Но дай мне сигарету

- Что-то не так... - говорит она, перезаряжая кольт. Я привык слушаться её и её интуицию, но повыпендриваться же надо. - С чего ты взяла? - я смотрю в её напряжённое лицо, глаза цвета льда обеспокоенно бегают, пухлые губы сжаты, а непослушные волосы она убирает пистолетом, конкретнее, глушителем. Дело дрянь. - Стреляют новички, совсем зелёные. Они мажут пиздец. Бывалые стреляют по объектам. Это ловушка, - говорит она, смотря куда-то под ноги. Она права. Права во всем. Хотели бы они нас прикончить, не дали бы так долго прятаться за деревянным коробом с наркотой. - Прикрой меня. Они пытаются загнать нас в единственную комнату на этом чёртовом складе, - сказала она, поднимаясь на корточки. - С ума сошла? - Не то. Отвлеки их. Ты прав, если это ловушка, лучше, чтобы только один повёлся на их игру, и то незаметно. - Дура... - я успел кинуть это только ей в след. Дальше мне пришлось отстреливать пушечное мясо, пока Тень Лондона убирала тихо бывалых, без крови, криков и выстрелов, пробираясь в подсобку. Я почти заснул, пока не хлопнула дверь о стенку и в ход не пошёл второй пистолет. Тогда я уже не успевал спасать эту бестию. По её утонченному азиатскому лицу ходили желваки, брови и переносица сошлись в бешенстве, сродни только тиграм, в глазах, как в бокале виски, плескался гнев и огонь с безумием. И как только живых противников на складе не осталось, она рявкнула: "В машину! У них Нико" *** - Полицейский рапорт по делу номер 1982. Офицер Роул. Допрашиваемый, представьтесь, пожалуйста. - Фридрих Скотт... - полуживым голосом, сказал избитый мужчина, заливая стол кровью из носа. - Хорошо, Фридрих. Вы имеете право... - на руку легла изящная ладонь моей напарницы. -...хранить молчание. Вы имеете право запросить адвоката и говорить, только при нем. Всё, что Вы скажите, будет использовано против Вас в суде... - Эй, папаша... Пока эта полицейская шлюха здесь, твои приколы не будут работать. Она вытянет из меня информацию по другому один хуй, либо до смерти замучает. - Поэтому ты и здесь, ублюдок. У тебя есть шанс выжить здесь и скосить себе срок за сотрудничество, - я снял очки и потёр переносицу. - По договорённости с мафией Горных ведьм, о допросах, касающихся их, на данном допросе присутствует Дон, известная, как Тень Лондона. Итак, Фридрих, расскажите, что было? - Я лучше сдохну. - Как пожелаешь, - азиатка начала ходить за спиной допрашиваемого. - Знаешь, одна из казней Горных ведьм выглядит очень изощренно. Нет, мы, как и все можем заживо закопать, застрелить, избить до смерти, задушить и так далее...но у нас есть поедание стекла, иглоукалывание, распятие... Ооо, это моё любимое. Распять человека и по немногу срезать куски плоти, под палящим солнцем, и осиным гнездом на вершине креста... - весь рассказ она крутилась изящную бабочку в руках с бензиновым расцветом. Удар, нож между пальцами на столе. Она спускается к его уху, свободной рукой интимно поглаживая затылок мужчины, и развратно шепчет: - Ну, что? Мы будем говорить? Парень был ошарашен от такой перемены настроения Дона ведьм. Он в ужасе смотрел, как Тень забирает нож, развратно поглаживая лезвием его руку. Он закивал, пока бабочка не добралась до его горла. - Хороший пёсик, - в своей манере говорит она. - Я...я правда ничего не знал. Мне приказал Дон, выкрасть вашу дочь. Я не навредил ей, честно. Ситуация на складе была отвлечением и "чисткой". Вашими силами он убрал изменщиков. Но теперь только я остался жив из всего Белого дракона. - Зачем ему нужна была Нико Роул? - "Отомстить бывшей" - это дословная цитата, - ответил мальчишка. - Белый дракон значит... - я с непонимание смотрел на неё. - Я позже тебе объясню. Отпусти мальчишку. Ему достаточно побыть невыездным и исправительных работ годик. Я поговорю с судьёй. *** - Мама! - малышка с азиатским личиком, набросились на Тень. - Карделия... - позвал я Тень. - Идемте. Сильно испугалась? - она подхватила малышку пяти лет на руки и понесла до машины. - Нет! - отрезала малышка. - Вся в тебя, - умилился я. Мы сели в машину и стали ждать. Кард ездила по кольцу, пока Нико не уснула. - Подожди, - тормознула мои попытки что-то сказать, Карделия. Она подняла перегородку от пассажиров. - Дон Белого дракона не мой бывший. Нас было трое. Я - старшая сестра, наследница. От меня требовалось хорошо учится и не только в школе. Все шрамы на спине - каждая двойка, неповиновение, нежелание или плохое поведение. Анна - младшая, умерла от рака через 5 лет от своего рождения. Виктория - средняя сестра, подстилка. Её пытались подкладывать под друзей отца. Если хоть одному не понравиться, её избивали. А знаешь почему я это знаю? Я ложилась вместо неё, я же получала вместо неё. Она умерла год назад от передозировки от ужаса, что пережила. - Белый дракон, - напомнил я. - Под дона Белого дракона меня клали на почти год. Я забеременела, но он любил избивать меня и... - Выкидыш... - понял я. - Да. Я хотела убить его. Но ошиблась с чашами и отравила его брата. - Хорошо... Так он мстил за брата? - За сына. На брата ему было плевать. Я была беременна его сыном, а что он вызвал выкидыш - ему невдомек. Дальше ты знаешь... - Ты убила отца, заняла его пост и встретила меня. - И родила самое лучшее, что у меня есть. - Можно вопрос? - Мы расстались и ребёнка я оставила тебе, потому что была не спокойная обстановка в группировке, риск для ребёнка, моё не стабильное состояние... Ребёнок не должен расти в таких условиях. - Но сейчас же все устаканилось? - Я знаю, Виктор, я знаю. Я все ещё люблю тебя, а в Нико я вообще души не чаю, но... - она выдохнул, тормозя на светофоре. - Но? Что но? - я не психую, говорю спокойно. - Все знают, что тронь малышку Дона Горных Ведьм и увидишь, как твоё дело, твою семью и тебя сотрут в порошок. В Горных Ведьмах все полягут ради Дона и её семьи. Нет тех, кто будет крысить, потому что расправа ужасна. Но я не могу. Не могу доверять, не могу подвергать Нико опасности, в том числе и от себя... Я срываюсь, кричу, я много плачу и плачу по счетам. Когда дело касается работы, я холодна ко всем. Проблема во мне... - она нажала на газ, выезжая на безлюдную дорогу. - Кард... - сказал я мягко и осекся, ужесточая голос. - Прижмись к обочине. - Сукин сын... - прошептала она, следуя указаниям. - Знаешь, где надавить... - Кард, ты лучшее, что случалось со мной. Ты ополоумевшая дура, которая нагло своровала моё сердце и душу. Но именно ополоумевшая дура смягчается с малышкой. Давай попробуем заново? Нет, не так... Выйди из машины. И она вышла. Она выглядела в тусклом свете луны потерянной, на грани слез. Она не знала, что делать. А я расцепил замок рук на её груди и опустился на одно колено, доставая кольцо. Простенькое кольцо с незамысловатой геометрией и гранатом, без коробочки даже. - Стань моей женой. И я клянусь, что как бы тебе не было плохо, сложно или неуютно, я сделаю все, чтобы помочь, успокоить и защитить. Я проживу это с тобой и с Нико. Я воспитан с тобой Нико. Клянусь, что не предам тебя и Нико. Я увидел, как блестят слезы на её глазах. Она давно отбросила мечты о нормальной жизни и явно не ждала этого, но так мечтала... Она судорожно закивала, сдерживаю слезы, я не стал медлить. Переплёт свои пальцы с её, на одном из которых красовалось колечко, я встал, притягивая её в объятья, давая наконец зарыдать от боли, что копила в себе. И через рыдания, я услышал одно: - Ты исполнил мою мечту. Я буду твоей. Я верю. Но дай мне сигарету...