Грязный холст

«Убирайся!» — кричу я и понимаю, что это моя новая ошибка. Кажется, скоро придется вести дневник. Моя жизнь — это полотно, заполненное дырками, кляксами и нерастушёванными тенями. Я ужасный художник. У меня было всё, чтобы моя картина оценивалась в миллионы, но я всё потерял… Обученный учитель и лучшие краски. Мои кисти сделаны из самых качественных материалов, однако никто не учёл, что у меня кривые руки… Драки, ссоры, падения, расставания, предательства. Итог: кровь, срывы, раны, боль, недоверие к людям. Это то, о чём я рассказывал до этого. Полотно — жизнь каждого из нас. У кого-то оно рвётся в самом начале, надрывается, на нем могут стоять пятна, но он его склеивает или закрашивает. Я знаю многих людей, у которых выходит полноценная картина. Но я не из их числа, моя вам не понравится. Она скорее похожа на современное искусство. Со стороны это выглядит, безусловно, отстойно. Пока мои друзья учились и получали новые знания, я блевал под мостом с очередной подружкой. Ох уж эти обещания больше не пить, эти клятвы… Однако, я снова валяюсь в стельку где-то около трассы. Но знаете, так бывает. Ты идёшь по своей кривой плохо асфальтированной дороге и вдруг видишь чистую, новую, всё ещё чёрную от смолы, не замызганную пылью… Воздух на ней свеж и не пахнет выхлопными газами. Но ты остаешься старой. Разве ты можешь её бросить? Разве тебе не страшно вступить на эту чёрную бездну? Ты не уверен, что она готова к использованию. Ты не уверен, что твоя обувь достаточно чиста для этой кристально чистой белизны. Так, ты и остаёшься на своей. Ждёшь, когда на ту кто-то придет, а потом тебе не хватает места и ты продолжаешь свой путь. Свой потерянный путь, который начал много лет назад и лишь утешаешь себя, что первые людей 20 испачкали ботинки в мазуте и больше их никогда не отмоют, но они начали другой путь… История знакома многим, я не особенный, я лишь один из тысяч. Во мне в принципе никаких особенностей нет, не то, чтобы мне это мешало, мне скорее плевать. Мою новую подругу зовут Саша. Почему новую? Да потому что они у меня долго не задерживаются. У меня отвратительный характер. Хотя мои подруги тоже особой милостью не отличаются. Попытки выдавать себя сладкими конфетами превращаются в приторный торт из вареной сгущенки, карамели, шоколадных коржей, а сверху конфеты и, обязательно, мастика. Та самая, после которой у вас цветной язык. Убийственное сочетание. Некоторым нравятся такие тортики, но это ненадолго, со временем, мы отдаём предпочтение нежному суфле, творожному чизкейку, сливочному трайфлу или прохлаждающему парфе. Человек с противным характером, как лишние килограммы — приходит легко, а уходить никак не хочет. Тем не менее, мы подружились. Некоторые взгляды на вещи у нас совпадают, мы вместе тусим и шляемся по заброшкам, прыгаем с крыш и бросаем в людей шарики, наполненные водой. На удивление, у меня нет ни малейшего предположения, сколько она ещё продержится. Порой я даже угадывал дату, когда буду послан, но она исключение. Хотелось бы сказать, что она меня влечёт и симпатична мне как девушка, но это не так. Саша — бесполый объект с незаурядной внешностью и философскими темами, когда пьяна или лишена рассудка после @@@@@ или @@@@@, бредит галлюцинациями и домогается до прохожих. Предлагала присоединиться и мне. Проба из интереса закончилась неудачей, я потерял куртку и оказался в участке. Однако держать меня долго не стали. Ума не приложу почему их заинтересовал парень в равных джинсах, орущий песни Земфиры и домогающийся до девушек лёгкого поведения, разделявших с ним клетку. А ведь меня почти взяли в бизнес! Там всё решалось одним звонком Арсенчику и описанием моей внешности. Теперь знаю, что меня хотят мужчины за 35 и бабушки за 65… Отвратительно. Было это спасением или неудавшейся любимой профессией судить не могу, деньги предлагали солидные. За решеткой мне не понравилось. Там, конечно, спокойно, тоже своеобразные «философы» сидят, но угнетения Саши мне нравятся больше. Кстати, а где она? Кажется, мы разминулись после 6 или 7 растворившейся таблетки. Разминулись или я ушел в неизвестность? Неизвестно. На улице стоит туман, достаточно темно и омерзительный теплый свет, ненавижу его, но менять лампочки фонарей я не собирался. Во-первых, «поменять», в моём понимании, значит избавиться от них броском небольшого камня. Во-вторых, такой жест доброты окружающие не оценят по достоинству. В-третьих, вновь за решеткой оказаться желания нет. Пойду домой