Кафе Воронов

Мальчишка изо всех сил старается казаться старше, от чего кажется только ещё моложе. На нём строгий чёрный костюм, черная рубашка, застегнутая на все пуговицы, и между бровей залегает сосредоточенная, наверное, не сходящая даже во сне морщинка. Его зубодробительно темный, серьезный вид нелепо смотрится в кабинете Роллинса - среди изумрудной обивки, золотых львов и подлинников картин на стенах; но не похоже, что его это сколько-нибудь волнует. Он двигается, стараясь переносить вес с левой ноги и не прихрамывать - и вполне преуспевает в этом, выдавая себя только челюстью, сжимающейся при каждом шаге. - Вы не мисс Стилл. - Вы весьма наблюдательны. Пекка откладывает отчёт и недоуменно поднимает бровь. Не хватало еще, чтобы студенты думали, что могут хамить ему - потом хвастаясь одногруппникам. Взгляд немного сбивает с мальчишки спесь - и, стушевавшись, он наконец удосуживается представиться. - Я Каз Бреккер, учусь с ней на одном курсе. Мисс Стилл заболела и попросила меня её подменить. Надеюсь, это не будет проблемой? - Зависит от вас. Вы будете проблемой, мистер Бреккер? Нахмурившись, Бреккер открывает и закрывает рот - словно подыскивая самый серьезный ответ для банальной шутки или сдерживая слишком едкий. Ни тот, ни другой ответ не нужен, Пекка протягивает руку - и, секунду поколебавшись, студент пожимает её в ответ. На руках у него тонкие черные перчатки - поразительная невоспитанность в помещении, но Пекка решает на этот раз простить такую вольность. В конце концов, не самое странное, что позволяют себе современные подростки. В наказание за дерзость Пекка выжидает еще с минуту прежде, чем предложить ему сесть - видя, как крепче сжимаются у того пальцы на папке. После его кивка Бреккер тут же садится в кресло, и краем глаза Пекка подмечает, как распечатка с вопросами перечеркнута, и вместо большинства вопросов вписаны новые - летящим, резким подчерком. Похоже, список вопросов в итоге очень удивит мисс Стилл. - У вас десять минут. Можете начинать. Студент втягивает носом воздух - только этим выдавая волнение, на секунду прикрывает глаза, и, когда он включает запись диктофона - голос его не запинается и не дрожит. Лучше, чем ожидал Пекка от студенческой газетенки, и Каз кидает вопросы резко и четко, как удары - иногда записывая комментарии на краях бумаги. - Считаете ли вы себя удачливым? - Ни в коем случае. Всё, что у меня есть - результат долгой кропотливой работы. - В самом деле? Какими же качествами должен обладать человек для вашей работы? - Решительностью. Смелостью. Умом. - Есть ли что-то, на что бы вы никогда не решились ради дела? - Разумеется, - едва сдерживает улыбку Пекка. Не думает же этот студент, что его так просто поймать. - Ничего незаконного. - Высокоморальны? Верите в Бога? - Ни в коем случае. Карандаш шуршит о бумагу, оставляя несколько фраз, которые Пекка не успевает прочесть. - Если бы вы могли начать заново, что бы вы изменили в своей карьере? - Ничего. Меня устраивает результат. - Ваше любимое блюдо? - Виски. - Змеи, пауки или тараканы? - Змеи. Сперва Пекка планирует успеть ответить на несколько писем во время интервью - говоря давно готовыми шаблонными фразами. Ему не привыкать, он пролистывает несколько сообщений, но Бреккер напирает на него сосредоточенно и холодно - просто вынуждая проявить любопытство. - Какой ваш самый сильный страх? - У меня нет страхов. - Вы врёте. У всех есть страхи. Ваш вес? Его наглость и вопрос настолько удивляет Пекку, что он решает ответить - медленно откидываясь в кресле и теряя интерес к содержимому своей почты. - Восемьдесят пять. Какое это имеет значение? - Разная информация может пригодиться. - Планируете меня отравить? Бреккер еле заметно вздрагивает, дернув карандашом в пальцах, и хмурится сильнее, не отрывая взгляда от записей. - Расскажите, как вы достигли таких успехов? В чем ваш секрет? Настолько банальный, скучный вопрос, что Пекка даже испытывает лёгкое разочарование. Ненадолго хватило запала студента - и на этот вопрос Пекка может ответить даже во сне, сотню раз повторенной легендой. - Я бизнесмен. Как я уже сказал, кропотливая работа, смелость, ум - и никакого секрета. Главное - понять свою цель и двигаться к ней. Прикладывать все возможные усилия, не обращая внимания на мелочи. - Мелочи вроде разлива ядовитых химикатов десять лет назад, в котором обвиняют вашу компанию? На миг в тёмных глазах мальчишки проскальзывает странное яростное выражение, которое Пекка никак не ожидал увидеть у молоденького студента. Чистая, черная, обжигающая ненависть - и Пекка с удивлением признает, что ошибся. Запал никуда не делся, лучше - он затаился перед следующим ударом. - Вроде того. Вы неплохо разбираетесь в теме. Мало кто знает о том происшествии. Скандал удалось замять, все упоминания о нём - стереть из прессы, и Бреккер быстро моргает и опускает взгляд, сгоняя странное выражение из глаз. Морщинка между его бровей становится чётче, он сглатывает, осторожно выдыхает - словно в приступе удушья, но говорит он ровно, старательно подбирая слова. - У нас прекрасные преподаватели по журналистике. Учусь исследовать материал. - Благодаря моим щедрым инвестициям в ваш университет. Пожалуйста, мистер Бреккер. Глаза мальчишки снова вспыхивают - немедленно реагируя на подначку, и видно, как играют желваки, когда он в ярости сжимает зубы. Он не выдавливает из себя "пожалуйста" даже данью вежливости, но его реакция ничуть не хуже искренней или лживой благодарности. Даже лучше. - Что насчёт остального, что говорят о вашей компании? Подавление профсоюзов на фабриках, запугивания, пытки, убийства? Забыв о заготовленных бумагах, Бреккер спрашивает с такой пылающей яростью, что Пекка смеётся. - Ну разве я похож на такое уж зло? - Вы мне скажите. - Отличный вопрос - вот только для издания позубастее, чем ваша университетская газетёнка. Газетёнку за такие вопросы стоило бы прикрыть. Секретарша - как положено, в обтягивающей короткой юбке - робко стучится в дверь и напоминает. - Встреча через пять минут на третьем этаже. Пекка кивает, жестом отпуская её, и ждёт, пока закроется дверь - хотя в его интервью со студентом точно не может быть ничего конфиденциального. - Вы меня рассмешили, так что сегодня я спущу вам эту маленькую шалость. Вот как мы поступим. Вы оставите секретарю список вопросов - нормальных, подобающих вопросов про мою головокружительную карьеру, женщин, благотворительность и хобби. Она подготовит и пришлёт вам ответы. Согласитесь, щедро с моей стороны. Не то чтобы он и правда ждёт благодарности, но студент имеет наглость недовольно промолчать, сжав губы - и Пекка мог бы пожалеть о своей щедрости, если бы у него было на это время. Пекка встаёт, направляясь к выходу из кабинета, и Каз встает за ним, но - медлит, не спеша следом. Взгляд его быстро пробегается по двери, окну, столу - рыщуще, словно пытаясь срочно что-то сообразить. Пошатнувшись, он хватается за спинку стула, изображая головокружение и начинает тяжело дышать. Вполне убедительно - если бы не было так удивительно вовремя. Неплохо рассчитано - глава корпорации не станет заставлять ждать инвесторов ради студентишки. Скорее всего, он перепоручит его секретарю и уйдет на встречу. Та позовет медсестру бизнес-центра, и вместе, кудахча, девчонки примутся прыгать вокруг болезного, обмахивая и причитая. Давая достаточно времени и хаоса, чтобы осмотреться в кабинете получше. Может быть, даже залезть в какие-нибудь бумаги, выискивая сведения. Журналисты уже ни раз пытались добраться до секретов Роллинс Индастриз, не гнушаясь никакими методами - это не удивляет Пекку. Но, пожалуй, ни у одного из них не горели глаза так ярко, как будто Пекка лично расчленил его любимую собачку. Очень, очень любопытно. Немного понаблюдав за представлением - Каз тяжело дышит, схватившись за грудь, и медленно начинает оседать на пол - Пекка действительно жмёт кнопку вызова секретаря и просит принести воды. К разочарованию Бреккера, вместо того, чтобы спешить на встречу, Пекка остается. Мягко берет его под локоть и усаживает в кресло - как поступил бы самый добрый на свете миллиардер. Которым уж точно не является мистер Роллинс, и, поддавшись странной игривости - Пекка опускается на колени напротив кресла и расстегивает несколько пуговиц его рубашки. - Чтобы было проще дышать, - поясняет он, и пальцы еле ощутимо касаются ключиц. По коже Бреккера прокатывается дрожь, и он отдергивается, вжимаясь всем телом в спинку кресла. Крайне прытко для того, кто только что пытался изобразить обморок. - Что же вы. Перенервничали, мистер Бреккер? *** Каз входит и, не тратя времени, начинает набрасывать план здания. Входы, выходы, комнаты "только для персонала", расположение камер, охраны и вентиляционных выходов. Пока свежа память - вытягивая хоть какую-то пользу из посещение офиса Роллинс Индастриз. Джеспер, не спрашивая, делает кофе - черный, без сахара - и ставит стаканчик на стол с ним рядом. Он дожидается, пока Каз закончит с пометками, сядет расслабленнее, снимет шляпу - и только потом спрашивает. - Удалось выяснить что-нибудь стоящее? - Ничего конкретного. Если он не соврал - виски, змеи, восемьдесят пять килограмм. Не очень стоящая информация - ни для кого, кроме Каза, который наверняка уже примеривает, как превратить её в очередную деталь плана. В их кафе безлюдно - в основном они делали ставку на студентов из университета напротив, которые разъехались летом. Без студентов небольшое помещение превращается в настоящий штаб "одиннадцати друзей Оушена", изредка сворачивающийся при посетителях - и на двери звенит колокольчик, впуская девушку. Офисная одежда, быстрые шаги - она не должна стать проблемой надолго, и, выдав одну из своих обворожительных улыбок, Джеспер делает ей миндальный раф и заворачивает с собой черничный маффин. Фирменные черные стаканчики, черная бумага, черный ворон маленьким символом на переднике Джеспера - некоторым нравится, и, улыбнувшись, девушка спешит дальше по своим делам, оставляя их дальше строить планы краха финансовых империй. Команда стягивается к дальнему столику, за которым расположился Каз, и, закончив с планом здания, он сверяет остальные детали. - Что мисс Стилл? - Придёт в себя через час, - откликается Нина, кидая взгляд на часы. - Доза безопасная, провожу её до квартиры, расскажу, как ты нас выручил. - Вскрыл её почту, если придёт какой-то ответ - мы без проблем его перехватим, - добавляет Уайлен. Ценнейшее недавнее приобретение их команды, и Джеспер ставит рядом с ним какой-то напиток с невероятным количеством сливок и разноцветной посыпки. Каза начинает подташнивать от одного взгляда, и он выдыхает и пытается привести мысли в порядок - продумывая следующий шаг. Инеж появляется бесшумно - как и всегда, и спрашивает главное - к лучшему или худшему умея чувствовать его по-настоящему. - Как он тебе? Вопрос, о котором Каз запретил себе думать, и он закрывает глаза, пытаясь согнать алую пелену ярости и вернуть ясность мыслей. Безуспешно - и перед глазами вновь и вновь вспыхивает каждый момент из короткого интервью - отпечатавшийся в памяти. Каждая фраза, взгляд, жест - накрывающий его новым приступом ненависти. Он отвечает - выдохом, в котором столько чувств, сколько Джеспер вообще не подозревал, что может поместиться в Казе Бреккере. Каз не видел его восемь лет - и Пекка Роллинс ничуть не изменился. - Он отвратителен.