Доверься.

Денис устало просматривает шторку уведомлений. Ничего нового, в последнее время пишут только какие-то боты в мессенджерах. Делает затяжку, глядя в советские окна и выдыхая в приоткрытую двухслойную форточку. Снова самые дешевые - то, на что хватило денег. Снова друзья куда-то делись, снова он один, снова курит, снова проблемы и снова ядовитой пеленой накрывается его существование. И это все "снова" преследует уже который год с небольшими мгновениями счастья. Облачно. Но, сука, с прояснениями. Губы томно растягиваются в улыбке. Неужели, все настолько печально? —"Если узнают, что я курю, то мне точно живым не уйти."–тушит сигарету о подоконник, выкидывает на улицу, шумно закрывает эти два слоя из стекла и, немного помявшись в комнате, выбегает из нее, обувается, а затем вылетает на улицу, не забыв прихватить с собой наушники. Заиграла какая-то мелодия какого-то популярного среди подростков исполнителя. От нее стало еще более тошно. Ему захотелось снова взять в рот курево, но осознание того, что он курит чересчур часто не покидало сознание. Не было ни единого шанса на понимание того, куда он идет, поэтому он просто брел в пустоту - туда, куда его приведут ноги. Не хотелось прокручивать произошедшее за сегодняшний день в голове, потому что произошло слишком много и это слишком много огромным гнетом свалилось на денисовы юные плечи. Темень на улице еще больше нагнетала общее настроение, но также было неожиданно, почему ни единого проблеска звезд в городе не было, как и луны, или, хотя бы, месяца, потому что их присутствие всегда сопровождало его в подобного рода ночных приключениях с наушниками и сигаретной пачкой. Понимание пришло через несколько минут, когда капля за каплей заморосил дождь. Сначала ненавязчивый, мелкий, но все это быстро переросло в самый настоящий ливень с грозой. Единственное, что успел Коломиец, так это выругаться. —Блядство! – затем все-таки берет осточертевшую пачку с известным наполнением, достает оттуда сигарету, поджигает и рвано делает затяжки, пока с быстрого шага переходит на бег, в поисках укрытия на время грозы. Одиноко светил фонарик у подъезда жилого пятиэтажного дома, который был построен практически на окраине города и, в принципе, можно было сказать, что в округе он один. Молодой человек, закашлявшись, прибегает к месту назначения - под козырек над крыльцом, поспешно докуривает сигарету, бросает окурок на землю и достает еще одну. Падкость на необдуманные поступки, которые потом плохо на нем скажутся была у него в крови, как могло казаться. Даже сейчас, пообещав себе не брать эту дрянь в рот так часто, он при малейшем провале берет и курит так, словно это - единственная вещь, без которой нельзя прожить ни секунды. Он обречен. Коломиец, прислонившись к стене, скатывается по ней и в итоге оказывается в сидячем положении на сухом из-за непопадания на него дождя клочке земли. Докуривает третью отраву, тушит о свое запястье, морщится от боли, которая впоследствии раздается по телу приятным наслаждением после всего произошедшего и снова оголяет зубы в улыбке. Этот день ему запомнится надолго. Хотя бы этим шрамом на руке. Денис зарывается в ладони, локти складывает на колени и тихо дышит в свои руки, пока отголоски боли еще заставляют брови сузиться к переносице от физически не очень приятных ощущений, которые на фоне моральных ощущались просто божественно и благоговейно. * * * Неизвестно, сколько времени он провел сидя в таком положении, но адский дождь все так же не желал заканчиваться, а Коломиец все так же не хотел возвращаться домой. Наверное, мать с отцом, когда проснутся и поймут, что тот отсутствует дома, будут крайне недовольны. Но кого это волнует? Единственной потребностью сейчас было продолжать так сидеть, потому что Денису уже стало относительно комфортно в таком положении тела, но неожиданно, часа в четыре утра, дверь подъезда соизволила отвориться с характерным прерывистым писком через каждую секунду. Сначала блондину показалось, что это, возможно, какой-то житель дома рано поднимается на работу с окраины довольно большого города, например, мужчина средних лет или какая-то женщина, работающая в столовой на центральной улице, но потом оказалось, что это какой-то привлекательный молодой человек, относительно ниже блондина, как тому показалось, который вышел просто, чтобы постоять и посмотреть на происходящее вокруг. Теперь атмосфера стала неловкой. Хотелось бы взять и убежать, но что-то в нем было такое манящее, отчего хватало сил лишь на то, чтобы молча разглядывать. Прежде чем Денис успел даже подумать о таком, на него уже уставилась пара зеленых глаз, которая прямо вопрошала: —Привет, а ты чего здесь делаешь? Не видел тебя раньше,–и только потом оказалось, что вопрос был задан наяву, но чтобы это осознать понадобилась примерно половина минуты. Очнувшись, Коломиец ответил: —А, привет, извини, просто дождь пережидаю. Я в принципе здесь и не был никогда, так что ты, наверное, не мог меня видеть...–реплики давались довольно трудно, потому что к таким резким социальным взаимодействиям судьба его не готовила и в принципе он не ожидал, что в такую одинокую ночь кто-то с ним заговорит. Незнакомец, промычав, выдает: —Понятно. Я Илья, будем знакомы?–затем достает пачку дорогих сигарет, поджигает и закуривает. Он это делал как-то по-особенному: затягивался прям чересчур сильно и чуть не глотал этот дым, как ненасытный. Мазохист, что ли?—Будешь курить?–внезапно прозвучал вопрос немного севшим голосом. Денис немного обдумывает эту затею, потому что это будет четвертая. А затем соглашается. Встает рядом, берет из рук того сигарету и снова пускает струйки дыма. Она была намного приятнее, чем его, но и стоила, естественно, дороже, отчего наслаждение могло продлиться всего лишь одну никотиновую палочку. —Я Денис, забыл сказать. —Чего?–видно, тот не расслышал. —Денис я!–отвечает светловолосый, пуская Илье в лицо дым. Последний смеется, выдает короткое "понял" и делает рукой манящий жест: —Пойдем, чего на улице будем стоять? Там и пообщаемся.–в принципе, можно было и отказаться, но Коломиец отчего-то не захотел этого делать и расставаться с новым знакомым, хотя и говорить и вообще доверять желания не было. Парень отворачивается так, чтобы Илье не было видно его руки, снова тушит сигарету о запястье, ловит волну боли, говорит "пошли" шипящим голосом и заходит в подъезд, после чего дверь с шумом запирается на магнитный замок. Неудивительно, лифта тут не было, поэтому на четвертый этаж подниматься приходилось пешком. Новый знакомый не выражал никакой усталости от подъема, а вот Денис... Он готов был распластаться прямо на полу, но единственное, что у него получилось, это постоять и отдышаться. —Что, по лестницам не ходил никогда?–с насмешкой в голосе выпалил зеленоглазый молодой человек. —Бля, отстань. Оправдываться не буду,–закатывает глаза и все равно, как зачарованный проходит в квартиру. Илья, улыбаясь, отвечает: —Ладно, извини. И на данный момент их диалог заходит в тупик, потому что Коломийцу захотелось рассмотреть квартиру шутливого парня. Плитка на полу, мебель довольно дорогая, комнаты две. Спальня и гостиная. А еще кухня-столовая и по нарастающей. Все как у людей. Несмотря на хозяина, у него дома было довольно уютно, по крайней мере, не как у него. Да и ремонт относительно новый, лет пять-семь. Даже стеклопакеты есть. Илья приглашает на кухню, Денис послушно проходит, они садятся за стол друг напротив друга и хозяин квартиры заводит диалог. —Ну, рассказывай, чего ночью по городу шастаешь?