Братство Плотвы

Как вы уже, думаю, знаете, 23 сентября 3018 года ушедшей уже Третьей Эпохи в Овражках, в кабаке "Гребешок и Бородка" Геральта из Ривии, Лютика и скрашивавшую их досуг некую Молли-Солнышко разбудил немилосердный стук в дверь. Ведьмак, выругавшись по-краснолюдски, взял стальной меч и в два прыжка подскочил к двери, приоткрыв её на цепочку. С той стороны стоял молодой парень в плаще дунадана. — Эге, каким-то таким я и представлял ведьмака — даже спит с мечом под матрацем, — съехидничал дунадан. — Я Амдир, послан сюда от Бродяжника. Срочное дело! — Его эльфская зазноба потеряла пуговичку, — мрачно предположил Геральт. — Если бы всё было так просто и весело, — вздохнул Амдир. — Кольценосцы снова объявились на Западе! Нашу заставу на Сарнском броде разметали, как соломенный домик! И что хуже всего — они отправились в Шир! Геральт вспомнил свои встречи с назгулами — и чуть не проблевался. Потом вспомнил, где именно и кто держит у себя Кольцо. И понял, что это значит: — Зараза... - Чёрные всадники рыщут по всему Тракту от Четвудского леса до самой Хоббитании, - рассказывал Амдир, пока ведьмак, оперативно одеваясь, спускался, рассчитывался с трактирщиком и направлялся на конюшню. - И ночью получили мы весть от верного человека из "Забытого приюта", что один из них скачет в эти края. Молвят, стакнулся он с местными лихими людишками из Четвудского леса, которые обещали ему выдать головою полурослика по имени Бэггинс! - Бэггинс? Откуда у них Бэггинс, он же сидит... А-а-а! - вспомнил тут ведьмак, о ком идёт речь. - Может, это Мундо Саквиль-Бэггинс, который вчера как раз уехал по делам через лес? Тогда пусть забирает. - Что с Мундо, что с его тётушкой Лобелией Саквиль-Бэггинсами у Геральта сложилась стойкая взаимная неприязнь. - Страшные речи говоришь ты, Геральт из Ривии, - не одобрил его дунадан. - Даже Мундо Саквиль-Бэггинс, хоть он скряга и паршивый торгаш, не заслуживает достаться кольцепризракам! Одно хорошо - если ты прав, значит, не тот он Бэггинс, о котором нам следует беспокоиться! Геральт и Амдир выехали из Овражек - тихого идиллического городишки со смешанным населением из людей и низушек - и отправились на северо-восток, на южные закраины Четвудского леса, что простирался на север и восток от Бри и Арчета. В землях Бри Четвуд издавна пользовался репутацией пристанища волков и разбойников - его хозяевами считались Чернопустынники, одна из крупнейших шаек, крутившихся в мало-мальски населённых районах Западного Края. Но в сравнении со Старым Лесом или чащобами Троллистой пустоши этот лес - совершенно обычный и в меру светлый - казался туссентским дворцовым парком. Через час с небольшим лес слегка расступился, и показался хутор Кэла Спригли, большой, богатый и хорошо ограждённый. Ведьмак и дунадан думали было туда завернуть, чтобы разузнать побольше о чернопустынниках и их пленнике Бэггинсе, но из-за ворот в них полетели сначала ругательства, а потом и вилы. - Bleadd, - прорычал Геральт, у которого вилы вызывали живейшие воспоминания. Несколько работников с топорами и горящими головнями побежали к ним, но их остановил зычный голос крепкого чернобородого кмета - похоже, это и был Спригли: - Да погодите вы! Вы что, не видите, что это следопыт? А с ним вазьмак, про которого Атли Паукобор рассказывал! - Прости великодушно, Кэл Спригли, что напугали твоих людей, - сказал Амдир. - Думаю, вам здесь докучают Чернопустынники, а мы как раз едем по их душу. - А для этого неплохо бы знать, где у них гнездовье, - добавил Геральт. - К несчастью, не так далеко. Неделю назад они вышибли с фермы Пшеничкинса с сыновьями, Пшеничкинс теперь у нас отсиживается. А ночью к нам заявились, только отсюда мы их выгнали, одного до смерти уходили! - рассказал Спригли. - Только зря вы туда потащились - вас двое, а их десятка три, там вас и закопают на грядках! Разве что вазьмак своей рожей Пустынников распужает! - На это и расчёт, милсдарь Спригли, - ледяным голосом ответил "вазьмак" хуторянину. - Ну, коли вы на них отважитесь - то это вам дальше на восток, за реку! Я уж и в Овражки за подмогой послал, и в Арчет, так что вы держитесь! - проводил Кэл Геральта и Амдира. За рекой лес стал заметно мрачнее и теснее, но уже через час езды ведьмак ощутил запахи похлёбки, конского пота и конских яблок. А ещё через некоторое время появилась замшелая каменная ограда и поросшие лишайником крыши, зазвучал гомон голосов и ржание. Похоже было, что новых хозяев на хуторе Пшеничкинсов стало существенно больше, чем старых. - Думаешь, низушка тут держат? - спросил Геральт дунадана. - Где же ещё? - ответил Амдир. - Хорошо, что стена не больно высокая, и два человека без труда на неё залезут. Спешившись, напарники направились к ограде базы Чернопустынников, но тут ведьмак услышал какие-то едва уловимые шевеления в кустах. Геральт быстро развернулся, выхватывая стальной меч, и увидел крадущегося к нему мужчину в капюшоне дунадана. Второй зашёл Амдиру за спину и приставил ему к груди руку с арнорским кинжалом. Ведьмак решил было, что это какая-то ловушка бандитов и чуть не контратаковал, но тут этот второй сказал Амдиру до боли знакомым голосом: - Неосторожен ты, Амдир! Будь ты орком или Чернопустынником, тут бы тебе и конец настал. - Бродяжник, чтоб тебя, - ухмыльнулся Геральт. - Хоть ты и наследник in exilium и всё такое, но шутки у тебя дурацкие. - Какие уж тут шутки, ведьмак, - ответил вожак следопытов. - Мы с Тораданом идём по следу одного из этих проклятых всадников и обнаружили, что едет он как раз сюда. По счастью, нашёлся способ срезать путь, и теперь у нас есть время, чтобы мордорская нежить не заполучила Бэггинса, кем бы он ни оказался. - Кэл Спригли говорит, что у Пшеничкинса собрались человек тридцать, - предупредил Арагорна Амдир. - А нас четверо. - Зато трое из этих четверых - дунаданы, а один - ведьмак школы Волка, - возразил сын Араторна. Когда вся четвёрка не без труда перебралась через стену захваченного Чернопустынниками хозяйства, Геральт первым делом выдул почти целую склянку эликсира "Пурга" и покрался направо вдоль стены дома Пшеничкинсов, держа наготове стальной меч. В связке с ним шёл Торадан, тогда как Бродяжник с Амдиром избрали противоположное направление. Из-за угла навстречу ведьмаку вышли две обвешанные разнокалиберными клинками наиуголовнейшие хари и, видно, не до конца понимая, на что подписываются, ринулись в бой с криками: "Опаньки, ведьмарь пожаловал! Ща тебя и завалим!". Продержались они против "ведьмаря" под "Пургой" недолго, так что даже участия Торадана не понадобилось. - Никак вы, мля, не научитесь, - сплюнул Геральт, отодвигая обезглавленное тело одного из Чернопустынников в сторонку ногой. Ещё один "пустынник" ловил на птичьем дворе немногочисленных уцелевших кур к обеду и не заметил сверкнувшего у него за спиной клинка Торадана. Ведьмак обезвредил ещё двоих разбойников знаком Аксий и уже собрался вплотную приступить к поискам низушка, но тут на него выбежала целая вереница бандитов - они направлялись к конюшням, где, судя по звукам боя, Амдир и Бродяжник приняли на себя основной удар. При виде Геральта подкрепление приостановилось от неожиданности, и он воспользовался этим, проведя против них агрессивную силовую атаку. Вскоре оставшиеся четверо разбежались кто куда с воплями неподдельного ужаса, а один даже полез на крышу. Часть Чернопустынников вынуждена была отвлечься от боя с дунаданами, чтобы разобраться с ведьмаком, но едва он расшугал вторую большую группу, как услышал крик Торадана: - Я нашёл полуросликов, ведьмак! Геральт обернулся и увидел две клетки, в которых махали руками невысокие плотные фигурки. Выходило, что с "Бэггинсом" бандиты взяли кого-то ещё. Тем временем из хаты Пшеничкинсов вывалились ещё несколько залихватски истрепавшихся головорезов и не менее дико выглядящих девок с ножами. - Задержи их, Торадан! А я займусь клетками - всё равно ключа у тебя нет! Геральт подошёл к амбару, где Чернопустынники держали своих мохноногих пленников, узнал в одном из них - рыжей наглой хоббитской морде - Мундо Саквиль-Бэггинса из Отнорков и заметно поморщился. Его соседка - такая же морковно-рыжая низушка, но в синем платье - пыталась прыгать от нетерпения. - Ну-ка, господа хоббиты, отойдите в сторонку, - деловито сказал ведьмак и сложил знак Аард - вполсилы, чтобы не повредить пленникам. Прутья клеток всё равно эффектно потрескались и поразваливались на части. Геральт протянул Мундо и его товарке по несчастью руки, чтобы вытащить их раньше, чем остатки клеток упадут им на головы. - Спасибо, спасибо, спасибо, мастер ведьмак! - запищала низушка. - Давайте знакомиться - я Селондина Брендибак, что из Брендибаков Бакленда! Я уже боялась, что конец нам пришёл! Эти разбойники — ужасный народ! - Очень вовремя, чтоб вас всех Враг побрал, - ворчал милсдарь Саквиль-Бэггинс. - А то бы пришлось самому спасаться! Теперь вытащите нас отсюда, пока эти мерзавцы не вернулись! Хотели меня продать, как мешок с картошкой! - Кстати, а где все Чернопустынники? - удивился Геральт - но тут почуял запах гари и увидел, что Бродяжник с Амдиром подожгли сеновал, чтобы оттянуть усилия шайки на тушение. Тех, кто ещё пытался драться, троица дунаданов успешно оттесняла к усадебному дому и технично колола клинками. - В общем-то, можно и уходить... - оптимистично начал ведьмак, но тут ощутил резкое дрожание медальона и до боли знакомые оцепенение с холодным потом: - Твою-то мать! На подворье Пшеничкинсов въезжал не кто иной, как самый настоящий назгул со всеми соответствующими магическими эффектами. Дунаданы отступили к полыхающим хозпостройкам, чтобы в случае чего пустить в ход против колдовской твари огонь. - Прячьтесь. Я вас прикрою, - сказал Геральт своим подопечным низушкам и направился было в сторону Бродяжника и компании - хотя он знал, что против кольценосца ведьмачьи приёмы в сущности бесполезны, но бросать их одних против этой нечисти ему как-то не хотелось. Но Чёрный всадник, похоже, всё равно почуял хоббитов, помотав несуществующей башкой под капюшоном и прошипев: - Это не тот Бэггинс-с-с-с! Обманщики! - и тут назгул издал особо отвратительный визг и атаковал следопытов. Геральт и его спутники парировали его удары горящими головнями, держа смертоносный магический клинок кольцепризрака на расстоянии. Тварь, впрочем, не менее искусно маневрировала, не позволяя себя подпалить. - Назад! - делал выпады своим пылающим оружием Амдир. - Возвращайся в тень, падший король! - У тебя нет власти надо мною, молокосос! - прошипел кольценосец и сделал ловкий укол моргульским клинком в подмышку случайно подставившегося дунадана. - Но скоро я получу над тобой власть! - Нет! - воскликнул раненый Амдир. Положение становилось критическим. Торадан мог бы стать следующей жертвой магического оружия, но тут ведьмак попытался обездвижить Чёрного всадника знаком Ирден. Конечно, для кольценосца это было несерьёзно, и тому потребовалось всего-то несколько мгновений, чтобы освободиться от пут. Но Геральту и Бродяжнику их хватило, чтобы подобраться к страховидле поближе и подпалить её чёрный плащ. С печальным визгом подгорелый назгул заскочил на коня и крепко вмазал ему под бока шпорами, покидая ферму Пшеничкинсов с криком: - Проклятое пламя! Но я ещё вернусь, дунадан... За тобой! Постепенно и люди, и хоббиты начали отходить от мордорской чёрной магии, нагнанной кольцепризраком. Геральт, следопыты и освобождённые низушки сгрудились вокруг Амдира. - Ну что же ты! - с упрёком в нерасторопности бросил ведьмаку Торадан. Геральт только зло отмахнулся. - Хорошо... хоббиты... вне опасности. Я рад, - молвил раненый дунадан, осев на землю и скорчившись. Бродяжник рылся в сумке в поисках перевязочного материала. - Надо нам уходить, пока Чернопустынники не опомнились, - сказал ведьмак. - Не...беспокойся обо мне, ривянин. Самая большая опасность... миновала, - продолжал храбриться Амдир. Но его вожак встал на сторону не столько Геральта, сколько здравого смысла. - В лесу трудно нам будет тебя выходить. Доставим тебя в Арчет - тут недалеко. Да и хоббитов заодно, - веско молвил Арагорн. Покидая новое логово чернопустынников, кавалькада слышала в спину крик кого-то из бандитов: - Ничего, сволочи, Гнильсон с севера вернётся с ребятами - задаст вам под хвосты перцу! Ждите нас к ночи в Арчете, ублюдки! Щедро отдаримся - век помнить будете!