кабинету и прокручивая в голове слова Юнхо, что раньше лишь скользили в их диалогах. Он не хотел доставлять ему серьёзных проблем, побаловаться, добавить в учебную жизнь долю адреналина — да, но не то, что может полностью перевернуть их привычную жизнь. Ко всему этому ему стало немного стыдно за свою сексуальную активность, он чувствовал себя даже каким-то озабоченным, хотя Чону срывало голову от их «разговоров» не меньше. — Извини, — пробормотал Сон спустя некоторое время, перейдя обратно на неформальное общение, и вернул зрительный контакт с Юнхо, — я тоже говорю это не в первый раз, конечно, но мне плевать на учёбу и я здесь лишь из-за того, что у родителей бзик на получение образования, поэтому если у меня будут проблемы посерьёзнее, то, возможно, они наконец-то смирятся с тем, что я хочу заниматься музыкой, а не управлением, — остановился на секунду и прикрыл глаза, чтобы затем продолжить, — но я также знаю, как важна для тебя эта работа и рад, что хоть кому-то это место приносит профессиональное удовольствие, поэтому я, по крайней мере, постараюсь сам не нарываться на драки. Правда, Юнхо, я буду стараться, как минимум потому что перспектива видеть тебя в разы меньше мне тоже не нравится, хоть за что-то я благодарен этому колледжу. — Спасибо, Минги, — целует куда-то в макушку и вдыхает запах шампуня из своего дома. — Кстати, мой член тоже скоро взорвётся, а ещё большой перерыв не будет длиться вечно. — Порой ты невыносим, — закатил глаза Юнхо и одним движением перевернул Минги на живот, прижимаясь к его спине, — такой момент был. — Знаю, поэтому я Вам и нравлюсь. Юнхо оставил это без ответа, пропуская длинные пальцы под кромку серых брюк, поглаживая чужие ягодицы, и параллельно выцеловывал позвонки на шее, насколько позволяла рубашка, что, к удивлению, ещё была на парне. Последний же решил ускорить прелюдия и начал толкаться бёдрами назад, создавая хоть какое-то трение, и жалобно поскуливал, потому что количество одежды, которое не уменьшилось с момента как он перешагнул порог кабинета заместителя, давило всё сильнее. — Блять... Тяжёлый, немного приглушённый из-за ткани штанов шлепок раздался в пределах кабинета, разбавив чужие мычания. Минги лишь победно ухмыльнулся, потому что знал как раздражала нецензурная лексика господина Чона и провоцировать с помощью неё ему очень даже нравилось. Да в целом чем угодно провоцировать, в такие моменты его лицо приобретало неописуемый шарм, а глаза темнели. Другой же понимал, что Сон этим нагло пользуется и не отказывал ему в удовольствие, хотя если ему нравятся когда его шлёпают, то мог бы просто попросить. Может Юнхо и вправду пора сменить методику? Перестав томить себя и Минги, он несдержанно спустил его брюки вместе с боксёрами до щиколоток, оставляя лишь в задравшейся рубашке со связанными руками, которые, наверное, уже затекли. Юнхо быстро обошёл стол и присел к самому нижнему ящику с замком, незнающие студенты и другие преподаватели могли бы подумать, что там хранятся какие-то секретно важные документы заведения, но лишь два человека истинно знали, что там таился съедобный лубрикант со вкусом кокоса и пачка презервативов. Достав всё необходимое он поднял голову, чтобы поймать взгляд Минги, и, поддавшись немного вперёд, смазано поцеловал в губы и спешно вернулся назад, по пути открывая и выдавливая на ладонь жидкость из тюбика. Вновь прижавшись к чужой спине начал целовать за ухом, одновременно с этим разогревая смазку и пристраивая пальцы около входа. — Звёзды говоришь сошлись, а? — томно прошептал тому на ухо, посылая мурашки, и ввёл первый палец, что спокойно скользнул внутрь. — Чхве Сунбок говоришь первый начал? — затем и второй. — Не поверите, но удивительное совпадение, что именно сегодня я проснулся раньше обычного и мне захотелось немного развлечься в душе, — наглая ложь сладко лилась из его рта вместе со слабым стоном, потому что заместитель начал сгибать пальцы, пытаясь нащупать простату, — а ещё мне известно как Вам сносит крышу от растяжки. В этот раз Юнхо просто не знал, что ответить, так как Минги был прав, он ловил отдельное удовольствие от этого процесса и от осознания, что только одни пальцы могут творить невероятные вещи с его парнем, особенно когда они проезжались по определённой точке. Из проскользнувших мыслей его вырвал стон громче прошлого и толчок бёдер назад. Вот она и нашлась. — Тише, — прозвучал скорее приказной тон, нежели просящий, после чего Чон добавил третий палец и продолжил массировать излюбленное место, — как тебе идея кончить только от моих пальцев? — Идея чтобы Вы уже вставили в меня свой большой член нравится больше, — слова звучали сдавленно из-за того что Сон уткнулся себе в предплечья, пытаясь заглушить сначала стон наслаждения, а затем плачевный от ощущения образовавшейся пустоты. Он услышал лязганье ремня перед тем как его перевернули обратно на спину, а остаток брюк окончательно сорвали и бросили куда-то в сторону. — Хочу видеть тебя, — разорвав пачку презерватива он нарочито медленно раскатывал его по длине, и также медленно массировал вход своей головкой, глядя при этом всём в глаза Минги, который по ощущению скоро расплачется от возбуждения, — не смей отводить взгляд, — от такого член жалко дрогнул, сдавая того с поличным. Он стал плавно вводить член, наблюдая как поддёргиваются чужие ресницы, и с каким усилием тот пытается поддерживать зрительный контакт, Минги уже достаточно его поизводил сегодня, чтобы ослушаться. Виной этому, скорее всего, глубокий приказывающий голос и потемневшие из-за расширенных зрачков глаза, которые заглядывали ему прямо в душу. Юнхо вошёл полностью. Узко. Как бы хорошо Минги не растянул себя утром этого было недостаточно для крупного члена заместителя, он даёт немного времени, чтобы парень привык, лишь сильнее сжимает чужие бёдра, поглаживая большим пальцем тазобедренную косточку и целуя колено, для того чтобы немного сместить фокус внимания. Пробно делает пару фрикций и Минги позволяет себе прикрыть глаза на несколько секунд, закусив и так больную губу, потому что надо быть тише. Однако почувствовав у своего лица горячее дыхание резко их распахивает, и тут же в приоткрывшейся от неожиданности рот проталкивается чужой язык. Сон теряется только на мгновение, затем охотно отвечает на это, закидывая свои затёкшие руки за шею Юнхо, пытаясь притянуть ближе. Из-за смены угла толчки стали глубже, а член Минги начал тереться о жилетку заместителя, кажется, в этот раз он поставит рекорд по скорости оргазма. Чон будто прочитал его мысли и свободной рукой скользнул между их телами, сжимая основание члена Минги и не давая тому возможности кончить раньше времени. В развязный поцелуй раздался не то стон, не то скулёж. Настал его черёд изводить. — Что за хуйня… — промямлил и откинул голову назад, глухо стукнувшись об стол. — Ты же сам сказал, что мне надо сменить методику воспитания, — сильнее сжал основание, — я и вправду тебе никогда не отказываю, а ведь иногда разрешение надо заслужить или хотя бы попросить, Минги-я, — произнёс куда-то в область шеи, покрывая её поцелуями и слабо посасывая кожу, так, чтобы не осталось следов, — но ты почему-то всегда ищешь окольные пути, если так хочется получить по заднице, то просто скажи, а не пытай мои уши нецензурной лексикой. Я её и так стабильно слышу от других студентов, только их я не шлёпаю за это. Или пора начать, м? — на этот вопрос куда-то в бок прилетает чужая лодыжка, показывая тем самым недовольство обладателя. Чон ловит её и закидывает ноги Минги себе на плечи, мысленно благодаря его за такую гибкость. Юнхо продолжает толкаться и крепко держать за основание члена, лишь периодически замедляя темп, потому что чувствовал как завязывается узел внизу живота, но он просто не имеет право кончить раньше, чем Минги. Тот же сбивчиво дышал и подмахивал бёдрами навстречу, что только усиливало болезненные ощущения в области паха от невозможности излиться, и крепко сжимал член господина Чона внутри, даже в таком положении подстраивая правила игры под себя. Однако жалобно захныкал, когда второй раз почувствовал давящую пустоту и губы на внутренней стороне бёдер, что наровились оставить там яркие засосы, ведь это не шея, там никто не увидит. Только Минги будет их осматривать и поглаживать во время мастурбации, представляя рядом заместителя. — Ну же, принцесса, не вредничай, — дразнился Юнхо, уже покусывая чувствительную кожу и давя большим пальцем на измазанную предэякулятом головку. Возможно, ещё несколько минут таких издевательств и Сон умрёт так и не кончив. — Хорошо-хорошо, господин Чон, — мгновенно сдаётся Минги, уступая в их игре, он обязательно отыграется позже, — отшлёпайте меня, пожалуйста, я ужасно этого хочу. В этот раз уже звонкий шлепок по голой коже разразился в кабинете, оставляя на ягодице красный след большой ладони. Юнхо быстро переключился с бёдер обратно на рот Минги, иначе тот бы не сдержал голос, и почувствовал слабый привкус крови во рту в сочетании с болью в нижней губе. Сон сам того не ожидая укусил его, после чего мгновенно стал зализывать ранку. Чон же в ответ трепетно поглаживал раскрасневшуюся кожу на бедре, которая покалывала на месте удара, создавая тем самым контраст ощущений. Но потом неожиданно повторно прошёлся ладонью по тому же месту, вновь пристроил головку, но вошёл не плавно, а рвано, ему самому было тяжело столько сдерживаться. Минги отстранился от губ еле сдерживая голос, чёрт возьми, он просто обязан получить за это свою награду, и ближе придвинул Юнхо, подталкивая продолжить. Чон стал быстро, без какой-либо последовательности вбиваться в податливое тело, чувствуя подступающую негу оргазма, и отпустил чужой член, тем самым давая молчаливое разрешение. В следующий раз он обязательно выбьет из него нескончаемую мольбу о разрешение кончить, но это уже будет в квартире, что скрыта за толстыми стенами. Юнхо начало заносить лишь от мысли об этом, он ударил его по другой ягодице из-за чего последний обильно кончил и начал содрогаться от ощущения оргазма, горящего шлепка и продолжавшего вбиваться в него заместителя. Мужчина хаотично водил по чужому члену, размазывая по головке, и, оголившемуся от рубашки животу, сперму, создавая вкупе с толчками сверхстимуляцию. У Минги от перевозбуждения начала скапливаться влага в глазах и он сильнее сжался вокруг Чона, на что тот незамедлительно среагировал и кончил в презерватив, приглушённо простонав, тем самым нарушив собственное наставление быть тише, и обессиленно повалился на парня. Они некоторое время лежали на столе в объятьях друг друга, не обращая внимания на то, что оба вспотели и измазались в сперме Минги, которая к этому времени неприятно засохла на коже. Чон периодически начинал беспорядочно водить по чужим ягодицам, напоминая об ударах. — Развяжи мне запястья, я будто их лишился за это время, — где-то за шеей Юнхо почувствовал взмах рук в доказательство словам, — обтереться и переодеться было бы тоже неплохо, до следующей пары осталось 10 минут, — начал тараторить Минги, словно ему было не плевать на неё. — Ты всегда бурчишь после секса, — цокнул по-доброму в ответ и, вынырнув из объятий, начал развязывать галстук, поглаживая оставшиеся от него слабые следы, — я так могу и засомневаться в себе. — Не нарывайся на похвалу, — отстраняется, для того чтобы натянуть обратно свои брюки, и начинает рыскать по ящикам в поисках влажных салфеток, обтирая ими себе живот и жилетку Юнхо; свою рубашку он просто запихнёт в рюкзак и наденет сменное худи, главное не забыть потом постирать, — мне кажется после сегодняшнего ты в очередной раз только убедился в своём мастерстве. — Но услышать это от тебя в разы приятнее, — кинув ему просящий взгляд, Юнхо попытался завязать галстук на рубашке, где ему изначально и место, хотя стоит признаться на руках Минги он выглядел в разы лучше. Сон перехватывает лоскут ткани и затягивает узел сам, как обычно делает по утрам, если они ночуют вместе. — Сегодня ты был особенно хорош, — в ответ на это тот лишь улыбается как дурак и практически невесомо целует в родинку под глазом, — теперь я на пары, а ты за работу. — Звучишь так, будто не ты 30 минут назад ворвался ко мне в кабинет с настроем, цитирую, раздвинуть ноги. А я между прочим работал! — кидает обречённый взгляд за своё плечо на безмерное количество документов с различными студенческими движениями и планами мероприятий, которые валялись по всему полу. — И предложение вступить в какое-нибудь движение, чтобы приходить сюда по поводу обсуждения событий из жизни колледжа ещё актуально. — Я подумаю, господин Чон, — аккуратно целует в губы и вновь лижет место, где ранее случайно укусил. Честно, Минги бы с удовольствием прогулял пары, не впервой, но он уже и так непозволительно долго находится здесь. Осталось только выйти на слегка дрожащих ногах из кабинета не с видом полного удовлетворения, а с напускным раздражением, что его снова отчитали за драку. И обязательно пожаловаться одногруппником на то, какой заместитель директора по воспитательной работе дотошный, — но это будет странно, особенно после того, как я отзываюсь о Вас перед своей группой. — Как ты обо мне отзываешься, позволь узнать? — Минги напоследок мажет по его губам и улыбается в непонимающее лицо напротив. — А это уже предлог для следующего разговора, — приторно тянет и шлёпает другого по заднице, — увидимся позже, заместитель Чон, — и, пользуясь чужим ступором, разворачивается на пятках, скользя из кабинета в коридор. Юнхо лишь оставалось сверлить взглядом закрывшуюся дверь и поглаживать место, куда недавно ударил Минги, он, кажется, теперь понимает, почему парню нравится это.