Долго и счастливо?

— У моей сестры сегодня метка появилась. — Да? — Ярик поднял голову от учебника по алгебре и осторожно скосил взгляд на сидящего рядом друга. — Ага. Утром. Везёт же ей. Сейчас ещё неделю будет дома сидеть. Сериалы смотреть вместо учёбы. А вот бы эти метки не в восемнадцать лет появлялись, а пораньше. Ну, чтобы можно было официально школу прогуливать и контрольные пропускать. — Надеюсь, моя появится, когда мне восемнадцать будет. Ты представь, если соулмейт младше? А если на несколько лет? С ума можно сойти — жить годами и не знать, когда встреча. — Ты хочешь найти своего? — Это же соулмейт! Кто же не хочет? *** — А если метка появится? — Позвоню в агентство, улажу дело и засяду целую неделю играть. — Реально, Саш? Охотников натравишь? — Я не готов, что моя жизнь будет зависеть от кого-то ещё. Долго и счастливо? Умерли в один день? А если не долго и счастливо? Болезни, несчастные случаи, опасные профессии, проблемы с башкой… Если умирать, то потому, что твоё время. А не потому, что с кем-то левым что-то случилось. *** — Ярослав, закончил уже? Подожди минутку, разговор есть. У тебя ведь завтра день рождения? Восемнадцать? — Ага… — кивнул Ярослав, оборачиваясь к начальнику. — Завтра. — Возьмёшь неделю отгулов? — А оплачиваемых? — Нет. — Понятно, — кивнул Ярик. — Спасибо. *** — Вы точно уверены? — голос звучал совершенно буднично. Несмотря на то, что решение обезопасить свою жизнь, заранее избавившись от соулмейта столь жестоким способом, Саша принял много лет назад, сейчас, когда дело, наконец, дошло до активных действий, он чувствовал себя весьма паршиво. — Вы понимаете, что после перевода денежных средств и подписания договора, он вступает в силу незамедлительно? Согласно государственным законам и нашим правилам, вы уже не сможете ни изменить своё решение, ни вернуть деньги в случае неудовлетворительного результата. — Да, понимаю. И надеюсь, что за такую сумму результат будет удовлетворительным. — У нас лучшие специалисты. Срок действия обязательств — неделя от момента появления меток. Саша отложил телефон, поставил подпись и решил судьбу незнакомца, которого ему предназначила жизнь. *** — Казьмин, ты идиот? — шипел Саша себе под нос, перетаскивая рабочий компьютер в машину. — Три дня ещё не потерпеть? А если там не студент какой-нибудь, а сын олигарха? Сдохнешь по собственной глупости. Ну, помер комп, почитал бы книжки, пожил бы без игр, поспал бы, в конце концов. Или дождался бы утра, заказал бы новый с курьером. Нет, надо было из дома высунуться. Огребёшь — не жалуйся. *** Ярик бежал, спасая свою жизнь. Было холодно, тротуары блестели в свете фонарей от капель осеннего дождя. Центральный проспект, столь многолюдный вечером, сейчас практически опустел. Редкие прохожие не давали возможности затеряться в толпе, магазины и кафе уже закрылись. Ярик хотел остановиться и отдышаться хотя бы пару минут, но его преследователи были слишком близко. Он резко свернул за угол, вздрогнув, когда пуля, выпущенная из пистолета с глушителем, царапнула стену в нескольких сантиметрах от его головы. Работа курьером приучила его передвигаться много и быстро, но сейчас, выныривая на очередную пустынную улицу, Ярик чувствовал, что силы заканчиваются. Отчаянно хотелось наткнуться на проезжающее мимо свободное такси. Или на машину, водитель которой будет достаточно человеколюбив, чтобы остановиться. Вдруг из-за поворота, словно ответом на его мольбы, показался черный Мерседес. Ярик рванул наперерез и буквально впечатался в капот затормозившей машины. Подняв голову, он посмотрел на водителя. Его взгляд пересёкся со взглядом напротив, и Ярик почувствовал, как появившуюся четыре дня назад метку обожгло огнём. Он нашёл его. Своего соулмейта. Который хотел его смерти. *** Саша проехал уже почти половину пути до дома, когда ему под колёса бросился какой-то ненормальный. Резко ударив по тормозам, он беспомощно наблюдал, как машина медленно приближается к парню и тот падает на капот. Саша надеялся, что машина успела остановиться, что он не ранил человека, с такого близкого расстояния кажущегося совсем мальчишкой. Он потянулся, чтобы открыть дверь, когда парень зашевелился и, подняв голову, посмотрел прямо на него взглядом, в котором отчаяние быстро сменилось какой-то совершенно нечитаемой эмоцией. Саша почувствовал жжение в том месте, где была метка. Вдруг парень отвёл взгляд, резко дёрнулся всем телом, пытаясь подняться, и в панике оглянулся назад. Проследив за его взглядом, Саша увидел чей-то высокий силуэт, скрывавшийся в тени здания через дорогу. Силуэт пошевелился и медленно поднял руку, в которой что-то угрожающе блеснуло. — Казьмин, а ты и в самом деле идиот, каких поискать, — обречённо простонал Саша. — Что там говорится про не рой яму другому? Получи, распишись. Распахнув дверь, он выскочил наружу, рывком стащил парня, который вдруг растерял весь свой боевой настрой, с капота и швырнул его внутрь машины, грубо подпихнув коленом. Разобравшись в руках и ногах, тот переполз на пассажирское сиденье и испуганно вжался в спинку. В стекле тут же образовалось отверстие, от которого поползли трещины. — Голову, — прорычал Саша и, выжимая педаль газа, рванул вперёд. — Два месяца! Машине два месяца и ни одной царапины! Попетляв, чтобы убедиться в отсутствии слежки, Саша свернул к дому. На подземной парковке он посмотрел на нового знакомого: — Сейчас мы идём ко мне домой, я выделяю тебе комнату, где ты отсиживаешься оставшиеся три дня, а потом сваливаешь в закат. И дальше живёшь такой тихой и благоразумной жизнью, чтобы у меня не было ни малейшего соблазна тебя найти и упечь в комнатку с мягкими стенами и круглосуточным присмотром. Понял? Ярик, стараясь не показывать своих чувств, молча кивнул. Он ещё час назад понял, что его соулмейт нанял охотников, чтобы от него избавиться, но сейчас, лицом к лицу, осознание ранило больнее. Когда лифт остановился на верхнем этаже, Саша вышел и пошёл вперёд, предоставив Ярику плестись за ним. Прежде чем открыть дверь, Саша смерил его сложным взглядом. Покачав головой, он вошёл в квартиру, включил свет и направился к мини-бару. Взяв бутылку коньяка, он небрежно плеснул его в два стакана. Ярик зашёл следом. Ступая по мягкому ковру, он крутил головой, рассматривая огромную квартиру. В обе стороны от входной двери уходили коридоры со множеством дверей. Перед ним была полукруглая уютная гостиная, к внешнему виду которой приложил руку модный дизайнер. Саша неспешно подошёл к нему и протянул один из стаканов. — Ну, за знакомство, раз уж так, — сказал он, отпивая пару глотков. — Зовут тебя хоть как? — Ярик. — Я — Саша. Раздался хлопок. На секунду они оба застыли на месте, смотря на осколки бокала в руке Ярика. Саша, в последнее время обнаруживший в себе необычно сильную мотивацию к спасению чужой жизни, быстро пришёл в себя. — За диван! На пол! — прошептал он, толкая Ярика в спину. — Номера. Конечно. Они отследили адрес по номерам. Поэтому и погони не было. Оглядевшись в поисках оружия, Саша поднял с пола тяжёлую вазу и погасил свет. Он напряжённо прислушивался, пытаясь определить, есть ли в его квартире кто-то посторонний, или выстрел был сделан снаружи. Через несколько мучительно долгих секунд раздались чьи-то приглушённые шаги по паркету в коридоре. Саша медленно двинулся вдоль стены в их направлении и, дождавшись, когда тень окажется в комнате, поднял вазу повыше и изо всех сил опустил её на голову незваному гостю. Раздался звук разбивающегося фарфора, звон осколков, сдавленный крик и глухой стук от падения тела. А затем начался хаос. Послышался торопливый шорох ещё нескольких пар шагов, за которым, казалось, со всех сторон последовали звуки чего-то бьющегося и ломающегося. Лучи фонариков плясали по стенам, сдавленные ругательства перемежались стонами, парой приглушённых хлопков и очередным оглушительным звуком разлетающегося на кусочки стекла. Вдруг стало тихо. Ярик слышал только чьё-то дыхание. Судя по тому, что он был жив, его соулмейт был в порядке. Вдруг его схватили за руку, и Ярик чуть не заорал от испуга, но вовремя опознал в темноте знакомые черты. Саша потащил его к выходу. Они были у самой двери, когда у них за спиной что-то хрустнуло. Саша рванул дверную ручку и вытолкнул Ярика вперёд, загородив собой дверной проём. Яркий свет ударил по глазам, сзади кто-то практически навалился на него, и спину обожгло резкой болью. С шипением схватившись за рану, он рванулся вперёд, вывалился из квартиры, захлопывая дверь, и, подхватив Ярика, побежал с ним к лифту. Адреналин приглушал чувство боли, но по быстро появившимся перед глазами мушкам Саша понял, что кровотечение было довольно сильное. Оказавшись на подземной стоянке, он подтолкнул Ярика к неприметной серой машине: — Водить умеешь? Ярик замер. — Это не сложно, — сказал Саша, не давая возразить и запихивая его на водительское сиденье. — Газ справа, тормоз слева. Дальше разберёшься. — У тебя кровь? — Ярик дёрнулся вперёд, когда Саша потянулся к навигатору. Оттянув воротник куртки и футболки, он увидел порез. — Могло бы быть и хуже. А так вскользь немного задели. — Надо в больницу. — Слушай, Ярик, — Саша вздохнул, вбивая адрес, — у тебя на лбу мишень. И ещё одна на спине. Если ты сейчас покажешься в общественном месте, обратно мы уже не выйдем. Здесь, — он ткнул пальцем в навигатор, — должно быть безопасно. Это дом моего знакомого. Он врач. Там есть нужная аптечка. Доедем — разберёмся. Гони, давай. Добравшись до указанного адреса, Ярик увидел высокую кирпичную стену с автоматическими воротами. Саша, промолчавший всю дорогу, выбрался из машины, ввёл код на наружной панели, и створки ворот медленно разъехались в разные стороны. Загнав машину во двор, Ярик выскочил из неё и подбежал к Саше, тяжело опирающемуся на стену. Закинув его руку себе на плечо, он покрепче приобнял его за здоровый бок, и, на ногах, подкашивающихся от навалившейся на него тяжести, потащился к небольшому коттеджу. — Саш, ты только сознание не теряй, пожалуйста, — попросил Ярик. — Не кипешуй, — ответил он, падая в ближайшее кресло. Ярик помог ему раздеться. — Там…? — Порез. Глубокий и длинный. Ещё немного кровит. — Ясно, — кивнул Саша. — Аптечка в ванной в шкафчике над раковиной. Неси сюда. Когда Ярик вернулся, Саша рассматривал рану в зеркале. — Спасибо. Ещё полотенца. Я буду на кухне. Обнаружив стопку полотенец, Ярик отправился искать Сашу и испуганно застыл на пороге. — Тебе придётся мне помочь, — сказал Саша. — Порез надо промыть и зашить. — Я не умею, — ответил Ярик, стараясь не смотреть на иглу, лежавшую на столе. — Давай вызовем скорую. Надо в больницу. Ты поедешь один. — Я не знаю, насколько хороший у этих ребят доступ к информации. Они знают, что я ранен. Вдруг они определят, откуда сделан вызов? А сам я до больницы не доеду. Просто нет выбора. Иди сюда. Вздохнув, Ярик подошел к столу, взял полотенце и, смочив его, принялся смывать засохшую кровь. — Десять миллионов, — пробормотал Саша, вздрагивая от особо болезненного прикосновения. — Я заплатил им десять миллионов, а они не смогли найти хотя бы одного человека, способного попасть в цель. А ещё лучшим агентством себя называют. Саша почувствовал, что руки, прижавшие к ране полотенце, дрожат. Он обернулся, но Ярик стоял боком и низко наклонив голову. Его длинные волосы падали на лицо. — Эй, ты там что, ревёшь? Ярик, не в силах произнести ни слова, резко покачал головой, отчаянно стараясь совладать с эмоциями. — Ревёшь, — вздохнул Саша. — Ну, я сволочь. Ничего, вон… Можешь сделать мне вышивку на спине на все десять миллионов. Не стесняйся. Ярик шумно вздохнул. — И что тебе дома-то не сиделось? — спросил Саша. — Все знают главные правила безопасности. Появилась метка — отсидись неделю в надёжном месте. Ты куда попёрся? — На работу, — почти ровным голосом смог ответить Ярик. — Терять четверть месячного дохода… это слишком много. Я так не могу. Я просто… я понадеялся… что кто бы ты ни был… А потом появились эти охотники. А ты сам почему вышел? — У меня комп сломался на самой интересной миссии. Я, как последний придурок, поехал за рабочим. — А я рад, что так. — Ещё бы. Хоть кому-то хорошо. Ярик взял иглу. — Я осторожно, — сказал он. Когда игла проткнула кожу, Саша напрягся и втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Прости, — пробормотал Ярик, замирая. — Я не специально, честно. Я просто не знаю как, чтобы меньше болело. — Просто давай скорее заканчивай. Проклиная собственную глупость, Саша попытался отвлечься, но получалось плохо. После очередного стежка, шипя и ругаясь, он зацепился краем сознания за ощущение чужих пальцев на своей спине. Они медленно продвигались ниже, обещая скорое окончание мучений. Сосредоточившись на этих аккуратных прикосновениях, Саша почувствовал, как по щекам потекли слёзы. — Всё, это был последний, — как сквозь плотный туман в его сознание проник слабый и чуть дрожащий голос Ярика. — Только пообещай мне, что, как только всё это закончится, ты обязательно съездишь в больницу. Он закрыл неумелый шов стерильным бинтом, надёжно закрепив его пластырями и, пошатываясь на ватных ногах, со вздохом облегчения отступил назад. Когда Саша повернулся, то увидел, что и без того худое и бледное лицо Ярика совсем заострилось и приобрело зеленовато-серый оттенок. — Спасибо, — сказал Саша, осторожно поводя плечом на пробу. Всё ещё было больно, но хотелось верить, что прямо сейчас рана не представляла серьёзной угрозы. — Иди наверх, найди себе какую-нибудь комнату, отдохни. Вон рассвет уже, а мы так и не легли. Ты устал, наверно. — Хорошо, — отрешённо кивнул Ярик, тщательно смывая с рук кровь. — А ты? — Уберу всё и спать. — А ты сам точно справишься, Саш? — Точно. Ярик кивнул и поспешно вышел. Саша потратил на уборку больше времени, чем требовалось, пытаясь собраться с мыслями. Запустив стирку, он вышел в коридор и посмотрел в сторону комнаты, откуда доносилась музыка. Постучав, он не дождался ответа. Он не представлял, какие слова подобрать. — Ярик… Спишь? — Саша ткнулся лбом в закрытую дверь. Он тяжело вздохнул. — Знаешь, я не особо умею просить прощения. И не уверен, что вообще имею на это право. И что вообще можно простить то, что я сделал. Не буду говорить, что поступил бы по-другому, если бы мог повернуть время назад. Но сейчас… Чёрт… это нелегко. Я не понимаю, что должен сказать. Что хочу сказать. Я даже не знаю, слушаешь ли ты меня. И ты ведь вправе не слушать. Вправе на меня обижаться, бояться, ненавидеть, запираться и… — Не заперта, — прозвучало из комнаты так тихо, что эти слова легко было вообще не услышать. — Что? — не доверяя себе, спросил Саша внезапно севшим голосом. — Дверь… Она не заперта.