Fallout Equestria Coliseum

Это была обыкновенная деревня, как и многие другие деревни в пустошах, здесь жили обычные пони, которые и слыхом не слыхивали о том, что твориться вокруг них. Лидер бандитов дал мне ясно понять, что дабы я имела право встретиться с Меригольд, я была обязана помочь им вырезать эту деревушку под корень, раз плюнуть для той, кто по факту только и делала то, что всю жизнь отнимала чужие жизни. Однако в глубине души меня я чувствовала, чувствовала и ощущала то, что я поступаю не правильно, поступаю наперекор своей сущности. Однако я быстро загнала этот голос куда по дальше, задушила его и заставила умолкнуть. Они предали меня, использовали а после выбросили на помойку, как ставший не нужным более инструмент, так что какого спрашивается хера, я должна быть хорошей. - Ты все поняла, что от тебя требуется – спросил меня Рейдер. - Кристально – ответила я, - я все поняла и сделаю все в лучшем виде. - Вот и умница – получила я от него похвалу, а после он дал знак. – Вперёд. Мы выскочили из-за кустов и направились в деревню, где уже в скором времени, началась резня. Пони населяющие эту обыкновению деревеньку носились по улицам, пытаясь отыскать место, где они смогли-бы укрыться от нас. Однако куда-бы они не бежали, мы их всюду могли найти. Тот жеребец, который мне предложил это заманчивое предложение, был единорогом а потому, был вооружен дробовиком модели Джекхаммер, и выкашивал пони в деревне так, словно был жрецом, пришедшим дабы собрать с полей зерно. Его товарищи по кровожадности не отличались особо, другой пони вооруженный миниганом, тоже раздавал пули на право и на лево, убивая всех тех, кто не был осторожен, оказаться на его пути. На удивление я относилась к этому весьма спокойно, и даже получала некое подобие удовольствия, которое испытывала даря мучение другим. Это было явным признаком того, что у меня точно не все в порядке с головой, и что мне пора лечиться. С задания шелк… на дурку. Меня на дурку? Ну спасибо друзья, не ожидала я от вас такого, имбицилы уебанные. Я открыла огонь по мирным гражданам города, верша свою расправу над всеми, кто попадался мне под мое горячее копыто. Пули 4,56Х45 рвали тела жертв на куски, в то время как их всё ещё мелко дёргающиеся тела, падали на землю, извиваясь в предсмертной агонии. Однако мне было по хер, мне было абсолютно по херу на то, что всем этим пони больно и что они живые существа, как собственно и я сама, я желала лишь одного, чтобы мне полегчало, а кто будет обязан принять эту боль на себя, меня уже не волновало. Да, вы сейчас скажите, что дескать мои действия не достойны звания героя пустошей, и собственно окажитесь абсолютно правы, однако в то время мне было абсолютно насрать, мне было хорошо и точка. Очередная кобылка попавшая под мой взор разлетелась на куски, в тот момент когда я расстреляла ее из Вихря, использовав для этого пару ракет, меня ясное дело попытался остановить один жеребец, однако я скользнув в ЗПС, разнесла его тупую башку на хрен, окрасив землю в алые тона. Услышав за стеной здания писк, я выстрелила туда ракетой, разнеся ее и того кто за ней прятался в клочья, при этом ощутив удовольствие. Ох, как-же это было приятно, когда вся эта тяжесть с тебя, просто берет и уходит, а ты даже не обязана прилагать для этого, особых усилий. Рейдеры в другой части поселка к тому времени достигли определенного здания, после чего взорвали дверь, грохот от взрыва достигший моих ушей был такой силы, какой я не слышала ещё никогда. Я увидела то, что на меня бежит один из стражников, которые следили за порядками в городе, а также охраняли пони от неприятностей, которые могли приползти из пустошей. На что он рассчитывал спрашивается, мне хватило короткой очереди из Вендетты, дабы его тупоголове тело рухнуло наземь, мелко дёргая задними ногами перед смертью. Было видно, что стражники здесь были с очень большой натяжкой, они скорее были обычным ополчением чем полноценной армией, а потому были вооружены чем попало, начиная от примитивны дрынов обмотанных колючей проволокой, и заканчивая однозарядными пистолетами, которые были готовы развалиться при каждом выстреле. Мне было вовсе не понятно то, как такие пони как они, были способны выживать в столь не благоприятной среде, имея столь отвратительный арсенал вооружения, когда на них могли пойти кто угодно, начиная от обычных бандитов, вооруженных самопальным вооружением и заканчивая Стальными Рейнджерами, против которых был лишь один способ выживания – бегство. Так что им ещё повезло, что ещё именно мы напали на них, ведь они погибнут быстрой смертью и может быть, даже с улыбкой на лице. Я начала ходить по городу, высматривая по всем переулкам и темным углам тех, кто мог укрыться от моего праведного гнева, мне меньше всего было нужно то, чтобы кто-либо выжил и доложил куда следует, хороший разбойник никогда не оставляет за собой следов, которые могли-бы навести на него опытного сыщика. Мне ясен хуй не нужно было, чтобы за мной после гонялась добрая половина пустоши как в старые добрые, а потому я старалась прикончить всех местных, дабы никто не смог рассказать о том, что здесь случилось. Услышав треск в одном из домов, я бросилась туда и с грохотом вышибла дверь, когда ворвалась внутрь. Никого и ничего такого, что могло-бы издавать звуки, подобные тому что я слышала. Неужели упустила? Звук упавшего на пол глиняного кувшина дал мне знать, что кем-бы не был пони, который пытался улизнуть от меня, он явно это очень яро старается воплотить в жизнь. Нет милый, не уйдешь. Я бросилась следом через открытое окно, теперь я ориентировалась не на жёлтые или красные метки, а на голубые, которые было идеально видно на красной подсветке ЛУМа, который мелькал в моем поле зрения, а потому отыскать того пони, который пытался удрать, не составило для меня особого труда. Я бросилась на цель, пригвождая ту к земле, целью оказался карминового окраса жеребец, морда которого выказывала ужас. Его глаза в орбитах дрожали, говоря мне о том, что он ужас как напуган, что он не хочет умирать, однако я уже не была той кем была прежде, а потому делала лишь одного – выпустить пар. - П-п-пожалуйста не уб-б-бивайте м-м-меня – прописал он. - Оу вы только посмотрите – произнесла я, - умирать он не хочет, а я вот ох как хочу, чтобы ты… сдох. – Я занесла над ним свое копыто в металлическом накопытнтке и одним махом снесла его голову, перерезав его глотку и сломав позвоночник. Я прошла на центральную улицу, оставляя за собой след из крови, который словно огненные следы гончей из ада, указывали на мой путь. Однако мне было плевать, абсолютно плевать на страдания других пони, мне сейчас было хорошо и это главное, а сколько пони ради того, чтобы мне было хорошо должны сдохнуть, мне было до лампочки, или нет, абсолютно по хер. Выйдя на главную площадь, я увидела на ней множество мертвых пони все они лежали в разных позах, кто пытался укрыться за своими передними ногами, тщетно думая что дескать если они закрыли свои головы, то их не видно. Какая ирония, я думала что спасаю этим самым мир от несовершенства, а в результате, написала очередную кровавую страницу, в его истории. Прозвучал звук автоматных выстрелов, я бросилась к тому месту где он раздался, это было явным признаком того, что мы недооценили противников, занимающихся охраной деревни, мы ясно видели то что у местных не было серьезного вооружения, да что там говорить, они даже пистолетов однозарядников имели столько, что их можно было пересчитать все по полочкам шрамам на одном моем бедре, а автоматические винтовки… ух… из тут не было вовсе, а значит… Ух пиздец. Прибежав на место, я увидела на земле лежавшими в лужах собственной крови нескольких Рейдеров, на против них стоял пони в металлической броне и со шлемом на голове, его спину скрывал дорожный плащ, практически точно такой-же, как был надет на том Старике, однако без капюшона. На боевом седле его была закреплена автоматическая винтовка, под точно такой-же калибр как и у меня, что наталкивало на мысль, что в случае стычки, мы будем в равных условиях. Жеребец(в том что это был жеребец я не сомневалась) повернул ко мне голову и я увидела в его шлеме пару красных стекол, сомнений не оставалось, это один из Рейнджеров НКР, той самой группировки пони, которые в данный момент времени, управляли столичной пустошью, однако постепенно расширяющиеся на запад и в других направлениях. Он открыл по мне огонь, увернувшись в сторону и спряталась за домом, в угол которого попали пули, я получила не много каменной и бетонной крошки, которая попала мне на морду и на броню. Я выглянула из-за угла, этот сранный Рейнджер был по прежнему на месте, что заставляло меня нервничать достаточно сильно, а вместе с этим росла и моя злоба. Мне никогда не доводилось видеть таких типов брони, а значиться я не знала тактики боя против нее, да что уж там говорить, я не знала слабых мест такой структуры, что означало что преимущество, на стороне врага. Это заставляло меня беситься по самое не балуйся, от чего я была на столько зла, что собиралась расхуярить этот городишко из Вихря так, чтобы от него и камня на камне не осталось. Едва моя голова показалась из-за угла здания, как по мне вновь открыли огонь, было странным но вполне объяснимым видеть то, как пони пользуется оружием на боевом седле, при этом не имея узды, однако это можно было списать и на то что он был единорогом, и на то что рычажок боевого седла, был интегрирован в шлем. Однако от этого было не легче, сражаться с такими противниками мне ещё не приходилось, а потому я была вынуждена использовать на ходу, дабы не сдохнуть как сучка на баррикадах. Я скользнула в ЗПС, после чего вынырнув из укрытия, я открыла по цели огонь. Едва только время возобновило свой ход, как по противнику сразу ударил шквал пуль. Увы некоторые пули прошли мимо цели, в то время как те что достигли его, столкнулись с препятствием в виде броне пластин, которые закрывали важные части его тела, как следствие просто остановившие пулю, так и не позволив им добраться до тела жеребца. Едва Рейнджер пришел в себя после моей атаки, как он повернулся ко мне и открыл по мне огонь, я с трудом успела выдернуть чеку из дымовой гранаты, после чего уронить ее на землю, после чего скрыться в дымовой завесе. Пули свистели за моей спиной, в тщетной попытке отыскать меня в этом дыму, однако мне это было лишь на копыто, я могла находиться в нем достаточно продолжительное время, слава моим синтетическим глазам, а потому если-бы мне удалось взорвать ещё одну, а после ещё парочку дымовых гранат то я смогла-бы зайти к Рейнджеру за спину, что могло-бы обеспечить мне победу. Увы для меня, к сожалению Рейнджер оказался не таким уж и дураком, а потому закинул мне в дымовое облако импульсную гранату, которая взрывалась ударной волной, которая в следствие выброса, срывала скрывающие противников завесы. Я вновь оказалась у него на виду, блядство, уебищное сранное блядство, я вновь была видна для его глаз, как следствие я стала вновь уязвимой, а если он снаряжен теми пулями о которых я думаю, то мне однозначная пизда. Тем не менее Рейнджер видел мое замешательство, что ой как не делало мне погоды, просто вот как. - И долго ещё собираешься бегать – спросил Рейнджер, явно обращаясь ко мне – ты, исчадье пустошей? - Пока не разберусь как захуярить тебя – ответила я. - Эх, а я то думал что вы все уже вымерли – произнес он, после чего вновь открыл по мне огонь. Я принялась бежать вновь за спасительный угол здания, я прекрасно видела то, что может сделать с телом обычного пони такая пуля как моя, а потому не желала оказаться подстреленной ею, Рейнджер в тот же момент жаждал покарать меня за такое ужаснейшее преступление против пони, которое совершила устроив резню в деревне. Я в свою очередь желала убить его, это чувство ненависти и желания убивать, вновь дало знать о себе с новой, удвоенной силой. Я получила попадание пули в бок, к счастью она врезалась в металлическую броню, а не в мягкие ткани, в противном случае мне было-бы сейчас не хорошо, совсем не хорошо. Я скривилась от боли, еще-бы мне не скривиться, когда пуля угодила в самое болючее место, какое только есть на моем теле. Я закатилась в укрытие и прижала копыто к тому месту, где сейчас ощущалась боль, сумев не закричать я открыла седельную сумку и выудив из нее шприц с Мед-Икс, вколола в себя дозу препарата. Ощутив на конец покой, я смогла думать трезво, однако злоба выделенная в момент, когда я ощущала боль ни куда не делась, а значит ее надо куда-то высадить, благо я знала того, кто на эту роль удачно подходил. Да все верно, этот Рейнджер и станет тем, кто примет на себя, всю силу моей злобы. Мне сейчас не хватало только Рейджа, дабы уж совсем, обратиться в кровожадную машину по сеянию смерти, в ужаснейшее оружие, по уничтожению всего живого. Я выскочила из укрытия, закусив узду Боевого Седла, я открыла огонь по жеребцу, имея стойкое желание его убить. Едва я выскочила из укрытия, как по мне прилетело несколько пуль, однако препарат блокировал все рецепторы отвечающие за боль, а потому я ощутила лишь толчки и более ничего. После чего я повернулась и дала очередь из Вендетты, намереваясь попасть в жизненно важные органы, однако услышав лишь стук металла о металл, я смогла лишь вырубаться, прежде чем по мне, вновь полетели пули. Несколько попаданий в грудную клетку, заставили меня лишь кашлянуть, броня здесь была самой толстой из всех, а потому пробивалась лишь бронебойками, да и то лишь крупного калибра, а 5,56 ее совершенно не брали, как следствие я отделалась лишь царапинами. А теперь блядина ты такая, мой черед настал. Я ещё несколько раз выстрелил в из Вендетты, после чего бросилась прямо на него, жеребец явно опешил от такого шага, а потому начал отступать назад, судорожно постреливая в меня очередями. Пули проходили мимо меня, заставляя лишь улыбаться, осознавая всю ту панику, которую испытывал враг. Могу сказать вам лишь то что он был здесь единственной красной точкой на моем ЛУМе, все остальные были либо жёлтого, либо зелёного цветов, а потому я видела его ясно и четко. А что мы знаем о красных метках, правильно – красного убей. Я подскочила к Рейнджеру в плотную и выпустила в него очередь пуль, которые ударились о его нагрудные пластины, однако мне этого было достаточно, дабы увернуться от его выпада и зайдя к нему за спину схватить за шею. Единственное лёгкое движение и я слышу хруст шейных позвонков и как следствие отделение черепа от позвоночника, жеребец в моих копытах обмяк и я отпустив его увидела то, как его труп падает наземь. Меня всю ещё трясло от выработавшего адреналина, а я не могла себя успокоить. Мне хотелось убивать ещё и ещё, ещё и ещё без конца и края, однако всех кого можно было убить в зоне досягаемости мы уже убили, так что моя жажда убивать, осталась не удовлетворенной. Ко мне подошёл тот Рейдер, который и предложил мне это занятие, я криво посмотрела на него, думая над тем стоит мне его выслушать, или сорвать остатки жажды убийства на нем, и на его подельников. - Ну как тебе – спросил он, - понравилось? - Не скажу что не понравилось, однако могу сказать одно, что я ещё никогда не испытывала такого удовольствия и ража. – И это было правдой, я начала наслаждаться процессом убийства, думаю если-бы эта банда не была уничтожена Сераной и ее друзьями, то я превратила-бы убийство пони, в отдельный вид современного искусства. Увы банда распалась, а вместе с ним и мое желание жить дальше. Казалось что вместе с распадом банды, из меня утекли последние капельки жизни. - Ох да ладно тебе – посмеялся самец, - я видел то как ты его убила, это было во истину восхитительно. - Ты правда так думаешь? - А то – ответил он. – Думаю ты понравиться госпоже, очень понравишься. Я тогда не знала того, кем была эта самая госпожа, о которой говорил этот жеребец, однако мне было понятно то, что он не даром скрывает ее личность от всех ново завербованных в ее банду. Будь я на месте главаря банды то окружала-бы себя самыми доверенными лицами, которые лишь единственные знали мою истинную личность, а они уже формировали не большие группы бандитов, которые лишь слышали обо мне, но в живую никогда не видели. Это было-бы не плохим вариантом для того чтобы в случае если кого-то из них взяли-бы в плен, дабы выведать у него или у нее мою личность, то их ожидал-бы громкий провал, который был-бы равносилен взрыву цистерны с топливом. Ведь никто кроме круга лишь приближенных лиц не знал-бы, кто я и где находиться, моя основная база. Умно, очень умно… и ох как глупо, показывать мне место, вашей основной базы, ведь кто меня знает, как я поведу себя в следующее мгновение. Найт ещё в те времена, когда мы ещё были подругами, сказала что я самая непредсказуемая кобыла на пустошах, которую ей только доводилось знать, и от части это было правдой, я могла отмочить такое, от чего сама была-бы после в таком ахуе, который не возможно ни то что передать словами, а даже не описать письменно. Вот такой пони я была, и такой я пони оставалась до самого своего конца, который настигнет меня, уже очень скоро. Меня вели по тоннелям и коридорам строения, которое я никогда не видела снаружи, архитектура очень сильно напоминала технические уровни бункера, который был под радиостанцией, в которой я нашла Найт. На меня накатила приятные и одновременно не приятные воспоминания, воспоминания о том как мне было тогда приятно после стольких злоключений, на конец обрести друга. Не приятные-же почтой причине, что мне было очень не приятно факт того, что в конечном счёте Найт предала меня, предпочтя лечь под пегаса, полностью предав все то что было между нами. Я не могла её простить после этого, не могла, а потому я в кой-то веке была рада, что после того что я сотворила, меня хоть кто-то смог принять. Войдя в одну из толстых металлических дверей, я увидела лежавшую на большом красном диване фиолетовую кобылицу-аликорна, которая с любопытством глядела на меня. Я ее узнала, это была та самая Меригольд, именно та которую я встречала ранее и о которой слышала по радио. В прошлую нашу встречу, она едва не похоронила нас, натравил на меня и моих спутников шайку своих головорезов, которые едва не оставили от нас рожки да ножки. Нам лишь чудом тогда удалось удрать, избежав смерти. Едва я вошла, как жеребец сопровождавший меня низко поклонился ей, едва-ли не целуя бетонный пол, мне было абсолютно не понятно, по какой конкретно причине, он так дрожит в ее присутствии. Да она аликорн, да ее раса была выведена как специализированное оружие войны, да она куда живучей чем кто либо(драконы не в счёт) однако все-же смертна, как в прочем и все мы. Кобылица открыла глаза и они ярко блеснули, заставив жеребца ещё сильнее припасть мордой к земле, в надежде избежать ее гнева. Я тогда ещё не знала того что знаю сейчас, а именно то что аликорнов практически не реально убить обычными методами, только лишь полностью уничтожив их тело, можно убить их, да и то не всегда. - Я привел ее госпожа – произнес жеребец, всё ещё мелко дрожа. - Превосходно – произнесла Меригольд, в как всегда в высокомерной для себя монере, а после обратилась ко мне. – И так Джез, что послужило причиной того, что в прошлый раз ты отвергла мое предложение, а в этот так легко согласилась. Почему? Любопытство Аликорна было сродни тому, на сколько любопытен обычный жеребёнок, коим и были аликорны в те дни, сразу после своего пробуждения. Вопрос: а стоит-ли мне ей вообще рассказывать о том, что произошло между нами, должна-ли она знать, знать о том что я в дрыск разрушалась с теми, кого считала своими друзьями? Я молчала, я молчала ибо не знала, что была обязана сказать, в моей голове метались мысли одга другой болезненней, ведь рассказать об этом – значит вновь напомнить себе о том, что произошло. Мне было так больно об этом вспоминать, да и сейчас больно в принципе, однако тогда боль была столь нестерпимой, что хотелось во всех смыслах покончить с собой. Моя любовь предала меня, предала мои чувства, тогда как я могу сейчас после этого, называть ее своей подругой? А Скай, он не попытался отговорить ее от того что произошло, он на оборот принял ее предложение переспать, дабы показать мне то, на сколько прям ни хуя не значат для Найт те чувства, которые я испытывала к ней. Найт сделала мне на столько больно, что я словно обезумевшая мать, после того как у меня на глазах погибло мое дитя, начала-бы крушить всех тех, кто был на стороне того, кто был повинен в его гибели. Вот на столько мне было плохо в тот момент. - Не беспокойся моя маленькая пони, ты можешь все мне рассказать – произнесла она, закидывая в свой рот некий хрустящий шарик, который м хрустом треснул внутри ее рта. - Я и не боюсь – огрызнулась я. - Тебе жить надоело – встрепенулся жеребец приведший меня сюда, - знаешь кто перед тобой стои… - он не успел договорить, так как Меригольд перебила его. - ДОВОЛЬНО! - рявкнула она, а после обратилась ко мне. - Продолжай. Эх, пусть будет что будет, я все равно разочаровалась в этой жизни, при том разочаровалась на столько, что хотелось просто покончить с собой и начать все с нуля, однако я бы так и поступила живи я внутри компьютерной игры. Ирония была в том, что этот мир не позволял тебе бесконечное количество раз умирать и возрождаться, нет-нет, смерть была также реальна как и наше существование, которое было таким-же жалким, как и наша жизнь в принципе. Мне так хотелось изменить этот мир, сделать его куда более лучшим местом чем он был сейчас, а что я получила в замен, что… Ответ прост до безобразия – ничего! За место благодарности и радостных криков множества пони, я получила лишь осуждения в свой адрес, гневные плевки и недовольное роптание на свою персону, там где я ожидала получить одобрение – я получала осуждение, а где ожидала осуждений – получала одобрительные кивки. Так может… может быть я все это время шла против сути этого мира, может я на самом деле жила в своем собственном маленьком мирке, думая что смогу и весь огромный мир, перекрасить в эти радужные цвета? Может быть и не стоило идти против естественного хода вещей, коим и был тот разгул преступности и бандитизма, захлестнувшем мою жизнь. Я вздохнула. - Те кого я считала своими друзьями – начала я, - вернее те кто лишь притворялся ими, использовали меня и выбросили на помойку, полностью забив на то, через что мы вместе прошли. - Однако это не ответ – о верила Меригольд. - Я думала… считала что они мои друзья, а на деле они в сухую меня использовали, а когда я стала им более не нужна, они просто посмеялись мне в лицо, а после сказали что я им больше не нужна. Конечно я не много приврала, однако именно так все и выглядело с моей стороны. Полковник как и следствие Скай и Найт пошли именно по этому пути, они использовали меня а после выбросили, когда я стала более не нужна, выполнив свою часть грязной работы. Для меня весь этот мир был прогнившим, прогнившим до самого своего основания, мир в котором заправляли сила и манипуляция, в котором побеждал тот кто имел рычаги давления на низких мира сего, побеждал тот кто мог оставаясь в тени, управлять многими сферами жизни обычных пони. Именно таким и был Ловкач, он сумел на столько грамотно укрываться от пони, при этом оставаясь у всех на виду, что я просто была поражена тому, какую империю он сумел воздвигнуть. Однако тогда я посчитала что он поступает плохо, да и мной тогда руководила жажда мести, за то что он приказал убить Феррету Клауд Мёрфи, такого я простить не могла. Однако не много протрезвев, отойдя от опьяняющий разум жажды крови, я смогла в полной мере оценить то, какие усилия ему довелось приложить для того, чтобы воздвигнуть столь сложный механизм, сколько усилий ему довелось приложить для того, чтобы заставить всех этих бандитов в пустошах, подчиняться правилам которые он создал. Однако его планы были разрушены лишь одной пони, которая была слишком зла на него и его приспешников, чтобы мыслить холодно и расчётливо, а потому просто и безо всяких прелюдий просто убившая его, поставившая крест тем самым на его месте. Лишь после я осознала то, на сколько я оказалась не права в своем рвении, однако было уже поздно, а время вспять не воротишь, а потому мне пришлось лишь мириться с тем, что я натворила. А после меня выкинули как более ставшей не нужной деталь, которая отработала свой полагающейся ей срок, а теперь которой пора на слом. Я чувствовала себя после этого максимально паршиво, чувствовала себя брошенной и никому не нужной, чувствовала себя преданной. Я думала что могу на них положиться, а за место этого получила удар в спину. Это было больно, это было на столько больно, что никакая боль не способна сравниться с той, которую довелось пережить мне, в конечном счёте я смогла ее перетерпеть, смогла, однако не без платы за это высокой ценой. Ценой этому стала моя душа, вернее ее остатки что сохранялись во мне, как я и говорила прежде – я умерла на операционном столе, а эта оболочка лишь оружие, имеющее обличье пони. Почему… почему черт эту судьбу еби, я была по прежнему жива, я постоянно задавала себе этот вопрос, с того момента как вернулась в номер, и который терзал меня все время, ведь я надеялась на то, что в процессе отопления, я и погибну сама. Таков был мой план. Однако судьба злая тетка, а потому она решила сохранить мне жизнь. Плохая… крайне плохая задумка скажу я вам, а потому в этом обезумевшие от боли трупе, достаточно имеющем силы для того, чтобы устроить настоящую кровавую баню. - Я тебя прекрасно понимаю – ответила Меригольд и встав со своего дивана, подошла ко мне. – Этот мир не понимает гениев и никогда не понимал, пионеров… первопроходцев в каждом деле воспринимают как безумцев, гоняющихся за не существующими вещами. Если ты по прежнему желаешь изменить этот мир к лучшему, вновь сделать так, когда сильные мира сего будут заботиться о тех, кто не способен защитить себя сам, тогда присоединяйся ко мне… Присоединяйся к нам Джез. Я вновь задумалась, задумалась над тем, а стоит-ли оно того, стоит-ли эта игра свеч? Не знаю, я правда ничего не знаю, однако что я таки знаю в данный момент, что рано или поздно о том, что я натворила в той деревушке узнают все, а соответственно на меня начнут смотреть не как на героя, а как на ту кто испортился, кто замарала свою честь. Я совершила столь ужасное преступление, после которого уже вряд ли смогу отмыть со своей шкуры всю ту кровь, всю ту кровь невинно убиенных, которую мне довелось пролить и которую доведётся ещё пролить ещё. - Вижу ты сомневаешься – произнесла Меригольд, - надеюсь это поможет тебе решить то, на чьей ты стороне. Сказав это, она повернулась ко мне спиной и слегка отодвинула хвост в сторону. Лишь слегка, однако этого мне хватило на то, чтобы рассмотреть как следует ее прекрасно-выглядящий цветок. В меру пухлый и в меру текучий, самое то для кобылы, какой и была Меригольд. Да мне доводилось уже видеть эту часть кобыл-аликорнов, это я о том инциденте между мной и Сераной, когда она меня едва не задушила, стоило только мне показать поползновения, в ее сторону. А ее цветок… о звёзды… ее цветок, так и остался для меня не достижимым идеалом. О я так желала к нему прикоснуться, однако действия этой жёлтой кобылицы поставили точку в моем намерении, сделав его таким-же не достижимым, как и является вся эта моя никчёмная жизнь. - Вижу тебе понравилось – промурчала фиолетовая, - поверь мне это не все что ждёт тебя в случае того, если ты применяешь ко мне. Моя киска начала течь, я прямо таки ощущала всю абсурдность и не правильность того, что я хотела сделать. Я желала прикоснуться к заветному месту, делала на конец сломаться и вкусить этот запретный плод, который в прошлый раз с такой лёгкостью, ушел от меня. О Джез, что ты вообще творишь, борись с этим, борись, ты не на столько ещё сломлена, чтобы вот так просто присоединиться к шайке отпетых головорезов, просто потому что тебя видите ли бросили. Я убеждала себя в том что мне не место в этой компании, я пыталась объяснить себе то, что я обязана сопротивляться этому чувству под моим хвостом, однако я не могла, я правда не могла ему сопротивляться, ведь плод так близок, просто сорви и откуси кусочек и все будет кончено. Однако я осознавала то, что стоит лишь мне сорваться, как я уже не смогу остановиться, каждый раз мне будет хотеться ещё и ещё, как следствие я буду вынуждена вкушать все больше и больше этих плодов, дабы утолить свой голод. Да ну к Дискорду, пусть все валит к Дискорду, я прошла через столькое, что никто не в праве осуждать меня, ведь никому из них не довелось перенести то, через что протащила меня моя жизнь. Я затаив дыхание пошла вперёд, на ходу снимая с головы свой покрытый острыми кольями шлем, при этом расстегивая на себе ремни, скидывая Боевое Седло. Стук металла о бетон и вот я уже касаюсь носом своим этого совершенства и слышу томный стон Аликорна, которая прямо таки наслаждается процессом, наслаждаться чувствами которые, я заставляю испытывать ее. Несколько моих движение языком внутри и мой рот наполняется сладковатыми выделениями, которые я смогла-бы сравнить разве лишь с подсоленной водой, которую мне доводилось изредка находить в заброшенных кафе по пути моего следования, да в автоматах около стоянок. Однако это… это не возможно было сравнить по вкусу с той газировкой, этот вкус был восхитителен, он был в меру сладким и в меру кисловат, самое то что необходимо, дабы утолить жажду любого жаждущего. В конечном счёте я не выдержала и рухнула на пол, после всего пережитого да последнее время, мне требовался солидный отдых. Последнее что я ощутила, так это то что меня окутала фиолетовым магическим полем, а после опустили на что-то теплое и мягкое. Сумев с огромным трудом разделить одно веко, я поняла что лежи на животе Меригольд, которая приблизив свои губы к моим, поцеловала меня. Я ответила ей взаимностью, и мы некоторое время поцеловавшись, разорвали наш долгий поцелуй а нас, осталась соединять ниточка слюны. - Добро пожаловать в семью Джез, добро пожаловать домой – произнесла Меригольд и вновь поцеловала меня.