Studio ghost

— Че ты вырядился как пидор, мы в театр идем, а не на гей-парад. — Алиса недовольно покосилась на своего бойфренда, разодетого в прямом смысле в пух и перья. — Да что бы ты понимала в высокой моде! — Поговори мне тут о моде еще. Так-то ты тоже не Лагерфельд. — Почём знать, почём знать. — Кокетливо протянул Порко, надевая косуху и черные очки. — Лагерфельд умер. — Как?! — Взвыл Йоонас, хватаясь за сердце. — Протестую, Лагерфельд бессмертен! — Подал голос Нико, до этого молча наблюдавший за семейной сценой. — А можно как-то ускориться, нам еще Минну от мамы надо забрать, она мне уже весь телефон оборвала. И такси десять минут ждет, кто будет оплачивать простой? Я не миллионер. Так что, шевели копытом, свинтус. Ребята поспешили окультуриваться, а в голове Йоонаса забрезжила пока еще смутная идея, но уже сейчас явно отдающая бесовщиной и черной магией. То, что вечер пойдет по одному очень неприличному месту, Порко узнал еще утром, когда Алиса радостно сообщила ему, что практически задаром урвала вип билеты на Нотр-Дам де Пари. Йоонас вообще собирался на хоккей, но права голоса ему не дали в принципе. Позже, на студии, он совершенно случайно узнал, откуда ему свалилось сие счастье. Алекси, не в силах сдерживать лыбу до ушей, но при этом голосом полным скорби, телефонировал своей даме сердца, что Рилла сожрала билеты, поэтому мюзикл отменяется, но расстраиваться не нужно, ведь он герой, добытчик и молодец, сумел достать пригласительные на матч лиги чемпионов. При этом утром у самого гитариста таинственным образом исчезли билеты как раз таки на эту игру. Прикинув член к носу, он понял, что пал жертвой бартера между его коварной девушкой и хитрожопым Литтлмэном. Ну делать нечего — Нотр-Дам, так Нотр-Дам, и напялив свой лучший наряд, Порко покорился злодейке-судьбе. Улучив момент, когда Алиса отправилась припудрить носик, Йоонас ломанулся в буфет и лихо принял на грудь графинчик какой-то настойки, так сказать, для настроения и куража. Но что-то пошло не так, и гитариста срубило уже в начале первого акта. Нико и Минна переглянулись с понимающими ухмылками, они знали этого товарища не первый год, а вот Алиса отчаянно краснела и пихала локтем под ребра храпящего на весь партер парня. От особо мощного тычка Йоонас проснулся, как раз на партии Эсмеральды, и спросонья не понимая где он и что, но увидев рядом сидящего Мойланена, громогласно выдал: — Нико, еби тебя олени, выпусти ты уже кота, что ж он так мерзко воет? Зал зашелся хохотом, а Алиса в полной мере ощутила, что такое "испанский стыд". Кое-как досидев до конца, Порко отправил девушку домой, а сам под видом, что забыл на репетиции флешку с новым альбомом, поехал на студию. На самом деле, он был глубоко оскорблен пренебрежительным тоном Алисы по поводу своего внешнего вида и решил сменить имидж. И для этого проконсультироваться с наикрутейшим дизайнером Карлом Лагерфельдом. То, что он пару лет как помер, гитариста не смущало. У него ведь есть доска уиджи и ваще он великий медиум, братья Шепсы нервно курят под лестницей. Но творить подобную хуйню магию дома будет еще одним поводом для скандала, а второй раз за вечер посраться с любимой девушкой это уже слишком даже для Йоонаса. Вот и отправился чернокнижник-недоучка на студию, полагая, что там ему никто не помешает в такое время. Войдя в помещение, Кудряшка споткнулся об бухого в хлам Хокку, решившего после бара зайти на студию, которая была напротив, так как после внушительного количества пива идти пешком до дому он был уже не в состоянии, а тратить бабло на такси душила жаба, да и не брали его, потому что он не мог выговорить свой адрес. — Ты где так наклюкался, ещё и без меня? Пьяное тело ответило что-то невнятное, а потом спросило: — А ты тут что как... Уже репетиция, да? — Пизда! Мне тут кое-что резко приспичило, и раз уж ты тут, то будешь помогать. — Сказал он и вырубил свет под мгновенно прозвучавшее "эээээ бля". — Свет озарил мою больную душу! — Воскликнул Порко и стал зажигать любимые свечи Алекси и какие-то ароматические палочки. — Надо бы что-то подложить, а то Нико нас прибьет, если мы новый паркет засрем. Он же неделю катался по строительным магазинам, выбирал, потом еще и сам стелил... — Щас приду. — Хокка пополз в туалет и вернулся с книгой. — Вот, это подойдет? — С каких это пор ты стал читать? К тому же ещё и философию? — Йоонаса удивил не только факт, что дед решил почитать, но и сама книга, осилить которую мог не каждый. — Или у нас просто в сортире бумага закончилась? Да похер, мы отвлеклись, давай её сюда, а то воск уже капает. Расставляя вокруг спиритической доски атрибуты для дьявольской мессы, гитарист шепотом продолжал напевать привязавшуюся песню из мюзикла:

Нет, Твой покой я страстью не нарушу. Бред, Полночный бред терзает сердце мне опять. О, Эсмеральда, я посмел тебя желать.

— Возьми меня за руки! — Йоонас закончил приготовления и потянулся к Йоэлю. — Чувак, ты чего? У тебя же Алиса. И вообще, если че, я не из этих. — Да расслабься, я тоже. — Не надо меня лапать! — Хокка аж протрезвел и попытался подальше отползти от внезапно опиздоумевшего товарища. — Заткнись и делай что говорят! — Перебил его гитарист. — У меня щас будет прямой эфир с Лагерфельдом, а не то, что ты там себе спьяну нафантазировал. Просто повторяй за мной: — О, дух Карла, приди... — Пива нам принеси... — Включился было в бесоебство Йоэль, но потом вспомнил, какой ориентации был модельер и его снова начали терзать смутные сомнения. — Стой! Не надо! Что бы ты не задумал, я не участвую в вашей голубятне! — Так, раз ты не хочешь помогать, то хотя бы не мешай... О, великий Карл, услышь мой зов и явись к нам. — Бормотал умирающим пытающим казаться страшным голосом Порко под хихиканье вокалиста. — Карл, мы тебя ждём, явись к нам и поделись своей мудростью, о всезнающий гуру. Карл, приди! Карл, приди! Кааааарл... Йоонас уже битый час взывал в мир неведомой потусторонней херни, но видимо с призрачным вайфаем были какие-то проблемы. Йоэля же быстро сморило от монотонного бубнежа гитариста. Спать на полу в обнимку с креслом было явно не удобно и Хокка вертелся как карась на сковородке. В какой-то момент из его кармана вывалился пакетик с травками, и это не осталось без внимания Порко. — Вот, гад. Ещё и курил без меня, а ну вставай. И делись со своим лучшим другом. — Гитарист вытряхнул недовольного Йоэля из царства морфея и они вместе решили долбануть по косячку. — Слушай, а ты не против, если я из твоей книжки пару страниц вырву? Бумага прям идеальная для самокруток. — Да похуй, все равно отстой какой-то. — Потребление, уничтожая продукт, этим самым придает ему завершенность. — Прочитал Йоонас. — Золотые слова! Давай завершай, в смысле раскуривай, я пока второй забью. Внезапно пламя свечи дернулось и в дыме позитивного растения парни увидели какой-то силуэт, который впрочем, через секунду исчез; Они списали все на глюки и не придали этому значения, а тем временем свечи догорели, а дух модельера так и не вышел на связь. Разочарованный медиум вызвал такси и прихватив с собой Йоэля, поехал домой, не подозревая какую свинью подложил Литллмэну, который завтра собирался стримить из студии.