Переулок

Кингдайс вбирал огромное количество воздуха в свой грудной ящик, спиной плотно прилегая к стене. Рваные клочки штанов, висевшие на последних нитках, подрагивали вместе с исхудалыми ногами. Зубы стиснуты, глаза устремлены в одну точку, в голове — сосредоточенность. Сосредоточенность на раздраженном голосе одной личности, который Дайс внезапно услышал, сидя на краю испачканного матраса. Тот самый голос, переходящий в истерично-капризный крик в минуты отчаяния; тот самый голос с периодическими звучаниями игривости и ехидности. Тот самый голос, который два месяца тому назад холодным тоном озвучил увольнение ведущего. — Ну и где он шляется? — с кипящим раздражением спросил Дьявол, держа на груди скрещенные руки. В одной лапе имелись вилы, которые, ко всему прочему, как раз и перенесли двух демонов к зданию бывшей славы Дайса. Разрушенное, сереющее с каждым днем, забытое — оно стояло без внимания, иногда похрустывая трескающимися досками внутри. Казалось, Дьявола совсем не удивил вид полуразрушенного места, чего нельзя сказать про его приспешника. Прихвост с неподдельным удивлением глядел на то, что осталось от здания после внезапного завершения карьеры Кингдайса. То, как быстро оно не просто опустело, а пришло в абсолютную негодность, не могло не поражать. Не иначе как в этом замешаны высшие силы. — О-оу-у, эм-м-м, не знаю, бо-о-осс, — неуверенно протянул бес, вытягивая руку с выставленным указательным пальцем в сторону дверей: они были перекрыты досками; вбитые гвозди криво торчали по сторонам. — Может я не прав, но, но я не думаю, что кто-то захотел бы остаться рядом с этой разрухой… Да и время- — Просто замечательно! Хочешь сказать, что этот болван может быть ВООБЩЕ в любом месте города? — перебил Прихвоста Дьявол, и нога его застучала по земле, показывая высокую раздражительность всем этим вздором. Прихвост пожал плечами. — Ну-у.. эм.. Тогда можно.. поискать его по отелям..? — Бред! Не буду я тратить свое драгоценное время на поиски этого никчемного идиота! Больно он мне нужен! — разгневалось исчадие Ада, чувствуя неудовлетворенность. — Так уж и быть, пускай доживает свою.. жизнь. Дьявол хотел было вставить какое-то оценочное прилагательное, но передумал. Однако холода и презрения в его словах это не убавило. Кингдайс тревожно сглотнул. Осознание своего никчемного положения настигло его моментально. Судьба не должна позволить ему оказаться перед Дьяволом в таком унизительном виде. Грязный, растрепанный, голодный. Именно в этот момент мужчина внезапно почувствовал себя дикарем, полным посмешищем, чего, на удивление, не замечал ранее. Словно до появления босса собственное положение его никак не смущало. Внутренняя гордость не разрешала Кингдайсу банально стать уличным танцором и собирать деньги у прохожих. Подобного не было и в мыслях. Вы шутите, куда там? Он ведущий большой сцены, личность с огромным охватом аудитории, его стандарты завышены до предела.. Были. Рядом с грязным матрасом пробежала крыса, скрывшись за теплым мусорным баком, в котором мужчина недавно разводил огонь. До чего он докатился? Заслуживает ли он это? Да. Его вина, что он такой самовлюбленный эгоист, на деле не способный взять себя в руки. Его вина, что в голове не щелкнуло, как ему заработать на жизнь, не ставя себя в жалкое положение. Ух ты, кажется, кому-то пора наконец-то начинать рассчитывать на себя, а не ждать подачки со стороны? Только эти мысли закрались в голову уже прилично задумавшегося мужчины (который свел брови, смотря в землю под ногами), как тут же в реальный мир его выцепили звуки приближавшихся шагов. — Иу, как же загнило здесь все.. А мне даже нравится! — идя вдоль улицы, осматривался по сторонам Дьявол, затем радостно усмехнулся, — Прихвост, гляди, у того ребенка мороженое упало! — и тут же с веселой улыбкой ускорил шаг, задорно махнув хвостом. Тут-то Кингдайса и охватил страх, что двое старых знакомых настигнут его за поворотом. Увидят в грязи, в смраде, застанут постыдную бедность, после чего, конечно же, разразятся пронзительным смехом и начнут издеваться. Холод щекотливо разлился по позвоночнику, сердце заколотилось в груди. Чужие шаги становились все громче, и кубика окончательно накрыла паника. Дайс распахнул глаза, задрожав в ногах. Обнаружат! Найдут! Увидят, как он пробил дно, упал в глазах! Вот же, вот же, они все ближе! Ах, сейчас подойдут! Резко оттолкнувшись руками от стены, мужчина покачнулся вперед. Внезапно окрепшие от адреналина ноги сами понесли его вглубь переулка. Не смотря на дорогу, и при этом умудряясь не цеплять туфлями мусор, мужчина за мгновение оказался в конце закоулка. Сгустилась темнота, поглотившая его силуэт. Заметно ощутилась ударившая в нос кислая сырость, исходящая от лежавших у стены коробок. Кингдайс торопливо остановился перед ними, слегка проскользнув на туфлях по асфальту. Дыша быстро и прерывисто, Дайс рухнул телом в самый угол, поджимая к себе ноги. Надо забиться, спрятаться, укрыться, исчезнуть. Ловкость тела позволяла скрыть себя за коробками с хламом. Он вжался в холодную стену спиной, крепко обняв себя за ноги, и стал ждать. Два силуэта без спешки прошли вдалеке при свете дневного солнца. Глухая неразборчивая беседа позволяла оценить беззаботность диалога. Хватило всего лишь пяти секунд, чтобы бесы так же быстро, как и появились, скрылись за соседней стеной, не увидев Кингдайса. Пронесло. Стараясь себя успокоить, кубик стал дышать глубже, но все тщетно — от желания привести себя в спокойствие сердце лишь сильнее и больнее билось, словно пытаясь выскочить из широкой груди. В животе крутило. Сильнее обхватив колени руками, мужчина вдруг ощутил, как дрожит почти всем телом. «Просто холодно,» — промелькнула мысль в его голове, — «Зима ведь скоро.» И вдруг картинка в его глазах стала плыть. Горячие обжигающие слезы сами выплеснулись из глаз, ручьем начиная течь по щекам. Горькая обида и несправедливость в конце концов довели мужчину до того, что прямо сейчас он, сидя в холодном углу между грязных коробок, расплакался.. впервые за очень долгое время. Уткнувшись лицом в колени и закрывшись руками, Дайс негромко всхлипывал, хныкая. Он жалок. Ничтожен. Никому не нужен. Так ему казалось.