Чистое сияние вечного разума

То, чего Андрей так боялся (и в глубине души так ждал), произошло случайно. Словно Земля и астероид, они столкнулись у Мишиного театра. Гастроли в столице, два концерта на разрыв аорты, - у Андрея кругом шла голова, он и сам не помнил, как очутился в этом переулке. (Ложь) (Он заранее узнал адрес) (За всей суетой в мозгу свербила мысль, что он рядом. Словно транспарант на стене, перед глазами висело огромными буквами МИША. И куда бы Князев не отворачивался, все равно замечал его краем глаза. Так, наверное, мерещится бутылка борющемуся с пагубной привычкой алкоголику) Миша был прилично одет, сменил шлепки на босу ногу на стильные ботинки, распиздяйские шорты и драную футболку - на брюки и поло. Седеющие длинные пряди аккуратно обрамляли гладко выбритое лицо. Укладка у него, что ли, застопорился на сияющих локонах Князев, учуяв сквозь табачную пелену аромат шампуня с ромашкой, и хмыкнул. Ведь ты этого достойна! Но больше всего поразили его Мишины глаза. Словно закопченные стекла оттерли от вековой пыли, и теперь они сияли, как новенькие, но в доме за этими окнами было пусто. Миха никогда так на него не смотрел. В его взгляде всегда прятался миллион эмоций: восторг, ненависть, обида, радость. Андрея от его цыганского взгляда прижигало и лихорадило, и хотелось тупо шутить: "внутри табора не айнэнэкать!" А теперь они стояли на пионерском расстоянии друг от друга, и Горшенёв уставился на него умиротворенно. Равнодушно. - Прости, мужик, не заметил, - добродушно извинился Миха. - Не задел? Задел, чуть не заорал Андрей, у которого мурашки по телу от этого безмятежного голоса побежали. - Ну, бывай, - приняв его молчание за знак согласия, кивнул Горшенёв и двинулся дальше. У Андрея ноги словно отнялись, а из башки выдуло все мысли, кроме одного жуткого осознания: он. меня. не помнит. Князев отмер, встряхнулся, помчался вдогонку, спотыкаясь. Ухватил за плечо и протянул просяще: - Мих! Горшенёв моргнул на него непонимающе. - Это я, Мих! Князь, помнишь? - Андрей встряхнул его, словно надеясь, что от этого паззл сложится сам собой. - Да что с тобой не так?! Горшенёв аккуратно убрал с себя его руку и сочувственно произнес: - Мужик, тебе нужна помощь. Сунул ему в ладонь какую-то картонку и был таков. Андрей уставился на бумажку в дрожащих пальцах. Медицинский центр "Лакуна". "Стираем прошлое ради светлого будущего!" Нет, тупо билось в башке, он не мог этого сделать! *** - Он вас стёр, - развел руками мужчина в костюме напротив и нервно поправил галстук. На столе перед ним стояла табличка "Специалист по работе с сопутствующим ущербом". Андрей едва слышал его сквозь болезненный стук, который от барабанных перепонок резонировал к сердцу. Оно трескалось, и, наверное, хуже уже быть не могло. А нет. Могло. - Не будьте вы эгоистом, - продолжил специалист, словно урезонивая капризное дитя, - ведь именно вы нанесли нашему клиенту такую травму, что ему пришлось... прибегнуть к нашим услугам! Ведь нанесли? Андрей возмущённо разинул рот, потому что кто кому ещё нанёс, но! Хмырь в костюме его опередил: - Ему так лучше, поймите, - дежурным сердечным тоном произнес он. Вид у него был торжественно-скорбный, как у матёрого похоронного агента. Ещё скажи, что Миха теперь в лучшем мире, сжав зубы, с ненавистью подумал Князев. - Мир стал для него лучше, - не подвел Княжеские ожидания хмырь. - Без меня? - убитым голосом уточнил Андрей. - Увы, - с фальшивым сочувствием подтвердил тот. - Без вас. Андрей выскочил из кабинета, яростно сжимая кулаки. Все это грёбаный розыгрыш! Он огляделся в трансе, словно ожидая, что из-за угла выскочит съемочная группа с криками "Скрытая камера!" Но в приемной не было никого, кроме него и девушки на ресепшн. Она внимательно следила за ним, будто он был непредсказуемым диким зверем, способным на насилие в любую секунду. Андрей слегка устыдился, сглотнул, попытался улыбнуться: - Извините... Можно воды? - Конечно! - она подскочила и засуетилась. Протянула пластиковый стаканчик, сочувственно глядя в его опрокинутое лицо. Затем решительно удалилась, а спустя пару минут уже совала Андрею что-то в карман. - Это запрещено, - шепотом пояснила девушка, - но, возможно, так вы поймёте... И станет легче. *** Андрей вставил флешку в ноутбук. Там был всего один файл с порядковым номером. Судя по числу, Миша не был первым клиентом этой конторы. Князев включил воспроизведение. Миха на видео выглядел совсем иначе, чем тогда, у театра. Это был абсолютный контраст: лохматый, нечесаный, в уголках глаз копятся слезы. Постаревшая, подурневшая копия себя. Андрей с мукой отвел глаза, потянувшись нажать на "Стоп". Но тут Миха заговорил: - Когда он ушел, - осипшим голосом начал он. Шмыгнул носом и заставил себя продолжить, - у меня башню снесло, понимаешь? И вскинул на невидимого собеседника за экраном больные, мертвые глаза. - Понимаешь? - спросил с экрана Миша, глядя в упор на Андрея. Князев окаменел. - Я просто хочу все это закончить, - Миха уставился в стол и просительно добавил, - Можно, больше не будет больно? - Конечно, - уверил его ласковый профессиональный голос, наверное, врач. - Больше не будет. Андрей вытер мокрое лицо. Захлопнул крышку ноута. Что-то вскипело в его душе. Злость? Миха ради своего душевного спокойствия просто стёр его, безжалостно, как грязную полосу ластиком с кроссовок. Жалость? Ведь объективно Михе так было лучше. И каждый выживает, как умеет. В жопу объективность, осатанело подумал Князев, и если ему можно быть эгоистом, то почему я должен мучаться тут один? Достал из кучи бумаги на столе смятую визитку. Набрал номер: - Запишите меня на завтра. *** - Процедура совершенно безболезненная, - бодро нашлепывая Андрею на виски электроды, заверил его молодой ассистент врача. Сам доктор сидел за толстым стеклом в соседнем помещении, озабоченно уставившись в аппаратуру перед собой. - Постарайтесь думать об объекте удаления, - посоветовал ассистент. - Мы уловим колебания в лобных долях - и чик! Вырежем, его как опухоль, навсегда. От этого "навсегда" Андрей ощутимо вздрогнул. - От Михи... от объекта ничего не останется? - переспросил он, вцепляясь холодными от пота ладонями в подлокотники операционного кресла. - Ни следа! - радостно подтвердил тот и продемонстрировал улыбку и два больших пальца. - Готовы? Андрей нерешительно кивнул. - Тогда считайте от десяти в обратную сторону. - Десять, девять... - Когда проснетесь, ваш разум будет девственно чист! Семь, шесть. Что же я делаю, сонно спохватился Андрей. Я что, стану таким же роботом с бессмысленным взглядом? Выкину воспоминания о Михе, как мусор на помойку? Четыре, три. Он сказал "навсегда". "Вырежем как опухоль". Два. Один. Постойте, я не хочу! Андрея накрыло тьмою. *** Словно что-то толкнуло в спину, и Князев раскрыл глаза. Знакомые стены, привет, реставрационка! Значит, они решили начать отсюда, сообразил Андрей. К черту их, он не позволит ковыряться в своей памяти. Миха должен остаться с ним! Он побежал по коридору, смутно припоминая, где произошла их первая встреча. И тут же вписался в чье-то тело за поворотом! - Мих?! - Князь? - слегка неуверенно переспросил тот. Таким молодым Андрей его уже не помнил. Он был как фото на дне альбома, которое достанешь спустя годы и удивишься: неужели мы были такими молодыми? - Усики зачёт, - нервно рассмеялся Андрей и жадно уставился на широко распахнувшиеся глаза и румянец на Мишином лице. Господи, как он тут был ещё невинный, как длинноногий цыпленок. Андрей не мог позволить им его убить. - Хочешь жить, иди за мной! - приказал он и схватил Мишу за тощее запястье. - Чего? - обалдевшим фальцетом пискнул тот. Но они уже бежали, а за ними по пятам, как бульдозер, срывая все под чистую, неслась темнота. Жух! Они провалилось в черную дыру, и Андрей понял: это воспоминание уже стёрто. - Где мы? - прокричал Миша и обалдело уставился на микрофон в своей руке. - В "Юбилейном", - заорала в ответ толпа. Разумеется! Такое событие они не могли пропустить. Андрей судорожно заозирался. Надо было побыстрее валить, а ещё выдумать какой-нибудь план. Но Мише тут было так хорошо. Он оглянулся на Князя, улыбнулся, как ребенок, потерявший молочные зубы, прижал к себе за шею: - Ого, а мы крутые! Андрея затопило его восторгом, это были их общие эмоции, их общее прошлое. Так какого черта он один остался на страже! - Я хочу быть так всегда! - тем временем радостно орал Миха, и Андрей готов был пообещать ему это, пообещать все на свете. Лишь бы он остался таким: неотступно пылающим огнем жизни. Но они заберут все самое радостное и счастливое, понял Князев, с ужасом наблюдая, как с конца зала на сцену несётся, сминая все перед собой, темная волна. - Прыгаем! И они прыгнули. В этом новом месте было тихо, как в склепе. Люди лежали и сидели вокруг в изломанных позах, как марионетки с отрезанными нитями. Да они под хмурым, догадался Андрей и потянулся закрыть ладонью Мише глаза. Но тот его руку от себя отпихнул. Вырвался из крепкой хватки, медленно пошел вдоль упоротых тел. Взял со стола наполненный шприц, с любопытством разглядывая. Сердце у Андрея встало, словно потеряв завод. - Это тоже... было со мной? - спросил его Миша, и Князев кивнул. Не было смысла врать. Такое воспоминание он бы сам выгрыз из памяти, если б мог. Но оно было. И эту боль никто из них не имел права забывать. - Забери меня отсюда, - тихо попросил Миша. - Конечно, Мих. Андрей обнял за плечи и зажмурился. Где они могли спрятаться? - Там, где тебя никогда не было, - озарило Князя, и он почти засмеялся от вспыхнувшей в груди надежды. - Там они не станут искать. - Где? - хрипло пробубнил скорчившийся на нем Миха, дыша Андрею в ключицу. - В моем детстве. Миха оторвался от Княжеского тела, с интересом оглядываясь. Они были на краю деревни: в теплой летней ночи приветливо светились огни домиков, тянуло запахом сена и яблок. - Ё-моё, звёзды, - удивлённо воскликнул Миша и уставился в небо, разинув рот. Андрей улыбнулся, ощущая, как отпускают нервы, и потянул его к стогу. - Давай сюда, тут теплее. Миша послушно уселся рядом, и Андрей подумал: а что, если мы останемся здесь? Навсегда? - Чё делать будем? - сонно поинтересовался Миша, заваливаясь назад и утягивая на себя Андрея. - Не знаю, - пробормотал он, наблюдая, как смыкаются Мишины веки. - Звёзды считать? Ждать рассвет. Миша закинул на него руку во сне, теплый, живой. Андрей прислонился губами к его виску. Все будет хорошо. Только подожди, наступит утренний рассвет. Он боролся со сном, как мог, но горячее тело рядом расслабляло и успокаивало. И он уснул. А когда проснулся, рядом никого не было. Вокруг суетились врачи, задавали непонятные вопросы. Зачем-то тыкали в лицо фоткой, словно на допросе. Но этого седого мужика на фото Андрей видел в первый раз. Когда он вышел из медицинского центра, на душе был полный штиль. *** Билеты в театр перепали ему внезапно, Князев долго раздумывал, идти или нет. Вообще-то, мюзиклы и рок-оперы его не особо интересовали. Но вечер в столице был у него свободен, ребята из группы свалили на бар хоппинг, а сидеть одному в номере уже опротивело. После спектакля Андрей вывалился на улицу, оглушенный. Всего его эмоции и мысли словно взбили в коктейль, который давал по мозгам покруче алкоголя. Он сам не заметил, как завис у служебного входа, в полутемном переулке, весь под впечатлением. Время будто остановилось. А он застыл в нем, как муха в янтаре. Распахнулась дверь, и на улицу вышел высокий, сутулый мужчина. На его лице все ещё оставался сценический грим, и глаза выглядели дикими и беспокойными. Актер заметил Андрея, хотел пробежать было мимо, но вдруг затормозил. - Куришь? - спросил он, щёлкая зажигалкой. Андрей помотал головой. - Меня ждёшь? От такого внезапного вопроса Андрей, наконец, вынырнул из своего транса. - Я просто перевариваю, - пожал плечами Князев. - Как спектакль? - не прекратил попыток в неловкую беседу мужик. - А матом можно? - Нет, - засмеялся актер. Морщинки вокруг глаз у него были красивые, залюбовался Андрей. - Тогда никак, - хмыкнул он, и теперь они уже ржали оба. - Миша, - представился актер и протянул ему руку. Андрей принял его ладонь в свою, поглядел в упор и с твердой уверенностью произнес: - Я знаю.