Перепалка.

Эндрю задумчиво вглядывается в окно, туша сигарету о рядом стоящую пепельницу. На улице уже вечереет, а недавняя перепалка с братом всё никак не выходит из головы. Не то, чтобы он первый раз с ним ссорится, просто эта ссора что-то оставила на душе. Что-то своё, совсем несвойственное для самого Эндрю. Возможно, в этот раз Аарон переборщил, а возможно они оба, но почему-то сказанные ранее слова всё никак не отпускают, а лишь заседают где-то глубоко в душе, отдаваясь неприятным комом в горле, и Эндрю не понимает, что ему с этим делать. Не то, чтобы он вообще понимал что-то, что касается его самого, но, кажется, в этом вся проблема и заключалась. И она же навевала воспоминания о том, что произошло, о тех самых словах, пусть даже сказанных на эмоциях. «На кой чёрт мне нужна твоя помощь и твои советы, если ты не можешь разобраться с самим собой? Ты раздаёшь их налево и направо, а сам ничему не следуешь, а ещё смеешь что-то говорить обо мне! Я не нуждаюсь в твоих полномочиях, в твоей вымышленной заботе, которая нужна тебе лишь для галочки, Эндрю». В этих словах не было каких-то оскорблений, которые выскакивали изо рта Аарона когда-то очень давно. Просто и ему, и Эндрю потребовалось достаточно времени, чтобы прийти к взаимопониманию и выстроить нормальные и доверительные отношения друг с другом, которые укрепились настолько, что со временем у них появилась одна рыжая бестия под названием Нил Джостен, сделав их полноценным трио. Он казался своеобразным дополнением к близнецам, чем-то на подобии гармонии, которая скрепляла их и понимала с полуслова. В нём сочеталось всё по чуть-чуть от каждого, поэтому будь он сейчас рядом, наверное, хорошо бы понял чувства Эндрю. В принципе, как он делает это всегда. Нил хорошо заменял Эндрю Би. Конечно, сеансы к ней он из-за этого не отменял, просто скорее имеется в виду то, что рядом с Нилом Эндрю чувствовал себя настолько же открыто, насколько это вообще возможно просто потому, что с этой рыжей бестией он тоже прошёл через многое и именно Джостен помог ему лучше сблизиться с братом, принять свои нестандартные чувства к нему, осознать их и научиться проявлять то, что ему хочется, но он боится выражать. И не то, чтобы у него это прекрасно получалось; Эндрю действительно не был полностью открытым и тактильным, как это бывает в обычных отношениях, но его никто никогда не судил за это и не требовал чего-то большего. Просто что Аарон, что Нил знают о прошлом Эндрю, знают как ему тяжело проявлять прикосновения и выражать свои чувства в принципе, ведь до отношений с Нилом и родным братом он никогда подобного не испытывал. Но Эндрю не думал, что это являлось проблемой, потому что его партнёры поддерживали его в любых попытках переступить через себя, позволить себе расслабиться и почувствовать себя любимым, научиться проявлять что-то так, как хотелось бы ему самому. Поэтому он не думал ни о чём плохом до этого момента. Холодок неприятно обдувает кожу и вынуждает Эндрю закрыть окно. Воспоминания неприятным комом оседают где-то в горле, потому что после слов брата ему начинает казаться, что он старается недостаточно и всё, что он делает попросту напрасно. Он действительно настолько плохо выражает свои чувства, что Аарон называет их фальшивыми? Или плохо старается перебороть себя, изменить отношение к себе, что этого просто не видно в глазах его брата? Возможно, Эндрю просто не пригоден для отношений и всё, что он начал — ошибка? Нилу и Аарону было бы гораздо легче без него, без лишнего груза? Или Эндрю просто слишком сильно надумывает плохой вариант развития событий только из-за какой-то ссоры? Эта перепалка не была похожа на старые. Эндрю очень давно уже не ссорился с братом, и раньше было гораздо хуже, о таких спокойных отношениях между близнецами Ники, наверное, мог бы только мечтать. Заслужить доверие друг друга было тяжело, и у этого были разные причины, всё-таки, что Эндрю, что Аарон прожили немного разное детство и для того, чтобы прийти к нормальным отношениям требуется время. Поэтому раньше его ссоры с близнецом были хуже, но даже когда его покрывали трёхэтажным матом ему не было так больно, как сейчас. Вероятнее всего, больно из-за того, что его старания незаметны, хотя он действительно желает, чтобы его партнёры чувствовали себя хорошо и просто видели это. В особенности Аарон для которого физические прикосновения и выражение чувств были чуть ли неотъемлемой частью в романтических отношениях. На самом деле всё это мог спокойно дать Нил. С ним гораздо проще, ведь он лучше проявляет свои чувства и понимает как это делать, но, скорее всего, это всё со временем выработалось в отношениях с близнецами. Нил действительно разделял с каждым из них определённую частичку себя и если с Эндрю он не нуждался в постоянном подтверждении чего-то, прикосновениях или слов, больше, так сказать, походил на него и разделял похожие чувства, то Аарону, напротив, мог это всё обеспечить, не требуя ничего взамен. Нил просто знал — второму близнецу это необходимо, и сделать это для него несложно. Он просто привык к таким нестандартным отношениям и полностью раскрыл самого себя. Наверное, в этом плане Эндрю ему и завидовал. В хорошем смысле этого слова. Ему бы правда хотелось быть таким же: гораздо открытым, нежели он может показаться с виду. Ведь по правде Эндрю братом дорожит. Это и так понятно, иначе бы никаких этих отношений и в помине не было. Просто порой ему стыдно за то, что это очень трудно показать. Подобрать правильные действия, эмоции, слова. Трудно настолько раскрыть себя и дать человеку что-то, к чему ты сам не привык и что сам подавлял в себе многие годы. Возможно, из-за этого Аарону так дискомфортно рядом с ним? Может, Эндрю лишь кажется, что он добился хороших отношений с братом, а на деле его просто терпят? Но даже если так, то зачем? Кажется, от этих непонятных размышлений у Эндрю скоро поедет крыша, а ведь это всё влияние его партнёров, раньше он бы никогда не позволил себе так раскиснуть; не до этого было. Только сейчас он обрёл душевный покой и нашёл свой смысл жизни, чтобы наконец-то позволять себе делать что-то, что когда-то запрещалось. Но даже эти размышления не заставляют Эндрю полностью уйти из реальности, поэтому он отчётливо слышит тихий скрип открывающейся двери и оборачивается на звук. ​В дверном проёме стоял его родной брат. Тусклый свет из коридора очерчивал невысокую фигуру Аарона среди кромешной тьмы комнаты Эндрю и он бы продолжил засматриваться на него дальше и думать о том, как начать разговор, если бы близнец не опередил его. — Я был не прав, — донеслось до Эндрю и он непонимающее посмотрел на подходящую к нему фигуру. — В моих словах не было доли правды и того, что я в действительности думаю о тебе. Мне достаточно всего, что ты можешь дать мне и я вижу все твои старания и всю твою работу над собой, но я просто очень сильно вспылил, сам того не замечая. Я знаю, что ты волнуешься за меня, Дрю, и что тебе важно моё моральное и физическое состояние, просто тебе не следовало вступать в отношения с братом, который решил учиться в медицинском университете. Аарон подошёл также плавно, как и вошёл в эту самую комнату, и у Эндрю перехватило дыхание, когда он почувствовал тёплые и нежные объятия, которыми его одарили. Аарон не спрашивает разрешения — знает, что сейчас ему позволят такую вольность, поэтому улыбается куда-то в тонкую шею своего близнеца, чувствуя ответные прикосновения на своей спине. — Мне следовало подумать об этом раньше, — доносится со стороны Эндрю, пока он медленными движениями очерчивает спину брата, носом утыкаясь в его блондинистые волосы. — Кто же знал, что слухи о том, что студенты в медицинских учреждениях действительно становятся бешенными, окажется правдой? Эндрю издаёт лёгкий смешок на укус в шею со стороны близнеца и понимает, что на душе становится гораздо легче после такого простого разговора. Значит, нужно было просто поговорить, чтобы проблема так легко уладилась? Ему следовало подумать об этом раньше. — Я знал, но, кажется, Дрю, тебя это никак не остановило. Эндрю поднимает голову на знакомый голос и закатывает глаза, замечая самодовольную улыбку на лице Джостена, который скрестил руки на груди и облокотился на стену в дверном проёме. Он выглядел удовлетворённо и Эндрю не мог не знать почему, всё же сердце этого рыжего лиса трепещет за любую проблему в отношениях его близнецов. И порой это действительно смущало, но в таком Эндрю признаваться не то, что не может, он попросту не собирается. Даже самому себе. — Будто бы тебя остановило, — в тон ему отвечает Эндрю и едва заметно щурится, когда Нил подходит к нему в плотную, захватывая в кольцо объятий своих близнецов, тем самым заставляя одного из них оторваться от шеи своего брата и поднять слегка растрёпанную макушку. — Никогда, — спокойно отвечает Нил. И Эндрю не успевает ничего сказать в ответ, но это и не требуется, когда он чувствует поцелуи на своих щеках от его возлюбленных.