Я не против умереть

Виктор Новиков - бывший военный. Солдат, отдавший свою жизнь идеалам СССР, воспитанный в духе патриотизма, юнец, умерший от разрыва гранаты. Виктор Новиков воскрес единственным выжившим на обгорелой поляне. Именно там родился идеальный солдат. Третья Мировая закончилась. Победители празднуют победу. Виктор единственный получает медаль из взвода. Больше никого нет в живых. Третья Мировая закончилось. Но люди продолжили воевать. Виктор - бессмертный солдат. Снаряд, прорывающийся в толпу вражеской пехоты, щит, прикрывающий тела товарищей. Они все мертвы. На теле Виктора – только один единственный старый шрам. Его тело идеально живое. Его душа похоронена в их могилах. Но Виктор Новиков - идеальный солдат. Командир отдаёт приказ. Мнение подчинённого не учитывается. И Виктор вновь бежит под обстрел врага. Когда его находит Босс, Виктор уже устал. Девять лет он отдавал свои прошлое, настоящее и будущее, отдал все свои мечты и надежды на поле боя. Неизвестно, сколько лет он отдавал своё тело лабораториям его родины. Босс - лишь самовлюблённый мальчишка, провидец, мечтающий собрать сильнейших возле себя. Но Виктор идёт за ним, за обещанием вновь вдохнуть чистый воздух и увидеть солнечный свет. Его прошлое остаётся в ярких от искусственных ламп комнатах, в холоде лабораторного стола. К семье он приходит уже на кладбище. Молчат их имена, равнодушно смотрят фотографии. Он был плохим сыном, да? Его колени падают на землю перед могильным камнем. "Новиков Виктор Григорьевич. 2013 - 2041 гг. Страна помнит наших героев." Виктор Новиков - бывший военный. Идеальный солдат. И сейчас он плачет на своей могиле. Босс забрал будущее Виктора себе, втянул в подпольный мир, раскрыв правду об одарённых людях. Виктор особенный. Виктор - целитель. Из горла лаем хрипит издевка. Лечить он может только себя. Виктор устал. Уже полгода он не выходит из выделенной ему квартиры. Он пьёт, курит, почти не спит и не ест, а от иглы останавливает лишь её отсутствие. Но лёгкие не хотят задыхаться, желудок бесконечно сворачивается, но не пожирает себя, печень всё также идеально работает, а мозг без сна и не думает отключаться. Виктор Новиков идеально жив, но желает умереть. Бездумно повторят всё то, что родители запрещают своим детям, хватаясь за затухающее детство. Алкоголь не туманит голову, ран от порезов не остаётся вовсе. Виктор - идеальный бессмертный солдат. И без войны он никому не нужен. Он курит на балконе уже неисчислимую сигарету, когда перед ним предстаёт пятнадцатилетняя девчонка и склоняется в вежливом поклоне. Её английский отдаёт заметным акцентом. — Моё имя - Оогами Рэй. С сегодняшнего дня я - ваш напарник. Прошу, позаботьтесь обо мне. Виктор лишь равнодушно окидывает её взглядом и тянется к бутылке. Но заботиться начали именно о нём. Девчонка открыла все окна в квартире (его лёгкие наконец-то полноценно вздохнули), выбросила весь мусор и даже приготовила поесть. Она оставила перед ним новую одежду, расчёску и банные принадлежности, встретив в ответ лишь безразличие. Вскоре мужчина уже мокрый, как и диван. Девчонка держит пустой тазик и раздражённо смотрит. Виктору настолько всё равно, что он даже не сопротивляется, когда его скидывают с дивана. Виктор даже удивлён, что о нём, наконец, вспомнили. Как будто только и ждали пока появится эта надоедливая девчонка, чтобы вручить его ей. Им дали задание. Какое - мужчина не интересовался. Напарник завела его в больницу, сказав охранять одну из жертв, и ушла. Новикова это не волновало, как и лежачий на больничной койке юноша. Это встреча перевернула его душу в могиле. Мальчик - Джун - семнадцатилетний омега, мечтающий о кругосветном путешествии, приключениях в джунглях, сёрфинге, верном альфе и рыжем коте. Джун - жертва психопата, переломавшего подростку ноги. "Задет позвоночник" - говорили врачи. "Нет гарантии, что он сможет ходить" - плакали родители. "Он не сможет родить" - ужасались другие омеги. Это ставило крест на мечтах мальчика. "Теперь он никому не нужен" - думал Виктор и видел себя. Мальчик - Джун - семнадцатилетний омега, больше не сможет ходить, заниматься сёрфингом и завести семью. Джун - не похож на Виктора, он не сдался. "Говорят, курс реабилитации может помочь. Ну и что, что это может занять несколько лет?! Я же молод, я никуда не спешу. Помимо сёрфинга можно кататься на каноэ и участвовать состязании гребцов! Когда любишь - отсутствие детей не помеха, можно усыновить!" Джун - маленькое солнце. Он улыбается, рассказывает анекдоты, смеется и говорит Виктору комплименты. Виктор видел, как сильно сжимают бледные пальцы ткань одеяла, как подрагивают губы, пока никто не видит. Его глаза блестят вовсе не от солнечных бликов. Джун - не Виктор. Он не сдался. "Господин Виктор такой красивый омега! Вы точно популярны у альф, не расскажете секреты привлекательности? Мне нужно быть готовым встретить своего альфу!" У Виктора нечёсаные длинные патлы вместо волос, усталый взгляд и небритое лицо. Он смущённо улыбается, радуясь, что послушно надел новую одежду и принял душ. И чувствует себя неловко. "Господин Виктор выглядит сильным! Вы занимаетесь спортом? Откуда у вас такие мышцы? Я так завидую! Вы не хотите стать мои тренером? О, давайте поучаствуем в состязании на каноэ? Добро пожаловать в команду будущих победителей!" Виктор никуда не ходил уже неизвестно сколько лет. Его тело всё так же в прекрасной физической форме. О завтрашнем дне он даже не задумывается. Перед глазами представлялись чужие великие планы, его сердца взволнованно слушало описываемые перспективы. Его угольки души слабо полыхнули, мечтая разгореться так же, как раньше. Джун - будущее солнце, чемпион по каноэ и верный супруг. Джун не сдаётся. Виктор впервые после взрыва снаряда, тоже захотел не сдаваться. Виктор воодушевлён. Вдохновлён. Делает глубокие вдохи уличным воздухом, впервые за несколько лет, задыхается им, и смеётся, чувствуя, что внутри начинает жить. Девчонка стоит перед ним. Нелепо официальная в своём строгом костюме. И смотрит так понимающе, что Виктор замирает в своём осознании. "Ты это специально." - тихо говорит он. "Рада, что ты пришёл в себя." - в её серо-голубых глазах проскальзывает удовлетворение. Виктор это замечает и давится подкатившей к горлу радостью. Глаза Оогами Рэй - холодное пасмурное небо. Безразличное и равное ко всем, кто под ним. Виктор выбрасывает весь алкоголь, сжигает последнюю пачку сигарет и занимается собой. Исчезли длинные грязные волосы, сменившись короткой слегка лохматой стрижкой, вернувшей свой золотистый блеск. Убирает с лица щетину, задумался над уходом за кожей. Виктор приводит себя в порядок и смотрит в зеркало. На него смотрит в ответ знакомый двадцатичетырёхлетний уже мужчина. Застывший в своей молодости. И только на груди расплывалось пятно шрама от взрыва, напоминающее о давних событиях. О его и чужих смертях. От своего вида становится тошно. Почему лишь он остался жив? Какой в этом смысл? Глаза Оогами Рэй - тёмные воды зимнего моря. И сейчас они смотрели на него одобрительно. И больше Виктор себя не опускал. Оогами Рэй - альфа, понимает Новиков и сожалеет. Женщины-альфы - редкость. Но редкость бесполезная. Пока мужчины-альфы занимали верхние места, вели за собой бет и защищали свои семьи, пока беты терялись в своей стабильности, а омеги давали жизнь будущему, женщины-альфы не могли ничего. Да, они сильнее и властнее, чем беты и омеги, но уступают мужчинам-альфам в силе и влиянии. Да, они женщины, но почти бесплодны. Не имея возможности создать полноценную связь с омегой - они стали невыгодной партией. Как альфа, женщина не прогнется под альфу, но как женщина не сможет оплодотворить омегу. У женщин-альф не выгодная позиция в Семьях, особенно придерживающихся традиций. Брак. Досадная помеха. Имя Оогами Рэй - ненастоящее. Хибари Рэйка, так её звали. Фамилия как у советника Королевской семьи. И дар. Тёмно-синий туман необъятен, подобно тучам затмевающим небо, он клубится уродливой кучей в руке, а внутри - бесконечность созданного пространства. Дар управления пространством. Как у советника дона мафии. Виктор читал. Узнавал. Выпрашивал у помощника Босса (сам мальчишка только пакостно улыбался, и смотрел так раздражающе-всезнающе). Но Виктор молчит. У Оогами Рэй нет семьи. На миссии сын советника назвал её сестрой. Виктор молчит. Оогами Рэй семнадцать. Она захлёбывается кашлем и хватается за сердце. В её глазах яростно рычит жадная мгла, сила, слишком огромная для слабого тела. Мужчина устраивается под боком, собирается помочь встать. Но его руку откидывают прочь. Смотрят холодными глазами, кипящие тихой яростью бушующего моря. Не мешай. Звучит безмолвный приказ. И Виктор подчиняется. Как подчинялся всегда. Но сейчас он делает это добровольно. Лишь завороженно смотрит на силу в момент слабости. Сдерживает восторг от рухнувшего тела с продырявленной головой. И смотрит. Смотрит, как маленькое (особенно по сравнению с ним) тело уверенно шагает к нему, преодолевая дрожь ослабевших мышц. И отвечает ему взглядом. Уверенно. Равнодушно-спокойно. Протянутая ладонь звучит приказом. И Виктор не смеет отказать, достает из чехла свой армейский нож, вкладывая в тонкую руку, обтянутую чёрной кожей (ох, она всегда носила перчатки), наслаждаясь коротким благодарным кивком. Оружие исчезает в клубящей мгле. Виктор даже не обращает внимание на раздавшиеся сверху хрипы - так противник пытается остановить текущую из разрезанного горла кровь. Он смотрит, смотрит на дрогнувшие в улыбке губы, наслаждающиеся своей победой. Виктор понимает, что готов сам искать новых врагов и притаскивать их, подобно коту мышей, лишь бы вновь это увидеть. Виктор Новиков и Огами Рэй - напарники. Они идеальный баланс силы и холодной расчёта. Они второй по силе дуэт в шкатулке двенадцати сильнейших Босса. Сильнейший человек и гений дедукции - вот как они прославились в теневом мире. Бессмертный и Ищейка. Идеальное тело и непревзойдённый ум. Послушание и приказ. Они так подходят друг другу, что Виктор грезит ссылается на судьбу (мальчишка-босс продолжает всезнающе улыбаться). Он вновь чувствует бешено колотящееся от адреналина сердце, уворачиваясь от пуль, убивая в ответ. Мужчина чувствует, как его кости крошатся об металл, срастаясь снова, слыша в ответ такой же хруст пробитой грудной клетки противника. Ещё одна пуля пробивает ногу насквозь, желая сбить его с ног. Но Виктор лишь оглядывается, задыхаясь от накатившего безумства, ища цель. Врагов надо устранять. Ровный голос раздаётся из динамика в ухе, охлаждая зимнем морем, чётко проговаривая местоположение. И приказывает отскочить вперёд, избегая выехавшего мотоцикла, который тут же разбивается о встречный забор. Сзади выныривает ещё один. Его пристреливает Рэй, затаившаяся на крышах и держащая снайперскую винтовку наготове. Виктору не пришлось даже поворачиваться. Он может доверить прикрытие своему напарнику, подставить спину, зная, что защитят. "Ещё шестеро в левом здании. Один снайпер." Ах, его личный направляющий. Голос звучит радостно-предвкушающе. "Координируй, Рэюшка." "Направо" Та, кто указывает ему путь. Оогами Рэй девятнадцать, и для мафии она слабый боец. Ей по душе исследования, детективы и их расследования, механика и эксперименты с магическим оружием и даром. Вот, кто настоящий одарённый. Она не любит суету. Одевается официально, словно тюремный надзиратель. Со всеми спокойна-вежлива, и предпочитает одиночество. Любит закрываться в своей комнате, что больше похожа на мастерскую, не спать до утра, делая чертежи, а потом ходить вяло-невыспавшейся. На тех, кто потревожил её покой или прервал исследования, она смотри пронзительно-презрительным взглядом, не кричит и не прибегает к насилию, лишь спокойно озвучивает неприятные факты, бьёт по душевным ранам и травмам, морально унижает. И Виктор видит, как в эти моменты она довольно щурится, выигрывая в очередной словесной баталии. Рэй проницательна. Настолько, что, кажется, сам её взгляд сканирует подобно рентгену, распарывая одежды и кожу, проникая внутрь, и выворачивает наизнанку твоё прошлое, твои грязь и страхи. Подобное напугало бы многих. Виктора это не пугает. Он задыхается под этим взглядом, подставляется, раскрываясь ещё больше. Вот, смотри, я перед тобой, какой есть. И не может сдержать своего ликования, когда не замечает ни упрёка, ни отвращения, ни злости, лишь молчаливое принятие. Виктор обнимает её за плечи, и улыбается незнакомцам. Отвечая на вопрос об их отношениях. "Мы - партнёры. "- говорит он на японском, путая деловых и постельных. Девушка спокойно поправляет его, не обращая внимания ни на оголённый торс, тепло от которого чувствует рядом, ни на красные лица японских сотрудников. И сбрасывает руку напарника, угрожающе приказав одеться. Оогами Рэй потрясающая - считает Виктор. Виктор Новиков слабый - считает Рэй. Слабые не опасны, слабыми можно управлять. Рэй и управляет. Виктор не возражает. Оогами Рэй каждый год уезжает в Германию. Только сейчас Виктор следует за ней, не желая выпускать из поля зрения. Последнее время он постоянно ходит хвостиком за напарником. Словно пёс, охраняющий хозяина или скучающий без капельки его внимания. Виктор думает. Много думает. О худших исходах, о крови на её лице, мёртвые товарищи в голове смотрят на него холодным глазами цвета пасмурного неба, и мужчина паникует. Нет, нет, он не должен оставаться один. Рэй должна быть с ним. Она не смеет его бросать. Виктор смотрит на молчаливую фигуру у надгробной плиты. И ему заметно, как опущены её плечи в печали. Его Рэй грустит, и мужчине хочется вырыть могилу, чтобы измолоть кости в пыль. Но он понимает, что там, в земле, похоронен важный для его напарника человек. Её приёмный отец, кто позаботился о девушке, которая оказалась одна в большом мире. Виктор раздосадован, что она ещё держится за прошлое. Своё он уже и позабыл. Есть лишь она, его альфа, его компас, её одобрение, чуть подрагивающие губы, раздражённо потемневшие глаза, похвала и твёрдое "Виктор" с её губ. Он нужен ей, она нужна ему. Зачем жить для кого-то ещё помимо друг друга? Виктор так мало знает об Оогами Рэй. О Хибари Рэйке ещё меньше. Он говорил с знакомым её приемного отца - хозяином автомастерской, - владельцем соседнего супермаркета. Узнавал о её детстве, о трагедии, заключающейся в пожаре и гибели отца. "Ах, бедная девочка, а ведь такая умница. Помогала-то как отцу в ремонте. Выросла настоящей красавицей." Виктор услужливо кивает, приторно улыбается. И хочет-хочет быть единственным, кто это всё знает. Он видит скоро вышедшего покупателя, так ничего и не купившего, и вежливо прощается, следуя за ушедшим. А тот сбивчиво, нервно оглядываясь, рассказывает о выжившей тогда девчонке, о его Рэй. Какое несчастье, что его сбила машина. Виктор равнодушно скользит взглядом по переломанному телу. И улыбается в небо. От крыс в доме надо избавляться. Машина у ворот приветливо дожидалась. Из окна Виктор радостно замахал, завидевшей его напарнице. На лице той ни грамма удивления. Как если бы знала, точно знала, о его присутствии. Она ничего не говорит. Молча садится на заднее сиденье, позволяя себе устало прикрыть глаза. В его присутствии она это позволяет. Виктор заводит мотор и не заговаривает. Внутри напряжённо натянулась струна ожидания. Решался вопрос доверия. Не сдерживаясь, мужчина сжимает руль, сминая его, в попытках успокоиться. Взгляд разрывался между дорогой и зеркалом, где отражалась, казалось бы, спящая девушка. Когда она посмотрела на него в ответ - сердце Виктора останавливается – когда заговорила - забилось оглушающе громко. Маленькую девятилетнюю дочь советника дона мафии похитили, пока та летела на операцию в Германию. Казалось бы, у самого советника должна быть соответствующая охрана, особенно, когда под угрозой жизнь дочери, особенно, когда она уезжает из дома в период Охоты на Наследников. Но похитителям ничего не мешает. Она должна была быть приманкой для советника. На то здание сбрасывают бомбу. Маленькая девочка выжила лишь благодаря вовремя пробудившемуся дару. "Я была хорошей наживкой, а они - уловом." - в глазах Рэй мелькает незнакомое тёмное чувство. Разочарование. Виктор понимает, что больше всего не хочет увидеть его вновь. Он сжимает зубы, комкает уже прогнувшийся во все углы руль, и сдерживает желание пойти войной на Королевскую семью. Девочку нашёл мужчина-механик бродящей по дороге. В больнице же она сымитировала потерю памяти. А спасший её мужчина стал отцом. "Мафия узнала обо мне, одарённой, и решила прибрать себе. Они подожгли дом, чтобы замести следы." В глазах Рэй плещется мгла, застывая хищной массой. Виктор уверен, что в живых из них не осталось никого. А если нет - он поможет это исправить. Виктор познаёт леденящий ужас видя неподвижное тело перед собой. Он теряется, рвёт трясущимися руками окровавленную рубашку и судорожно ловит пульс. Рана кривым каменистым утёсом тянется от шеи к груди и заканчивается глубоким каньоном в животе. Кровь течёт, горячит его пальцы, забирая тепло из его внутренностей. Ему холодно. Вокруг раздаются крики и взрывы. Мужчина спешно колет ей лечащий концентрат, запоздало понимая, что у раненного тела нет даже энергии на восстановление. Бьющийся в агонии мозг нашёл решение. Виктор - целитель. И сейчас он впервые собирается спасти чью-то жизнь. Сама целительная сила течёт по всем клеткам его тела. Он сам - ходячая панацея, но неспособная извлечь эту силу из себя. Виктор распарывает руку ножом, мешая свою кровь с чужой, втирая, подобно мази, в раны, он не вытаскивает нож, не давая затянуться ранам. Но в голове бьется мысль: "Этого недостаточно". Он пытается засунуть окровавленные пальцы в рот девушки, но глубже так ничего и не попадает. Их первый поцелуй имеет вкус крови и отчаяния. Он грязный, мокрый, в порыве всё больше и больше дать попасть внутрь слюне и крови. Сердце стало биться увереннее (Виктор ни на секунду не убирал ладони от него), погружая раненую уже не в беспамятство, а в сон. Виктор устало улыбается обкусанными губами, чувствуя, как восстанавливается откушенный язык. Порез уже не выглядит таким глубоким, но мужчина всё равно припадет к женской груди, проводя языком по не восстановившимся участкам, обильно смачивая слюной и кровью, внутренне млея от вкуса его альфы. "Это отвратительно." - понимает Виктор. "Это неправильно." - думает он. Но собственное тело сладко дрожит, стягиваясь комками накатывающего возбуждения. Мужчина вжимается ближе, трется о целую кожу, глубоко дышит - не может надышаться крепким запахом его дорогой альфы, как никогда уязвимой сейчас, давшей возможность подобраться так близко. И омега внутри подбирается, тихо стонет от неудовлетворения, от отсутствия внимания. Ну же, моя дорогая альфа, посмотри на меня, обними меня, овладей уже не только разумом, но и телом. В голове взрываются снаряды, вспарывая землю и чужие тела. Удушающе пахнет порохом и металлом. Это было так знакомо. Виктор Новиков с ужасом убегал от этого в прошлом, Виктор сейчас не может надышаться. Их отношения - нездоровая созависимость, понимает Оогами Рэй, вгрызаясь в подставленную шею. Омега на ней нетерпеливо трется о колени, скрытые под больничным одеялом, комкает бинты на плече и хочет прильнуть ближе, но боится, что губы покинут его шею. И нуждается-нуждается-нуждается. Хрупкая рука оглаживает широкие плечи, чувствуя напряженность и силу, скрывающуюся под кожей, и впивается ногтями в шрам на груди, выбивая стон. Альфа сдерживает свое хищное довольство, смакуя свою власть на языке. Оогами Рэй тоже хочет быть нужной. Но разуму нужны доказательства. Виктор просто устал. Бороться, цепляться за что-то, за жизнь. У него нет сил жить самому, поэтому вкладывает своё сердце в чужие ладони.