Миг непривычного счастья

В комнате царила тишина, из открытого окна доносились лишь звуки падающих капель дождя, что разбивались о твердую поверхность земли. Обычный человек, зайдя в комнату, сразу бы почувствовал насколько в ней холодно, по коже сразу побежали бы мурашки от утренней прохлады, что ненавязчиво веет из окна, но не Фремине. Из будильника слышится тихая мелодия, но ее вполне достаточно чтобы разбудить юношу ото сна. Не открывая глаз, он протягивает руку к уже выученному месту и выключает его. Вставать всегда сложно, особенно когда спал какие-то три часа, но Фремине не хочется видеть никого с утра, поэтому он пересиливает себя и медленно переходит в сидячие положение, попутно пытаясь разлепить веки. Часы показывали пол пятого утра, значит весь дом еще должен спать, а у него есть пол часа на то, чтобы собраться и выйти из дома до того, как успеет кого-либо встретить. Не успевает парень поставить босые ноги на пол, как его обволакивает приятный холодок, будто обнимая. Довольствуясь свежим воздухом из окна, он приводит себя в порядок, пижама сменяется на привычный водолазный костюм, куртку и обувь. Смотря в зеркало, Фремине в очередной раз разочаровывается сам в себе. Небольшие синяки под глазами, которые подчеркивает бледная кожа, обкусанные тонкие губы, глаза… Глаза как раз наоборот выглядят лучше, чем все остальное. Лини часто говорит что у него очень красивые черты лица, которые отлично подойдут для выступлений на сцене, на что младший только отмахивается. На самом деле так говорил не только он, «Отец» тоже упоминала что у юноши глаза глубокие, как океан, в них можно смотреть бесконечно долго, но так и не понять откуда там столько тоски, возможно лишь утонешь в процессе. Фремине тогда отвел взгляд куда-то в сторону, пытаясь понять что она хотела этим сказать, а сама женщина еле заметно улыбнулась и ушла. Он в тот момент долго обдумывал ее слова, ведь «Отец» редко когда говорила с ним так. Закончив рассматривать себя в зеркале, водолаз исправляет возникнувший на голове после беспокойной ночи беспорядок (хотя прибраться в голове тоже бы не помешало) и на носочках выходит из комнаты. Юноша встает в такую рань далеко не впервые, ведь желания каждое утро встречать новый день с «семьей» у него нет, как и нет смысла с самого утра тратить социальную батарейку. Несмотря на довольно массивную обувь, шаги у Фремине тихие, еле слышные, бесшумно передвигаться давно вошло у него в привычку, так что услышать его ухода никто не… — Фреми, ты что, даже такой важный день хочешь провести в одиночестве под водой? …должен. Лохматая макушка старшего брата показалась из-за дверного проема его комнаты. К сожалению, уйти как всегда незамеченным не получилось. — Ох, прости что разбудил тебя, — виновато проговаривает младший, заводя руки за спину. — День сегодня вроде обычный?.. — Нет-нет, ты тут не при чем, — не обращая внимания на последнюю фразу, махает он руками, а водолаз сразу понимает, что, судя по всему, Лини снова не спал всю ночь, утопая в своих мыслях, о которых никому не хочет рассказывать. — Постарайся сегодня сильно не задерживаться, ведь вечером у нас с Линетт репетиция и твое присутствие было бы весьма кстати, ты же не откажешь? — Вы же недавно уже выступали? Нет, мне, конечно, не сложно, просто… — Я рад что ты не против. Мы выступаем на заказ, он срочный, поэтому и готовиться надо быстрее, — на чужом лице виднеется улыбка, а чуть прикрытые глаза выдают сонливость. — Пойду-ка я приводить себя в порядок, а ты постарайся быть аккуратней. Фокусник скрывается за дверью, а Фремине чувствует как от чужих слов сквозит ложью, но зачем Лини врать о грядущем представлении? Не найдя ответ на свой вопрос, он решает поверить брату на слово и наконец выходит из дома. Пока юноша собирался, дождь уже успел прекратиться, оставив после себя только лужи и легкий запах свежести. На улице только-только начало светать, но парню это было только на руку, ведь темные пустые улицы города были намного комфортнее, чем переполненные кучей людей, которые так и норовят куда-то тебя толкнуть. Но сейчас людей нет, так что можно не торопиться, а просто насладиться одиночеством и влажным воздухом, что ненавязчиво дует в сторону моря, будто подгоняя водолаза поскорее окунуться в его объятия.

***

Голые стопы чувствуют твердый и влажный после дождя песок, это вызывает приятные мурашки по коже, а на лице показывается легкая улыбка. Фремине убирает верхнюю одежду в уже привычное тайное место, после чего подходит к берегу и заходит в холодное море по пояс. Привыкнуть к температуре не составляет труда, так что надев шлем, он полностью окунается в воду, наконец чувствуя долгожданное умиротворение. На самом деле, шлем надевать совсем необязательно, после получения глаза бога можно было спокойно нырять и без него, но тогда юноша чувствовал дискомфорт и некое чувство незащищенности, ведь все свое детство и юношество он мог погружаться в воду только с ним. Рассматривать подводный мир всегда приносило удовольствие, водолаз будто-бы видел это все первый раз. Ромарины, маленьких рыбок, что объединились вместе и плыли в неизвестном направлении, маленьких тидалий, от которых исходил слабый свет, замысловатые узоры на берилловых ракушках, которые можно было рассматривать часами… Все это дарило чувство чего-то родного, чего-то, что есть только тут, под водой, вдали от городского шума и людей. Когда Фремине нашел место где можно ненадолго остановиться и полюбоваться на солнце сквозь толщу воды, он вновь задумался о гидро драконе. Почему он так часто плачет? Может, ему очень одиноко? Эти мысли еще со вчерашнего вечера не давали ему покоя, заставляя ворочаться до часу ночи. Словно ощутив эту тоску, парень почувствовал как в уголках глаз скапливаются слезы. В шлеме не страшно плакать, в шлеме не нужно бояться показывать эмоции, ведь их никто не видит, в шлеме его никто не осудит за это, поэтому и бояться нечего. Решение снять его было спонтанным, блондин сам не понял чем оно было вызвано. Он сразу почувствовал как вода коснулась его веснушчатого лица, как будто целуя. Без своей «защиты», конечно, непривычно, но по-своему приятно. Эти необычные ощущения заставили переключиться с неприятных мыслей на них, так что теперь юноша сконцентрировался на том, чтобы привыкнуть и прочувствовать их. Волосы сместились куда-то назад, полностью открывая обзор на подводные просторы. Конечно, он оставался под водой без шлема не в первый раз, но эти случаи были такой редкостью, что приучаться к этим противоречивым чувствам каждый раз приходилось словно заново. Продолжив свой путь, водолаз понемногу старается не отвлекаться на дискомфорт, вызванный отсутствием «защиты», а просто наслаждаться спокойствием и приятной атмосферой. Просто плыть, не думая ни о чем, кроме самого важного: не сильно увлекаться, чтобы не забыть прийти домой вовремя.

***

Возвращаться на сушу всегда сложно, особенно если знаешь что ничего хорошего тебя там не ждет, но ради Лини с Линетт он готов пожертвовать своим временем в выходной день. Мокрые волосы неприятно липнут к коже, что заставляет Фремине пожалеть о решении снимать шлем под водой. Но вообще-то эта причина была не единственной. Полностью привыкнуть к подобной незащищенности далеко не просто, особенно для него, так что ближайшее время он точно не будет повторять своих ошибок. На улице уже распростерло свои лучи теплое солнце, поэтому от луж практически ничего не осталось. Хорошая погода дарила хорошее настроение, хоть и по ничего не выражающему лицу Фремине этого не скажешь. Приближаясь к городу, он уже начинал отчетливо слышать шум голосов, городскую суету, и от них становилось не по себе. Хочется быстрее добраться до дома, чтобы ни с кем случайно не встретиться, не заводить ни с кем разговоров. С такими мыслями, стараясь идти быстро и не попадаться никому на глаза, юноша все же доходит до особняка. Блаженно выдохнув, он уже хочет быстрее подняться на второй этаж, к себе в комнату, но успевает заметить на себе множество пар детских глаз. Им обычно все равно на него, почему сейчас они так уставились? Фремине сделал что-то не так? Он выглядит странно? Вопросы били как молотки по голове, поэтому он решил оставшийся день просидеть в своей комнате за механизмами, чтобы ни о чем не думать.

***

Когда парень уже заканчивал чинить остановившиеся часы, в дверь постучали. Бросив тихое войдите, он продолжил свое дело, не отвлекаясь на вошедшего. — Братец, ты не забыл про мою просьбу? Оу. Точно. Тихо выдохнув себе под нос, Фремине оставляет часы на столе, мысленно делая себе пометку закончить сегодня после репетиции. — Да, я помню, — встает он из-за стола и снимает перчатки. — Пойдем. — Я уже успел расстроиться что ты передумал, — опускает голову, будто-бы и вправду сильно опечален. — Прости, я… немного увлекся и правда забыл, — он тоже опускает голову, только уже из-за чувства вины, что легонько укололо его где-то в районе сердца. — Все в порядке, тебе не за что извиняться, — на лице опять сияет улыбка, которой он надеется успокоить брата и показать ему что иллюзионист точно не держит зла. Зайдя в небольшой зал, Фремине сразу заметил Линетт, которая задумчиво виляла своим хвостом, но как только братья вошли в помещение, ее ушки поднялись вверх, а хвост остановился. За весь день они ни разу не виделись, так что успели соскучиться друг по другу. Младший подошел к сестре ближе, а та поддалась вперед и заключила его в теплые объятия. — Привет… — сказал он, прячась в ее плече. — Привет, — ответила та, нежно потрепав его по голове. Лини подкрался к ним сбоку и обхватил за плечи, как бы присоединяясь к их объятиям. — Ну все, давайте начинать, время все-таки ограничено, а мы и так припозднились, — разорвав телесный контакт, фокусник отошел от них и приступил готовить реквизит. Фремине отстранился от сестры и опустился в свое кресло, где всегда сидел, наблюдая за репетициями близнецов. Линетт же помогла брату закончить и наконец начать «представление». Свет неожиданно выключился, а над Лини загорелась маленькая лампочка, она представляла собой некую замену свечению софитов. — Иногда, люди склонны забывать то, что по их мнению не имеет значения. Контролировать это почти невозможно, поэтому вины самих людей тут нет, — иллюзионист ходит по сцене из стороны в сторону, а когда он заканчивает речь, взгляд сиреневых глаз устремляется прямо на Фремине, на что тот отводит глаза в сторону. Довольно странная речь для обычного представления, но блондин привык что не понимает многих тонкостей их выступлений, поэтому старается не заострять на этом внимания. — Но может, если вовремя сделать нужный толчок, то можно заставить вспомнить человека о событии, которое он посчитал неважным, — на лице фокусника снова появилась загадочная улыбка, а в руках внезапно появилась карта, словно взявшаяся из ниоткуда. Тут юноша уже не мог не заметить странностей. Это выступление было явно не просто репетицией. По лицу младшего было видно, что он наконец заметил все странности этого представления, на что Лини просто выдал легкий прищур с еще более хитрой ухмылкой. — Доверишь ли ты мне самое важное, что у тебя есть? Хитрые глаза оказались ближе, хотя Фремине даже не заметил как брат успел подойти к нему с протянутой рукой. Он смотрел на чужую руку в перчатке пару секунд, после чего неуверенно протянул ему Пера. Лини не сделает ничего плохого, это же… Лини. Может он многое скрывает от названного младшего брата, но он точно его любит, поэтому Фремине решает довериться фокуснику, и устремляет взгляд ровно в чужие глаза, будто показывая что он уверен в своем действии. Хитрая улыбка сменяется на теплую, родную, от которой веет благодарностью за доверие, и старший уверенно берет в руки самое важное, что есть у его брата. — Ну а теперь, — легким взмахом руки Пер превращается лишь в карту с его изображением, — смотрите внимательно. Карта в руках умелого фокусника превращается во множество других, на которых также изображен Пер, а затем они все помещаются в его шляпу. — Попробуй проверить ее сам, — иллюзионист протягивает в чужие руки шляпу, ожидая когда младший достанет от туда содержимое. Фремине опускает руки на дно шляпы, но ощущает там только пустоту и это ощущение вызывает небольшую тревогу в груди. — Ой, приношу свои извинения, забыл кое-что добавить, — в зале раздался щелчок пальцами и юноша вновь опустил руки в шляпу, на этот раз нащупывая своего друга. Когда он поднял его, в глаза сразу бросилась табличка, что была размещена между крыльев пингвина, будто тот ее держит. «С днем рождения!» гласила надпись на ней. Ох. Сегодня же и вправду его день рождения. На глаза навернулись слезы, но блондин до последнего сдерживал их, чтобы не расстроить близнецов. — Ты достал не все, проверь шляпу хорошенько, — Лини подмигнул ему и отошел обратно в центр зала, ожидая когда младший опять осмотрит шляпу. Протерев глаза рукавом, Фремине слушается брата и снова опустил руки в нее, и на этот раз почувствовал нечто тяжёлое. Оказалось, это была стопка книг, а точнее детских сказок. Поверить своим глазам было сложно, потом он конечно будет смущаться того, что старший узнал о его предпочтениях, но сейчас в его глазах читался детский восторг, а руки начали мелко дрожать от такого количества эмоций. — С днем рождения, братец, — это было произнесено близнецами одновременно, а затем, будто прямо из их рукавов, вылетело множество белых голубей. Эта магия заставила открыть рот от изумления и восхищения. Они улетели куда-то за спину юноше, и пропали словно их никогда тут и не было, как и Лини с Линетт. Шляпы также не оказалось в его руках. Все это заставило слезу скатиться по щеке, а сам парень не мог пошевелиться, не веря в увиденное. Они подготовили все это для него? А он точно заслуживает этого? Ведь о своем дне рождения он вспоминал только в начале месяца, и почти сразу о нем забыл, и вправду посчитав не нужным вспомнить об этом. Пока водолаз пытался переварить все что с ним случилось, в зал небольшой кучкой зашли дети, держа что-то в своих маленьких ручках. Забыв о том, как он мог сейчас выглядеть, Фремине положил все что было у него в руках на кресло, а сам подошел к детям с немым вопросом в глазах. — Мы хотели поздравить тебя еще утром, но братик Лини сказал что ты занят, и посоветовал прийти сюда вечером, — послышался голос мальчика, что стоял ближе всего к блондину. — Да! Мы весь день так ждали, так хотели поздравить тебя! Но братик Лини сказал лучше подождать вечера, чтобы получился сюрприз, хотя мне очень хотелось поздравить тебя когда ты пришел домой. Не верится что это происходит с ним. Фремине правда им так важен? Он ведь… не сделал ничего такого, почему они все так стараются ради него? — Мы хотели поблагодарить тебя за то, что чинишь все что мы просим, без тебя у нас не было бы столько игрушек, поэтому решили подарить тебе больше инструментов и других полезных деталек. — Правда мы не знаем что из этого полезно, поэтому просто решили отдать тебе все сразу. Дети смотрели на него с ожиданием, а тот и не знал что ответить. Нет слов чтобы выразить всю благодарность, а все что он пытался произнести терялось где-то в голове. Мысли спутались, а чувств было так много, что казалось его сердце сейчас не выдержит. — Спасибо вам… за все. Детям было достаточно увидеть на лице юноши искреннюю и такую редкую улыбку, чтобы понять что ему явно более чем понравилось.

***

Выходя из зала со всеми подарками, Фремине до сих пор не верилось во все, что случилось. Они с детьми еще долго разговаривали, водолаз рассказывал о морских глубинах, а те внимательно слушали. Было неловко так долго находится в центре внимания, но на удивление… приятно. Такое внимание уделялось ему очень редко, и когда это происходило сердце начинало биться чаще, а эмоции лились через край. Но в голове все равно прослеживались плохие мысли. А достоин ли он всего этого? Может, они зря уделяют ему столько внимания? Вдруг он всего этого вообще не заслужил? Положив все подарки в свою комнату, юноше захотелось освежить голову и еще раз обдумать все события что сегодня с ним произошли. На улице уже показалась луна, что слабо освещала городские улицы, а легкий ветер раздувал светлые волосы. Видимо парень так глубоко погрузился в свои мысли, что не смог сразу заметить чужую руку на своем плече. Мелко вздрогнув, он повернул голову на человека, что нарушил его покой. Высокая фигура «Отца» возвышалась над ним, но на удивление смотрела не с привычным холодом, а какой-то материнской нежностью. — Ты снова забыл о своем празднике? — …Да, — виновато ответил парень, возвращая голову в обычное положение. — Мне до сих пор не верится что они устроили все это ради меня. — Почему? — Не убирая руку с его плеча, спросила Слуга. — Я будто… не заслуживаю этого? Я же не сделал для них чего-то особенного. — Ты часть семьи, для них это такой же важный день, как и для тебя. Надеюсь когда-нибудь ты это поймешь, — Арлекино погладила Фремине по голове, и уже собиралась уйти, как вдруг тот взял ее за руку. — Подождите!.. Я хотел сказать… спасибо. Он обнял ее за шею и положил голову ей на плечо. А та, спустя пары секунд ступора, ответила ему и прижала к себе, таким образом тоже вручив свой подарок. В этот момент он понял, что это тот самый миг непривычного счастья.