Когда отсутствует грань

Стелла вышла из комнаты и побрела по коридору, тело болело, на руках уже выступили синяки. Может, она мазохистка? Может, ей нравиться терпеть боль? Но нет, она такой не была никогда, сейчас эта грань между терпением и удовольствием стёрта. Опять этот страх, усиливающийся с каждым днём. Это ненормально. В коридоре темно и тихо, Стелла невидима, сейчас она дойдёт до своей комнаты и примет горячую ванну. С пеной и маслами, приведёт тело и мысли в порядок, по крайней мере, попытается. Она всё продумала, план был идеальный, Андреас сам должен был её бросить, бросить, как ненужную вещь. Да, она была согласна на это унижение, лишь бы эта связь порвалась навсегда, она рассчитывала на его опытность, холодность и безразличие, на злость, в конце концов, но, похоже, он был в такой же ситуации, как и она. Всё было намного хуже, чем Стелла думала, и что теперь делать? Слева от неё качнулась гардина и повеяло холодом, Стелле вдруг стало зябко, и брыкнув тут же в голос, ахнула от неожиданности, из ниши в стене вышла Беатрикс, принцесса остановилась и прикрыла рот ладошкой, но бесполезно, фея воздуха её услышала. — Я знаю, ты здесь, видела, как открылась дверь, давай выползай, надо поговорить, — Беатрикс сложила руки и на груди и посмотрела прямо на Стеллу, как будто и впрямь её видела. Принцесса щёлкнула пальцами. — Чего тебе? — Беатрикс она не боялась, хотя и говорить желания не было, но, похоже, эта идиотка ждала именно её. — Зачем тебе это? — Беатрикс сделала глубокий вдох, явно этот разговор, который она собиралась начать, был не из лёгких. Стелла хмыкнула, — Я тебе отчитываться не собираюсь. Беа опять вдохнула, сжимая при этом зубы и кулаки. — Пошли в другое место, я просто хочу поговорить, давай на это время заключим перемирие. Стелла посмотрела на неё с подозрением, по сути всё это ей на фиг не нужно, и что думает, и что хочет ей сказать фея воздуха, совсем не интересно, но, Беатрикс знает Андреаса, она его дочь, хоть и приёмная, поэтому, возможно, она сможет узнать что-то, что ей поможет вынырнуть. Принцесса кивнула. — Ладно, пошли. Небольшой кабинет, в который они зарулили, был в самом конце коридора, и, похоже, Беатрикс тут частенько бывала, она вытащила из нижнего ящика стола бутылку виски и два стакана, даже не спросив, хочет ли Стелла. Она разлила алкоголь по ёмкостям и сделала глоток. — Я не дура, не слепая, и знаю его лучше и больше всех. Да, он меня вырастил, но Андреас Эраклион не заботливый папочка, он другой. Ты — тепличная мимоза, принцесса, как сладкая приторная сахарная вата с ярмарки. Тебе новых ощущений захотелось? — Беатрикс схватила Стеллу за руку и, повернув, указала на синяки. — Получила? Это, наверное, то, о чём ты мечтала? Принцесса отдёрнула руку и, взяв свой стакан, облокотилась на стол. — Не твоё дело, ты за собой следи, а не беспокойся о моих желаниях. — Мне на тебя плевать, Стелла, но, думаю, ты это и так знаешь, — Беатрикс усмехнулась и сделала глоток. — Но мне не плевать на него, он мой отец, мы всегда были вместе, и у друг друга, я буду заботиться о нём всегда, ты угроза, ты проблема. Это понимаю я, это уже понимает и он, и, думаю, начинаешь ты, — Стелла вопросительно уставилась на фею. Беатрикс продолжила. — Ты поняла, о чём я, — она взглядом указала на пресловутые синяки. — Трахаться с отцом своего бывшего парня, это, я скажу тебе, такое… — И это говорит мне та, что трахается сразу с двумя парнями, — усмехнулась принцесса. — Не тебе осуждать мой моральный облик. Беатрикс сжала губы. — Не сравнивай, мы никому ничего плохого не делаем, просто развлечение, без последствий, а ты сломаешь жизнь себе и ему… — О, так ты обо мне беспокоишься? — прыснула Стелла. — Какая забота, ты бы лучше за себя переживала, если Андреас узнает, что ты язык за зубами держать не можешь, то помощь понадобится уже тебе, — Стелла злобно усмехнулась. — Ривен — трепло, — процедила сквозь зубы Беатрикс. — Для тебя это неожиданность? Ривен это Ривен, он ни к чему серьёзно не относится, а к тебе так и подавно. — Чёрт с этим Ривеном, разберусь сама, речь не о нём. Стелла, ты не дура, далеко не дура, и должна понимать, что связь с моим отцом тебя может дискредитировать, стоить уважения и доверия, а ему жизни. Скажи, это того стоит? Стелла выпила до дна свой стакан и уставилась в одну точку. Вот она — сердцевина. Выбор. Конечно, Беатрикс права, не стоит, но как сорваться с крючка? Стелла сглотнула и опустила глаза, это было не смирение, скорее, миг затишья. — И что ты предлагаешь? — этот вопрос дался принцессе не легко, по сути, она признала правоту собеседницы, но Беатрикс дурой не была, поэтому не стала обращать на это внимание, у неё была цель, и, похоже, теперь и Стелла хотела того же самого. — До каникул осталось меньше месяца, тебе стоит просто уехать. Стелла усмехнулась. — Как удобно, правда, но это не выход, я вернусь… — А нас здесь уже не будет, поверь, я смогу сделать так, — создавалось впечатление, что Беатрикс всё продумала заранее. Возможно, она и была решением её проблемы, их проблемы с Андреасом, они слишком гордые, и не смогут завести такой разговор, а Беа может стать посредником своего рода, это тот момент, когда все в выигрыше, и Стелла не идиотка, чтобы упрямиться, не тот случай. Принцесса отошла от стола. — Ладно, но на этот раз держи свой рот на замке. Это просто сделка, а не перемирие, помни об этом, один неверный шаг с твоей стороны, и… — Я поняла, но не переживай, это нужно нам всем, поэтому, я обещаю. Стелла взялась за ручку двери, уже намереваясь выходить. — А если не получится? Беатрикс вздохнула. — Однажды он убьёт тебя, — она опустила глаза. — Он мой отец, но я не преувеличиваю, поверь. Стелла молча вышла, она верила, она действительно верила.

***

Горячая ванна не сильно и помогла, снаружи всё прошло, но вот внутри… С такой борьбой справиться не легко, почему она не может просто делать, что хочет? Да потому что она сама не знает, чего хочет. Она словно весы, без перевеса, где найти ту каплю, что склонит их хоть в какую-то сторону? В дверь постучали. Блум. Фея огня влетела в комнату и плюхнулась на кровать. — Розалинда уезжает. Стелла подошла к зеркалу и безразлично взглянула на своё отражение. Под глазами синяки, потухшая кожа. И это фея света? Она, скорее, фея забвения и утопии. Просто кошмар, во что она превратилась? — Куда? Блум пожала плечами. — Не знаю, знаю, что надолго, похоже королеве она больше не угодна. Думала, ты что-то знаешь. Стелла понятия не имела, в последнее время её даже новости из дворца не интересовали, она настолько закопалась в себе и зациклилась на Андреасе, что теряла ориентир своей жизни. — Нет, не знаю, и, если честно, мне плевать. Блум вскочила с кровати и подошла к подруге. — Стелла, хватит, хватит, пожалуйста, это уже не развлечение, это зависимость, пагубная, она уничтожает тебя. Ты ведь видишь и сама? — она опустила глаза. — Я не буду просто стоять и смотреть, как ты превращаешься в жалкое подобие самой себя. Сначала ты горела, пылала, и я думала, что тебе это нужно, но сейчас ты гаснешь, тухнешь. Прекрати это, пока не стало поздно. Стелла усмехнулась. Как точно Блум ссчитала её, как поняла без слов. — Ты права, я увязла, но силы выплыть есть, и я это обязательно сделаю. Блум обняла Стеллу сзади и уткнулась подбородком в плечо. — Если нужна помощь, я здесь, мы все здесь… Принцесса накрыла ладонь подруги своей. — Помощь, действительно, нужна, — она повернулась. — Сейчас объясню.

***

— В смысле, уезжаешь? — Андреас мерил шагами кабинет, только подобных перемен ему не хватало, если королева назначит на пост директора кого-то другого, Андреасу будет не сладко, и навряд ли и он тут задержится. Роз он знал, знал, как с ней обращаться, а она знала его, они не были в восторге друг от друга, но смогли смириться и неплохо сосуществовать. — Решения королевы не обсуждаются, — Розалинда сидела в кресле и смотрела отрешенно в одну точку, думала, она всегда думала. — И что теперь будет? — спросил Андреас. — Я точно не могу сказать, кого она пришлёт, но не думаю, что это будет кто-то вроде меня. Какая-нибудь шестёрка королевы, преданная ей до мозга костей, так что я на твоём месте тоже подумывала бы уйти отсюда, рано или поздно это случится, мы оба это знаем. Эраклион подошёл к окну, на поле вовсю шла тренировка. В словах Роз был смысл, он действительно знал, но он не хотел отсюда уезжать. Стабильность и власть, это то, чего он хотел, и то, что получил, а ещё… Он попытался выкинуть из голову подступившие мысли о жарком теле принцессы Солярии, которое он сжимал по ночам, так часто, что это стало неотъемлемой частью его жизни. А может, это шанс? Шанс избавиться от неё? — Ну, что скажешь? Андреас обернулся, Розалинда в упор смотрела на него. — Пока ничего, надо подумать, — он быстрым шагом вышел из кабинета, пока Роз не решила залезть ему в голову.

***

Отъезд Розалинды действительно казался странным, причём, так внезапно, и когда до каникул оставалось всего ничего. Стелла попыталась связаться с матерью, чтобы узнать хоть что-то, но та лишь сказала, что Стеллу это не касается, и на функциональности школы не отразится, принцесса не стала давить, ведь скоро она вернётся во дворец, и тогда точно не слезет с матери, пока не узнает, что та задумала, а в том, что она что-то задумала, Стелла не сомневалась. Королева Луна полна сюрпризов, но только сюрпризы эти не всегда приятные, точнее, никогда. Стелла взяла телефон и набрала уже знакомый номер. — Мне нужна твоя помощь, сейчас ничего не спрашивай. Встретимся в хранилище, через час. Принцесса засунула телефон в карман. Это авантюра, и, возможно, всё будет не так, как она хочет, но Ривен единственный, кто способен на нее согласиться. Она посмотрела на часы, до встречи со специалистом час, она успеет ещё переговорить с Блум и дать последние указания. Если сжигать мосты, то дотла, без возможности вернуться назад.