Водопьянковые мари

* * * Мох, даря прохладу, мягкой губкой принимал в себя маленькие босые стопы. Разбегающиеся во все стороны поляны селезёночника, словно горчичные облака пушистой дорогой, приглашали в сказочное путешествие, а тысячи разноцветных незабудок дарили совершенно особенную, лесную красоту. Деревья разговаривали между собой, Маграт это точно знала, но сосредотачиваясь на этих странных звуках - ощущение пропадало. Это немного расстраивало девочку, но стало уже вполне привычным. В последнее время, она даже перестала пробовать вслушиваться, а постоянный бубнёж, воспринимала как что-то совершенно естественное. Ловкие девичьи пальцы трудились над очередным украшением, хитро сплетённые вместе цветы белокрыльника и стебли болотного ситника понемногу превращались в очаровательный венок. Внезапно что-то изменилось. Маграт вслушалась в лесные звуки и вздрогнула. Глубокие раскатистые голоса, идущие откуда-то сверху, стали тревожно взволнованными. Девочка интуитивно дотронулась до ближайшего дерева и один из голосов, приобретя достаточную четкость, стал ей понятен. — Чёёёрррхххннныыыййй вьюююннн, гыыыхххчмммм, злллооо здееесссь, — девочка внутренне съёжилась, но руку не оторвала, — бееерррееегииисссь мааалллееенннькиийй цвввееетооочччеееккк!Маграт огляделась вокруг, но ничего пугающего не было, так же стелился зеленый ковёр, покачивали желтыми щёточками кусты бузульника, торчали из земли гранитные валуны, сплошь укрытые мхом, птицы щебетали в кронах деревьев, а совсем уже недалеко, в низине, ждала её водопьянковая марь, полная спелых голубых ягод. "И почему я не позвала с собой Эльгу с девчонками!?" — ёжась, подумала Маграт, — "да потому, что они ужасно громкие болтушки, а мне, видите ли, захотелось послушать лес", — ответив самой себе, девочка расправила плечи, переборов приступ минутной слабости. Венок гордо был водружён на кипу серебристо-рыжих волос, плетёный поясок с красивой литой пряжкой - сдвинут так, чтобы под правой рукой оказались деревянные обтянутые узорной замшей ножны, с выглядывающим из них "Когтем". Наличие ножа, пусть совсем небольшого, придавало уверенности. Поправив лямки кожаного, с большим искусством выполненного, рюкзачка, девочка решила быть начеку и полагаться на свои ощущения, а не на глупую болтовню старых, порядком выживших из ума, деревьев. Босые ножки уверенно затопали вниз по звериной тропе. Маграт хорошо знала эти места и порой задерживалась, чтобы полюбоваться на чистое ключевое озеро, лежащее в низине у подножия небольшой, густо поросшей елями, сопки. Внезапно над деревьями промелькнула большая тень. Девочка успела разглядеть широченный размах крыльев и необычное для птиц строение тела. Это странное создание полетело в сторону озера. Маграт надеялась, что либо её не заметили, либо, на то что из-за какой-то тощей девочки, тварь возвращаться не будет. И действительно, в небе никого не было видно, а окружающий лес вновь выглядел приветливо знакомым. – Бояться волков – быть без грибков, – проговорила себе под нос путешественница и продолжила спускаться в низину, насвистывая себе под нос бодрый походный мотивчик. Аккуратно протиснувшись между огромными каменными глыбами, юная путешественница оказалась стоящей на естественной площадке, как балкон нависшей над озером. На противоположном берегу лакомился добытой рыбиной самый настоящий грифон. Золотисто-берёзового цвета зверь был полон кошачьей грации и орлиной мощи. Его огромные крылья даже в сложенном состоянии внушали уважение. А передние лапы, вооружённые длинными и острыми когтями, накрепко приколовшие добычу к земле, были, по мнению Маграт, просто ужасными. Она на секунду представила себя на месте этой несчастной рыбы и, мгновенно, желание тихо исчезнуть стало нестерпимым. Девочка уже собиралась протискиваться назад в гранитную щель, как вдруг, её внимание привлекло какое-то движение позади увлеченно обедающего хищника. Издалека было плохо видно, но Маграт разглядела чёрные, извивающиеся как змеи, полосы, ползущие к грифону. Мгновенно всплыли в сознании слова о каком-то непонятном зле и о чёрном вьюнке. Девочка встревоженно замерла в нерешительности, а потом звонко завопила – Осторожно! – Зверь встрепенулся по птичьи поворачивая голову и в этот момент чёрные змеи бросились на него. Грифон отскочил в сторону и несколько стеблей, схлестнувшись друг с другом, спутались в извивающийся клубок. Но всё же один вьюн захлестнул заднюю лапу зверя, заставив того упасть и перекувыркнуться. Могучий клюв щелкнул и обрубленное щупальце отлетело в сторону. Тут же новые стебли захлестнули отчаянно пытающегося взлететь зверя. Когтистые лапы били по земле, раздирая дёрн, крылья ураганом хлопали, силясь унести в спасительную синь своего хозяина. Но девочка видела, что всё это бесполезно и скоро у грифона закончатся силы, а страшный плотоядный куст приступит к своей ужасающей трапезе. Маграт стало очень жалко небесного скакуна. Когда она была еще совсем маленькая, мама часто читала ей легенды о отважных рыцарях, совершающих подвиги верхом на грифонах. Эти создания всегда внушали в девочку трепет и в глубине души, она мечтала полетать на таком. Но до сегодняшнего дня, Маграт и не могла представить себе, насколько огромны и могучи эти животные. Она испугалась зверя, хотя знала, что грифоны очень умные создания, способные привязываться к своему хозяину как собаки и быть ему верными всю жизнь. Ей так хотелось помочь гибнущему созданию, но как это сделать она совершенно не представляла. От накатывающего отчаяния девочка подняла голову вверх, сложила ладони раструбом и громко закричала – Помогите! На помощь! Кто-нибудь, помогите! К величайшему изумлению Маграт, воздух над озером сгустился и из внезапно возникшего светящегося проёма, вылетела самая настоящая ведьма, восседая на помеле. Одетая в чёрное платье и классическую ведьминскую шляпу, она пулей пронеслась над водами озера и, сделав мёртвую петлю, подлетела к замершей, с широко распахнутыми глазами, девочке. – Что случилось, моя милая? – как не в чём ни бывало, спросила уже не молодая женщина, с интересом разглядывая Маграт. Немного придя в себя, Маграт показала пальцем на противоположный берег, где, весь опутанный стеблями, лежал грифон. Ведьма посмотрела в указанную сторону и, резко посерьёзнев, протянула девочке большую кожаную сумку, всю обвешанную бубенчиками, пёрышками и какими-то амулетами, - Подержи-ка пока, вижу дело здесь серьёзное, - она выдернула прутик из вениковища, плюнула на него и попросила, - Дай ка мне твой волос, малышка! – Ошеломленная происходящим Маграт встряхнулась и поспешно выдернула у себя волос, протянув его ведьме. Та аккуратно привязала его к концу прутика и выкрикнула заклинание. В руке волшебницы вместо тоненькой веточки красовался длинный полыхающий жаром кнут. – Вот теперь повоюем, – выкрикнула ведьма и понеслась к уже переставшему бороться грифону. Подлетев к пойманному в ловушку зверю, женщина быстрым движением хлестнула пылающим бичом по пульсирующим стеблям и взмыла в воздух, выходя на новый вираж. Обрубленные щупальца закрутились в спирали и начали втягиваться в куст, попутно колошматя по земле и извиваясь как перерезанные лопатой дождевые червяки. Но злой вьюн не собирался так легко отказываться от своей жертвы, щупальца вновь поползли к несчастному зверю и уже были готовы вцепиться в свою жертву, как новый удар огненного кнута, заставил их корчиться в агонии. Так продолжалось еще несколько раз, а потом куст начал медленно втягиваться под землю. – Врёшь, не уйдёшь! – воинственно выкрикнула ведьма и, зависнув над чёрным вьюном, сняла с пояса какую-то баночку и вылила её содержимое прямо на извивающиеся стебли. Куст вспыхнул лилово-чёрным огнем и быстро превратился кучку золы. Подлетев к Маграт, Ведьма бросила всё ещё пылающий кнут в воду. И посмотрев, как тот с шипением превращается обратно в прутик, проговорила, – Садись, милая, полетим спасать твоего друга, – она протянула девочке руку и помогла усесться впереди себя. Летать на метле, оказалось делом крайне увлекательным и, хоть полёт и не занял много времени, Маграт просто влюбилась в этот способ передвижения. Спрыгнув на землю, девочка подбежала к тяжело вздыхающему грифону, всё еще опутанному черными стеблями. Выхватив нож, Маграт принялась перерезать прутья, но не все поддавались её стараниям. Тогда женщина попросила её отойти и, прочитав какое-то заклинание, прикоснулась к самым толстым стеблям. Прямо под пальцами волшебницы, чёрные путы высохли, потрескались и сползли с тела когда-то прекрасного, а теперь измятого схваткой зверя. Взгляды Маграт и грифона встретились, девочка явно почувствовала волну благодарности, исходящую от распростёртого на земле зверя. Она положила ладонь на густо поросшую перьями шею и успокаивающе зашептала, как всегда это делала, желая помочь унять боль. – У тебя дар, малышка! – Проговорила, внимательно наблюдающая за происходящим, ведьма. – Ты не только смогла меня позвать, хотя я была достаточно далеко отсюда, но и исцеляешь его! – Маграт удивлённо подняла глаза на женщину и смущённо проговорила, – Да что вы, уважаемая волшебница, я всего лишь хочу, чтобы он не так страдал. Он ведь такой несчастный сейчас. – Меня зовут Матушка Бегония, я воспитала не одну ведьму и я совершенно уверена, что у тебя дар, возможно, он проявился только сегодня, когда ты позвала на помощь, но в любом случае, тебе нужно будет учиться управлять волшебной силой, иначе можно не желая того наделать много неприятностей себе и другим людям. – Ведьма положила ладони на голову грифона и спросила, – Давай вместе? – Маграт смутилась, но кивнула, закрыла глаза и постаралась передать измятому зверю своё тепло и свою заботу. Так они просидели около получаса. – Всё, моя хорошая. Давай отойдём и полюбуемся на него. – Маграт встала и покачнулась, от резко накатившей слабости. Уверенные руки Матушки Бегонии подхватили её и помогли отойти в сторону. Когда в глазах прояснилась, девочка увидела сидящего на задних лапах грифона, всё еще взъерошенного, но выглядящего вполне здоровым. Зверь смотрел на неё, непрерывно виляя львиным хвостом. Потом грифон встал, подошёл к замершим женщинам и склонил голову. Маграт медленно, с трудом решаясь, положила свою ладонь на голову зверя и аккуратно погладив её, проговорила, – Лети, мой хороший, не забывай меня! Грифон встряхнулся, немного попятился, расправляя крылья, и мощно оттолкнувшись взмыл в небо, обдав провожающих его волшебниц потоком ураганного ветра. Делая круги над озером, он с клёкотом поднимался всё выше и выше, пока не превратился в маленькую чёрную точку. – Это не простой зверь, – провожая грифона взглядом, произнесла Матушка Бегония, – Это королевский грифон, у него на спине клеймо. Видимо отбился от стаи или просто пастухи плохо за ними приглядывают. Но не волнуйся, – Увидев тревогу во взгляде девочки, волшебница поспешила её успокоить, – Он легко найдёт своих. – Матушка улыбнулась и спросила, – Как же тебя зовут, о юная волшебница, спасительница грифонов? – Маграт де Фоссэ, – с чувством собственного достоинства, проговорила девочка. – Что же, очень приятно, леди, что вы оправдываете вашу фамилию. Я знаю, где находится фамильный замок Фоссэ и готова сопроводить вас туда, потому что оставаться здесь небезопасно – чёрный вьюн никогда не появляется один, с этим еще предстоит разобраться. Кстати, возможно, благодаря тебе, нам удастся предотвратить распространение этой отвратительной заразы. – Маграт вернула ведьме сумку и вошла в начерченный на прибрежном песке круг. – А сейчас, милая моя, возьми меня за пояс и закрой глаза! – Ведьма начертила в воздухе странный светящийся символ и прошептав заклинание щелкнула пальцами, вспыхнул ослепительный свет и мир ушёл из-под ног новоиспеченной молодой волшебницы.