to believe in dreams

Делаю шаг — и меня вмиг окружает тьма. Всё такое иссиня чёрное, будто я постиг смерть, но мне не дозволено войти в мир мёртвых. Я не могу осознать, как оказался здесь, и от этого тревожно. Смотрю на свои ладони, излучающие свет, словно я ангел, сошедший с небес, и ощущаю шевеление сзади. Крылья… Такие мягкие… Я бы хотел спрятать в них свою драгоценность, свой смысл жизни, который вытягивает меня со дна каждый раз, не даёт потерять связь с реальностью. Он — моё Сердце, моя личная безумная зависимость. Я до последнего не хотел влюбляться, снова привязываться к кому-то, чтобы острые шипы не вонзались в сердце с каждым грубым выражением, чтобы в груди не тяжелело, словно мне перекрыли кислород. Но у судьбы другие планы. И я… снова подпустил к себе кого-то непозволительно близко. Я буду жалеть. Аксиома, не позволяющая сомневаться, всегда знаешь что будет потом… Люди злые и холодные, и я бы предпочёл всю жизнь провести в одиночестве. Хотя, иногда очень хочется душу кому-то излить, потом ругать себя за это, и по кругу… Я поднимаю глаза, и меня тут же бросает в дрожь. Но… почему? Это же моя Драгоценность, то, без чего я не представляю свое существование в данный отрезок жизни. Меня окутывает холод, такой приглушённый звук донёсся откуда-то издалека, как будто что-то капнуло. Смотрю себе под ноги. Слёзы… Мои слёзы. И твоё лицо резко оказывается напротив моего. Я так хочу заглянуть тебе в глаза и увидеть ту родную нежность, с которой ты на меня засматриваешься, но вижу лишь два чёрных омута, растекающихся по твоим немного розоватым щекам. Улавливаю дрожь в собственном голосе, неуверенно задаю вопрос, сглатывая: — К-кто… Что ты? Ты ведь… Лини? Вместо ответа он грубо перехватывает моё запястье, сжимая до синяков. Нет… Что-то не так… «Лини» задирает мой рукав, открывает вид на порезы, и я не могу сдержаться, поднимаю глаза на своего парня. Они на секунду становятся привычными мне, смотрят с такой болью, я ведь обещал ему больше не калечить себя... Хочу начать оправдываться, но моё горло полоснули острыми как лезвия ногтями. Я чувствую как начинаю задыхаться. Почему… Что происходит? Разве моё Сердце так поступило бы?.. Запястье пронзила жуткая боль. Острые чёрные когти полосовали ровно по шрамам, которым было от силы недели две. «Лини» вскрывал их, я вырывался как мог, но меня словно прилепили к месту. Предпринимаю попытку вырваться, но на запястье мёртвая хватка, и я запрокидываю голову в немом крике. Они уже не заживут, остаётся лишь перекрывать чем-то, но никакого желания нет. Моё тело вмиг стало холодным. Я словно замерзал, превращался в ледяную кровоточащую скульптуру. Со звериной жестокостью это нечто, похожее на Лини, вырывало мне крылья, перья выщипывало и спину полосовало. Белый свет, который я излучал, пропадал у меня на глазах, погружая во тьму и слепя. Мне хочется кричать до срывающегося голоса, такую боль не пережить... И это в миллионы раз больнее, чем вскрытие медленно заживающих шрамов. Хотя, сильнее всего сейчас болело моё сердце. Биться оно прекратило. Похоже, это конец... Я чувствую как обмякаю в чужих руках. Хочу вновь почувствовать те тёплые прикосновения к своим щекам, хочу, чтобы Он собрал мои слёзы нежными поцелуями... Но меня ломают; валят и наступают на горло. Сознание меня покидает...

***

Я в ужасе вскакиваю, прыгаю к шкафу и ударяюсь спиной о него. Боль только усилилась. Волны холода все ещё проходили по моему телу, и я не знал как бороться с ними. Я не понимаю… Что это было?.. Мои шрамы болели, но никаких следов насилия я не видел. От пережитого мной ужаса я очнулся только тогда, когда кто-то осторожно коснулся моего плеча. Я с криком отталкиваю его, глаза расширяются, когда заместо фокусника я вижу перед собой то нечто, что приходило по мою душу. Лини говорит что-то неразборчиво и снова ко мне приближается, но я вжимаюсь в угол и шепчу: — Не подходи ко мне… А что если... мои сны всегда были вещими?