Академ

Как-то во время обеда, на скамейке уже в парке близ больницы, когда моё счастье доставала бенто, я спросил: -Хими… А Кёске не звонил? Любимая отрицательно помотала головой и тихо сказала: -Папа всё уладил -Погоди… В смысле «всё», это как, просто… Химицу обняла меня крепко, прижалась и задрожав сказала: -Папа сказал они сфабриковали… Хорошо, что так дёшево… Так… Он сказал просто и обыденно… Но как можно! На тебя напали, тебя чуть не убили! Моего Нико-куна! И они же! Невинного человека! Жертву! Чуть не посадили! Я выдохнул протяжно и стиснул Химицу, которая ещё долго вздрагивала в плаче, мёртвой хваткой обнимая и рассказывая, как сильно она меня любит, раньше никогда бы не поверила что на белом свете бывают такие подонки… …Меня постигло счастье — облегчением пришло осознание: ничего рассказывать не надо, да и дело, можно сказать, улажено…

***

Дом… Наконец-то… Дом… Наш с малышкой Хими, дом…

…как не тягостно мне было в моральном плане опираться на Химицу во время затянувшегося пребывания в больнице, так теперь ввиду запрета на подъём тяжестей, мне было мучительно видеть, как Хими расплачивается за такси, несёт пожитки, пусть и небольшие, а мне доверены лишь ключи от дома. И только я шагнул за порог… …как блаженство окутало меня: впервые за долгую мучительную жизнь, стало так хорошо! Домик был проветрен: куревом пахло слабо, вещи же лежали на своих местах. Химицу, совсем как целую жизнь назад, к моей улыбке вызванной дежа вю, прошла на кухню, завязала фартук, поставила пакет с вещами на пол. Было одно, до непорочной игривости котят, нововведение, которое заставляло Химицу, совсем как в детстве краснеть и которым я пользовался без конца, никак не в силах насытиться ею… Подойдя со спины к своей любимой, уже ясно обозначая, что не стоит малышке беспокоиться о платонической составляющей моих чувств, ведь она вовсе не единственная: руки мои на уровне талии обняли девушку, которая от непривычки опять выронила половник, прижала ладошки к щёчкам краснея и млея тихо, едва слышно стоня: -Нико-кун… Я обожал, словно кот с мышкой, играться в эти моменты. Сначала ласково, губами лишь кусал мочку ушка, затем тьмокал макушку, вдыхая гипнотически приятный аромат, а потом и вовсе усиливая объятия до максимума, обнимал девушку, зарываясь в её шею и засасывая, к сладким жарким стонам Химицу и её ручек поверх моих лапищ. Потом мои губы лобзали щёки девушки, а затем, когда я утопал в изумруде пьяных от удовольствия глаз, наши губы сплетались жадно, страстно и надолго, отчего мне было невероятно тягостно устоять без продолжения банкета, тем сильнее это было из-за вернувшегося светлого чувства. Секс в отношении Химицу вообще уже… Сам подход… Это было нечто большее, возбуждающее гораздо мощнее. Во-первых, никакой грязи и похабщины не было, меня заводило именно что предвкушение закончить наше слияние в одно целое такой мелочью как соединиться телами, вот и всё. Духовно мы уже были неразрывны с самого детства. Мне хотелось делать ей, моей святой, хорошо, моей верной преданной, целомудренной и непорочной и от этого света непорочности — самой желанной… Это уже не было какое-то грязное чувство удовлетворения инстинктивной похоти. Мне просто хотелось почувствовать тепло, соединиться душами до самого конца, быть в объятиях друг-друга, мобилизовать все свои силы и отогнать сожаления о допущенной ошибке — лучше бы, я бы… Да всё бы что было прежде со всеми остальными променял, отдал, очистился бы от этого, всё это отдал бы, лишь бы мой первый раз был с Химицу, как и у неё — со мной… Но… -Нико-кун! — вырвавшись, пискнула девушка, стукнув кулачком по моему плечу. -Что? — недоумевая спросил я Пелена искушения спала и вот, по-прежнему мы оба одетые, а я машинально прижимаю девушку не со спины, а с попы, собой ниже пояса, а Химицу млеет и краснеет, пьянея, тихо говоря: -Ты… В письме… -Мы же уже муж и жена, ты что… — произнёс я, уже оголяя плечико и лобзая его, вбок стянув лямку платьишка и лифчика. -Нет! — пискнула моя рыжая красавица и я тяжело вздохнув отстранился -Сначала поженимся Я хлопал глазами. Рыжая, только я открыл рот, опередила: -По-настоящему! По-взрослому! Мы же… Мы будем спать… Уже по-взрослому… Тяжело вздохнув, я погрустнел как маленький мальчик и тьмокнув сдержанно плечико Хими, вернул на место лямки платьишка и лифчика -Постой, Нико-кун… — тихо протараторила Химицу и, вставая на цыпочки, несмотря на мою сгорбленность, едва дотянулась и, ну блин поцелуем это не назвать, своими губами покусала мои в общем, затем тихо спросив: -А правда… Я тебя… Я… Ты любишь меня не как сестру, а… Как… Как девушку… Я… Тебе… В этом плане… Нравлюсь? Т-ты… Хочешь… Со мной… Спать… Ну… Ты понимаешь… — девушку переполняло волнение, она тяжело дышала и багровела на глазах. Я жадно поцеловал Химицу, затем ещё и ещё, да потом… …она вырвалась снова постукав кулачком и захихикав: -Ну! Нико-кун! Ответь мне! Утопая в самых счастливых на свете изумрудных глазках, я выдохнул: -Ты для меня самая желанная… Химицу ахнула пронзительно и отведя взор в сторону, улыбаясь страшно довольная, тихо сказала: -Н-но… Но ведь… У меня нет фигуры как у остальных де… Я уже выл от желания взять её и потому в раздражении сказал: -Зато у тебя жопа просто золотое сечение! — после чего едва подушечками пальцев, даже не ладонью, оказавшись ниже поясницы и коснувшись попы любимой, как у меня вмиг всё поплыло: Химицу хорошечно ощутимую пощёчину отвесила мне с каким-то писком и после, долго извинялась, целуя красное место, а я ошарашенно гляделся в зеркало, пока Химицу сидела на моих ногах и целовала так отчётливо впечатавшийся красный след крохотной ладошки давшей мне пощёчину, а моя прекрасная зелёноглазая малышка, произнесла: -Прости, Нико-кун… Меня просто… Никто и никогда… Т-там… Не трогал… Я совсем куда-то на высокой скорости улетаю, кружится голова и так счастливо, что себя не контролирую, мне самой тяжело, Нико-кун я так давно… Столько ночей… О тебе… И вот… Всё наяву… Я таю в блаженстве, Нико-кун и счастлива как никогда, поэтому… Боюсь… Боялась… Ещё когда в палате лежали вместе… Что сама… Не сдержусь… Ведь вот он ты… Мой самый-самый… -И я вот переживаю, что не сдержусь… — тяжело вздохнул я и, встретившись взглядом с Химицу, поцеловал её, после чего девушка оставила меня в комнате, сама вернувшись на кухню готовить обед