Скажи, что я нужен

Феликс одинок, он похож на Хатико, постоянно ждёт, что все станет лучше и его не будут постоянно бросать и отвергать. Родится омегой, было не самым лучшим подарком судьбы, точно не для Ликса. В детстве он был солнечным мальчиком с веснушками, белыми волосами и улыбкой ангела. Несмотря на то, что его папа Кай решил привязать отца с помощью ребёнка, для благополучной жизни, Бан Чан всегда любил сына и старался дать максимум заботы, пока не погиб. Это случилось, когда Ликсу было 10, папа не беспокоясь за психику ребёнка, сказал, что отец умер, потому что рядом с таким ребёнком невозможно жить. Для маленького мальчика это был сильный удар, после которого жизнь превратилась в ад. Мало того, что психологические травмы стали давить сильнее, но и родитель стал пропадать на несколько дней, не заботясь о благополучии ребёнка. Всем было все равно, соседи предпочитали не лезть в чужую семью, а родственники изначально не приняли омегу из-за папы. Когда Феликсу исполнилось 14, в доме постоянно стали появляться разные альфы, которые все чаще обращали внимание на омегу, но Кай прогонял младшего в комнату и мальчику до утра приходилось слушать стоны и рычание из соседней комнаты. Ликс понял, что дальше будет хуже и нужно усердно учиться, чтобы поступить на бюджет и сбежать из этого дома. Но стресс, который он испытывал дома этому не помогал. Дальше стало хуже, выпускной класс, до которого омега доучился с божьей помощью. Постоянные экзамены и подготовки забирали все силы. Дома постоянно не было еды и приходилось, есть остатки. Организм перестраивался и гормоны скакали, делая самочувствие ещё хуже. Феликс знал, что с такими оценками никуда не поступит, поэтому надо было после выпуска сразу искать работу. Через некоторое время, у матери появился постоянный альфа Чхве Щи-вон, который вызывал только чувство отвращения. Он постоянно бросал на Ликса похотливые взгляды, расхваливая его светлые волосы, стройную фигуру и милые веснушки. Кай делал вид, что ничего не происходит, только оставил в комнате младшего чёрную краску для волос и тональный крем. Казалось смена цвета волос, только подстегнула интерес альфы ещё больше. Когда Феликс пришёл с учёбы, то вздохнул с облегчением, не почувствовав приторного запаха ванили папы, но войдя в свою комнату обнаружил Чхве, который выпустил подавляющие феромоны с природным запахом мускуса. Ликс развернулся, пытаясь убежать, но сильные руки прижали омегу к стене, предотвращая побег. — Далеко собрался, малыш? Думаешь, если ты перекрасил волосы и скрыл веснушки, то это оттолкнёт меня? Ошибаешься, я долго ждал момента, когда мы с тобой останемся наедине. — сказал альфа, проводя языком от ключиц до челюсти. Разглядывая хрупкое тело перед собой, которое так и хочется сломать. — Отпустите, я буду кричать. — проскулил Феликс дрожа и морщась от неприятных ощущений. — Кричи, никто не услышит, а даже если так, скажу, что ты сам полез. Тебя никто не спасёт, кому сдался ненужный омега. — прорычал Чхве, срывая футболку с младшего. — Я приходил к твоему шлюхе папе, когда ты был ещё ребёнком, думал дождусь твоей течки и возьму тебя, но мое терпение закончилось. Альфа набросился на губы младшего, кусая до крови и засовывая язык в глотку, Феликс пытался укусить, чтобы вырваться, но распалил Чхве ещё больше. По щекам омеги текли слёзы, из-за истерики все тело дрожало и дергалось от каждого прикосновения. Когда альфа повалил его на кровать, разрывая оставшуюся одежду, Феликс зажмурился, надеясь, что все быстро закончится. — Хочешь жить, умей вертеться, малыш. — усмехнулся старший, развернув омегу к себе спиной. Размазав свою смазку по члену и приставив головку к сухому входу альфа начал резко толкаться внутрь, не растянув перед этим младшего. Феликс кричал от невыносимой боли, кусая свою руку до крови, но Чхве не чувствовал жалости к омеге, толкаясь глубже. Когда член вошёл на всю длину из отверстия пошла кровь, что позволяло двигаться легче и быстрее. Альфа вдалбливался в тело младшего, набирая скорость, намеренно не попадая по простате, чтобы омега скулил под ним от боли и запомнил, что значит злить старшего. Когда Чхве был близок к разрядке, а узел начал набухать, разрывая омегу изнутри Феликс потерял сознание. Когда он очнулся за окном было темно, парень пытался подняться, но заскулил от боли и повалился обратно, воспоминания стали возвращаться, а слёзы потекли новым потоком. Через час он все-таки поднялся и хромая поплёлся в душ. В отражении на него смотрел не тот Феликс, что был раньше. В глазах пустота и застывшие слёзы, по всему телу синяки и царапины, кровь на бёдрах и засохшая сперма на спине. — За что? — прокричал Ликс, ударяя кулаком в зеркало, не обращая внимание на разбитые костяшки с которых потекла кровь. Хотелось содрать с себя кожу, чтобы избавиться от невидимой грязи, которую оставили руки альфы. Когда он вышел из душа, то сразу пошёл в комнату, надевая первую попавшуюся толстовку и джинсы. Он не знал куда идти и зачем. Вызвал такси на последние деньги и поехал на склон у моря, куда в детстве постоянно ходил с отцом в поход. — Ликси, сынок, иди собери ветки для костра, будем готовить еду. — улыбаясь попросил Бан Чан, гладя сына по голове. Воспоминания отдавали сладкой горечью внутри из-за чего слёзы снова потекли по щекам, вызывая новый приступ истерики у омеги. Из-за темноты и боли идти приходилось медленно, недалеко от их с отцом места кто-то был, но Феликса сейчас это не волновало, он слушал шум волн, которые не заглушали его собственный шторм. — Я скучал отец, прости, что я был плохим сыном и ты ушёл, скоро я приду извиниться лично. — прошептал Феликс, вытирая рукавом влажные дорожки слез. Омега до сих пор отчетливо помнил запах старшего, мята, которая всегда успокаивала и окутывала уютом. По ночам, просыпаясь от кошмаров, Феликс пытался вспомнить этот запах, чтобы быстрее заснуть. И сейчас потребность почувствовать его стала невозможной. Подойдя к краю скалы и вдохнув запах моря он решил закончить все здесь и сейчас. Один шаг и нет боли. Один шаг и все наладится. Один шаг и… — Эй парень!