Поцелуй

— Чем занимаешься? — голос старшего всегда успокаивал младшего, в особенно трудные дни в частности Парень подойдя со спины и положив руки на талию, а голову на плечо Ли размеренно дышал в шею, будто провоцируя — Да так, замеряю параметры. Неужели, мои бёдра такие огромные, — Хо через зеркало смотрит на Бана, ожидая, что тот опровергнет ранее сказанное, только вот — А мне нравятся твои ножки. Знаешь, как на них мягонько лежать. И целовать безмерно приятно. И мять, как нежный хлебушек, — звездочки, что сейчас плясали в глазах Криса не заметить было тяжело, но Минхо смог — Так значит они вправду большие и толстые. Ладно. Хорошо, — то самое хорошо, никогда на деле не означало ничего хорошего и стоило ожидать целый армагедон. Парень достаточно спокоен и терпелив, если ситуация пустяковая, но видимо тут, все совсем не так, — Наверняка, ноги того же Ликса, намного привлекательней. Или может Хани. Да, его крошечные спички, что не делают его таким огромным, как мои меня На кого сейчас злится младший понять было тяжело, все попытки успокоить его пресекались на корню. Ревности в их отношениях никогда не было. Они обсуждали каждую мелочь, что могла дать трещину в общем взаимопонимании. Но некая неуверенности Ли в себе, выливалась зачастую в простой разговор, с огромной кучи поддержки от старшего. Изредка, правда, переходя все черты и доводя до ссор. Приблизительно, как сейчас. Все слова, что говорит Чан пролетают мимо ушей не желающего слушать и что либо принимать возлюбленного **** Чем дольше они молчат, тем больше сгущается вокруг пугающая и темная аура. Будь парни в манге, вокруг Минхо точно было бы огромное черное пятно. И в таких ситуациях, зачастую, Чан дает парню время побыть одному, отойти от негатива и выпустить свои эмоции. Но сейчас, что-то внутри, словно держит его, не давая и шага из квартиры сделать Они противоположности. Вспыльчивость Ли в стрессовые моменты могла дойти до абсурда, но также быстро и отойти, словно часом назад и не было ничего. В свою очередь Бан, наоборот, чтобы пошатнуть его равновесие, нужно было вправду постараться, а после, если уж это получилось, то провести рядом очень много времени, дабы эмоции отошли на заданий план, давая проход трезвым мыслям. По началу было тяжело. Совместный быт казался сущей мелочью, пока они жили по разным квартирам. Но крайняя чистоплотность Хо и явная неаккуратность Криса очень долго накаляли обстановку между ними. Благо, со временем, компромиссы нашлись сами. Единственное, что по сей день тревожило пару — неуверенность в себе. Комплексы по поводу своего тела, ощущение того, что все что есть, недостаточно хорошо. Но при всем этом, для Чана, Минхо произведение искусства и будь такая возможность, он бы просто поставил его посреди их гостиной, как самую невероятную и дорогую статую, и сдувал бы каждую пылинку. Для Минхо же, Чан самый идеальный мужчина, заботливый, трудолюбивый, поддерживающий, а главное — любящий. Они из тех пар, кто часто говорят о своих чувствах и любви друг к другу, но принять и осознать свою ценность для партнера, все никак не удаётся — Минхо, — Чан в который раз за день пытается привлечь внимание младшего, — Котенок, поговори со мной, — руки обвивают любимую талию, прижимая тело парня к себе, — Если ты злишься из-за моих слов, то прости, я правда не хотел тебя задеть или обидеть, — отклика слова никакого не находят, поэтому остаётся лишь тяжелая артиллерия Чан собственник, но в разумных объемах. Он никогда не ограничивает своего возлюбленного в выборе одежды или с кем тому общаться. Но никогда не упускает возможность буквально пометить Ли, давая понять, что омега уже занят. Минхо по началу чертыхался и извечно замазывал алые пятная на своей шее, но стоило увидеть, как сильно старший расстраивается из-за подобного, решил принять это и относиться более спокойно. Если для Чана это важно, значит Хо сделает все, чтобы показать, что чувства и эмоции партнера для него тоже важны. Поэтому сейчас, парень уже почти не обращает внимание на одинокие багровые засосы, но только не в этот раз — Еще раз ты меня укусишь, я дам тебе этой лопаткой в нос, — парень в гневе страшен, но не когда угрожает избиением кухонной лопаткой для еды, да и к тому же, с кусочками сладкой курочки на ее кончике — Давай спокойно поговорим, я просто хочу, чтобы тебе стало легче. Ну же, Хо, — большие глазки и грустная мордочка очевидно должны были спасти ситуацию, жаль только в этот раз, от молчания омега совсем не отказывается, отвернувшись и продолжая готовку, — Или мне придется наглядно показать? Тут то заинтересованными в авантюре стали оба **** Шелковое постельное, огромное количество подушек и одеял, в которых с легкостью и по неосторожности можно было утонуть, лежал Ли. Красный, но такой очаровательный, что дух захватывает. Поджатые в коленях ноги и вытянутые на встречу поцелуям руки. Такой, одновременно и стеснительный, но в тот же момент и желающий заполучить все, что Чан может ему предоставить, а в его арсенале очень много всякого разного. Но в первую очередь, вся эта игра заточена лишь на одно — выяснить, что побудило его возлюбленного так огорчиться. Жилистые руки медленно опускаются на лицо Ли, но сам парень останавливается буквально в паре сантиметров от желанных губ — Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю, — слова звучат даже не столько как вопрос, скорее, как простое напоминание, — Всего тебя Поцелуй — Твой голос и чувство юмора Поцелуй — Твой характер и повадки Поцелуй — Твое тело и душу Последние слова были сказаны с особым трепетом, не почувствовать который Хо просто не мог. Крис часто закидывал его комплиментами и готов был хвалить того даже просто за то, что он дышит. Но такие интимные моменты, когда они нагие не только физически, но и психологически, показывали наглядно, что все сказанные слова не просто рассеивание воздуха — Минхо, ты мой мужчина и никого другого мне не нужно — Даже Райана Рейнольда? — настроение парня становится лучше, ведь даже улыбка, наконец, поселяется на его губах — Даже его. Главное для меня, чтобы ты был счастлив. Чтобы улыбался, вот так, радостно и беззаботно, — нежности в глазах Криса было хоть отбавляй, — И я готов доказывать свою любовь тебе раз за разом, чего бы мне это не стоило — В таком случае, сейчас, мне как никогда нужна твоя любовь и ласка И Чан дает ему то, что тот так желает. Теплые уста смыкаются на шее младшего, проходясь по каждому миллиметру фарфоровой кожи, оставляя за собой изредка небольшие алые пятна. Прелюдия для пары имеют намного большее значение, чем половой акт. Вновь и вновь они словно ищут подход друг к другу, подмечая все больше деталей и моментов, что могут сделать приятное партнеру. И одним из излюбленных способов довести Минхо до ручки, одними лишь губами, были простые поцелуи в шею. Осторожные, нежные, но до дрожи в коленях возбуждающие. Плюсом к этому, можно в ход пустить руки, что лягут на подкачанную талию, начиная выводить на ней абстрактные узоры. И взору сразу предстает картина невероятной красоты. Омега, уже во всю извивающийся на шелковых простынях и желающий получить то, на что так рассчитывал — Ты такой красивый, — всего одно предложение, а и без того красный Хо, заливается краской еще сильней — Будешь много болтать, я развернусь и уйду, — пусть колкости тот и не перестает говорить, не смотря на то, в каком положении находится, но оба прекрасно понимают, что ни один из них так просто из этой комнаты не уйдёт Теплые и большие руки подтягивают тело ближе к себе, не забывая при этом помять любимые ляжки. Сам по себе Минхо всегда имел подкачанное телосложение, совсем не похоже на стандартное омежье. Но все-таки иногда, природа берет свое и делает Чана в такие моменты самым счастливым. С приближением течки, Ли немного округляется, становясь визуально похож на мягкую зефирку, что самого парня всегда раздражало. «Что не так с этим организмом. Неужто, сколько бы я не ходил в зал, вот это все останется со мной навсегда?» Вот только, как только приходил черед природе брать верх над альфой, Минхо готов был прыгать от счастья, прямо как сейчас — Никогда бы не подумал, что твоя небрежная щетина меня будет заводить сильней, чем колом стоящий член, — пусть последний пункт и заставлял младшего неугомонно ёрзать на месте и время от времени довольно облизываться, но все-таки бушующий тестостерон в теле партнера был в приоритете, — Но все-таки, на одном лишь возбуждении далеко не уедешь, поэтому… Привыкший получать свое и знающий, что ничего за это ему не будет омега, лишь смыкает свои пальцы на пульсирующем и налившимся пенисе. Скрываться и строить из себя жестокого альфу Чан точно не собирался, поэтому реагируя на каждое движение со стороны Ли, позволял младшему наслаждаться томными вдохами и неким контролем ситуации **** Темнота, тепло двух тел и лишь ровное дыхание обоих возвращает в реальность — Я тебя люблю, — Минхо крепче прижимается к груди старшего, словно того вот-вот отнимут или чего похуже, — Знаешь, последние дни для меня выдались и вправду тяжелыми, поэтому спасибо, что даже не смотря на мои попытки сбежать, ты пытаешься меня понять. Я правда безумно благодарен тебе за это и за поддержку. Если мои ляжки вправду очаровательны, как ты говоришь, то я рад, — пусть голова парня и не поднималась со своего места, но сказать, что тот улыбается можно было с уверенностью — Я буду любить тебя любым. Наберёшь ты или похудеешь. Изменишь цвет волос, стрижку или стиль, — старший позволяет Хо вести эту игру в том темпе, в котором тому удобно, поэтому расслабленно продолжает выцеловывать шею и ключицы, ровно до момента, пока омега не отстраняет его от себя, резко припадая зубами к груди Эрогенные зоны — одна из вещей, которая в постели никогда не давала им покоя. За годы совместной жизни, они знают каждую точку и способ довести любимого до белого каления. И сейчас Минхо совсем не брезгуя кусается и оставляет контрастирующие поцелуи, раз за разом, буквально мурча от мычания альфы. Они прекратили строить из себя типичных представителей вторичного пола, буквально, через пару месяцев отношений, ведь каждый знал, чего душа хочет на самом деле. Внутренний омега Ли, что ужасно любит горький шоколад и нежный секс, также сильно желает брать верх во многом и часто не уступает старшему. В то время, как альфа Бана, готов на все, ради сладостей и похвалы, да и почему бы хотя бы в стенах квартиры не становиться по настоящему собой и не перестать притворяться — Как насчет того, чтобы попробовать стоя, — сказать, что искры летели из глаз младшего в тот момент, просто ничего не сказать, — Не зря же ты по десять часов на неделю пропадаешь в зале Тело Чана Ли любил особенно сильно. Широкие и крепкие плечи, накаченная грудь, от которой хочется пищать вслух, рельефный пресс и массивные, настолько, что ими можно заместо гантель качаться, ноги с потрясающими мощными бедрами и не пропадающими на них алыми засосами **** Быть стервой Минхо не забывает никогда, но исключением становятся именно такие моменты, когда член внутри скользит так мягко, и раз за разом попадает прямо по простате, заставляя мозг буквально плавиться, а все принципы и привычки отодвинуть на дальний план, в попытки достичь желаемого. Жаль только, что быстро их игры никогда не заканчиваются. С каждым толчком Ли только сильней прогибается в спине, стараясь подмахивать в такт старшему, что получается конечно с трудом. А ведь каждая поза и эксперимент требует рамок, и вот именно в них омега, буквально, не способен ни на что, кроме как положиться на своего альфу, в надежде, что во время оргазма, Чан не уронит его на пол. Спина уже изрядно начинала неприятно покалывать, от неостанавливающегося трения, из-за чего вело лишь сильней. Такой нежный и беспомощный Минхо, буквально отдельный фетиш и страсть старшего. Все таки, не всегда его омега бывает так сговорчив, как сейчас, ведь готов ради оргазма на все, даже на воровство — Котенок, как твоя спина? — Моя спина, это последние о чем тебе стоит думать. Лучше побеспокойся о том, чтобы я завтра не смог ходить, — голос омеги из раза в раз сбивается стонами и ахами, но серьёзность от этого меньше в его словах не становится Чан слушается, крепче перехватывая бедра руками, а зубами прикусывая еще не до конца зажившую свежую метку. Вообще, для старшего, метка всегда была лишь вопросом времени, а вот для Минхо это было настоящим потрясением. Бан не мог и подумать, что его действия вызовут такую бурю эмоций и слез. Сейчас же, из раза в раз, эта зона не остаётся без внимания Темп обоих ускоряется, а предоргазмические чувства накатывают сами по себе. Ладони альфы крепче вжимаются в любимые и податливые бедра омеги, от чего тот в очередной раз выгибается, не в силах что либо сделать, цепляясь коготками за крепкие плечи, что все это время только и служили ему опорой. Воздуха с каждой секундой становится все меньше, а стоны и сбитое дыхание лишь громче. Но тихое «Чани, пожалуйста», буквально решило все за себя. Похвала была орудием массового поражения и Минхо очень умело им пользовался, не только в постели, но и в повседневных делах, пусть Бан и прекрасно все знает, но все-таки ведется. Наслаждение наступает буквально на пятки, заставляя старшего прижать Ли сильнее к стене и парой незатейливых толчков помочь тому кончить. Сам же парень не выходя из тела и дождавшись, пока оргазм отпустит омегу полностью, заканчивает дело и сам, немного помогая рукой **** Завязанный презерватив уже давно валяет в рядом стоящей мусорке, а пара успокаивается под струйками теплого душа. Как бы обоим жарко не было, такая процедура была для них буквально ритуалом — Кошмар какой, твоя спина вся красная, — в доказательство своих слов, Бан прислоняет ладошку к лопаткам, что заставляет Хо зашипеть, от не самых приятных ощущений, — Нужно будет обработать ее перед сном Но младшему уже так все равно, единственное, что ему сейчас по настоящему хочется, так это залезть под огромное и мягкое одеяльце, взять в плен тело возлюбленного и не вылезая из его объятий уснуть. И все-таки, его мужчина самый лучший