О побочных эффектах целомудрия (ОПЭЦ)

      Да уж… О прошлой трансформации, лёгкой и безболезненной, я потом вспоминала с ностальгией. Вот так и познаётся разница между профессионалом и …       Оказывается, после потери сознания, мужской организм пробуждается так же, как и после обычного сна. М-да… Не так уж это и весело. Особенно, если вождь-благодетель сидит на твоей кровати и внимательно на тебя смотрит.       «Стоп. Я же на пол упала? Он меня в постель укладывал, выходит?..»       — Очнулся?.. Вот и славно! А теперь лежи и не думай ни о чём, — ко мне беспардонно тянут руки. Как я уже успела выяснить, для установления прочной мыслесвязи нужен тактильный контакт, а это значит…       «Похоже, меня сейчас раскроют!.. Что же делать?..»       — А-а-а!..       «Да-а-а, техника мыслечтения тоже может быть весьма болезненной. Не врали всё-таки фантасты…»       Голова раскалывалась от боли, а старческая рука всё продолжала впиваться пальцами в мои виски и лоб. Но через несколько нестерпимых минут всё вдруг прекратилось.       «Он что, не смог пробиться в мой мозг?.. Всё-таки есть блок… Хоть что-то хорошее…» — лениво подумала я. Облегчение накатило подобно ласковой волне прилива.       «Это не главная хорошая новость, — похоже, абонент снова появился в зоне действия сети. — Поздравляю, ты стала мужчиной!»       «Объясни», — нервно вздрогнула я. Ленивую негу как рукой сняло.       «Он увидел проблему и не стал разбираться, в чём дело, как и всегда. А просто изменил твою сущность. Но думает, что вернул, как было. И теперь это, скорее всего, необратимо».       «Ну, чего-то такого и следовало ожидать. Почему-то я даже не удивлена. Кстати, об этом… Здесь же, вроде бы, магия сильная не работает… Или изменить чью-то сущность — это так, ничего особенного?.. Становится всё интереснее…»       «Теперь так просто от тебя не отстанет. И учти, он тоже неплохо распознаёт ложь… Думай, что говоришь. А насчёт того, чтобы в полной мере стать мужчиной…»       «Я подумаю, но не сейчас!.. Научишь меня пользоваться этой штукой как-нибудь в другой раз. Сейчас есть проблема посерьёзнее!..»       Проблема буквально сидела напротив и сверлила меня мрачным взглядом.       «Тут на меня пялится один недружественно настроенный престарелый циклоп, а мой организм… как бы это сказать?.. В неподобающем состоянии!.. Как мне успокоиться?»       Иллюзорный смех, послышавшийся откуда-то издалека, послужил ответом. Вот же!..       «Опять самой выкручиваться. Так, что там об этом подсказывает общая эрудиция?..»       «Представь что-то, что напрочь убивает любое желание», — неожиданно смилостивившись, посоветовал мне капитан. Как нельзя вовремя — это я уже и сама вспомнила. В принципе, это средство проверенное, одинаково хорошо действует и у женщин. Но разница — в ощущениях, а дьявол… — в деталях.       «Тебя, что ли?..» — мстительно подумала я. На самом деле, это не было правдой — капитан чисто эстетически довольно хорош собой, и я, не смотря ни на что, могла это оценить.       Мыслесвязь резко прервалась — как будто на том конце трубку даже не положили, а именно бросили на рычаг.       «Ну вот... Сначала говорю, потом думаю. Сколько раз я на этом прокалывалась… Никогда такого не было... И вот опять».

***

      С горем пополам я смогла-таки успокоить не в меру активную часть тела.       «Всё-таки как здорово было бесполой… Эх. Ладно, с одним разобралась, теперь самое интересное. Похоже, разговора не избежать. Что же сказать-то?..»       — Почему я не вижу твоих помыслов? — нарушил тишину мрачный голос. Его обладатель всё так же сидел на края моей кровати и никуда уходить не собирался. — Почему у тебя срам на челе оказался? Отвечай!..       — Срам на челе появился после того, как я отказал в близости твоему названному брату, господин, — решила импровизировать я. Когда говоришь с обладателем встроенного портативного детектора лжи, главное — манипулировать фактами. Оставалось надеяться, у меня это получится. — А помыслы... Возможно, закрыты они извне, чтобы злодейство скрыть. Сам я закрываться не умею.       Лицо напротив предсказуемо исказила гримаса отвращения. Ну, конечно, ЛГБТ-отношения здесь долго были не в чести. И, несмотря на новые веяния, осталось множество староверов.       «Да что такого-то?.. — возмутилось во мне что-то, выросшее в двадцать первом веке и отравленное веянием ветра толерантных перемен. — Дедушка, вам, разложившемуся на плесень и липовый мёд раньше, чем высох помёт первого динозавра, никто ничего подобного не предложил бы и за мешок картошки в голодный год! По крайней мере, в таком виде и... добровольно».       — Вас видели вместе часто, беседу весёлую ведущими, да смеющимися, — допрос продолжался. И пока что, вполне миролюбиво.       — Сблизились мы, верно. Да то поначалу. А потом предложения недостойные пошли, — изображала оскорблённое достоинство я, опустив глаза.       — Так как ты отпор дать да честь-то свою отстоять смог?.. — вопрос резонный. И даже честный ответ на него соврать несложно. — Или не смог?..       — Сил у меня действительно, скорее всего, не достало бы отпор давать. Если бы пришлось... Да, во-первых, не пришлось…       — Как так?.. — перебил меня председатель. — Не в характере братцевом от задуманного так легко отступаться.       «Ага, я заметила».       — Ну как... Я сказал, что не пылаю такой страстью. Да и всё.       Мои слова произвели двоякое впечатление — ошеломили своей бесхитростностью и… судя по всему, не вызвали доверия. А вот это было совсем не на руку…       — А ещё картинку я похабную у себя под веками нарисовал мысленно, да с его участием. Тот обиду затаил, да и перестал ко мне в мысли глядеть, — добавила я.       — И по сейчас?..       — И сейчас, я думаю, на меня в обиде.       Что ж. По сути, ни слова против правды. Но совершеннейшая ложь. Как забавно.       — Так это за отказ ложе с мужем делить он тебя испепелил за столом тогда принародно?       — Нет, за картинку. Ту, надуманную.       «Интересно, а какая же была официальная версия произошедшего? Я и не подумала разузнать…»       «Несчастный случай», — прозвучало в голове.       Я решила, что самое время извиниться.       «Виноват-вспылил-был неправ», — подумала в ответ. «Беру свои слова назад. Я так не считаю, правда. Просто нервы и необычность ситуации».       «Прощаю», — ответил после паузы капитан. «Считай это подарком на день рождения».       «День рождения?.. А, в смысле, день магической недобровольной перемены пола?.. Окей, ясно. Спасибо!.. Какой там день сейчас на Земле?..»       — Хорошо. Ежели ещё раз с грязными желаниями пристанет — ты сразу мне говори, а я уж… — грузно встал на ноги председатель, про которого я уже почти забыла, отвлёкшись на мысленную беседу.       — Благодарю, — ответствовала я, борясь с желанием добавить «всенепременно» и пытаясь скрыть ухмылку. Её я в итоге удачно смогла замаскировать уважительным полупоклоном.       Проводив глазами удаляющуюся фигуру, (дверь конечно же никто закрывать за собой не стал — дело не царское, сама закрыла), я снова легла в кровать, вытягиваясь на спине.       Странно было и то, что больше ни о чём вопросов не последовало… Например, о вымышленной биографии. А впрочем… Если ему её пересказывал тот, кто моим россказням поверил, то и вибраций… или, не знаю, запаха лжи не почувствовать не мудрено. Так и не такой дурачок наивный, чтобы в эту ерунду поверить?.. Что-то здесь нечисто.       «А может, правду ему расскажем? Раз уж я теперь бесповоротно мужчина?.. Да ещё и его рукой…» — лениво подумала я, прикрыв глаза.       Зря.