Dance just for me, Park Jimin.

Утро встретило Чимина ноющей болью в ноге и громким стуком с первого этажа. Открыв глаза, Чимин потёр те, хмурясь и понимая, что принял не совсем правильное положение во сне, и теперь его колено с каждой минутой болит лишь сильнее. — Мам?! — он громко позвал госпожу Пак и закусил губу, слыша, как кто-то что-то уронил, и послышалось недовольное шипение и, кажется, маты. Это явно не мама... И сколько вообще время? Но заместо госпожи Пак на пороге появился Юнги. Пройдя в тёмную и довольно тусклую комнату, он нахмурился и потер глаза, с трудом различая очертания окна и следуя к нему. — Здравствуй, Чимин. Сегодня за мамочку буду я. — хмыкает, раздвигая шторы и впуская в комнату свет. — так-то лучше. — тихо бормочет, убирая руки в карманы и осматриваясь. Красиво, но пусто. — Верни всё, как было. — холодно ответив, Чимин опустил голову, тихо шипя от боли и продолжая тереть и массировать кожу в районе колена, надеясь, что это поможет. Но вряд-ли..нужно подождать какое-то время, и это пройдёт. — Эй, я к тебе обратился. Верни как было. — он ещё раз повторил, хмурясь и нащупывая трость, чтобы суметь подняться с кровати. — Я не собираюсь работать в темноте. — отрезает Юнги тоном, не терпящим возражений. — пошли умываться, ты, итак, выбиваешься из графика. — кивает, следуя в сторону ванной комнаты, но, опомнившись, тут же возвращается назад и подходит к Чимину. — эм... я ведь должен помочь тебе дойти до туда, так? — Не тупи. Иначе я буду сомневаться в том, что ты подходишь на ту работу, на которую тебя приняли. — недовольно ответив, Чимин тихо фыркнул, вновь хмурясь из-за боли. — неси меня на руках. У меня сейчас сильно болит колено, поэтому я не смогу идти. — легонько помахав пухлой ручкой перед собой, он стал ждать, когда Юнги исполнит то, что он сказал. — Больно язык у тебя длинный, сам дойдешь. Твоя мать говорила, что тебе полезно ходить. — кривит губы в подобии улыбки и берет Чимина за локоть, потихоньку ведя в сторону ванной комнаты. — надеюсь, чистка твоих зубов в мои обязанности не входит? Чимин болезненно замычал, идя очень медленно и опираясь на Юнги почти что с максимально возможной силой. Что этот парень о себе возомнил?? Какое он имеет право не слушаться, находясь у него дома и работая на него?! Чимин бы прямо сейчас пожаловался матери, но он не хочет отвлекать её от работы. Заведя Чимина в ванную комнату, Юнги осмотрелся и подошел к раковине, беря единственную щетку и намазывая её пастой. — Прошу. — жеманно произносит, вкладывая её в пухлую ладошку парня. — умывайся, я позвоню твоему лечащему врачу, чтобы он сделал массаж. — Ты мне приготовил завтрак? Не подгоревший и съедобный. — Чимин взял щётку в руки и начал чистить зубы, присаживаясь на бортик ванны. Почистив зубы, он поднялся на ноги, умываясь и вытирая лицо полотенцем. — И мои вещи достал? Я же не стану целый день в пижаме ходить. — Завтрак? — не понимает Юнги, опираясь о тумбу и наблюдая за действиями Чимина. — куколка, разве это входит в мои обязанности? Я сиделка, а не кухарка. У тебя полный дом горничных, пускай это сделают они. С одеждой я разберусь после твоего массажа. — Ты не понял меня?! Делай то, что тебе говорят, а не пытайся мною командовать! — тут же не выдержав, Чимин взорвался и сжал ручки в кулачки, 'смотря' своими пустыми глазами в сторону Юнги. Он всегда был вспыльчивым, а еще очень избалованным. Ну прямо как настоящий принц. — быстро пошёл и сделал, как я говорю. Одежда в шкафу. — он строго сказал, сжимая губки и прислушиваясь к тому, что делает Юнги. Усмехнувшись, Юнги склонил голову набок и сложил руки на груди, наблюдая за разъяренным парнем, но не воспринимая его всерьез. Что тот ему сделает? Максимум надует губы и пожалуется матери. — Ты со всеми, кто на тебя работает, так разговариваешь? — интересуется, опираясь бедром о тумбу и наблюдая за Чимином. — я из принципа даже с места не сдвинусь. Научись относиться с благодарностью к тем, благодаря кому живешь нормальной жизнью. — Я отношусь с благодарностью к матери, и это не твоё дело! Тебе платят за эту работу! И я запросто могу добиться твоего увольнения или сокращения зарплаты. — Чимин продолжал спорить, не желая оставлять всё так. Юнги сразу показался ему самоуверенным, но не настолько же! Тот просто непробиваемый, думает только о себе. — Максимум, что ты можешь. — соглашается Мин, потягиваясь и разминая шею. — давай, позвони и пожалуйся мамочке. Она уволит меня  и наймет тебе какую-нибудь душную старушку. Знаешь, выслушивать твои недовольства, терпеть хамское отношение и таскать тебя на руках – далеко не работа мечты. Я не собираюсь под тебя прогибаться, поэтому либо мы в ближайшие дни находим общий язык, либо пускай ищут кого-то другого. Учись общаться с людьми нормально, а не как дикарь. Чимин уже даже покраснел от возмущения, сжимая руки в кулачки и не зная, что отвечать. Этот Юнги вообще ничего не знает о такой работе, на которую его приняли?? Не в силах что-либо ответить, Чимин тут же пошёл к выходу и ванной, прихрамывая и успешно обходя Юнги. Но вот он уже обрадовался и почти вышел, как неожиданно довольно громко впечатался лбом в дверной проём. Молча нащупав тот, он нашёл рукой выход и хотел было выйти, но забыл о порожке в ванной и, споткнувшись об тот, с грохотом повалился на пол, чувствуя, как глупо сейчас выглядит... Он продолжал лежать, сжав руки в кулаки и стыдясь того, что сейчас произошло. — Позвони моему врачу. — он тихо произнёс, сдерживая слезы и зная, что Юнги сейчас стоит сзади и наблюдает за ним. — …пожалуйста. Проследив за этим, Юнги закатил глаза и покачал головой, следуя за Чимином и наклоняясь, чтобы поднять его с пола. — Успокойся. Я не пришел сюда, чтобы ругаться с тобой. Просто позволь мне делать свою работу, разговаривай со мной нормально, а не так, будто несколько лет не видел никого, кроме матери. Самоутверждайся при ней, а не при мне. — серьёзно произносит, поднимая Чимина с пола и нехотя беря его на руки. Чимин всё ещё дулся, потирая ушибленный лоб и оторачивая голову, чтобы Юнги не смотрел на него, и всем своим видом показывая, что он недоволен таким поведением новенького. — Я не самоутверждаюсь ни при ком. — он тихо буркнул, скрещивая руки на груди и продолжая сидеть на руках Юнги, будто всё так и должно быть, и это его законное заслуженное место. — Как тебе угодно. — устало вздыхает Юнги, подходя к постели и укладывая Чимина в неё. Спорить с этим большим ребёнком нет ни сил, ни желания. Отойдя к тумбе, Юнги достал служебный телефон и принялся набирать номер доктора Кима, чуть хмурясь и тихо бормоча нужные цифры. Чимин в это время сидел на кровати, слушая тихое бормотание Юнги и после откидываясь спиной назад. — Я хочу есть. Скажи служанке, чтобы приготовила мне что-нибудь. — он тихо пробормотал и потёр глаза, понимая, что те нужно закапать. Но Юнги сейчас опять начнёт грубить и посылать его... Молча кивнув, Юнги наконец дозвонился до мужчины и попросил того приехать к ним в ближайшее время. Положив трубку, он вышел из комнаты и спустился вниз, с трудом находя кухню и опираясь локтями о барную стойку. — Ты тут главная? — интересуется, наблюдая за молодой девушкой, делающей кофе. — Чимин просит подать ему завтрак. Разберешься? — Кто Вы? — щурится, разворачиваясь и замечая недалеко от себя бледнокожего парня с чёрными волосами и тёмными глазами. Необычный. — новая сиделка Чимина? — Что-то типа того. Займись завтраком, я спущусь через десять минут. — кивает, всем своими видом показывая, что не намерен продолжать разговор. Натали недовольно нахмурилась, наблюдая за удаляющимся Юнги и складывая руки на груди. И что это было? Чимин в это время лежал в комнате на кровати, прикрыв глаза и молча думая о том, что хочет, чтобы этот день наконец закончился. Он обещает быть просто ужасным... А главная причина этому — Юнги, который явно ничего не знает об этой работе, ещё и имеет слишком высокое о себе мнение. Вернувшись в комнату, Юнги тихо прошел внутрь и посмотрел на Чимина, лежащего на спине и явно о чем-то думающего. Усевшись в кресло неподалеку, он закусил губу и отвел взгляд, даже не представляя, о чем можно поговорить с этим юношей. Кажется, будто они из разных миров. — Когда врач приедет? — Чимин тихо спросил, вздыхая и переворачиваясь набок, а после закутываясь с головой в одеяло. И так проходит каждый его день. Этот почти ничем не будет отличаться от предыдущих. — Обещался к десяти. — кивает Юнги, поглядывая на время и поднимаясь с места. — я схожу за твоим завтраком. Обычно ты ешь здесь или внизу? — Внизу. — Чимин тихо ответил, вздыхая и сладко зевая. Может, забить на всё и снова лечь спать? Так день быстрее пройдёт, и этот парень наконец уйдёт домой... — Тогда идем, уверен, что уже все готово. — кивает Юнги, стараясь звучать как можно бодрее. Приблизившись к постели, он задумчиво нахмурился, не понимая, с какой стороны приблизиться к кокону, в который завернулся Чимин. — Не хочешь вылезти? — интересуется, присаживаясь на корточки и приподнимая край одеяла, видя пухлые пяточки Чимина. Как у ребенка...ощущение, что тот не ходит, а парит над полом. Слишком идеальные и нежные. Чимин тихо замычал, сгибая пальчики на ногах, чувствуя прохладу на тех, когда Юнги поднял его одеяло. Вытащив голову из своего кокона, он зевнул, снова потирая глаза. Идти никуда не хотелось, но похоже, придётся... — Вылезай давай. — кивает, убирая одеяло в сторону и протягивая Чимину трость. Когда младший поднялся, Юнги неловко взял его под руку и повел в сторону выхода, стараясь делать это не слишком быстро. Иначе этот коротышка будет снова ворчать на него, а потом ударится лбом о ближайший косяк. Чимин медленно шёл, но почти всё время приходилось полагаться только на себя, потому что Юнги всем своим видом показывал, что не хочет приближаться к нему. По крайней мере так казалось. Неужели Чимин настолько стремный, что этот парень так уж хочет соблюдать расстояние? — Ты можешь взять меня нормально?? — не выдержав, Чимин нахмурился, ловко беря руку Юнги в свою и заводя ту за свою спину в районе талии. — а второй держи под моим локтем. — тяжело вздохнув, он закатил глаза, проходя с ним к лестнице. Чуть отвернув голову в сторону, он попытался скрыть румянец и начал неспеша спускаться по лестнице. Юнги удивленно посмотрел на Чимина, но предпочел никак это не комментировать, молча благодаря того за помощь и сжимая талию крепче. Спустившись вниз, Юнги завёл Чимина на кухню и посадил за стол перед тарелкой с каким-то десертом. И это его завтрак?? Юнги даже в день рождение не может себе такое позволить. — Приятного аппетита, Чимин. — кивает, отходя в сторону и садясь за барную стойку, чтобы на смущать младшего своим присутствием.  Он ведь не должен его кормить?? Быть сиделкой – куда тяжелее, чем кажется. Чимин нащупал на столе ложку, начиная есть этот сладкий десерт и задумываясь о том, ел ли Юнги сегодня утром. Он пришёл достаточно рано, наверное. Чимин тогда ещё спал. Он бы предложил ему тоже что-нибудь найти в холодильнике и поесть, но он не станет это делать, потому что всё ещё обижен на него за то, что тот говорил. Так что со спокойной душой парень продолжил есть, но чувствовал почему-то странные ощущения в области груди, и ему постепенно становилось хуже. — Дай мне воды. — тихо сказав, Чимин прокашлялся, хмурясь и надеясь, что это ничего серьезного и сейчас пройдёт. Оторвав взгляд от мобильного, Юнги кивнул и осмотрелся, замечая графин с водой и беря в руку стакан. Вернувшись к Чимину, он опустился рядом с ним и взял за запястье, помогая нащупать стакан с водой и отпить из него. — Ты в порядке? — интересуется, замечая покрасневшие щеки того и ожидая ответа. Вот только вода совсем не помогла и Чимин выпустил ложку из рук, держась за грудь и тяжело и хрипло дыша. — Ч..что з-за десерт..это? — он с трудом говорил, тяжело кашляя и опускаясь ниже, чувствуя, как ему всё хуже и хуже. Он будто умирает. Нужно вызвать врача Кима, пока не стало слишком поздно, но Чимин уже даже сказать ничего не может. Горло будто опухло, а в груди всё сжимается. — Ох..Господин, что с вами?? — к нему тут же подбежала взволнованная служанка, касаясь его плеча и на секунду кидая взгляд на ничего не понимающего Юнги. — п-простите, я, кажется, добавила мёд в ваш завтрак. Этот человек настаивал именно на этом десерте, и я не могла отказать, забывая, что вам нельзя мёд... — она быстро бормотала и тут же начала плакать, прося не ругать её и говоря, что это совсем не её вина, она не хотела этого. Нахмурившись, Юнги кинул недовольный взгляд на девушку и отодвинул её в сторону, спускаясь со стула и садясь напротив Чимина на корточки. — Нет времени выяснять отношения, мы вернемся к этому позже. — серьезно произносит, запуская руку в свою поясную сумку и доставая таблетки. — иди сюда. — кивает, притягивая задыхающегося Чимина к себе и сажая его на свои колени. — девочка, тебе стоит придумать что-нибудь более оригинальное, если хочешь выгнать меня с этого места. — хмурится, беря стакан с водой и выдавливая несколько таблеток. Приоткрыв рот Чимина, он пропихнул их как можно дальше и дал запить. — глотай. — строго произносит, смыкая челюсть младшего. — это противоаллергенное. Ну же. Чимин продолжал задыхаться и кашлять, а по телу уже начинались судороги от страха, что он прямо сейчас умрёт из-за того, что задохнётся. Это будет очень глупая смерть, но может действительно уже пора? Его существование слишком бессмысленно... Закашлявшись из-за того, что делал Юнги, Чимин дёрнулся и неосознанно выплюнул таблетки вместе с водой, откидывая голову назад и уже чувствуя, как теряет связь с реальностью из-за недостатка кислорода. Заметив это, Юнги поймал выкатившиеся таблетки и поднял голову Чимина, заставляя лечь ровно. Взяв таблетки в рот, Юнги запил их и сжал щеки парня, притягивая его к себе и касаясь пухлых губ своими. Прикрыв глаза, Юнги собрал всю волю в кулак, заставляя Чимина приоткрыть рот и принять в себя таблетки и воду. А тот в свою очередь изредка подрагивал в его руках, чувствуя на своих губах что-то тёплое и вынужденно глотая таблетки с водой. Когда Юнги отстранился, то Чимин ещё задыхался, утыкаясь лицом в его грудь и хрипло дыша. Но уже спустя минут пять лекарство наконец начало действовать, и ему постепенно становилось лучше, по крайней мере он уже не чувствовал, что умирает. Ему повезло, что у Юнги с собой были нужные лекарства... Отстранившись от губ парня, Юнги выдохнул и прокашлялся, предпочитая забыть этот момент как страшный сон. Прижав его к себе, он устало оперся спиной о тумбу, откидывая голову назад и медленно поглаживая пострадавшего по спине. — Позови врача, он должен быть уже на подходе. — тихо просит Юнги, смотря на зареванную девушку снизу вверх. — и на этот раз без шуток. — строго добавляет, всем своими видом показывая, что серьезно настроен. Сейчас не время выяснять отношения. Застать смерть в первый свой рабочий день не входило в его планы. Чимин до сих пор чувствовал себя не очень хорошо и медленно приходил в себя, чуть задыхаясь и тяжело дыша. Через несколько минут ему стало уже лучше, и он почувствовал, что кто-то держит его у себя на руках и гладит по спине. Но это точно не мать... Найдя рукой грудь Юнги, Чимин коснулся той, проводя и понимая, что это точно парень. Но это не Юнги, так ведь? В этот момент на кухню вбежал господин Ким. Тот тяжело дышал и извинялся за то, что опоздал, виня во всем пробки. Заметив состояние Чимина, он тут же потребовал, чтобы его отнесли в спальню для оказания дальнейшей помощи. Юнги поднял кашляющего Чимина на руки и последовал за врачом, до сих пор отходя от произошедшего и не понимая, зачем та девушка попыталась его подставить. Чимин уже совсем тихо кашлял, убирая руки от Юнги и понимая, что это всё же он, когда они с господином Кимом начали разговаривать о случившемся. Правда Чимин не принимал участие в разговоре, потому что прямо сейчас ему было трудно что-либо сказать после приступа. И почему Натали добавила в его десерт именно мёд?? Неужели, она сделала это специально? Или это все же Юнги был инициатором? До этого Натали ни разу такое не вытворяла...это странно. — Уложи его на постель. — просит Ким, ставя свою сумку на столик и доставая всё самое необходимое для борьбы с приступом. — что он сегодня ел? Мёд? Все обитатели дома знают, что у Чимини на него ужасная аллергия! — Какое-то пирожное. — растерянно произносит Мин, садясь с краю и наблюдая за тем, как бледному Чимину ставят капельницу. Жуткое зрелище. — я не знаю, зачем Натали его туда положила. Наверное, надеялась подставить меня. — Чем она только думала?? Если бы ты вовремя не помог ему, то всё! Я бы уже не успел. — тяжело вздохнув, врач закончил ставить капельницу и посмотрел на Юнги. — ты его новая сиделка? — задумчиво спросив, он накрыл Чимина лёгким пледом, но ногу оставил открытой. Аккуратно закатав его пижамные штанишки, он стал делать ему массаж в районе колена, но не касаясь шрамов, чтобы не сделать ему больно. — У меня аллергия на арахис. Было не сложно распознать начавшийся приступ. — пожимает плечами, наблюдая за действиями врача и невольно концентрируя на них своё внимание. Заметив глубокие шрамы, Юнги принялся рассматривать колено Чимина, замечая еще несколько и понимая, что на него делали операцию. — Что с ним случилось? — тихо интересуется, кивая в сторону Пака. — В аварию попал. Несчастный случай, как говорят. — господин Ким пожал плечами, беря у себя из сумки мазь и обильно нанося ту на колено Чимина, вновь продолжая массаж, только уже с растираниями, чтобы мазь впиталась и дала нужный эффект. — кстати, запоминай то, что я делаю. — кивает мужчина, поднимая взгляд на Юнги. — эта процедура должна выполняться несколько раз на дню. Я не всегда могу заезжать вечером, поэтому в такие дни это за меня должен делать ты. — Что? Да я ведь его без ноги оставлю! — хмурится Мин, закусывая губу и подавая вперед. Врач Ким делает массаж так умело и аккуратно...получится ли у него так же? — Не оставишь, не волнуйся. Давай попробуешь сейчас? Я помогу. — мужчина кивнул, переводя взгляд на Юнги и улыбаясь ему. — запомнил движения? Теперь попробуй сам. — он кивнул, отстраняясь от ноги Чимина и уступая место Юнги. Он должен убедиться, что тот не навредит Чимину и всё сделает правильно. Вздохнув, Юнги приблизился к колену Чимина и аккуратно коснулся нежной кожи, принимаясь сминать и массажировать её. — Осторожно, не так сильно! — просит мужчина, поправляя очки и следя за действиями Мина. — вот так...да. Чимин в это время уже был в сознании, но всё было расплывчато, и он плохо понимал, что происходит. Когда Юнги сильнее надавил, то Пак тут же болезненно замычал и слабо дернулся. — Боль..но. — он хрипло произнёс, не понимая, что происходит с его коленом прямо сейчас. — Я стараюсь. — хмурится Мин, начиная раздражаться из-за того, что у него плохо получается. — Юнги, медленней. — просит Ким, присаживаясь рядом и помогая Мину уложить руки правильно. — делай круговые движения, мазь должна втираться. Чимин продолжал хмуриться, чувствуя наоборот боль, а не облегчение, но уже спустя несколько минут у Юнги наконец начало получаться, и Пак расслабился, а врач Ким улыбнулся, хлопая Юнги по плечу. — Воот, уже лучше. Ты быстро учишься. — улыбнувшись, Ким посмотрел на сосредоточенного Юнги, хваля его. — сможешь делать ему сам этот массаж? А то я не всегда смогу присутствовать, а Чимину он часто требуется. Слабо улыбнувшись, Юнги поднял взгляд на Кима и пожал плечами, будучи до сих пор не до конца уверенным в себе. — Боюсь, что господин-Пак-младший лопнет от ярости. Из меня весьма посредственный массажист. — усмехается, поглядывая на Чимина. Понимать бы еще – спит он или нет. — Ничего, ты обязательно научишься в скором времени. — улыбнувшись, господин Ким приблизился к Чимину, ещё раз проверяя его состояние и говоря Юнги заканчивать массаж. — Думаю, через полчаса ему станет уже чуть лучше, и я смогу убрать капельницу. — кивнув, он попросил Юнги накрыть Чимина получше, говоря, что оставшийся день тому лучше не делать никаких активных действий и побольше отдыхать, чтобы завтра быть уже как новенький. — Хорошо, я присмотрю за ним. — кивает Юнги, вытирая руки и поправляя штанину младшего. — мне убрать капельницу через тридцать минут, верно? — Уверен, что справишься? — усмехается Ким, убирая свои вещи в сумку и склоняя голову набок. Получив в ответ уверенный кивок, врач усмехнулся и похлопал Мина по плечу, соглашаясь. — хорошо, ты способный парень, Юнги. Уберешь её через полчаса, если ему станет нехорошо, то дашь таблетки, что я оставил на тумбе. Если возникнут проблемы, то обязательно звони мне! Когда врач Ким ушёл, то спустя несколько минут Чимин приоткрыл глаза, прислушиваясь к тому, что происходит рядом. Приподнявшись, он почувствовал на руке капельницу и вздохнул, пытаясь убрать ту, потому что она мешала. Он уже хорошо себя чувствует, поэтому её можно снять. — Что ты делаешь? — хмурится Мин, возвращаясь в комнату и замечая то, как Чимин пытается снять капельницу. — она должна прокапать тебя полностью, поэтому убери руку и отдыхай дальше. — кивает, опускаясь в кресло неподалеку от кровати. Вздрогнув от неожиданности, Чимин опустил голову, слушая Юнги и, всё же сдавшись, опускаясь обратно. — Это правда ты сказал ей сделать то пирожное? — тихо спросив, он вздохнул, прикрывая глаза и думая о том, что до этого Натали никогда своей едой не подвергала его опасности. — Нет. Я даже не знал о твоей аллергии. — хмурится Мин, смотря на Чимина и складывая руки на груди. — думаешь, я бы стал тебя… кхм.. спасать, если бы это было моих рук дело? Чимин вздохнул, пожимая плечами и не споря с Юнги. Он плохо помнит, что происходило в тот момент..он был слишком занят своим состоянием. — Я хочу есть. Я тогда так и не поел... — он неловко произнёс, закусывая губу и прислушиваясь к тому, что делал Юнги. — можешь найти мне что-нибудь покупное? Только чтобы без мёда в составе... — Хорошо. Только не смей вставать и трогать капельницу. — строго произнёс Мин, откладывая блокнот и следуя на выход. Спустившись вниз, он прошел на кухню и открыл холодильник, на секунду замирая и удивленно рассматривая обилие еды и различных продуктов. Он в жизни такого не видел...будто в магазин зашел. Остановив свой выбор на каком-то мохнатом фрукте и сыре, Юнги сделал Чимину горячие бутерброды и нарезал плод, думая, что этого будет достаточно. Бутерброды – лучший завтрак, разве с этим кто-то может поспорить? Вернувшись в спальню, он осмотрелся и нашел какой-то поднос, видимо, служивший декором. Поставив все на него, Юнги подошел к Чимину и установил импровизированный столик на его коленях, желая приятного аппетита. — Это горячо, поэтому ешь аккуратно. — Что это? — задумчиво спросив, Чимин стал искать рукой эту еду, а после взял один из бутербродов, принюхиваясь и чуть хмурясь. — ты же не отравишь меня? Второй раз я уже не потяну... — усмехнулся, ожидая ответа. — Ешь, это вкусно. — кивает, садясь в кресло и отпивая кофе, который заварил себе, пока бутерброды плавились. — уверен, обычно ты такое не ешь. Бедный ребенок. Чимин чуть дёргал носиком, пытаясь учуять то, что приготовил для него Юнги, но, сдавшись, всё же пробуя, тут же втягивая губками сыр и с аппетитом жуя. Так необычно..он никогда не ел такие простые, но одновременно и очень вкусные бутерброды... — Мм..вкуфно! — восхищённо сказав, он даже улыбнулся, с аппетитом съедая первый бутерброд и сразу же преступая ко второму. — Ребенок... — совсем тихо пробормотал Мин и даже слабо улыбнулся, опуская взгляд и снова беря в руки свой блокнот для записей. В нем Юнги пишет стихи и песни, когда есть вдохновение, а иногда просто рисует, на пример как сейчас. — Я? Не правда. — Чимин тихо буркнул в ответ, принимаясь за второй бутерброд и даже не интересуясь, что там делает Юнги. Этот завтрак самый лучший из тех, что Чимин когда-либо пробовал! Почему служанки или мама ему такое не готовили? Пожав плечами, Юнги продолжил черкаться в своем блокноте, изредка обращая внимание на кушающего Чимина и отмечая про себя, что тот любит набивать щеки едой. — Что тебе еще нельзя? — интересуется невзначай, подпирая голову рукой и убирая простой карандаш за ухо. — Только мёд, вроде. Остальные продукты можно. — кивнув, Чимин доел бутерброды и начал кушать уже нарезанный персик, думая о том, что у него даже появились силы и энергия. Он бы очень хотел сейчас пойти в зал, находящийся в другом крыле дома, и там станцевать. Но…сможет ли он сделать это? Кивнув, Юнги посмотрел на время и поднялся с кресла, забирая у Чимина грязную посуду и ставя её на столик. — Спи. Мне нужно выйти, я воспользуюсь твоим балконом, идет? — кивает, беря сигареты и, не дождавшись ответа, скрывается в шторе, оставляя Чимина наедине с собой. Чимин вздохнул, нехотя закрывая глаза и думая о своём. Он так хочет прямо сейчас станцевать...Включить любимую музыку и отдаться танцу, забывая обо всём на свете. Жалко, что прямо сейчас он не может это сделать. Чёртова авария забрала у него всё, что было ему так необходимо и важно! Закурив, Юнги оперся локтями о перила и прикрыл глаза, вдыхая едкий дым и медленно выдыхая его в прохладный воздух. Он поцеловал парня. Чертового парня, виновника в смерти его сестры! Может, он зря это сделал? Может, Чимин должен был умереть? Тряхнув головой, Юнги прокашлялся и перестал думать о подобном, решая, что это слишком. Он поступил верно, когда спас Чимина.. черт, у него такие ахуенно мягкие губы! Лучше, чем у любой девушки, с которой он встречался.