Только ты и я

Дань Хэн чуял, что нельзя отправлять Стеллу на ежедневные задания одну, так как богатенький тип, которого она фотографировала, как самого дружелюбного человека на свете, уже не внушал доверия. Правда, тот был валенком и смотрел на всех свысока, и с ним еще Стелла могла справиться, но не с поручениями на Лофу. Час назад носительница стелларона направилась в торговую локацию для выполнения очередного задания и не вернулась. Март беспокоилась, ведь не в первый раз Стелла терялась у одного сомнительного мужчины, заваривающего чаи и дающего их на пробу девушке. Он полагал, что та вынослива и побочных действий на нее будет оказываться не так много, как на других из-за ее искусственной природы, но даже она не раз теряла сознание от ядреных напитков. В них клали либо жгучий перец для остроты и новизны вкуса, либо все диковинные специи, привезенные на Лофу из всех уголков ближайших миров. Если поначалу серьезный Дань Хэн старался верить в Стеллу, то после первого обморочного состояния девушки, он строго запретил ей туда ходить, и это немного выходило за рамки дружеской заботы из-за распаленного гнева бывшего Старейшины. Он пытался не показывать очевидной обеспокоенности, не проявлять неловкой заботы, но это получалось плохо. Каждая беседа с пепельноволосой девушкой с желтыми, как лик луны, очами дарила улыбку и окутывала пледом комфорта. Дань Хэн был спокойным и немногословным, но с ней преображался. Высаживаясь с экспресса, он клятвенно заверял девушке, что будет беречь себя, ведь один ее обеспокоенный взгляд пробуждал в океане его разума самый настоящий завораживающий мощью шторм. Он словно чувствовал ее приятное, искреннее волнение, но ему не хотелось, чтоб она слишком уж переживала. Дружеская забота переросла во взаимную заботу, и Дань Хэн не мог вернуться на экспресс без вкусненького для Стеллы или какого-нибудь сувенира. С ней был его дом, к ней хотелось возвращаться, ради нее хотелось дышать даже в мутных морях ужасного прошлого, преследующего его в каждом взгляде долгоживущих жителей Сяньчжоу. Само его существование будто бы обрело смысл, ради друзей и Стеллы он мужественно продолжал быть лучшей версией себя, но какие-то паршивые задания вбивали уродливый кол между их идиллией. Приняв истинный облик, бывший Старейшина под понимающий взгляд Вельта покинул экспресс и ускорился, как текучая вода. Его больше не волновали осуждающие или восхищённые взгляды прохожих, ведь он не намерен был совершать что-то плохое или громкое, но был готов наказать того, кто бы мог навредить его Стелле. Пока что он в ускоренном темпе двигался по направлению к переулку, разум четко вытолкнул на поверхность высокое чувство любви к странной, но такой родной девушке, которая, как и он, слишком много боли держала в себе. Едва уловимая нить родственных душ прочно скользнула по указательному пальцу в воображении и протянулась до раскидистого древа, под которым с опущенной головой сидел до дрожи знакомый силуэт. Подбежав к девушке, Дань Хэн опустился на корточки, дабы заглянуть в ее глаза. Ладони упали на плечи, и Стелла подняла затуманенные нездоровой пеленой глаза. Это было жирной масляной каплей, неуместно уроненной не в то блюдо, раздражающей любого уважающего себя повара. Брюнет злился и сжал бы кулаки до побелевших костяшек, но самое важное, - его сокровище, - сейчас сидело перед ним в странном состоянии. - Из чего тот бессовестный черт заварил чай в этот раз? – холодящим сердце тоном молвил Дань Хэн, со всей серьезностью ища в глазах подруги отголосок осознанного мышления. Стелла немного удивленно округлила глаза, слегка отшатнулась назад, после чего неуклюже хлопнула в ладоши перед носом друга. - Надо же, наш Данечка умеет ругаться! – озвучила открытие она, и из ее растянутых в полоску губ образовалось подобие улыбки. «Она пьяна», - предположение одиноким вагончиком промчалось в заключении брюнета, и он обреченно вздохнул. – «Этот дьявол напоил мою Стеллу чаем с алкоголем. Я его…». - Слушай! А давай мы тебе сделаем африканские косички! – заливисто смеясь, девушка провела ладонью по прядям волос Дань Хэна, и он тяжело вздохнул, прикидывая, как им добраться домой. Повернувшись к девушке спиной, Дань Хэн вновь присел и выдвинул самое меткое предложение: - Залезай мне на спину, - его смутили бы его же слова, будь Стелла в своем уме, но сейчас ее разум находился в нетрезвой черте. Сзади послышались копошение, и девушка послушно взобралась на спину другу, приобнимая его за шею. Прохожие зеваки беспардонно глазели на открывшуюся картину, а некоторые девушки перешептывались с подругами о романтичности момента. Только вот, когда Стелла схватила парня за рожки и начала воодушевленно кричать: «Вперед, Горыныч сердца моего!», - Дань Хэну было не до светлых чувств. Если прикосновение к рогам еще можно было стерпеть, то, когда девушка начала дергать его за уши, он мысленно зашвырял мужика с задания воображаемыми копьями. - Дань, у тебя такие большие уши, это чтобы меня лучше слышать? – ее голос был совсем тихим из-за полусонного состояния, но со стороны они действительно выглядели как воркующая парочка, и лишь бирюзовые глаза брюнета темнели в смешанности чувств. - Да, чудо, - легкий вздох сорвался с губ парня напоследок, и Стелла, отпустив его уши, подозрительно притихла. - Капитан, дальше по горизонту карта «Грозы морей», - только Эону было известно, что несет девушка, ведь указывала она на обрывок какой-то бумаги. – Она нужна нам для архива. Вздохнув еще тяжелее, Дань Хэн послушно двинулся вперед к столику под крышей пустеющего здания. Передав девушке клочок какой-то газеты, он, наконец, продолжил путь к их дому, но Стелле было мало. - Там еще один! – энергично тыча пальцем вперед по курсу, где за столиком у киоска с уличной едой кушали что-то уважительно выглядящие люди, известила друга пепельноволосая. - Но, он чужой, - брови брюнета выровнялись в полоску, прямо как приближающийся к подобной черте его сердечный ритм. - Но, Дань, я его хочу! – закапризничала девушка, из-за чего проходящие мимо дамы покраснели. Они принадлежали к долгоживущему слою общества, и увидеть в таком положении бывшего Старейшину было сродни невиданному явлению с небес. - Берите-берите! – неожиданно мужчины, сидящие за столом, прервали беседу и сами протянули бумажульку эффектной по зрелищности парочке. - Я хочу кушать! – выдала Стелла, когда они прошли еще десять метров, и Дань Хэн понял, что теперь он видел в своей жизни всё. Дойдя до ближайшей круглосуточной лавочки, он купил вкусные на вид печенюшки и торжественно отдал их девушке, отказывающейся слезать с его спины. Но, к большому удивлению парня, кушать она не стала, зато начала кормить Дань Хэна, как годовалое дитятко, которое только училось есть самостоятельно. Уровень неловкости поднимался ввысь робопташкой, и уже, казалось бы, ничем нельзя было добить брюнета… - О, старый друг, не можем ли мы обсудить с тобой важное дело?! – воодушевленно спросил вынырнувший из-за угла Цзин Юань, и Дань Хэн мысленно откланялся в мир иной без очереди. - Можешь меня отпустить вон под тем деревом, - указала Стелла на лавку, одобряя их диалог, и копейщик послушно последовал ее просьбе, хоть и не хотелось ее отпускать. Цзин Юань, загадочно блеснув глазами, отвел товарища из прошлого в сторону и непроницательно, как в порядке вещей, выдал: - Когда у вас будет свадьба? Обещаю принести толстый красный конверт! Дань Хэн забыл, что такое дышать, и его разум вопил, мечтая, чтоб неудобный разговор исчерпал себя, но тут взор скользнул по месту, где должна была ждать его Стелла, и последней там не обнаружилось. Паника заполнила уголки разума, и копейщик, вежливо извинившись, начал бегать по округе в поисках дорогой сердцу подруги, которая будто под землю провалилась. Поиски не увенчались успехами и спустя пять минут парень, переводя дыхание у посыльных коробок, услышал из темного угла копошение. Достав из кармана смартфон, он включил фонарик, и увидел, как Стелла, нещадно отрывая кусочки от газет, окружает «обрывашками» себя. - Что ты делаешь? – капитально завис Дань Хэн, ведь его к такому жизнь не готовила. - Дом для хомячка, - незамедлительно с непроницаемым лицом ответила Стелла, заставив друга часто заморгать и ущипнуть себя в проверке на реальность. - Пойдем на экспресс, мы почти пришли, - тихим, максимально спокойным тоном попросил девушку копейщик, опустив фонарик так, чтоб яркий свет того не бил ей по глазам. - На самом деле, - пепельноволосая поднялась на ноги, струшивая с себя огрызки бумажек, - я не пьяна. - Ага, а я не Дань Хэн. Стелла убрала прядь своих волос за ухо, собираясь с мыслями. - Я чувствовала себя плохо после сомнительного чая, а потом меня стошнило. Из-за плохого самочувствия я села под дерево, мечтая, чтоб меня отвел кто-то домой, но не решалась написать, а потом пришел ты и…, - каждое откровение девушки удивляло брюнета сильнее и сильнее. – Потом я сглупила и решила подыграть твоему выводу, чтобы ты не пошел разбираться с владельцем чайной лавки, и… когда бы ты еще покатал меня, как героиню дорамы? Так что прости, пожалуйста. - Тогда зачем тебе были нужны документы для архива? – выстраивал логическую цепочку Дань Хэн, проверяя здравый смысл подруги. - Чтобы побыть дольше с тобой, - на автоматизме выпалила девушка и потупила взгляд вниз, не заметив, как брюнет удивляется, его губы растягиваются в мягкой улыбке, и он их закусывает, дабы не улыбаться, как влюбленный дурак. - Пошли, - он протянул руку девушке, помогая ей выйти из темноты, и когда ее холодная ладошка легла ему в руку, он сжал ее, чтобы согреть. – Ты хоть пила лекарство? - Да, нашла какое-то в сумочке, - плетясь за брюнетом, держа его за руку, ответила Стелла. - Ты можешь лучше заботиться о себе? – нежный взгляд серьезным лезвием прошелся по лицу девушки, и она ободрилась, улавливая искреннюю заботу. - Да, но пообещай и мне это же, - Стелла остановилась, и легкий ветерок отправил ее волосы за спину. Очарованный зрелищем Дань Хэн наклонился к лицу девушки и, глядя на нее завороженным взглядом, коснулся губами лба, не сдержав чувств. - Можем еще погулять немного перед сном, если хочешь, - предложил брюнет, довольствуясь радостью, перемешанной со смущением на лице девушки. - Только ты и я? – уточнила Стелла, будто бы не верила своим ушам. Весь ее внешний вид говорил, что она давно уже испытывала нежные чувства к другу, но не решалась открыться, так как не надеялась на взаимность. - Я люблю тебя, Стелла, и тебе не нужно притворяться, чтоб покататься на моей спине, - неожиданно признался Дань Хэн, стараясь не смотреть смущающе на девушку, чтоб та не провалилась со стыда под землю, как свинка-копилка. - Хорошо, я тоже. - Тоже покатаешь меня на своей спине? – пошутил брюнет, представляя лицо Цзин Юаня, если бы он это увидел. - Тоже люблю тебя, - пропустила шутку мимо ушей Стелла, со всей любовью обнимая парня. – А дреды тебе бы пошли. - Хах, да ты шутишь лучше меня, - улыбнулся Дань Хэн, отвечая на комфортные объятия. Легкий ветерок развевал их волосы и одежды, даря легкость и дыхание для нового этапа в жизни.