Сутки

Тишина дома была так кстати — Хэви будто бы прилип к брату, не отпуская ни на секунду, и Ди ничего не оставалось, как смириться с этим, ведь, если он начнет шикать на брата, он перебудит весь дом. Закат подарил им легкое возбуждение — немного кружилась голова, немного звенело в ушах, чуть подрагивали руки. Они цеплялись друг за друга в предвкушении лекарства или наркотика, тех самых “drugs”, в которых так нуждались. Весь мир сводился к ним двоим, к их губам и соприкасающимся носам. Губы были теплыми, сухими — быстро смазались, стали мягче и намного влажнее… Они целовались весь день… И все еще не насытились друг другом сполна. Все дела на сегодня сделаны, вот-вот уже наступит завтра — пора встретить такое же счастливое завтра как следует. Одежда снята, а тела уже вовсю трутся друг о друга, желая быть ближе и ближе; так, чтобы ни малейшего расстояния меж ними не осталось. Они ощущали друг друга, как на каком-то ином уровне, как в невесомости, как два яростных любовника, являясь всего лишь братьями. Они всего лишь братья, но они видели и слышали то, что было дано им в подсознании, они улетали в чувствах, спотыкаясь о превратности судьбы и собственную сущность. Они по-настоящему отдавались друг другу до конца. Они братья. И звучало бы это мизерно и ничтожно где-то в их окружении, если бы не их крышесносный дуэт, когда они, вырываясь вперед, готовы показать всем, что они знают о своей репутации, что им плевать, что они живут здесь и сейчас. Они не готовы жертвовать друг другом ради одобрения с чьей-то стороны. Они могли целоваться ночи напролет, воскресая и пылая под тяжестью запретных поцелуев, которые должен осуждать весь этот красивый идеальный мир. И недостаток воздуха в истерзанных легких вызвал судорожный вдох, а затем и сиплый стон, на что тела реагировали сильнее, соединяясь и обливаясь холодным потом. Нужно быть тише. Голубые глаза в таком темном мраке звездной ночи блестели так же ярко, как и эти самые звезды, но, в отличие от них, так близко. Ди облизывал пальцы, тяжело дыша и не отводя взгляда от возбужденного тела напротив. Он нагнулся, отводя взгляд в сторону и открываясь Хэви полностью, доверяясь ему, прогнулся, послушно ожидая брата. Долго они не продержались. Каждый тихий, но такой звонкий стон медленно подводил их обоих к грани, с каждым попаданием по простате податливое тело дергалось, Хэви тихо выдыхал, даже не пытаясь справиться со сбившимся дыханием и просто ускоряясь, приближая их общий конец. Пришлось зажать ему рот, а потом ворваться в него грубым поцелуем, когда Ди, крупно содрогнувшись, кончил, видя перед глазами лишь темноту и ярко-зеленые, такие красивые глаза, что быстро ушли из поля зрения, а блондин уже лишь ощущал теплый мокрый язык, вылизывающий его тонкую шею… Хэви продержался недолго. Их звезды встречали новый день, медленно мерцая и провожая луну к горизонту. Они тихо лежали рядом друг с другом, прекрасно зная, что завтра день обещает быть таким же, как и сегодня — это день рядом с тем человеком, которого ты знаешь всю жизнь, который бесит до безумия. Которого любишь всем сердцем, так же, как и летние дни рядом с ним.