Одержимая

      Мне никак не понравилось, что, по сути, незнакомая мне женщина, просто взяла и зашла со мной, как будто так и нужно.       — Проходите, раздевайтесь и на кресло, — отозвался женский голос из-за ширмы.       Я подошла к стулу и, хотела было начать раздеваться, как вкопанная встала. Я ощутила присутствие позади себя. Как сильные, но мягкие руки обвивают мою талию, и как женщина начинает медленно расстёгивать пуговицы на моей блузке. Я вновь чувствую, как она возбуждается, как женщина прижимается ко мне всем телом и начинает тереться своими бёдрами об мои. Тяжёлое дыхание обжигает шею. Я замираю от неожиданности.       — Детка… — Томно шепчет брюнетка, когда почти касается губами моей шеи, схватив двумя руками за грудь и начав жадно мять, а я чуть не расплакалась от унижения.       Ей вообще похуй, что здесь врач.       — Кхм… — Раздался рядом с нами голос и, как врач, женщина примерно тридцати пяти лет, высокая и стройная, с рыжими, кудрявыми волосами, недовольно смотрит на нас. — Амелия, я конечно всё понимаю, но это больница, сдерживай своё возбуждение, похотливая ты сука.       — И тебе быть такой, Тома, — усмехнувшись, брюнетка нехотя отошла от меня. Подойдя к врачу, они улыбнулись друг другу и крепко обнялись, как старые добрые друзья. — Как поживаешь?       Я впала в шок. О боже, они ещё и знакомы… До добра это не доведёт.       — Как обычно. Работа, дом, бары и клубы. Чего ещё мне нужно?       — Дикого секса.       — Ну и этого.       Они громко засмеялись, а я поняла, в какой пипец попала. Надо бежать. Срочно. И лучше, чтобы они обе, а особенно одна, потеряла память и забыла обо мне, чтобы мы никогда не встречались, даже если она потенциальный работодатель. Уехать за тридевять земель, хотя бы к родственникам из Сибири.       Эта женщина и так испортила всё: забрала мой первый поцелуй, мой первый раз, тем более была грубой. Я всегда хотела сделать это с любимым человеком, с парнем, за которого выйду замуж и потом стану матерью. Но нет. Пришла она и записала меня, как сучку, будто она имеет права трахать меня, как свою собственность.       Иногда казалось, что она даже наслаждалась моими криками боли. Хотя то, что произошло ранее, меня удивило, как быстро она изменилась, словно где-то в глубине души проснулась совесть. Но, как показала мне практика, это временно и скоро она вновь захочет трахнуть.       Пока они болтали, я решила по-тихому свалить, кто её знает, может она такая же, изнасилует и будут вдвоём меня по кругу гонять. Действовала я осторожно, при каждом шаге оборачивалась и удостоверялась, что они не заметили моё отсутствие.       — Стоять, — грубо прозвучал голос рыжей и моё плечо крепко сжали с такой силой, что я вскрикнула от боли. — Ты пришла на обследование, так раздевайся же и живо на кресло.       Она грубо пихнула меня обратно, к стулу, и стала пристально следить за тем, чтобы я разделась.       Я даже не знаю, кто из них хуже. Хотя, всё-таки брюнетка, Амелия, хуже. Если эта рыжая, Тамара, только проверит меня, то первая может сделать куда хуже.       Я чувствовала на себе их пристальные взгляды, и от этого хотелось провалиться под землю. Они оба были неприятны.       Сняв одежду до пояса, я тут же прикрыла двумя ладонями свой низ, а также покраснела из-за стеснения, смущения и стыда. Мне было неловко стоять полуголой перед насильником и её подругой, которая тоже может изнасиловать.       — Чего прикрываешься? — Разъяренно подала голос Тамара. — Тебя всё равно увидят. И расслабься.       Она нетерпеливо подошла, грубо схватила за руку и насильно усадила меня на гинекологическое кресло. Я занервничала, затаила дыхание, уложив ноги на подставки и придвинув таз максимально близко к краю сидения. Амелия встала боком ко мне и взяла за руку. Я нерешительно посмотрела на брюнетку, когда она стала нежно поглаживать мою руку и улыбнулась, произнося:       — Всё будет хорошо, расслабься, милая.       Она наклонилась и нежно поцеловала меня в лоб, начав нежно поглаживать по волосам. От этого неожиданного действия я сильно удивилась и посмотрела на неё, широко раскрыв глаза. Как бы странно это не звучало, но это и правда меня немного успокоило. Я почувствовала, будто меня любят и защищают. И на мгновение я даже позабыла, что она изнасиловала меня. Мы смотрели друг другу в глаза, и в них я видела нежность по отношению ко мне.       Тамара усмехнулась на это, когда надевала стерильные перчатки и доставала специальный прибор. Женщина подошла поближе ко мне и стала сперва оценивать.       — Хм, — она нахмурилась и вдруг засунула один палец мне во влагалище, отчего я зашипела от неожиданности и боли. Она круговыми движениями водила по влагалищу, после чего вытащила палец. Женщина смотрела на него достаточно долгое время, затем достала гинекологическое зеркало и начала осматривать с его помощью. После вытащила и посмотрела на меня. — Ты недавно потеряла девственность?       — Вчера. — Я кивнула.       — Даже не буду спрашивать с кем, — Тамара недовольно посмотрела на Амелию, на что та лишь смущённо улыбнулась. — Амелия, какого хрена? Ты понимаешь, что это чревато последствиями для этой девочки?!       Я удивилась этому, вся её злость и недовольство, что было ко мне, она обратила на брюнетку.       — Вы конечно правы, — подала я голос. — Но почему вы подумали, что это именно она?       Я сама от себя удивилась, ведь это сроду была защита моего насильника. Нет. Ничего такого. Это просто любопытство, как она поняла, что это была именно брюнетка.       — А зачем она пришла именно с тобой? — Раздражённо цокнула рыжая. — Нетрудно догадаться, кто виновник. Скажи, как это было.       И вновь неприятные ощущения и воспоминания вспыхнули. Прям заново прочувствовала это всё. Я рассказала как есть. И даже то, что перед тем, как сюда прийти, она снова стала насиловать меня, но благо, что остановилась, а точнее я остановила.       Она вновь перевела взгляд на брюнетку.       — Амелия, ты блять понимаешь, что первый раз должен быть максимально осторожным, а ты, мало того, что была грубой, ты повредила ей слизистую, так ещё и нанесла смазку. Это затруднит обследование. Ты вообще думаешь своей тупой головой?! В твоём затраханном мозгу остался разум?!       Тамара буквально орала на Амелию. Но та лишь с безразличным лицом слушала её и изредка кивала.       — Аргх… — Под конец не выдержала рыжая и почти что зарычала от злости, ударив по столу с такой силой, что я аж услышала какой-то странный звук.       Пару минут Тамара пыталась успокоиться и прийти в себя. Затем она повернулась ко мне, когда уже успокоилась.       — Бедная девочка. Мне тебя даже жалко, учитывая эту, — недовольно посмотрела на брюнетку. — Из-за искусственной смазки я не могу нормально тебя осмотреть. Нужно как минимум день подождать после полового акта, чтобы на слизистых не осталось семенной жидкости или искусственной смазки. Это негативно сказывается на дальнейшем обследовании. Скажи, как сильно у тебя болит после первого раза?       — Сильно. Боль внизу живота изредка появляется, но я в интернете прочла, что нужно нанести глицериновую мазь.       Рыжая задумалась.       — На первое время сойдёт, но тебе нужно на повторное обследование, чтобы я выписала тебе хорошую мазь, которая будет хорошо заживлять рану. Запишись на завтра, на это же время, а потом я возьму мазок, это необходимо для проверки предположительных диагнозов и раннего выявления патологий. Сейчас пока рано про это говорить.       В который раз удивляюсь, что она сейчас вела себя адекватно и нормально по отношению ко мне, чем в первую встречу.       — Хорошо.       Я кивнула и рыжая даже помогла мне встать. Я не заметила, что всё это время Амелия держала меня за руку. Чувствую, как она напряжена.       — Амелия, — тоже обратила на это внимание Тамара. — Не лезь к девочке, она и так из-за тебя вся на иголках.       Брюнетка сверлила меня недовольным взглядом, а затем тяжело выдохнула и что-то пробубнила себе под нос.       Я быстро оделась и выбежала из кабинета, когда рыжая обратилась к брюнетке.       В регистратуре я записала снова к гинекологу, только уже на завтра. Затем поднялась к подругам.       Увидев меня, они сразу стали спрашивать, что это я так долго была в регистратуре.       Я не стала ничего скрывать, рассказала как всё было, я даже не скрыла тот факт, что гинеколог была знакомой брюнетки.       Их лица скривились от отвращения к Амелии.       — Повезло тебе с врачом, попалась адекватная. Но нужно что-то с этой делать. Тебе нужна хоть какая-нибудь информация.       — Пока тебя не было, я прочитала о ней в интернете, — начала Ксюша. — Она не только генеральный директор бизнеса производства товаров и услуг. У неё есть бизнес в Германии, куда она часто ездит. У неё отец немец, мать русская.       — То-то у неё такая странная фамилия.       — Но на этом информация заканчивается.       — Как странно, должна быть ещё информация. — Задумалась я.       — К сожалению, это все сведения.       — Словно она не хочет раскрываться…       — Конечно, многие звёзды не рассказывают о своей личной жизни. Тебе было бы приятно, когда ты принимала ванну, а за тобой через твоё окно следили твои фанаты?       Я представила это и на секунду по телу пробежались мурашки.       — Наверное, нет.       — Надо как-нибудь собрать о ней информацию, и тогда можно её этим шантажировать, чтобы наконец отстала от тебя.       Это была неплохая идея, но мне не нравилось, что для этого пришлось бы как-то следить или контактировать с ней.       Домой я пришла в смешанных чувствах. Да и повезло, что когда я выходила с больницы, то не встретилась с Амелией, и она сама не писала. Однако, если я захочу и вправду добыть о ней информацию, то придётся как-то с ней общаться.       Как же я долго решалась, добавлять тот последний её контакт, с которого она мне писала, или нет.       В интернете о ней и правда было очень мало информации.       На следующий день, в субботу, я приехала снова в больницу и пошла сразу к рыжей. Конечно, я всё ещё стеснялась раздеваться перед ней, но уже страха, как такового, не было перед ней.       — Амелия не приставала больше? — Поинтересовалась рыжая, когда я вновь села в кресло.       — Слава богу, нет, — тут я поняла, что это прекрасный шанс узнать о брюнетке из уст её подруги. Они всё-таки общаются. — А вы давно общаетесь?       Рыжая подняла на меня вопросительный взгляд.       — Ну, просто смотря на неё, не скажешь, что у неё есть друзья.       Тамара усмехнулась.       — Ты права. Амелия всегда была одиночкой. Я её единственная подруга. Я могу сказать только то, что у неё было тяжелое детство, из-за чего она стала такой. — Рыжая тяжело вздохнула, когда надела перчатки и стала обследовать меня.       Тяжёлое детство? Может, её тоже насиловали, что она стала такой? На секунду, мне даже стало её жалко.       Обследование прошло достаточно быстро, под конец у меня взяли мазок на слизистую, сказав, что результат мне скинут либо на почту, либо его можно будет забрать в регистратуре, как будет лучше. Я подумала и сказала, что лучше будет забрать лично. Тамара кивнула и также выписала мне другую мазь. И тут женщине вдруг позвонили по телефону. Она ответила, быстро поговорила, положила телефон на свой стол и сказала мне, что ей срочно нужно уйти, но я могу одеться и пойти домой. Также сказала, что она отдаст сегодня мазок в лабораторию, и завтра уже всё будет готово, так что примерно в обед я могу уже прийти и забрать.       Женщина быстрым шагом ушла из кабинета, а я начала одеваться. И тут ей на телефон пришла смс’ка. И пришло оно от Амелии. Она что, забыла свой телефон? А вдруг его украдут?       Какие у меня были противоречивые чувства, когда я подошла ко столу и посмотрела на её телефон. Но любопытство начало брать надо мной вверх и я открыла телефон, где кстати, не было пароля, что очень странно.       Я открыла её переписку с Амелией, которая написала ей:       «Хорошо, сегодня в «Систерс» в двенадцать встречаемся. На наши места.»       Что это? Систерс? Наши места?       Я быстро достала свой телефон и сфотографировала эту переписку. Выключила экран телефона и вышла из кабинета.       Пока я шла домой, то меня мучал один вопрос. Почему она оставила свой телефон.       И только потом до меня дошла одна мысль. А вдруг она специально оставила его. Но зачем? Для меня? Чтобы показать, какая Амелия на самом деле?       Приехав домой, я сразу же загуглила, что это за Систерс такой. И увидела, что это был клуб и работал сегодня с одиннадцати вечера до десяти утра. Проблематично будет выйти, пока родители дома.       Нужно придумать план.       И тут мне на телефон позвонила мама:       — Мирана, привет.       — Привет. Что-то случилось?       — Нас позвал мой брат с ночёвкой. Поедешь?       И я поняла, что это был мой шанс.       — Не, спасибо. Хочу отдохнуть и поиграть.       — Как будто ты стараешься на учёбе, — засмеялась мама. — Мы выезжаем из рынка. Скоро приедем и поможешь нам таскать пакеты. Оставим деньги, можешь сходить в магазин и что-нибудь купить себе. Только не энергетики.       — Ну мам. — Я недовольно простонала.       — Кола тоже вредная, но лучше её бери.       — Ладно.       Родители приехали спустя тридцать минут. Я быстро оделась и помогла им нести пакеты с едой. Они оставили мне деньги и вскоре быстро уехали.       Я посмотрела на картах, где именно находится это место и как до него добраться. Полчаса на машине, час на автобусе с пересадкой и два с половиной часа пешком. Учитывая, что они в двенадцать хотят уже там быть, то мне уже в одиннадцать тридцать уже нужно быть там.       До назначенного времени оставалось больше шести часов. Я быстро зашла в ближайший магазин, закупилась энергетиками, колой и шоколадными батончиками, часть из которых я съем до клуба, а часть после.       И оставшееся время, до десяти часов я проторчала в компьютере, играя в различные игры.