Венские вафли

Белая кожа в солнечных лучах светится на солнце. Светлые волосы распластались по голой спине, переливаясь в лучах. Я нежно провожу рукой по бархатистой коже, чтобы не потревожить свою спящую красавицу. Играю прядями и наслаждаюсь тем самым уютом, который дался нам непосильным трудом. В комнате во всю уже наступило утро, а я не могу оторваться от любимой. Она тихо сопит после бурной ночи, у нас все еще продолжается медовый месяц длительностью в пять лет. До сих пор не могу поверить, что прошло столько. Неохотно встаю из постели, покидая уютное тепло одеяла и нежность объятий любимой, где каждое прикосновение согревает душу. Натягиваю мягкие, чуть изношенные спортивные штаны и направляюсь на кухню, чувствуя легкий проблеск бодрости от предстоящего утреннего ритуала. Для Эмили я готов каждое утро вставать на заре и готовить завтраки, ведь ее счастливые голубые глаза — мой главный стимул. За годы наших отношений она не только отрастила длинные, пышные волосы, но и обрела душевный покой, оставив боль прошлого позади, что позволило нам стать ближе. Судьба подарила нам возможность жить в мире, где нет места тревогам, где каждое утро начинается с улыбки и предвкушения нового дня. Я благодарен за это. Начинать отношения оказалось нелегко. Было тяжело решиться на откровенность с самим собой и признать, что она действительно важна, что Эмили не просто случайная прохожая в моей жизни, а человек, который задел меня за живое, даже если сначала поступки казались несправедливыми к моей доброте. Никогда бы не мог представить, что окажусь в её объятиях, буду целовать гладкую кожу её спины, ощущать волосы сквозь пальцы, поддаваясь приливам страсти. Обнимать. Целовать. Ласкать. Говорить слова нежности на ухо. Готовить завтраки, наслаждаясь ароматом свежего хлеба и теплом её улыбки, создавая наш особенный уютный мир, где есть только мы вдвоём. Открываю холодильник и высматриваю нужные продукты для очередного шедевра. Хочется сладкого, на языке чувствую привкус чего-то теплого и нежного. Решаю приготовить венские вафли с сиропом, которые не просто вкусны, а напоминают о тепле вечеров, проведённых с Эми за рассказами и смехом. Беру миску и начинаю творить: мягкое сливочное масло, чуть-чуть сахара, взбить до однородности. Добавляю яйца, молоко и так же довожу до нужной консистенции. Отрезаю половинку лимона и рукой выжимаю его, сок обжигает маленькие ранки на пальцах. Последней добавляется мука и разрыхлитель — тесто готово. Идеальная симфония продуктов завершается шоколадной крошкой, которая, словно драгоценные крупинки, сияет в тесте и наполняет кухню тонким сладковато-горьким ароматом. Прислушиваюсь, чтобы узнать, не разбудил ли мою соню из-за шума на кухне. Кажется, тихое посапывание из спальни говорит о том, что она всё ещё в сонном царстве. Продолжаю творить дальше. Достаю вафельницу, заливаю тесто, и через несколько минут аромат свежеприготовленных вафель с лёгкой ванильной ноткой заполняет кухню. Две кружевные, золотистые вафли уже готовы. Вожусь ещё немного, используя всё тесто до последней капли — чтобы завтрак получился идеально рассчитанным на двоих, без излишеств и остатков. Добавляю шарик ванильного мороженого и обильно поливаю сладким сиропом. Она обожает ваниль во всех её проявлениях — от десертов до ароматов свечей, поэтому выбор топпинга был очевиден. Идеальный завтрак без кофе — сплошное разочарование. В турку насыпаю молотый и довожу до готовности. Кофейный аромат перемешивается с выпечкой, доставляя блаженное удовольствие. Разливаю напиток по чашкам и ставлю на поднос. Тарелки отправляю туда же. Вспоминаю, что не добавил сливки и быстро исправляю оплошность. Сердце колотится, когда представляю, как она попробует это. Эстетичный завтрак готов, думаю, ей понравится, но в голове гложет сомнение: а вдруг нет? Волнуюсь как мальчишка перед первым свиданием, усмехаюсь собственным мыслям. Иду обратно в спальню. Моя Эмили уже перевернулась на спину, показывая этому утру оголенную грудь. Горошины сосков затвердели из-за прохладного освежающего ветерка, окно, открытое с ночи, впускает в комнату ароматы росы и свежих цветов. Легкий свет заливает комнату, проникая сквозь перфорированные занавески, создавая на стенах лунные блики. Пряди светлых длинных волос раскинулись по подушке, некоторые из них слегка закрывают обзор. Картина настолько интимная, что хочется убрать в сторону завтрак, но этот момент кажется слишком ценным, чтобы его нарушать. Вдохновленный гимном природы за окном, я мечтаю покрыть Эми поцелуями, чтобы запечатлеть эту утреннюю магию. Я никогда не смогу напиться ею, слишком люблю и слишком хочу. Мы немного одержимы нашими чувствами, надеюсь, они продлятся до самого скончания времен. Ставлю на прикроватный столик, возможно, уже никому не нужный завтрак и ложусь обратно. Я все же сдался под наплывом эмоций и собственных желаний, которые накрыли меня, как океан, хлынувший на берег в момент штормового прибоя. Эти чувства, полные нежности, тепла, просто переполняли меня, заставляя сердце биться быстрее. Целую шею. Провожу пальцем по животу, оставляя дорожку из мурашек. Она давно проснулась и вида не продает, лишь улыбается, при этом глаза закрыты. Маленькая хитрая девочка, но я знаю как заставить ее перестать притворяться. Коварно улыбаюсь… Плавно, мелкими укусами, перехожу с шеи к ключицам, а затем к груди. В это время отодвигаю светлые пряди с пути. Один сосок моментально захватываю, и с ее губ вырывается стон, хотя она всё равно притворяется спящей. Хитрюшка. Улыбаюсь, щипая горошину соска и одновременно игриво лаская другой. Это действие захватывает меня так, что я увлекаюсь и, кроме стонов, ничего вокруг не замечаю. Поднимаю взгляд на любимую и вижу, что голубые океаны смотрят на меня. Ее пухловатые губы улыбаются коварно. Уже давно нет того отчаянного взгляда, а есть счастье с ноткой игривости. Лёгкое, ранимое, и только между нами. Она медленно поднимает руку и запускает свои тонкие пальцы в мои волосы, притягивая меня к себе. Я поддаюсь этой нежности, и наши губы встречаются в поцелуе. — Ты предатель, уже успел слопать пару вафель? — она отстраняется, и смотрит прямо в глаза выискивая буду ли я врать. Улыбаюсь. Эми накручивает мой локон на палец, с недавних пор я стал их отращивать. Ей нравится заплетать их в хвост, говорит: «выглядит сексуально». Свои убирать не любит и позволяет лишь мне касаться их. Мы иногда проводим утро заплетая друг друга, точнее мне полюбилось расчёсывать ее непослушные пряди. В момент, когда мои пальцы мягко скользят по волосам Эмили, меня охватывает тепло и нежность, будто я касаюсь самой ее сути. Каждое движение наполняет чувством близости и доверия, плавно переходя к более интимным вещам. Так пару раз мы опоздали на встречи, но это было неважно. У нас любовь, и весь мир останется позади. Ее брат давно перестал протестовать насчёт опозданий к нему на обеды, а когда мы огласили наши отношения, он вообще долго не мог прийти в себя. Батч изначально был против, но под давлением голубых глаз сестры не смог устоять. Он неохотно согласился, но предупредил, что это будут мои последние отношения в этой жизни. Вот только мне и не нужен никто другой, кроме нее… Поворачиваю голову в сторону завтрака, который уже остыл, но его красота все еще привлекает. Шарик мороженого давно требует обратить на него внимание, растекся по вафле, будто нежная облачная пелена, пропитав ее своей сладкой жижей. Аромат ванили и шоколада наполняет воздух, создавая волшебную атмосферу. Мягкое мороженое в смеси с сиропом — идеальное сочетание, которое радует не только глаз, но и сердце. Протягиваю тарелку Эмили. Она радостно улыбается, вижу как сияют голубые глаза. Моя девушка берет блюдо в руки, тонкими пальцами поднимает чайную ложку с кусочком вафли. Начинает наслаждаться десертом, попутно издавая стоны наслаждения от вкуса. До сих пор я люблю смотреть как она ест мною приготовленную еду, словно ничего другого и не надо. В такие моменты я осознаю, насколько счастлив, что могу приносить ей удовольствие своим кулинарным искусством. Глаза Эмили закрыты от удовольствия, что невольно меня начинают посещать мысли сходить на кухню за клубникой, чтобы добить до экстаза вкусовые рецепторы. Я хочу, чтобы этот момент длился вечно, и чтобы ее счастье отражалось в каждом кусочке. — Давай откроем кофейню, — с энтузиазмом предложила Эмили. — Ты будешь готовить для меня завтраки, а я стану твоим постоянным клиентом! — в очередной раз она предлагает авантюру в виде какого-нибудь общепита. Она любит представлять меня за прилавком какой-нибудь пекарни, как я готовлю круассаны. Руки в муке, а она приходит ко мне в качестве посетителя и мы начинаем наслаждаться друг другом прямо на кухне заведения. Я буду пачкать ее волосы в белой пыли и целовать шею, попутно избавляясь от одежды. Вот только все фантазии заканчиваются, когда кто-то заходит в заведение за моими кулинарными произведениями. — Если я буду готовить исключительно для тебя, то мы, безусловно, разоримся, — шепчу в ушко и нежно прикусываю мочку. Она снова издает стон, но теперь он звучит более интимно. Мы начинаем неспешно перемещаться к более приятным моментам. Аккуратно убираю ее волосы за спину и вновь целую шею. Руками мягко массирую белокурую голову, и Эмили начинает издавать урчащие звуки, как довольная кошка. Запускаю пальцы в светлые локоны и, приподнимая их от корней, замечаю, как она начинает наслаждаться каждой минутой этого процесса, не сдерживаясь, наклоняется ближе в поисках очередной порции удовольствия. — Думаю, брат не даст разориться нашему делу, — смеётся в ответ, и мы начинаем опять целоваться под нежные лучи утреннего солнца, пробивающегося сквозь шторы спальни. Я только отстраняюсь от любимой, чтобы убрать обратно тарелку с оставшимися кусочками идеального завтрака с вафлями, и продолжить наслаждаться моей Эмили этим утром. Мы снова опоздаем, хотя уверен, что на этой встрече никто уже не ждёт парочку влюбленных, потерянных в своих чувствах.