Ковен заблудших душ

Перед глазами встал слишком хорошо уже известный лес. Нил не мог переместиться сразу к дому из-за барьера, который поставил вместе с Мэри вчера, когда они обходили дом. Это никак не поможет с Натаном, однако, если лисы слишком быстро поймут, что Нила нет на месте, они окажутся на хорошем расстоянии от дома. Это был их шанс не столкнуться с Мясником. Нил неторопливо подходил к дому, прощаясь с полюбившимся местом. Деревья шумели своими ветками, сбрасывая снег, будто понимали, что что-то произойдёт и очень скоро, будто… предостерегали или прощались с Нилом. Выйдя наконец на поляну перед домом, Нил увидел двух призраков на крыльце. Интересно, подружились бы Мэри и Сет при жизни? Они бы жутко собачились, особенно в первое время но, наверное, нашли бы в итоге общий язык. Нил усмехнулся своим мыслям. — Ну что, готов? — без тени улыбки спросил атташе. — Я сделал все, что должен был, — кивнул Нил, — Они должны быть в безопасности теперь. Сет медленно кивнул, но произнёс другое: — Я не об этом спрашивал. На это Нилу нечего было сказать. Как можно быть готовым ко встрече с отцом, который пришел по твою душу? — Я в порядке, — в никуда сказал рыжий, — Иди к Элисон. — Я могу… — Нет, — перебил его Нил, — Только будешь отвлекать. Нил знал, что эти слова подействуют, ведь Сет, как никто другой, понимал, что в бою важно сосредоточиться. — Ладно, — прохрипел Сет, — Увидимся, — и исчез. Призрак явно не имел в виду встречу в мире мертвых, намекая на то, что он снова придёт к лисам, но Нил-то знал, что все не так. Они и правда встретятся, но Нил не будет уже дышать. Джостен сел на ступеньку крыльца. Оставалось ждать Натана. Мэри стояла рядом, чуть позади. — Гримуар… — На месте, — глухо ответил Нил. Мэри кивнула, но он этого не видел. Через пару секунд она добавила: — Они узнают, что произойдёт тут. — Думаешь, Сет расскажет Жану? — Расскажет. Разве ты не хочешь, чтобы они узнали правду? Мэри говорила спокойным и ровным голосом. Нил не знал, что ответить. — Я все сделал, — покачал головой Нил, успокаивая себя и меняя тему, — Они не смогут произнести мое настоящее имя. — Да, но если он найдёт менталиста, то тот все вскроет. — Ему не будет дел до них, — отрезал Нил. Мэри подыграла сыну и не стала продолжать разговор. Рыжий понимал, что это глупо, что мать говорит правильные вещи, но ничего не мог поделать. Сейчас его только успокаивала мысль, что он сделал все, чтобы защитить ребят. Если он осознает, что это не так, Нил совсем расклеится. Нил не знал, сколько времени прошло. Минута? Десять? Слишком сложно считать время, когда ты просто сидишь на эшафоте. Мэри никуда не уходила, являясь некой поддержкой. Она ничего не говорила сыну, хотя Нил понимал, что не дождётся слов от нее. Что можно вообще говорить сыну, зная, что он умрет в ближайшие, дай бог, сутки. Нил искренне надеялся, что мучения и пытки не продлятся больше дня. Именно это ожидание станет худшим воспоминанием Нила. Оно давало надежду, что Мясник не придёт. Может, Мэри ошиблась? Может, сейчас появится всего-лишь Рико? Нил бы дал ему пару подзатыльников и закончил бы на этом этот ужасный день. Как же Нил хотел оттянуть этот момент, но рано или поздно это должно было случиться. И лучше рано, если он хотел довести дело до конца и уберечь лисов. — Он здесь, — все-таки произнесла его Верховная. Нил тоже почувствовал его. Ведьмак не знал, как это объяснить, но весь лес вокруг будто бы замер. И хотя Нил ждал его, все равно эти слова стали для него, как гром среди ясного неба. — Знаю, — выдохнул Нил, — Уходи. Мэри не ответила, но и не исчезала. — Уходи, мам, — попросил уже Нил, — Не хочу, чтобы ты это видела. И не хочу видеть тебя рядом с ним. Снова. Последнее слово Нил сказал совсем тихо. Он услышал, как Мэри незаметным шагом отступила от Нила. Она замерла на долю секунды, будто хотела что-то сказать, но затем так же молча исчезла. Нил остался один. Ни одной живой души вокруг: ни вечно смеющегося Никки, ни закатывающего глаза Эндрю, даже пьющего Кевина здесь нет. Нил был совсем один. Почти один. Лисий слух улавливал приближающиеся нерасторопные шаги, которые двигались прямо к Нилу. Еще чуть-чуть и Нил увидит самого ведьмака. Джостен сделал глубокий вдох. Прощай, Нил Джостен. Больше ему это имя не нужно было. А в это время на поляне оказался тот, на кого Натаниэль был как две капли воды похож. Натан Веснински. Его отец не торопился, медленно приближаясь к дому и самому Натаниэлю. — Ну здравствуй, сын, — нараспев проговорил Мясник. Натаниэль не дёрнулся и даже никак не показал страх, хотя внутри все сжалось. Он поднялся с лестницы и теперь возвышался над отцом. —Привет, пап. Натан хищно улыбнулся. — Браво, ты отрастил себе яйца. Смерть мамаши пошла тебе на пользу. Натаниэль знал, что отец пытался вывести его из себя, поэтому даже не вздрогнул на этом высказывании. Это разозлило Натана, хоть злость и виднелась лишь в глазах — лицо ведьмака оставалось опасно спокойным. — А где же твои друзья? — Мясник показательно осмотрелся, — Я так хотел с ними познакомиться. Все-таки впервые ты завёл друга, да еще и сразу несколько! — Оставь их. Они мне помогли, думая, что я такой же, как они, и только. Они не знают, кто я такой. Для них я Нил Джостен. — Хмм, — Натан хитро сощурился, — Интересно. Вот только я тебе не верю. Но ничего, мои люди это проверят. Они хорошо знают штат Калифорния. Тут Натаниэль уже вздрогнул. Как он?.. Откуда? — О, ты думал, что они будут в безопасности в людном месте? Богиня, я думал, ты будешь поумнее. Натан хищно улыбаясь, наслаждаясь тем, как он загонял сына в клетку. — Не трогай их, — уже хриплым голосом ответил Нат, — Они не знают моего имени. Тебе нужен я, так что убери своих людей. — И с чего ты решил, что можешь ставить условия? — Мясник стал подниматься по лестнице, теперь смотря на сына сверху вниз, — Мы можем подождать твоих друзей тут. Думаю, они могут нам много чего рассказать. Натаниэль не знал, что делать. Ему надо было сделать так, чтобы Натан забрал его в Балтимор сейчас же. Либо убил тут, но до прихода лисов. А потому он сделал единственное, что пришло ему на ум — замахнулся на отца. Рука выпустила волну огня, затем сразу же Натаниэль вызвал толстые корни из-под земли, которые проросли прямо под ними, разламывая деревянную лестницу и крыльцо. Натан не стоял столбом, сразу же отражая удары ведьмака. Огонь Мясника был самой ужасной магией, которая пожирала все в мгновение ока, что и произошло с ветвями. Натан схватил сына психокинезом, заливаясь смехом. Натаниэль мог бы и преодолеть силу отца, но ему это не нужно было сейчас. — Не скажу, что это было хорошо, — произнёс Натан, — Глупо и безнадёжно. — Мы ждём Вашего приказа, — внезапно возник женский голос позади Натаниэля. Он повернул голову и увидел Лолу. Сердце пропустило удар. Перед ним была женщина, которая в своей кровожадности могла уступить только самому Мяснику. Ничего удивительного не было в том, что она стала его правой рукой. Именно она следовала за Натаном по пятам, именно она оставила почти треть шрамов на теле его сына. Заметив обращённый к ней взгляд, Лола ухмыльнулась. — Привет, младший. Давно не виделись. Ее улыбка была самой неприятной на свете. Даже отцу было далеко до такого оскала. — Что с остальными? — Мы проследили за ними. Ни одного «Натаниэля», ищут только Нила Джостена, — женщина вернула свое внимание Натану, — Но есть один неожиданный момент.. — Какой? — в голосе Натана больше не было и намека на веселье, лишь приказы и убийственный лёд. — Там же мы нашли людей Хэтфордов. Мы с ними не столкнулись, и пока не знаем, что они там делают. Натан схватил Натаниэля за волосы, из-за чего в его глазах вспыхнули искры от боли. Мясник поднял голову сына так, чтобы тот смотрел ему в глаза. — Ты связывался с Хэтфордами? Отвечай. — Нет, — тяжело выдохнул Нат. Дышать было невозможно, шея жутко болела в таком положении. — Не удумал ли ты мне врать? — Мясник протянул руку Лоле, и та положила в нее клинок. Через секунду острие было у шеи Натаниэля, — Давай попробуем еще раз. Ты. Хоть как-то. Связывался. Со Стюартом? Отвечать стало еще труднее. Стоило Натаниэлю приоткрыть рот, как лезвие опасно натягивало кожу шеи. — Нет, — все же прохрипел ведьмак и почувствовал, как струйка крови побежала вниз к его ключице. Отец посмотрел на свою атташе. Та повела плечом: — Думаю, не врет. Натан кивнул, отпуская волосы сына и отодвигая руку с кинжалом. — Уходим? — спросила Лола. — Еще последнее, — Натан скрестил руки у себя на груди, разрезая Натаниэля своими холодными голубыми глазами, такими же как и его собственные, — Где мой гримуар. Мой. Будто бы гримуар не был Натаниэля. Это он Верховный. Это его сила, а значит, и книга его. Он и так умрет, так что… Натаниэль не удержался и усмехнулся. — Твой гримуар? Ты же не Верховный, — окончание фразы рыжий выплюнул вместе с кровью, когда кулак Натана столкнулся с его челюстью. — Сукин ты сын, — прорычал отец, — Ты такой же упрямец, как и твоя мать. Я лично сведу тебя в могилу, как и милую Мэри. — Может, убить его? — заговорила Лола, — Верховенство перейдёт к Вам, и гримуар подчинится сам. Нет надобности искать его при нем. — Нет, — вырвалось у Ната быстрее, чем он обдумал это все, — Так не работает. Мэри передала свою силу не просто так. Она сначала оборвала связь с прошлым ковеном. Без этой связи мы никто друг другу, — тараторил ведьмак, — Убьете меня вот так, и сила просто исчезнет, выбрав абсолютно новую душу. Это было правдой, Натаниэлю не нужно было даже врать. — Я произнесу заклинание нужное, — выдохнул Нат, — Если никто из твоих людей и ты сам не тронете людей Пальметто. Мясник прищурил глаза, явно раздумывая. — Мальчишка врет, — начала было Лола, но Натан ее прервал. — Нет, не врет. Это объясняет, почему я не почувствовал его, как нового Верховного. Натан какое-то время еще присматривался к сыну. — Ладно, Натаниэль, будь по-твоему, — наконец заговорил ведьмак, — Я обещаю, что не трону этих ведьмочек взамен на Верховенство. Доволен? Лола подняла его голову, прислоняя очередной нож к горлу. — Ну же, младший, этого же ты так хотел, — прошептала она прямо ему в ухо. — Клятва, — проговорил осторожно Нат. Мясник расплылся в улыбке, не предвещающей ничего хорошего. — Думаю, я даже ее тебе принесу. Надо же отметить как-то это дело — мой сын перестал быть полным посмешищем! Теперь хотя бы помрет, будучи немного достойным ведьмаком. Лола противно засмеялась, все также дыша Нату в шею. — Где гримуар? — уже приказал Натан. Натаниэль сглотнул. — У меня, в кармане, — он указал головой на джинсы. Натан молча кивнул Лоле, и та начала шарить по карманам ведьмака, распуская руки и довольствуясь этим прямо перед Мясником. Ведьма явно нашарила гримуар, уменьшенный до подвески, и достала его. — Есть, — довольно она произнесла. Мясник посмотрел на маленькую книжку и одним лишь взглядом увеличил до первоначального размера. Убедившись, что книга выглядит так, как и должна, он кивнул. — Дай ему кинжал, — Мясник даже не глянул на Лолу, смотря в те же глаза напротив, — Пусть сам займётся клятвой. Натаниэль понимал, что это еще одно унижение от отца — давать клятву перед ним на коленях, по сути вымаливая безопасность лисам. Лола вручила ему в руку клинок, не забыв провести ладонью по всему предплечью и спине, отходя от Ната. Веснински старался не замечать все эти прикосновения, чтобы сохранять свое внимание только на монстре перед ним. — Давай, Нати, — пропела Лола, — Покажи нам, что ты можешь. Натаниэль терпеть не мог, когда его так называли, и она это знала. Эта сука стояла тут, будто хоть что-то значила. Нат знал, как рассердить отца, знал, как заставить его перебросить их в Балтимор. Время шло, и тот факт, что лисы еще не появились тут, одновременно и облегчал Ната, и угнетал, ведь в любой миг они могли появиться. Нат поднял клинок психокинезом, на что Лола присвистнула. Это было последнее, что когда-либо могло вырваться из ее поганого рта. За одну секунду клинок оказался у нее в горле, протыкая его насквозь. Натаниэль почувствовал, как кровь брызнула на него, пока женщина кашляла. Она упала, оставив между ним и отцом громкий удар своего тела. Натаниэль даже не повернулся к ней. Он следил, как на лице Мясника медленно разгорается злость, чистый гнев. Нат не успел моргнуть, как нож вышел из шеи Лолы, сильнее забрызгав спину рыжего, и пронёсся по Натаниэлю глубоко воткнувшись в щеку — прямо туда, где только начал заживать след от корневой плетки Тетсуи. Натаниэль застонал и упал на пол, прикрывая рукой место ранения. Нож с бешенной скоростью разрезал ткань его кофты, доходя до самой кожи. Лезвие было слишком раскалённым, из-за чего все порезы становились невыносимыми. Напоследок клинок впился в плечо Ната, прям под ключицей, оставаясь там. Он закричал и со всей силой вынул нож, который остался валяться в метре от него. Сильная рука схватила Натаниэля за шею и подняла. Он схватил руку обеими ладонями, пытаясь вырваться, но хватка была слишком крепкой, а боль не позволяла ему даже попытаться воспользоваться психокинезом. — Ты, блять, только что посмел убить моего человека, — прорычал Мясник ему в лицо, — Ты произнесёшь заклинание, ведь пока ты это не сделаешь, ты не умрешь, — Натан маниакально улыбнулся, и эта улыбка превосходила оскал Лолы в тысячу раз, — Я буду разрезать тебя медленно на мелкие кусочки. В твоём теле будут застревать раскалённые иглы, а ноги мы прорежем тебе так, чтобы ты точно больше не смог от нас убежать. Натаниэля захватила паника. Ему было стыдно за свои мысли, ведь больше всего на свете сейчас он хотел, чтобы лисы все-таки вернулись, чтобы помогли ему. Он столько всего сделал, чтобы они никогда не столкнулись с Мясником, а теперь молил об их возвращении. Он заслужил все, о чём сейчас рассказывал Натан. Как он мог хотеть лисов здесь? Если бы они здесь оказались, их ждала бы смерть. — А если ты и тогда не сделаешь этого, — продолжал отец, — Мы начнём отлавливать твоих милых друзей, — Нат забрыкался сильнее, — Ты думал, мы поверили во всю эту чушь с именем? После того, как кидался своим именем направо и налево, объявляя войну Морияме, — рука сильнее сжала горло Ната, из-за чего у него пропал доступ к воздуху, — У тебя был шанс их уберечь, если бы те умели молчать, но ты решил убить мою правую руку, а значит, подыгрывать мы тебе не будем. Знай, сынок, — отец скривился на этом слове, — Ты умрешь, так и не добившись сохранения их жизней. Они умрут из-за тебя. Натаниэль бился в конвульсиях. Он не мог дышать, в глазах темнело из-за сильной хватки отца, а страх, вызванный его словами, не оставлял и надежды на логическое и быстрое мышление. Натан второй рукой призвал себе гримуар. Натаниэль почувствовал перемещение, но его веки уже опускались. Последнее, что он увидел, было чей-то светлой макушкой справа среди деревьев. В этот момент он окончательно вырубился.

***

Натаниэль лежал на грязном полу, извиваясь всем телом. Над ним стоял его отец и с жуткой, неповторимой кровожадностью медленно разрезал сухожилия на ногах. Он только улыбался и смеялся, когда крики ведьмака становились все громче. Натаниэль знал, что его никто не услышит, ему никто не поможет. Подвал Балтимора хранил множество секретов, и одним из них станет и сам Нат. Крик рыжего оборвался, вместо него вырвался хрип. Натан остановил пытку, склоняясь ближе к лицу сына. — Что ж, видимо, пока достаточно, — Мясник кровавой рукой провел по волосам измученного им же ведьмака, — Нам еще пригодится твой голос для заклинания, да, Натаниэль? Младший Веснински тяжело дышал. Горло обжигало болью от непрерывных криков так, что мозг уже даже не думал о располосованных ногах. — Ух, что ж я так неаккуратен сегодня, — фальшиво цокнул Мясник, — Ну ничего, сейчас прижжем все раны, и будешь готов. Натан откинул тесак, которым орудовал раннее, и за долю секунды раскалил воздух вокруг ладони. Ему не нужно было даже дотрагиваться до Натаниэля, чтобы вызвать у него новую порцию криков и боли. На очередном стоне и всхлипе Натаниэль резко дёрнулся, открывая глаза. Дыхание было сбито, будто он снова обежал весь чертов парк аттракционов. Он сразу же вскинул руки к своим ногам, но нашел их невредимыми. Пока. Это был сон, выдохнул Нат, успокаивая дыхание. Просто сон. Или?.. Он быстро осмотрелся и сердце замерло. Что ж, разве не этого он добивался? Теперь и он, и его отец далеко от лисов, от всего Пальметто. Они в безопасности. Чего нельзя было сказать о Нате. Младший Веснински оказался ровно там, где и ожидалось — Балтимор, подвал особняка его ковена. Бывшего ковена. Резкое понимание ударило в голову: ему снился не кошмар, ему пришло видение. Не стоило этому удивляться, он знал, что происходит в подвале особняка Веснински. Видение было таким реалистичным, таким живым… Натаниэль все еще чувствовал лезвие в ногах и следовавший за ним огонь. А теперь ему снова это проживать? Если бы Натаниэль постиг стихию воздуха, то непременно себя бы им задушил сейчас. В помещении он был один. Нат устало вздохнул. Он не понимал, сколько прошло времени с того, как он и его дорогой папаша переместились в Балтимор. Тогда Натаниэль был уже на грани обморока, но он помнил, как его сознание решило сыграть с ним в очень жуткую шутку. Там, в Пальметто, среди деревьев он увидел Эндрю. Всего на долю мгновенья в голове возникла мысль: «Он пришел. Он здесь». Да… Мяснику не было надобности мучить Натаниэля, его голова и его сознание сами с этим справлялись. Сложно было понять, сколько Нат сидел вот так в темноте и тишине один. Правая рука почти не двигалась из-за многочисленных ножевых ранений, щеку саднило. Натаниэль просто сидел, облокотившись на стену, и пытался ровно и глубоко дышать. Пару раз он проваливался в сон и каждый раз просыпался в той же глухой тишине. Был ли кто-то в комнате, пока он спал? Вряд ли. Эти люди не стали бы ждать, когда Натаниэль проснётся сам. Но почему никто еще не пришел? Сколько вообще прошло времени? Час? Пять часов? Сутки? Натаниэль чуть ли не облегченно вздохнул, когда створка двери наконец звякнула. Ведьмак открыл глаза и встретился с Ромеро Малькольмом, братом Лолы, помощником Мясника. — Давно не виделись, Натаниэль, — без каких-либо эмоций произнёс атташе. Мужчина лет тридцати не получал такого удовольствия от убийств и пыток, как Лола и Натан, по крайней мере, так казалось Натаниэлю. Однако это не означало, что он был менее опасен. Большая часть шрамов Ната может и была от Лолы и отца, но и этот атташе оставил свой след на теле рыжего. — Как долго я тут? — голос Натаниэля был жутко хриплым от долгого молчания. — Часов тридцать, — абсолютно не заинтересованно ответил Малкольм. Он подошел к столу, которого было не видно из-за темноты, и начал перебирать весь свой арсенал клинков. Они там были все это время? Удивительно, но даже слыша, как атташе перебирал все клинки, Натаниэль не запаниковал. Он все продолжал лежать с полузакрытыми веками. Открыл парень их, только когда рука Ромеро резко схватила его предплечье, сильно сжав и вызывая тем самым стон Веснински. Одним быстрым движением, кофта Натаниэля задралась до локтя, показывая кожу руки. Ромеро осмотрел конечность и бросил руку на пол, возвращаясь к своим делам. Натаниэль глянул на руку, но она была чистой — ни одного ранения и шрама. Откуда же тогда боль? Фантомная? Дверь снова скрипнула, и Ромеро встал по стойке смирно. В подвал спустился его отец. — Натаниэль, — нараспев проговорил Натан, — Как ночь провел? Наверняка соскучился по своему дому. Нат исподлобья следил за своим отцом. Натан посмотрел на Ромеро, и тот без лишних слов заговорил: — Все готово. Мясник кивнул. — Нам надо заняться воспитанием этого отребья, — уже без тени веселья сказал Натан, — Поднимайся, — не просьба, приказ. Натаниэль продолжил лежать. Тогда Натан головой указал Ромеро, и атташе молча оказался рядом с ведьмаком. В следующий миг Натаниэль повис в воздухе. Ромеро поднял того, схватив за шею. Грубо толкнув парня вперёд, он сжал пальцы у плеч ведьмака. Мозг Натаниэля сконцентрировался лишь на ощущениях на шее. Именно так он будет объясняться Мэри, ведь следующие слова могли стать его последними: — А на психокинез сил уже не хватает? По какой-то причине Натан не ответил. В следующий миг Мясник со всей силой ударил младшего, отчего тот снова оказался на полу. А, вот по какой причине. Пока Нат откашливался, Мясник навис над ним, хватая за волосы и поднимая тем самым голову ближе к себе. — А вот в этом, сын, ты мне и поможешь, — голос был одним сплошным гневом, облачённым в слова. Резко выпустив волосы и заставив Ната больно удариться головой о пол, Натан протянул руку к своему помощнику. Ромеро в своей молчаливой манере дал тому уже знакомую всем здесь книгу. Мясник не заботился об артефакте, когда бросал его на пол у лица сына. — Время, — коротко бросил ему отец. Натаниэль медленно приподнялся, усаживаясь на полу и подбирая книгу себе на колени. Он специально раскрыл гримуар и начал перебирать страницы, будто и вправду искал заклинание. — Быстрее, — рыкнул на него Натан. Еще пару страниц Нат перевернул, а затем взглянул снизу вверх на отца и его атташе. Натан выжидательно смотрел на сына, пока Ромеро просто следил за всеми движениями младшего. Сколько Натаниэль себя помнил, так было всегда: Ромеро никогда не проявлял какие-либо эмоции, лишь следуя строго приказам. Натаниэль рассмеялся. Смех так и вырывался из его груди, вызывая слезы в уголках глаз. — Натаниэль, —прорычал Натан. Что его так рассмешило? Да все! Пустое выражение лица Ромеро, взгляд Натана, в котором так и плескался восторг от скорого Верховенства… И вот здесь, вот так умрет Натаниэль? У жизни слишком ужасное чувство юмора. — Какая незадача, — не переставая смеяться выдохнул Натаниэль, — Это не мой гримуар. — Что это значит? — резко и сухо спросил Ромеро. — Как же так, — рыжий все еще не мог успокоиться, — Совсем из головы вылетело… А гримуар-то сейчас должен быть в Англии! Мясник слишком медленно подошел к сыну. В его руке уже оказался нож, который сразу приставили к горлу младшего. — Повтори, — нарочито спокойно приказал Натан. Не без ебанутой улыбки, которая была слишком похожа на оскал самого Натана Веснински, Натаниэль нараспев объяснил: — Гримуар у Хэтфордов. Он принадлежит им, и уж точно не тебе, папа. Все лицо Мясника скривилось то ли от понимания всего предложения, то ли только от последнего слова. — Ты связался с Хэтфордами?! — вот теперь Натан был не зол, он был в ярости. — Нет, — Натаниэль не смеялся — сложно это было сделать с ножом под горлом, — Я всего лишь отправил им гримуар. Натаниэль видел, как исказилось лицо отца, видел, как его рука замахивается. Его тело само действовало. Даже не задумываясь о том, что ему следует делать, Натаниэль отбросил отца от себя. Тот столкнул своего атташе, и оба мужчины свалились на пол. Мясник не переводил дыхание. Он вскочил на ноги и бросился на Натаниэля. Уже через секунду Нат почувствовал, как нож вонзается ему в грудь под ключицу. Наверное, Натаниэль кричал, хотя он этого точно не понимал. — Неси defatigatus, — прохрипел Мясник. — Нет! — Натаниэль начал вырываться. Только не это. Малкольм отошел к двери, и уже спустя пару секунд появился оттуда с еще одним мужчиной, которого Натаниэль узнал сразу же. Джексон. Вот он уже был таким же ебнутым, как и Лола. — Ух, сколько прыти, — присвистнул Джексон. — Джексон! — гавкнул Мясник, и атташе сразу же приструнился. Он быстро подошел к Натану, передавая тому склянку с каким-то пойлом. К сожалению, Натаниэль прекрасно знал, что было в этом пойле. — Нож, — Натан вытянул руку Ромеро, и тот тут же вложил в нее новый кинжал. Когда Натан замахнулся, Натаниэль снова попытался откинуть отца, но тот схватил сына за шиворот и мгновенно оцарапал тому лицо. Кинжал прошёлся прям через все лицо, ломая нос младшего Веснински. Не успел Натаниэль вскрикнуть, как рукояткой кинжала Натан ударил его снова. Именно в этот момент отец схватил Натаниэля и влил ему в рот defatigatus. Как бы Нат не хотел это выплюнуть, ему не удавалось повернуть голову и сплюнуть. Отец зажал нос младшего, закрыв и рот ведьмака, и Натаниэль сглотнул зелье. Как только зелье оказалось внутри парня, Натан встал и отошел на шаг, осматривая свою жертву. — Сколько ждать? — обратился он к Джексону. — Минуты две, максимум пять, — покорно ответил атташе. Натаниэль не слышал, о чем переговаривались дальше мужчины. В его голове он отчётливо слышал лишь свое дыхание, да стук сердца. Тело явно нагревалось. Натаниэль обливался потом, будто страдал от лихорадки. Такое с ним было в первый раз. Он умирал? С зельем было что-то не так? — Какого черта? — будто через водную гущу Натаниэль услышал голос Ромеро, — Так должно быть? — Нет… — Так исправь это! — прорычал Натан, — Он не должен сдохнуть сейчас. Он еще не получил свое. — Лекарства нет, — начал торопливо объясняться Джексон, — Господин, он не умрет. Видимо, это силы Верховенства борются с зельем. Натаниэль тяжело дышал, как бы он не старался угомонить дыхание. Он уже чувствовал, как становится бессильным. Если люди Мясника ничего не меняли в зелье, то его действие не должно было продлиться больше нескольких дней, но это не радовало Ната. К этому времени он будет уже мертв, а магия ему нужна была сейчас! У жизни точно свои шутки… Натаниэль так долго мечтал, чтобы он лишился своего Верховенства, чтобы не был ведьмаком и смог жить спокойно. Но вот сейчас, чувствуя, как в его теле не оставалось ни единой крупицы магии, никакой радости не наступало. От бессилия хотелось выть. — Ну что, Натаниэль, — Натан снова оказался на младшем, маниакально улыбаясь во весь рот, — Уже не так весело? Натаниэль схватил отца за руку, пытаясь не дать ему снова вцепиться в волосы, однако это было бесполезно. Жалкая попытка вызвала только смех у Натана и Джексона. Натаниэль может и не был парализован, но тело реагировало явно ненормально на пойло, и обычные жизненные силы тоже покинули Ната. Натан поднялся. Теперь он стоял над ним и жуткая кровожадность отразилась на его лице. — Ты же не думаешь, что мы тебя отпустим? Даже без заклинания, ты не жилец. Но вот умрешь ты не скоро, это я тебе гарантирую. Натан не стал подбирать кинжал, которым он порезал лицо Натаниэля. Вместо этого он взял уже тесак, который ему протягивал Ромеро. — Думаю, мы начнём с ног, — Мясник отступил на шаг. Нат попытался отползти, но все было тщетно: руки дрожали и не держали его тело. Получалось только смехотворно дёргать руками и ногами, — Теперь они тебе не понадобятся. Мясник медленно начал разрезать сухожилия. Натаниэль орал во все горло. Все перед глазами плыло. Чёткой оставалось лишь улыбка Джексона; Натана он не видел в таком положении. Мясник лишь смеялся, когда крики сына сменились на хрипы. Никто не услышит Натаниэля, никто не поможет. Сколько будет это длиться? Мам, помоги, Натаниэль не хотел взывать к матери, но он давно уже перестал давать отчёт своим действиям. Мам, пожалуйста, рыжий всхлипнул. Все тело ломило. Было больно не только в ногах, где орудовал Натан, но и в руках, кистях, шее, груди. Больно было даже дышать. Когда голос Натаниэля окончательно оборвался, Мясник остановился. В комнате было слышно сиплые и частые вздохи младшего. — Что ж, видимо, пока достаточно, — Мясник кровавой рукой провел по волосам измученного им же ведьмака, — Сейчас прижжем все раны, и будешь готов. Мы же не хотим, чтобы ты их вылечил потом, да? Натан откинул тесак, которым орудовал раннее, и за долю секунды раскалил воздух вокруг ладони. Ему не нужно было даже дотрагиваться до Натаниэля, чтобы вызвать у него новую порцию боли. Натаниэль желал лишь одного — умереть, и как можно скорее. Веснински не понял даже, что Мясник перестал поджигать его кожу, лишь увидел идентичные его глазам бешеные зрачки отца. — Руки тоже так не оставим, — Натан снова уже держал тесак. Он обхватил ладонью кисть Натаниэля, приподнимая его руку. Пальцы Мясника снова разогрелись, начиная прожигать кожу ведьмака. Натаниэль снова закричал, хотя и вырвался лишь странный хрип. Натан не спеша разрезал кожу, прожигал ее, превращая в месиво. Где-то на задворках сознания Натаниэль распознал голос Ромеро, но никак не мог понять, что он говорил. Это что-то было важным, раз рука Ната упала с плашмя на каменную плитку подвала. Даже теперь, когда кожа перестала гореть заживо, Натаниэль не мог расслышать разговоры вокруг. Он вообще ничего не слышал, кроме своих всхлипов и жуткого звона в ушах. Он не мог даже пошевелиться. Тело ломило и до этого, но с новыми ранами, с новыми ожогами все стало еще хуже. Боковым зрением Натаниэль подметил какое-то движение. К звону в ушах добавилась какая-то суматоха, будто бы сразу несколько людей начали кричать. Размытым зрением Нат заметил какое-то тело, которое упало относительно не так уж далеко от него самого. Попытавшись все-таки сосредоточить свое внимание на этом объекте, Натаниэль напрягся, что вызвало лишь очередной приступ лихорадки и тошноты, и он закрыл глаза. — Мы только сегодня вспоминали о тебе, — расслышал все-таки Нат голос отца. Кому он мог такое говорить? — Есть последние слова? Нат узнал этот голос. В последний раз он слышал его давно в детстве, однако даже сейчас он смог понять, кому он принадлежал. Натаниэль снова открыл глаза, через силу вглядываясь на мужчину, который стоял над лежавшим теперь так же, как и сам Нат, Мясника. Натан открыл рот, чтобы что-то сказать, но Стюарт опередил его, пуская пулю прямо в голову. Вторую он выпустил ему в сердце. Натаниэль круглыми глазами смотрел на то, как Мясник закашливался в крови, и не мог отвести взгляд. В ушах теперь звенело еще и от выстрелов. Стюарт отдал автомат какому-то светлому парню и повернулся к Нату. Хэтфорд перешагнул через Мясника и опустился на колени, чтобы склониться над ведьмаком. — Нат? — Нат прочитал по губам. Брат Мэри казался довольно встревоженным, пока он осматривал своего племянника, — Ты меня слышишь? Натаниэль хотел ответить, но не мог. Горло ощущалось разодранным, голова кружилась. — Нат, подумай об ответе, дай знать, что с тобой, — довольно громко сказал Стюарт. Натаниэль пытался оформить все в мысль, но не получалось. Все, что он чувствовал, был жар, расплывавшийся по всему телу с новой силой. — Черт! — выругался Хэтфорд. — Позвать их целителя? — послышался где-то вдали чей-то молодой голос. — Не надо, тут слишком много трупов. Сперва вытащим его. — Это безопасно? — Вариантов нет, — отрезал Стюарт и снова обратился к Натаниэлю, — Нат, сейчас я как можно аккуратней тебя подниму и вытащу из этого места. Наверху есть целитель, но тебе придётся как-то объяснить, что именно с тобой. — Надо было оставить в живых одного из них, расспросили бы… Стюарт проигнорировал эту реплику. Внезапно мужчина резко посмотрел в сторону лестницы. Натаниэль ничего не слышал, но, видимо, там кто-то появился, раз Стюарт так разозлился. В глазах снова все расплывалось. — Кто его пропустил?! — Мы не виноваты, сэр, — еще какой-то голос, — Он вырубил некоторых наших. — Миньярд, не подходи блять… Стюарт не успел закончить, как Натаниэль почувствовал, как кто-то сел по другую сторону от него. Неужели это был… — Что с ним? — Натаниэль готов был расплакаться от этого уже почти родного голоса. Вот только он не контролировал свое тело. Новая волна жара прошлась по телу, вызывая судороги. — Черт, что с ним?! — взревел Эндрю. — Да не знаем мы! — крикнул на него Стюарт, — Надо вытаскивать его наверх. Натаниэль не знал, о чем там договорились ведьмаки, но прохладная ладонь взяла его за руку, и он почувствовал, как все тело поднимается под действием психокинеза. Кто-то явно старался сделать это как можно более аккуратно, но даже медленный подъем вызвал стоны боли у Ната. Не понимая, что происходит, Веснински вырвался из своего сознания, когда его уже положили на землю. На улице было темно. Нат различил несколько голов, склонившихся над ним. Голова взревела с новой силой из-за поднявшегося шума голосов. Рука, которая держала его в подвале, так и не отпускала его ладонь. — Заткнулись все! — взревел знакомый голос, — Отступили и дали ему пространство! Аарон и Эбби займутся всем. Вокруг стало тише, но рука так и не отпускала его, за что Натаниэль был очень благодарен. Чья-то нежная рука дотронулась до его щеки. — Нил, милый, помоги нам, пожалуйста, — обратился к нему женский голос, полный заботой. — Его голова — сплошное месиво, — снова заговорил Стюарт. — Ожоги и глубокие порезы на икрах, — перечислял Аарон, — То же самое на предплечьях. Лицо… — ведьмак запнулся, — На лице только порез вроде. — Почему они не затягиваются сами? — Натаниэль услышал голос Эндрю прямо над левым ухом. Так это все-таки он держал его за руку?.. — В этом и проблема, — пробормотала Эбби, — Обыщите подвал и.. все карманы людей там. Вы должны найти что-то, чем его могли напоить. Никто не ответил женщине. — Напоить? — услышал рыжий Элисон. Сколько тут было ведьм? — Скорей всего, — подтвердила Эбби, — Иначе тело бы так не реагировало. Он будто отталкивает что-то, борется с каким-то веществом, ядом. Натаниэль плохо соображал, но ему надо было рассказать, что именно ему дали. Он открыл рот, но лишь закашлялся, если его полу-стоны и хрипы можно было так назвать. — Даже не пытайся, — положил вторую руку на его лоб Эндрю, — Сами дальше разберёмся, — отчеканил блондин. Дыхание Натаниэля все еще было рванным и частым. Пот лился в три ручья. — Это defatigatus, — заговорил Жан. Он тоже тут?! — Что? — переспросил Ваймак. Это он ранее кричал заткнуться всем. — Черт, — прошипел Стюарт. — Объясните, — потребовал Аарон, — Что делать с этим? — Мне нужен гримуар, чтобы антидот приготовить, — вздохнул Стюарт и, видимо, хотел уйти, но его остановил Жан. — Я помогу. — Откуда ты знаешь? — слишком резко произнесла Рейнольдс, но Моро это не смутило. — Мэри. На какое-то время наступила тишина, но снова Аарон быстрее всех пришел в себя. — Говори. Француз начал что-то объяснять: какие травы нужны, какие зелья. Началась снова суматоха. Насколько Натаниэль понял, кто-то переместился за ингредиентами. — А у Вас там нет этого зелья? — спросил Мэтт. — Мы давно не встречались с этим зельем, — ответил Стюарт, — Я думал, его уже никто не использует. Тело снова скрутило, и Натаниэль провалился куда-то в дрему. Единственное, что помогало ему не отключаться полностью, были нежные поглаживания по ладони. Рука Эндрю иногда сжимала его чуть сильнее, не давая вырубиться. Веснински снова застонал, когда сдавило голову. — Потерпи, скоро все пройдёт, — услышал он голос Миньярда, — Его больше нет. Мы возвращаемся в Пальметто. Эндрю продолжал что-то тихо проговаривать Нату, стирая со лба капли пота, что выступали слишком быстро и часто. Что-то холодное коснулось ожогов его ног, и Натаниэль зашипел. Он машинально попытался подняться, но крепкие руки вернули его в лежачее положение. — Терпи, терпи, — проговаривал Аарон. Это он нашел воду для лечения? — Лучше сейчас это сделать, чем потом. — Оставь холодную воду для головы, — подсказал Жан. Снова слова Мэри? Почему она говорит все это ему, а не брату? — Нашли, сэр, — послышался снова неизвестный голос. — Молодцы, — выдохнул Стюарт и подошел к Аарону. — Это надо Эбби, я не смогу вот так определить, — пробормотал Миньярд, но через пару секунд продолжил, — Моро, туда могли добавить что-то еще? — Да. — И мать его не знает этого точно? — Нет. Натаниэль не понял, кто выругался в этот раз: Эндрю или Аарон. Холодная вода приложилась ко лбу ведьмака, и Нат застонал. Через какое-то время появилась Эбби: — Готово, Аарон, пропусти. Целительница присела у лица Веснински и снова прикоснулась к его челюсти. — Нил, тебе надо это выпить. Эндрю приподнял его голову и плечи. Руки Миньярда заметно отличались от хватки Мясника и его людей, когда те заламывали голову младшего за волосы. Какое-то зелье полилось в его горло. Это тоже было жутко больно. Небо было будто разрезанным и каждая рана сейчас ныла из-за лечебного напитка. — Дома уже сделаем что-то для горла, — больше себе говорила Эбби, — Но говорить он не сможет сразу. — Это все из-за этой белиберды? — спросил Эндрю. — Нет, — голос Эбби стал какой-то печальный, — Это из-за долгих криков. Руки Эндрю чуть сильнее сжали плечи Натаниэля, что выдавало его эмоции. — Когда оно должно подействовать? — спросил Ваймак. — Не знаю, — выдохнула женщина, — Это лекарство от действия самого зелья. Лихорадка и судороги не его симптомы. Он может продолжать вот так реагировать и дальше. — Мы не можем переместить его в таком состоянии, — то ли спросила, то ли заявляла Дэн. — Тренер, — выхрипнул Натаниэль, после чего с минуты кашлял. — Малыш, давай ты помолчишь пока, — Ваймак оказался рядом с ним, проведя рукой по волосам. И снова этот жест не имел ничего общего с Мясником, который часом ранее, не больше, проделывал то же самое, — Дальше мы все сделаем. Восстанавливайся. — Давайте уйдём, — все же проговорил Нат, он почти смог увидеть лицо тренера, но то все равно было размытым. Даже просто смотреть приносило ему жуткий дискомфорт, — Пожалуйста, переместимся в Пальметто. Ваймак молчал. Было понятно, что Натаниэль был в очень плохой форме для перемещения, тем более на такое расстояние. — Пожалуйста, — половина слова так и не была сказана, ведь голос рыжего сорвался. Но, казалось, это подействовало на мужчину. — Ладно, — вздохнул оборотень. Мужчина отошел от рыжего, когда вдруг заговорил Кевин. — Нет, нам надо сначала выяснить, что с его силами, — неожиданно запротестовал Дэй. — Кевин, сейчас не мест… — начала было Эбби, но Кевин все равно продолжал. — Нет! Если они подлили что-то в эту чертовщину, нам нужно выяснить это сейчас! — Дэй, это не обсуждается, — четко подвёл линию Ваймак. — Но… — Мы обыщем дом, — заговорил Стюарт, — Мои люди перевернут его с ног наголову. Если мы что-то найдём, то сразу скажем. — Вы потом в Пальметто? — спросил тренер. — Да, но позже. Я привезу медика, который знаком с этими зельями. Натаниэль видел кивок Эбби. — Так будет лучше. Я никогда с этим не сталкивалась. Стюарт вышел из поля зрения Натаниэля, отдавая приказы кому-то. — Хорошо, перемещайтесь ребята, — обратился тренер к кому-то из лисов, — Мы сразу за вами. Послышалась какая-то возня. Тренер склонился над Натаниэлем. — Малыш, мы готовы. Но это, скорей всего, будет больно. Натаниэль сглотнул и через силу прохрипел: — Вряд ли вы переплюнете Мясника. Ваймак усмехнулся и пробубнил себе под нос «придурок». — Эндрю… — обратился к нему Ваймак, но так и не договорил фразу. — Не хватайтесь за него, — приказал Миньярд, — Только за меня. Видимо, все оставшиеся послушались блондина, ведь руки Эндрю были единственными, которые касались рыжего. — Лучше сделай глубокий вдох и задержи дыхание, — сказал уже чуть тише и только ему Эндрю. Натаниэль послушался. Сделав глубокий вдох, насколько он мог сейчас это сделать со своим частым сердцебиением, и задержав дыхание, Натаниэль почувствовал, как Миньярд перенёс их. Натаниэль размытым взглядом смотрел, как особняк Мясника исчезает у него на глазах.