Black Velvet / Чёрный бархат

Возможно, пойти куда-нибудь сегодня вечером было не лучшей идеей, он признал бы это из-за сообщений своего брата. [Ты выходишь из той стадии вечеринки. Добро пожаловать на взрослую территорию] Или, по крайней мере, Кастиэль думал, что так говорилось в сообщении чата с Габриэлем. Он фыркнул, засовывая телефон обратно в карман, чтобы допить четвертую порцию. Ему было всего двадцать пять, этого было недостаточно, чтобы "выйти из стадии вечеринки". Не так ли? Габриэль сказал, что страдает от тяжелого случая "синдрома ребёнка проповедника", что было смешно, поскольку именно их старший брат воспитывал их всех, когда умерла их мать; не говоря уже о том, что Майкл был полицейским, а не проповедником (но это было почти так же плохо). Их отец бросил их сразу после рождения Кастиэля. Майкл всегда был глубоко религиозен и посвятил себя воспитанию своих братьев и сестёр так, как считал нужным. Не то чтобы второй по старшинству, Люцифер, много слушал. Майкла и Люцифера разделял едва ли год, а Люцифер уже вступил на темный путь. Кастиэль мог бы хорошо провести время, но ни один из них не был тухлым яйцом, которым оказался Люцифер. Он вспомнил, как шёл по дорожке и садился рядом с остальными членами линии Новака, слушая, как судья, растягивая слова, перечисляет список уголовных преступлений Люцифера. Он отключился где-то после обвинения в непредумышленном убийстве, не в состоянии больше слушать и сохранять самообладание. - Отлично. - Он проворчал теперь, когда его разум был погружен в пьянство. Он махнул бармену, чтобы тот налил ещё, и повернулся обратно к толпе. Басы, которые обычно успокаивающе пульсировали в его груди, будоражили его внутренности, а выбор песни был неприятным. До сих пор к нему приставала горстка парней, но ни к кому из них он не испытывал немедленной потребности запрыгнуть в такси. Вздохнув, Кастиэль поднёс рюмку к губам, надеясь, что это смягчит его быстро портящееся настроение. - Эй, можно мне... э-э, чёрт, я не знаю. Может быть, пива? - Голос слева привлек его внимание. Кто заказывает пиво в гей-клубе? Он оглянулся, разглядывая нервного мужчину, прислонившегося к барной стойке. Он был милым. Действительно милым. Широкоплечий, крепко сложенный, с мускулами в нужных местах и задом, который остро нуждался в джинсах более подходящего покроя, чем простые расширенные к низу из Walmart. Его короткие волосы были откинуты с лица, но не настолько, чтобы Кастиэль подумал, что это было преднамеренным, ему просто повезло. В целом, Кастиэль прошёл бы мимо такого человека на улице и окинул бы его беглым взглядом, но отмахнулся бы от него как от натурала. В колледже он узнал, что погоня за натуралом - верный путь к катастрофе, даже если Бальтазар клялся, что все хотя бы немного би. - Тебе стоит купить Чёрный бархат, если ты любитель пива, - Кастиэль наклонился, не желая перекрикивать музыку больше, чем это было необходимо. Мужчина подскочил, не ожидая, что с ним кто-нибудь заговорит, хотя он был в баре - отличная снайперская территория для любого, кто ищет перепихона. Его глаза повернулись, чтобы посмотреть на Кастиэля, и Кастиэль был безмерно рад, что он наклонился, чтобы заговорить, позволив ему увидеть ярко-зелёные глаза мужчины. – Чт… прошу прощения? - Зеленоглазый слегка наклонился к нему, позволяя Кастиэлю уловить запах его одеколона. Ладно, значит возможно, парень приложил немного усилий для этого места. - Чёрный бархат, это пиво Guinness и шампанское. Странное сочетание, я знаю, но поверь мне. Тебе нужно немного раззадориться, верно? - Кастиэль неопределенным жестом указал на этаж клуба, лёгкая ухмылка тронула его губы. - Хах, неужели? - Мужчина обдумал это, и лёгкая усмешка скривила его преступно полные губы. - Да, хорошо, давай попробуем. - Он хлопнул рукой по стойке и немного вытянул шею, чтобы привлечь внимание бармена и изменить заказ. Кастиэль решил, что на этом взаимодействие закончится, и вернулся к своим шотам. Он приближался к своему пределу разрешённых шотов, поэтому решил, что ему нужно выбрать что-нибудь, от чего его менее вероятно стошнит на обувь. Он повернулся, чтобы заказать "Облачное небо", надеясь, что имбирный эль в коктейле смягчит лёгкую турбулентность, возникшую из-за быстрого употребления чистой водки. - Срань господня! - Теперь настала его очередь удивляться. Кастиэль оглянулся на мужчину слева от него, который к этому моменту сделал первый глоток своего "коктейля". У зеленоглазого было неровное пенистое кольцо, прилипшее к верхней губе от пены напитка, сплошные глупые ухмылки и яркие глаза. Кастиэль хихикнул, прикрывая рот рукой на случай, если зеленоглазый обидится, что он смеется над его пивными усами. - Нравится? - Вообще-то да! Оттенок меня удивил. Я не большой любитель шампанского, оно всегда казалось каким-то… не знаю, фруктовым или что-то вроде того… Чёрт, не то чтобы в этом было что-то плохое. Я имею в виду, очевидно, что я здесь и всё такое. – Зелёные глаза блуждали, лёгкий румянец залил его веснушчатые щёки. - Я, э-э, я Дин. Спасибо за рекомендацию. - Да поможет ему Бог, "Дин" протянул руку для пожатия и всё такое. Улыбка Кастиэля смягчилась, он потянулся, чтобы нежно взять широкую ладонь Дина в свою. - Кастиэль. - Недоверчивый изгиб бровей на лице Дина был ожидаемым. - Я знаю. Религиозные родители. - Казалось, что-то щёлкнуло в голове Дина, и он понимающе кивнул. Почему его родители не сделали его второе имя Джимми в качестве первого, вместо этого он вечно сокрушался. Всех детей назвали в честь Ангелов, и некоторым повезло больше, чем другим. Бальтазар был, безусловно, самым неудачливым. Люцифер был обречён на провал, если вы понимаете. - Ха, не возражаешь, если я буду называть тебя Кас? Потому что я не собираюсь лгать, чувак, это сложно. - Дин застенчиво улыбнулся после того, как сделал ещё один глоток своего напитка. - Думаю, это зависит от того, планируешь ли ты говорить со мной всю ночь. - Он не хотел включать то, что его лучшая подруга называла "голосом, от которого опускаются трусики", но у него была слабость к типичным американцам вроде Дина. Меган оплакивала его статус очень гея всякий раз, когда слышала от него "голос". Она описала его как хриплый с оттенком низких вибраций, которые затрагивают все положительные стороны. Было более наглядное продолжение описания, которое заставило Кастиэля содрогнуться от отвращения и прогнать свою лучшую подругу-бисексуалку обратно к её девушке. Щёки Дина порозовели немного сильнее, а глаза расширились, когда он запнулся в поисках подходящего ответа. - Эм, д-да, это было бы... хорошо, да. - неубедительно закончил он, застенчиво пригибаясь, когда Кастиэль снова усмехнулся. - Ты часто сюда приходишь? - Дин очень старался не выглядеть таким смущённым, каким он был. - Иногда. Я выбираю между этим местом и Чистилищем. - Кастиэль слегка пожал плечами - Это место стало немного-кожаным-папочкой в последнее время. Это прекрасно, но я не хочу, чтобы у меня появилось раздражение от щетины, когда я пытаюсь танцевать. Дин выглядел немного растерянным - Я... понятия не имею, что такое кожаный папочка. – Признался он. Кастиэль не хотел, чтобы смех вырвался наружу в полной мере, но из-за водки было трудно сдерживать себя. - Правда? Ты, должно быть, совсем новенький. Дин переступил с ноги на ногу, слегка поворачивая стакан в руках. - Вроде? - Он ответил тихим голосом. О, чёрт. Кастиэль не хотел вести себя по этому поводу как осёл. Дин не мог быть моложе его больше чем на год или два, так что не было большим скачком в мышлении, что он должно быть недавно открылся. В конце концов, люди осознают некоторые вещи в любой момент жизни. - Тогда это здорово, - заверил Кастиэль, указывая на лестницу, ведущую на верхний уровень, где находилась комната отдыха. - Хочешь подняться туда? Там тише. - Это был рывок. Он даже не знал, хотел ли Дин узнать его поближе или чего он добивался, но Кастиэль был вынужден поговорить с ним, по крайней мере, немного больше. Дин был глотком свежего воздуха среди ненасытной толпы, которая обычно заполняла клуб. По общему признанию, часть Кастиэля немного беспокоилась, что Дина съедят заживо, как только остальные пронюхают о свежем мясе, плавающем в воде. - Правда? Да, звучит заманчиво. - Улыбка Дина вернулась, и вместе с ней в животе Кастиэля что-то ёкнуло. У Дина была ухмылка, которая могла растопить ледники. Кастиэль оттолкнулся от стойки и жестом пригласил Дина следовать за ним, отступив в сторону, как только они добрались до лестницы, чтобы Дин мог идти первым. Несмотря на это, Дин заколебался, бросив нервный взгляд в его сторону, прежде чем направиться к лестнице. Хорошо. Кастиэлю это показалось немного странным, но его замешательство длилось недолго, когда он двинулся следом за Дином только для того, чтобы обнаружить, что мужчина двигается немного медленнее, чем ожидалось. У него был острый глаз; это то, что привело его к графическому дизайну несмотря на то, что его братья и сёстры считали Богом данный дар игры на фортепиано. То, как Дин поднимался по лестнице, больше опираясь на левое бедро, при этом правая нога никогда полностью не сгибалась, поразило его. Он видел подобные хождения раньше. Появление современных протезов не было секретом. За последнее десятилетие произошёл огромный скачок в медицинской науке, часть которого он извлёк для себя сам. Перед выпуском он видел горстку людей в кампусе с новыми моделями, изящными и красивыми на вид. Но он также видел изрядную долю старых моделей, тех, в которых не были проработаны все изломы и которые все еще двигались немного искусственно. Он не был любителем заключать пари, но рискнул бы предположить, что на правой ноге у Дина была какая-то старая модель. Они прошли к свободному дивану в глубине зала, и Кастиэль был осторожен, чтобы не задерживать взгляд на нём во время своих тихих раздумий. Последнее, что он хотел, чтобы Дин подумал, это то, что он пялится на него. Ему было всё равно, был у Дина протез или нет, во всяком случае, он считал развитие науки захватывающим медицинским чудом. Без этой науки его старший брат Майкл остался бы без глаза из-за неудачной стычки с наркоторговцем через год после поступления в полицию. - Ты здесь в первый раз? - Кастиэль вздрогнул, когда сел, рука слабо сжимала бледно-красный напиток на колене. Дин устроился на диване, немного подвинувшись под видом того, что устраивается поудобнее. - Да, это очевидно? - Его улыбка стала на волосок застенчивее. - Славно. - Кастиэль поддразнил мягкой улыбкой. - Студент? - Да, машиностроение. - Кастиэль был под впечатлением, Дин был не только хорош собой, но и умён. У них завязалась непринужденная беседа. Дин был старшекурсником, посещал колледж с солидными стипендиями и щедростью друга семьи, который, как клялся Дин, был ему как отец. Кастиэль быстро узнал, что у Дина был младший брат, который тоже собирался пойти в колледж, что стало для него облегчением, потому что, по словам Дина, у парня были довольно непростые несколько лет, когда он попал в плохую компанию. У Дина, казалось, не было проблем с тем, чтобы отвечать на все вопросы и поясняться, даже когда его не спрашивали. Он был готов говорить, что восхитительно. Через тридцать минут Кастиэль обнаружил, что отвечает, вытягивая из себя то, о чем он редко рассказывал своим друзьям, не говоря уже о ком-то, кого он только что встретил. - Пианино? Вау, это действительно круто! Я играю на гитаре то тут, то там, но серьезно, какой братан из колледжа этого не делает? - Дин усмехнулся на дно своего второго стакана после того, как Кастиэль наклонился, чтобы налить им ещё. Он не хотел заставлять Дина вставать вместе с ним, и он только надеялся, что тот сделал это таким образом, чтобы не было сразу понятно, почему. Едва ли кто-нибудь знал, что Кастиэль умеет мастерски играть. Мег потребовалось доучиться до последнему курса, чтобы услышать, как он играет, и он сказал об этом Дину через час после знакомства с ним. Это... заставляло его чувствовать себя неуютно, думая об этом сейчас, когда он размышлял об этом. Возможно, именно поэтому его мозг резко качнулся влево с тем, что слетело с его губ дальше. - Хочешь выбраться отсюда? - В конце концов, это и было целью сегодняшнего вечера. Зуд, который требовалось унять после тяжёлой недели. Габриэль собирался жениться, и это означало бы, что остатки клана Новак и Шерли собрались бы вместе, один пытался игнорировать то, что Чак бросил своих детей, и никто не удосужился помочь растить его маленьких детей, а другая сторона ворковала над тем, как дети напоминают всем об их умершей матери. На мгновение Кастиэль был уверен, что сделал что-то невероятно глупое. Он не знал почему, но его волновало, обиделся ли Дин на предложение и решил ли закончить разговор на этом месте. - Я эм… это было бы… неплохо. К тебе или ко мне? - Щёки Дина покраснели, как помидоры, но, к его чести, он выглядел решительным. - Я живу на Пятой. - Хм, тогда ко мне. Я живу на Вишнёвом дереве. - Дин залпом допил последнюю четверть своего напитка и встал, высунув язык, чтобы смыть остатки ликёра, прилипшие к губам. Это небольшое действо взбодрило либидо Кастиэля, и он быстрым глотком прикончил немного своего напитка. Поскольку ни один из них не водил, такси было решением. Кастиэль положил руку на левое колено Дина пока были в дороге, наслаждаясь тем, как у Дина участилось дыхание, когда он нежно сжал его. К тому времени, как они подъехали к многоквартирному дому Дина, его рука поползла к верхней части бедра Дина, и молодой человек явно изо всех сил старался не заострять на этом внимание. Это было странно мило. Чувствительный. Это был несомненный плюс в списке Кастиэля. Он наслаждался, когда его партнёры становились возбуждёнными и шумными. Дверь лифта закрылась за ними, и их рты соприкоснулись, тихое напряжение поездки в такси усилилось. Дин был весь в необузданном голоде, неспособный решить, хочет ли он медленно исследовать его рот или поглотить его. Кастиэль потянулся, запустив руку в короткую стрижку волос Дина, чтобы оттянуть его голову назад, заставляя Дина немного отступить, чтобы Кастиэль мог привести их в надлежащий ритм. Язык Кастиэля проник в рот Дина, скользнул глубоко и наверняка ощутил пьянящий, почти горьковатый привкус Guinness и шампанского. Дин застонал, содрогаясь в его объятиях и прижимая их тела ближе. Дин уже был твёрдым и джинсы натянулись после поцелуя. Тогда очень чувствительный. Дверь звякнула, и они, спотыкаясь, вышли. Кастиэль высвободил Дина из своих объятий и шлёпнул его по заднице, чтобы привести в чувство, тихо посмеиваясь над негромким возгласом негодования и мягкой надутостью, которая появилась на скользких от слюны губах Дина. В квартире было чисто, поразительно чисто, учитывая их возраст. Кастиэль признавал, что иногда он халатно относился к своим обязанностям по дому. Сваленная в кучу одежда и бумажные тарелки, использованные вместо фарфорового сервиза, который Анна подарила ему на выпускной, когда он переехал из общежития. Но квартира Дина была почти безупречно чистой, если не считать пакетика чипсов на кофейном столике и недопитой кока-колы рядом с игровыми очками. Дин закрыл и запер за ними дверь, и Кастиэль едва позволил ему положить ключи в глиняную миску рядом с дверью, прежде чем притянуть молодого человека к себе. Руки Кастиэля легли на бёдра, большие пальцы очерчивали маленькие круги по бокам, что заставило Дина слегка поскулить. - Тоже боишься щекотки? - Он мурлыкал у задней части шеи Дина, приоткрыв губы, чтобы нежно прикусить гладкую кожу, вызвав ещё один вздох у его чувствительного партнёра. - О-очень. - Выдохнул Дин, прижимаясь задом к Кастиэлю и протягивая руки назад, чтобы обхватить Кастиэля за бока. - Спальня? - Он укусил снова, немного сильнее. Дин задрожал, губы приоткрылись с тихим стоном. - Назад справа. - Он слабо махнул рукой. В квартире открытой планировки было три двери: одна слева от кухни, а две другие справа. Кастиэль отступил со злой ухмылкой, обходя Дина, чтобы сделать несколько шагов к двери, прежде чем обернуться. С привычной лёгкостью он снял с себя облегающий серый верх, удовлетворенно улыбаясь открытому взгляду, который пожирал каждый дюйм его обнажённой оливковой кожи. Рубашка небрежно упала на пол, и его руки легли на джинсы, расстегивая пуговицу, но не двигаясь дальше. Не говоря больше ни слова, он повернулся и пошёл в спальню Дина. К тому времени, как Дин, спотыкаясь, последовал за ним, он растянулся на тёмно-синем одеяле Дина, расстегнув молнию и обнажив под ним полосу красных боксеров. Громкий бессмысленный звук из угла комнаты напугал их обоих, и Кастиэль наклонился, чтобы посмотреть в сторону стола. Ноутбук Дина был включен, яркие цвета и цифры сменялись на экране с маленькими текстовыми полями над цифрами. - Ч-чёрт! Извини! - Дин подбежал, захлопывая ноутбук. - Это был World of Warcraft? - Кастиэль тихо хихикнул, наклонив голову. Габриэль любил играть в онлайн-игры, когда был моложе, до того, как работа преподавателем стала отнимать всё его время. Румянец Дина вернулся в полную силу, когда он придвинулся ближе к кровати, теребя пальцами подол рубашки. - Да, и что? - Он фыркнул, бросая Кастиэлю вызов сказать что-нибудь пренебрежительное. Кастиэль сел, протягивая руки, чтобы пробежаться по соблазнительной поверхности груди и пресса Дина, к сожалению, всё ещё одетого. - Это мило. - Заверил он, его пальцы, напугав, скользнули под рубашку собеседника. Дин замер, и Кастиэль мгновенно отступил, на его лице расцвело замешательство. - Дин? Молодой человек поерзал, прикусив внутреннюю сторону губы. - Я... я ничего подобного раньше не делал. - О. Это было очевидно. - Цеплять парней в клубах? - Кастиэль слабо улыбнулся. - Я вроде как понял это. - Нет, я, ну да, но не только это. - Дин тихо вздохнул, выглядя так, словно он с чем-то смирялся. Этот взгляд тронул струны сердца Кастиэля. - Я, черт возьми, просто… - Дин потянулся, чтобы сорвать с себя рубашку, отбросил её в сторону, слегка нахмурившись. Дин был таким же мускулистым и привлекательным, каким его представлял Кастиэль, но было несколько дополнений, которых он не ожидал. Там и здесь виднелись шрамы, особенно заметные по мере того, как его взгляд приближался к правому бедру Дина. Шрамы, исчезающие под джинсами Дина, выглядели затягивающимися, как будто они никогда полностью не заживали спустя годы после выздоровления. - Дин... - Просто подожди. Просто… - Дин тяжело вздохнул, начиная расстегивать джинсы. У Кастиэля уже была идея, чего ожидать. Он хотел протянуть руку и сказать Дину, что в этом нет необходимости, но что-то в выражении лица Дина подсказало ему просто сидеть сложа руки и позволить ему сделать это. Джинсы Дина упали на пол, оставив его в черных боксерах. Тусклая металлическая поверхность его серебристо-серой правой ноги резко выделялась на фоне черной ткани. Несмотря на то, что Кастиэль знал, чего ожидать, он почувствовал, что его взгляд прикован к протезу, учитывая дизайн старой серии моделей. Они по-прежнему оставались чудом техники, даже несмотря на слегка неуклюжий дизайн и коленный сустав, выглядящий громоздким и тяжелым по сравнению с серией Model-S. Её носили, скорее всего, она была подержанной, поскольку возраст Дина все ещё относил его к категории "возможно, всё ещё растущих"; Новые модели были дорогими и вряд ли покрывались большинством страховок. Только работа Майкла в полиции позволяла ему получать новые серии глаз, который он постоянно обновлял с каждым визитом к главному врачу. Слияние тела Дина и протеза выглядело несколько неудобно из-за того, как высоко должна была подниматься модель. Кастиэль подумал, что Дину, должно быть, ампутировали тазобедренный сустав, чтобы он достиг такой высоты. - Автомобильная авария, - коротко пробормотал Дин, полностью ожидая, что Кастиэль отшатнется с отвращением. Ему пришлось задаться вопросом, сколько людей сделали это с Дином, чтобы он ожидал этого сейчас. Кастиэль наклонился вперёд, медленно протягивая руку, чтобы погладить искусственно тёплую поверхность сделанной ноги. Он слышал, что в этой серии было немного жарко или холодно, что никогда полностью не соответствовало естественной температуре тела. У Дина немного тёплый. Дин напрягся от прикосновения, прикусив губу так сильно, что Кастиэль испугался, что он проткнет розовую плоть своим клыком. Кастиэль не привык к подобным ситуациям. Он привык вваливаться в чьи-нибудь апартаменты, квартиру или, чёрт возьми, машину, веселиться и расставаться. Отношения никогда не были для него лёгкими, поэтому он перестал пытаться. Веселье - это всё, что его интересовало на данный момент. Или, по крайней мере, так он думал. Но "весело" это или нет, Кастиэль не мог заставить себя просто оттолкнуть, взять свою рубашку и уйти. Он не был психологом, но он предположил, что это было бы ещё одним сокрушительным ударом для человека, который по какой-то причине решил доверить ему это. - Дин… Всё в порядке. Не… - Чёрт возьми, теперь это он запинался на словах, беспокоясь, что скажет что-нибудь не то. - …Я не собираюсь уходить, пока ты этого не захочешь. - Закончил Кастиэль, оглядывая сильное тело Дина, как он надеялся, искренними глазами. - Это не "нарушение условий сделки" или что бы ты там ни думал. И тебе, вероятно, следует врезать тому, кто это сказал. - Это вызвало у Дина лёгкий смешок, и он воспринял это как победу. - Вот, - Кастиэль откинулся назад, вытянув правую руку над головой, чтобы шрам на левом боку выделялся больше. - Даже у меня есть искусственная почка. - Он надавил на шрам, ощутив смутно твёрдую поверхность порта, затянувшуюся прямо под его кожей. Каждые несколько лет ему нужно было сканировать и тестировать его, но до сих пор ему удавалось использовать одну и ту же модель, так как он был молод. Он больше никогда не занимался контактными видами спорта после того досадного инцидента. - Я знаю, что это не одно и то же, но это часть меня. Он наблюдал, как взгляд Дина остановился на шраме, брови сдвинуты в спокойной сосредоточенности. Его язык высунулся, чтобы облизать губы, соблазнительно, несмотря на напряженную атмосферу. - Правда? - В тот момент Дин ему не доверял, и это было нормально. Кастиэль опёрся сзади, чтобы вытянуть ноги и притянуть Дина вперёд, свободно обхватив ими его бёдра. - Правда. Я серьёзно, Дин. Ты потрясающий; ты это знаешь. То, что у тебя есть протез, этого не умаляет. Это просто ещё одна часть твоего тела. - Кастиэль притянул его к себе ещё немного, пока Дину не пришлось опереться на кровать, чтобы не упасть. - Часть твоего исключительно привлекательного тела. - Он ухмыльнулся, откидываясь на кровати, чтобы позволить Дину сосредоточиться на своем теле. Дин рассмеялся, склонив голову с застенчивой улыбкой. Это ему больше понравилось. У Дина было лицо, предназначенное для легких улыбок и мальчишеских искорок, а не для застенчивого волнения. - Спасибо. Но это не совсем всё. - Дин вздрогнул, его щёки порозовели, казалось бы, без всякой причины. Кастиэль приподнялся на локтях. Это не всё? Как это могло быть не всё? - В смысле? Дин застонал и переместился с Кастиэля между ног, чтобы упасть на кровать рядом с ним, виновато глядя на него. - Господи, я знаю, это не то, чего ты ожидал, или что-то ещё, но... Блять, я действительно устал копаться в собственной голове и просто… - Дин на мгновение спрятал лицо в сгибе своих рук, чтобы собраться с мыслями, - Ладно, нахуй это. Всё это. - Пробормотал он в покрывало, прежде чем повернуться к нему. - Я никогда не спал с парнем раньше. - На самом деле это не было таким уж большим сюрпризом - Или... кем-либо. - Теперь это привлекло внимание Кастиэля. Его удивление, должно быть, было заметно на его лице, учитывая пунцовый оттенок, который приняли веснушчатые щеки Дина. - Чёрт, я знаю, ладно? Ему пришлось оправляться от контузии прежде, чем Дин отступит. По логике вещей, это было не так странно. Девственников мужского пола было больше, чем большинство когда-либо признало бы, но один, который выглядел как Дин, был практически святым граалем. И всё же, когда он вспомнил, как Дин нервничал из-за своей ноги, его зловещее очарование было быстро омыто холодной водой. Дин был слишком застенчив, чтобы общаться с кем-либо, и по какой-то причине он выбрал его. Головокружительная нервозность поселилась в животе Кастиэля. По общему признанию, он спал с девственниками и раньше, много лет назад, когда был первокурсником и сам привыкал к сексу, но он помнил, каким был его первый раз. Он никому бы не пожелал такого уровня неловкости. Переспав с Ханной, он начал осознавать, что он вполне гей, и из-за этого они оба избегали смотреть друг другу в глаза до конца года. - Я понимаю. - Кастиэль медленно кивнул, протягивая руку, чтобы смахнуть пальцами пылинку со спины. - Должно быть, это было трудно. - Это было всё, что он сказал, осторожно обходя потенциальное минное поле. К его удивлению, Дин хихикнул чуть более искренне. - Ты серьёзно? Я просто вываливаю всё это на тебя, и всё в порядке? Я не хотел втягивать тебя в свои неприятности, чувак. Брови Кастиэля нахмурились, и он сел, протянув руку, чтобы перевернуть Дина на спину. Он переместился, чтобы оседлать талию Дина, довольный удивленным вздохом, который вырвался у него снизу. - Я не возражаю, Дин. Признаюсь, сейчас я немного нервничаю, потому что не каждый день сталкиваюсь лицом к лицу с абсолютным девственником... - Он опустил глаза, пробежавшись взглядом по Дину, который восхищенно смотрел на него снизу вверх. - Как и ты. Я надеюсь, что смогу оставить незабываемые впечатления… это если ты всё ещё этого хочешь. Потому что я более чем готов продолжать. У Дина вырвался резкий вздох, и он пошевелился под ним. Кастиэль мельком подумал, что, возможно, Дин решил, что не хочет этого, но тёплый толчок в задницу сказал ему обратное. У него было смутное подозрение, что он, вероятно, смог бы уговорить Дина закончить, если бы делал это с таким рвением, как Дин. - Д-да. Если ты будешь терпеть меня, я хочу. Блять, я действительно этого хочу. - Дин сглотнул, но с самоуничижением пора было заканчивать. Кастиэль наклонился, схватив Дина за подбородок рукой, и наклонился, чтобы запечатлеть болезненный поцелуй на губах молодого человека. - Если я услышу, что ты скажешь ещё что-нибудь плохое о себе, я остановлюсь и оставлю тебя с этим. - Он потянулся свободной рукой назад, чтобы погладить выпуклость промежности Дина. Широко раскрыв глаза и слегка остекленев, Дин нетерпеливо кивнул, напрасно двигая бедрами под ним, когда его рука убралась. - Хорошо. Теперь. Смазка, презервативы? - Кастиэль подсказал, мягко улыбаясь, что даже эти два простых слова заставили Дина приободриться. - Прикроватный столик… чёрт, не думаю, что у меня есть ... - пробормотал Дин, когда Кастиэль встал, чтобы взять с прикроватного столика полбутылки смазки. Он не ожидал, что у Дина будет презерватив, но, к счастью, Кастиэль начал ночь с этой мыслью. - У меня есть один. - Кастиэль полез в задний карман, чтобы достать фольгу, зажав край обертки зубами, когда бросил бутылку на кровать рядом с Дином. Освободив руки, Кастиэль встал на краю кровати, медленно стягивая свои узкие тёмные джинсы и нижнее белье одним мучительно замедленным движением. Он мог слышать тяжелый выдох Дина, когда взгляд мужчины открыто упал на его наполовину твёрдый член, похоть вспыхнула в глазах Дина достаточно быстро, чтобы заглушить сомнения и дрожь. В нём чувствовалось нетерпение, которое льстило и возбуждало. Прошла целая вечность с тех пор, как кто-то смотрел на него так. Как будто Дин хотел поглотить каждый дюйм его тела, но был слишком напуган, чтобы прикоснуться. Как будто он был ёбаным произведением искусства. Кастиэль протянул руку, его пальцы зацепились за подол боксеров Дина с вопросительным взглядом. Резкий кивок и наклон бёдер подстегнули его, и он потянул, стягивая чёрную ткань вниз по всей длине тела Дина, пока они не присоединились к куче на полу. - Проклятье, ты сам святой грааль. - Кастиэль выдохнул, глядя вниз на твёрдую длину очень нетерпеливого члена Дина. Он изгибался назад к его животу, покраснел и стал толстым. Таким же совершенным, как и всё остальное в Дине. Несмотря на желание разобраться в ситуации, Кастиэлю приходилось управлять собой. Он заполз на кровать, игнорируя тихий звук замешательства, когда устроился рядом с Дином на коленях. - Полагаю, ты никогда никого раньше не готовил? - В ответ на это ещё одно застенчивое покачивание головой. В этом нет ничего удивительного. - Тогда смотри на меня. - Это было немного неловко, но он подумал, что если Дин может обнажиться так, как он это сделал, то и он сможет. Кастиэль подвинулся немного выше на кровати, спиной к Дину, когда он немного раздвинул ноги, позволяя молодому человеку видеть каждый обнажённый дюйм кожи. Он потянулся за смазкой, открыв её, чтобы вылить щедрое количество себе на руки. Позади него глаза Дина прожигали дыры в его коже, освещая его плоть, пока Кастиэль не начал твердеть просто под тяжестью взгляда. Сердце Кастиэля бешено колотилось в груди, когда он потянулся назад, чтобы размазать скользкое масло по своей дырочке, массируя себя кончиками пальцев, пока оно не покрылось и не засияло. Он давно так не возбуждался от предварительных ласк, особенно когда Дин ещё даже не прикасался к нему. Взгляд Дина, устремленный на него, пробегал электричеством по его коже, заставляя его сверхчувствительно следить за каждым движением, даже первое прикосновение указательного и среднего пальцев вырвало у него тихий стон. Он не потрудился начать с одного пальца, учитывая, насколько он был опытен. Он услышал тихий стон желания на губах Дина, и вскоре рука нашла путь к его икре, поглаживая его ноги и бёдра, когда он начал вводить и выводить пальцы из себя. - Не надо. - Кастиэль отчитал его, когда краем глаза заметил движение. Дин начал трогать себя, чего делать было нельзя. Он сомневался в выносливости девственника, и у него было полное намерение сделать это незабываемым для них обоих. - Ты можешь подождать. - Это был частичный приказ, частичное поощрение. Дин тяжело сглотнул, но его рука отпустила напрягшийся член. - М-можно мне? - Его рука легла на одну из его ягодиц, и Кастиэль кивнул в ответ на прикосновение. - Вот. - Кастиэль сложил пальцы ножницами и потянулся свободной рукой, чтобы поднести руку Дина к своей растянутой дырочке. Он ввёл указательный палец Дина в себя между своими пальцами, тихий звук, вырвавшийся из его горла, был заглушен гораздо более громким ругательством Дина. Палец Дина проник глубже, осторожно ощупывая его гладкие стенки. - Блять, ты горячий внутри. - Он с благоговением вздохнул. Он внимательно следил за тем, как Кастиэль двигает пальцами, и вскоре сам стал немного смелее. - Я хочу… пожалуйста? Он не мог отказать в такой милой просьбе. Рука Кастиэля опустилась, позволяя Дину взять верх. Три пальца Дина вошли в него, и он начал сосредотачиваться на ощущениях искренних прикосновений девственника. - Е-ещё один, - приказал Кастиэль через несколько минут. Ему понадобилась дополнительная подготовка, чтобы принять Дина. - Да? - Дин подчинился, просовывая мизинец внутрь, чтобы присоединиться к растяжке. - Боже, Кас. Я так сильно хочу быть в тебе. Ты охуительно красивый. - Неожиданный комплимент, когда он был в заднице, застал Кастиэля врасплох, и горячий румянец зажёг огонь от его щёк до задней части шеи. Красивый? Его называли симпатичным или поразительным, но никогда красивым. Это было слово, которое он сказал бы Дину, но не себе. Он был хорош собой, он знал это, но он не думал, что он красив при любом напряжении воображения. Кастиэль насаживался на руку Дина до тех пор, пока ему не показалось, что у Дина лопнет кровеносный сосуд, если они в ближайшее время не запустят шоу в турне. - Л-ладно. Давай… - Кастиэль протянул руку, чтобы немного отодвинуть Дина назад, чтобы тот мог сесть. - Вот так. - Он надавил ещё немного, опрокидывая Дина на спину. Он поднял упавшую фольгу, разорвал её зубами и вытащил прозрачный обруч, зажатый между пальцами. Он посмотрел вниз на Дина, растянувшегося на кровати и выглядевшего так, словно его подвергли блаженной пытке, раскрасневшегося и страдающего. Член Дина источал интерес, умоляя о внимании. Как только он положил руку на основание члена Дина, девственник издал мягкий шипящий звук, перешедший в низкий стон, бёдра приподнялись от его прикосновения, когда Кастиэль натянул презерватив по всей длине. - Хорошо. - Кастиэль сглотнул, снова перелезая через Дина и выливая ещё порцию смазки на свою руку. - Мы... сделаем это так, потому что я не доверяю девственнику, который не оседлает мою задницу. Ты слишком большой, чтобы пока давать тебе свободу. - Кастиэль наклонился к Дину с розовой улыбкой, тихо смеясь над надутыми губами, которые снова появились на губах Дина. - Не у всех королевский размер, Дин. Я бы хотел быть в состоянии встать завтра. - Он ненавидел совершать позорную прогулку на следующий день с горящей задницей всю дорогу домой. Для него это придавало акту атмосферу унижения. Но, имея дело с Дином, он не думал, что завтра ему будет так смутно стыдно. Не с тем, как Дин смотрел на него прямо сейчас, как будто у него был ключ к спасению. - Я приму это как комплимент. - Решил Дин, сильно дрожа, когда рука Кастиэля скользнула вниз по его напряжённой длине, покрывая его смазкой. Кастиэль сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, когда занял позицию, прижимая тупой кончик Дина к себе и позволяя себе расслабиться перед предстоящим вторжением. Дин был крупнее, чем ему обычно нравилось, но растущее предвкушение в его груди быстро сводило на нет трепет, который он испытывал, столкнувшись с членом, который оставит на нём неизгладимое впечатление на несколько дней. Кастиэль начал опускаться, долгий, низкий стон вырвался из его груди при первом толчке головки члена Дина сквозь тугое кольцо его дырочки, зафиксировав их на месте с такой полнотой, что даже при хорошей подготовке он почувствовал слабое жжение. Осторожный спуск Кастиэля был достаточно медленным, чтобы к тому времени, когда он опустился на один уровень с бёдрами Дина, молодой человек сжал покрывало так, что побелели костяшки пальцев. - Горячо? - Кастиэль дразнил предыдущим описанием Дина. - Блять... блять, ты потрясающий. - Дин тяжело дышал, прикусывая уголок губы, чтобы держать себя в узде. Он изо всех сил старался не делать в точности то, что, по словам Кастиэля, он сделал бы, если бы у него был шанс. Каждая частичка его хотела погрузиться в тугую гладкость Кастиэля, пока он не утонет в нём, но он не хотел, чтобы в конечном итоге это причинило боль его первому любовнику. Кастиэль мог видеть, как он борется с базовым влечением, и он произносил тихие воркующие слова в воздух, пока царапал ногтями грудь Дина, чтобы сосредоточить его внимание на чем-то другом. - Дыши, детка, - проинструктировал Кастиэль, ласкательное прозвище сорвалось с его губ прежде, чем он смог остановить его. Он не называл ласкательно, если только тот, с кем он спал, не просил об этом. Это было интимно, слишком близко к территории "любовника". Хотя Дин заслужил это; с ним было так хорошо, что Кастиэль хотел, чтобы он чувствовал себя особенным. Кастиэль перешёл на медленный темп, сначала медленно покачивая бедрами, чтобы привыкнуть к толстому, твёрдому весу Дина, заключенного в нём. Единственными звуками в тихой квартире были их совместные вдохи, пыхтение и стоны в темноте, куда проникал только свет из большого окна, купая их в искусственном сиянии соседних квартир и уличных фонарей. Дин так сильно схватился за задницу, что остались синяки, когда он начал использовать бёдра, чтобы подтягиваться вверх и вниз. Каждый спуск становился быстрее предыдущего, пока каждый рывок не вызвал резкого вздоха у Дина под ним. Член Кастиэля тяжело подпрыгивал у него между ног, оставляя маленькую и растущую лужицу влаги внизу живота Дина каждый раз, когда они встречались взглядом. Пот выступил на лбу Кастиэля, прилипнув ко лбу его непослушными кудрями, когда он запрокинул голову к потолку, чтобы выровнять дыхание. Каждое новое погружение шокировало его организм тем, насколько широко и открыто он себя чувствовал, посылая искры вверх по позвоночнику. Дин начал повторять его имя, как молитву, поднимая бёдра навстречу ему с каждым спуском. Он не продержался бы намного дольше, что было благословением и позором одновременно. Обычно Кастиэль и близко не был бы близок к тому, чтобы кончить, но он был более возбуждён, чем обычно, почти до смущения. Обычно он не был любителем криков, но искренние поощрения и похвалы Дина довели его до исступления, и он свободно стонал. У Дина не было таких оговорок. Кастиэль только надеялся, что у Дина были снисходительные соседи, иначе утром ему позвонил бы его управляющий. - К-кас. Я не могу... Я собираюсь… - Дин захныкал, бёдра начали ритмично подергиваться, а пальцы впились в упругую плоть его задницы. Кастиэль откинулся назад, положив руки на бёдра Дина, одну мягкую и теплую, другую твёрдую и горячую. - Сделай это. Кончи для меня, детка. - Он подбадривал, прижимаясь бёдрами к Дину и жадно сжимаясь вокруг него. Смены позы было достаточно, чтобы довести Дина до крайности, и он кончил с резким криком, толкаясь в него достаточно сильно, чтобы заставить его видеть звёзды. Смутно Кастиэль запустил руку между ног, чтобы начать гладить свой член, дрожа и задыхаясь от ощущения, как член Дина подёргивается в нём, пока он доит его во время последних толчков оргазма. Через мгновение другая рука накрыла его руку, и Кастиэль отстранился, позволяя Дину довести его до конца. Он достиг своему максимума с резким щелчком, и он выгнулся назад, забрызгивая живот и грудь Дина своим семенем, пока не превратился в бескостное месиво, едва способное держаться вертикально. Он не был уверен, когда они легли рядом друг с другом или когда начали лениво целоваться, тесно обнявшись, но ему это понравилось. Обниматься было преступным удовольствием, и он не часто себе позволял, но руки Дина были сильными и сомкнулись вокруг него. Он не смог бы отстраниться, даже если бы попытался. Он и не пытался. Кастиэль дрейфовал, довольный тем, что лежит в объятиях мужчины, который отключился почти в тот момент, когда они устроились поудобнее и сняли презерватив. Дин немного похрапывал во сне, ещё одна неожиданно очаровательная черта, которая обычно раздражала Кастиэля в ком-либо другом. Примерно в это время он обычно высвобождался из объятий того, с кем лёг в постель, одевался в темноте и на цыпочках выбирался наружу так осторожно, как только мог. Никогда не оставлял номера и надеялся, что у мужчин хватит такта не болтать с ним снова, если они увидятся в клубе на следующих выходных. Он представил, как делает это с Дином. Оставляя его просыпаться утром и оглядывать пустую комнату. Но, может быть, именно этого и хотел Дин; он никогда не говорил, что что-то после сегодняшней ночи должно было произойти, или что он этого ждал. Может быть, Дин хотел, чтобы это было один раз и завершено. Кастиэль попытался отстраниться, но руки Дина крепче обхватили его за талию. Голова Дина ближе прижалась к груди Кастиэля; бормоча “Останься” завибрировало на его коже. Он тихо вздохнул с лёгкой улыбкой, потянувшись пальцами, чтобы медленно провести по коротким волосам Дина. Он вспомнил, как Дин упоминал, что он чертовски хорошо готовит. Может быть, он мог бы остаться на завтрак.