Fallout Equestria Coliseum

Я шла по дороге которая вела в не известном для меня направлении, мне собственно было все равно куда идти, я шла без четкого плана, без четкой цели туда, куда глаза глядели. Внутри меня была всеобъемлющая пустота, пустота которую было не возможно закрыть ничем, а потому теперь от меня не осталось ничего, совсем ничего, лишь ком ненависти ко всему живому что окружало меня, а когда ненависти не было, был полнейший пофигизм и безразличие ко всему, что происходило вокруг. Серана как и тот Чудаковатый Старик оказались правы, не стоило мне тогда соглашаться на это авантюру, не стоило начинать мстить, ведь как и обещала Серана, я стала полной и безжизненной куклой, которой управлял кукловод. Я стала собственной личной марионеткой собственной ненависти, которой та управляла столь умело, что казалось будто я всегда, танцевала под ее дудку. Вскоре показалась деревня, в которую я собственно и не желала заходить, однако мое тело решило все за меня и я ведомая не ведомым мне чувством, пошла туда не зная даже за чем, я это делала. Войдя в деревню я заметила то, что это было шахтерское поселение, хотя как шахтерское, тут скорее трудились и жили обитатели, которые трудились на карьерах, которые в довольно таки большом количестве, располагались за деревней. Не знаю что конкретно тут добывали, да собственно мне не интересно это было, я была намеренна пополнить свои припасы, а за тем направиться дальше, ведь оставаться на одном месте слишком долго, в последнее время для меня стало чревато тем, что я постоянно, вляпывалась в какую-то не приятную ситуацию, в результате которой по моей вине гибли те, кто этого не заслуживал. Так что да, сделаю все что мне нужно и сразу съебусь, пока меня не хватились. Да, думаю это будет правильно. Я подошла к столику и села за него, в начале надо поесть, а после можно будет отправиться по делам, ведь я по факту, не ела уже сколько… дня два точно, пока скиталась по пустошам, в поисках безопасного места. Я каждую секунду вскакивала, каждую секунду просыпалась, сразу ставя свои уши торчком, начиная водить ими из стороны в сторону, в поисках предполагаемой угрозы. Как я устала, поверьте мне, так устала что готова была прямо здесь и сейчас пустить себе пулю в голову, будь у меня такая возможность. Однако оной у меня не было, так что мне оставалось лишь одно, ожидать пока смерть лично, не решит когда мне отдать ей душу. Я вытащила из своей седельной сумки свой скудный паек, который состоял из банки консервированных овощей да бутылки Спаркл-Колы, вот собственно и все, что я смогла отыскать, на дне своего инвентаря. Я со вздохом открыла банку, после чего взяла ту в копыта, а за тем посмотрела на свое отражение, которое отражалось в заправке. На меня глядела покрытая множеством шрамов белая кобылице, а глаза ее были фиалкового цвета, которые даже в отражении, умудрялись светиться. Кровавого цвета грива ниспадали по моим плечам, доходя мне едва-ли не до второго сустава на передней ноге, а о метке своей я уже давным-давно позабыла. Мне было мерзко, не приятно и отвратно видеть то, во что я сама того не замечая превратила себя, в этой странной погоне за местью, которая убила последние остатки пони, в глубине моей души. Шрамы… шрамы были такими уродливыми, что напоминали скорее не полоски на теле зебр, вовсе нет, эти шрамы в таком изобилии покрывали мое тело, что лишь в самых редких местах, где плотность полос становилась ниже, можно было разглядеть изначальную масть, моей шерсти. Так я и сидела погруженная в свои мысли, я не замечала абсолютно ничего что происходило вокруг меня, а стоило бы, ведь я очнулась лишь тогда когда услышала голос… До боли знакомый голос, который как я думала, мне более никогда не доведётся слышать. - Ты ба – протянул басистый и низкий голос, который принадлежал никому иному как… Большому Джо. – Неужели сама великая и непобедимая Императрица, решила почтить наш скромный городок, своим посещением? - Джо… Большой Джо – удивлению моему не было предела, - эт-тт-то и правда ты? - А ты рассчитывала увидеть кого – спросил меня Большой Джо, - только не говори что Селкстию. - Ну в общем-то нет – ответила я, отпивая не много жидкости из открытой ранее банки. – Так как тебя вообще занесло в эту глушь, я то думала ты погиб. - Если честно, то я тоже думал что мне трындец – ответил он с ярко-выраженным деревенским акцентом, - однако моя жизнь была ко мне очень благосклонна. - Угу – промысла я, ставя полупустую банку на стол. - Если хочешь послушать, то я готов поведать тебе все то, что помню по своей памяти, уверяю тебя это не займет много времени. Я задумалась, стоит мне выслушать его или бросить, уйдя на другой стол? Я вновь посмотрела на уже порядком помятую банку, которая валялась в моей сумке уже не знаю, с каких пор. Времени у меня ещё на валом, я вроде не куда не тороплюсь, да и меня не преследует никто, так что думаю если я скоротаю мою трапезу за хорошей историей, мне это не навредит. - Давай – пробубнила я, - мне все равно не куда спешить. - Тогда слушай – произнес он. ***** - Беги – выкрикнул я. - Но как-же ты – спросила меня та, которую я по факту должен был убить некоторым временем раньше. - Потом рассчитаемся с тобой – ответил я. - Но… - по ее дрожащему голосу я понял, что она колеблется. - Не беспокойся обо мне – произнес я, - беги. - Хорошо – ответила моя спутница и сорвавшись с места понеслась во тьму. - С тебя должок… Императрица – произнес я и бросился в сторону, уводя врагов кобылки давая ей тем самым время, чтобы удрать… Я не знал то, почему я это делал или да чем, я просто считал правильным то, чтобы та кто едва не стала жертвой своей авантюры смогла выбраться, смогла выбраться оттуда, где она провела большую часть, как я потом узнаю, своей жизни. Со временем когда я отделался от хвоста, я сбросил с себя вооружение, так как оно по факту было мне более не нужно, будет лишь стеснять движения, а сам направился туда куда глаза глядели, не зная даже за чем, это делаю. Так ч и шел до тех пор, пока силы мои от долгого недоедания жажды и недостатка во сне не кончились полностью, и я упал на землю, покрываясь слоем пыли, теряя сознание. Я вот думал тогда что вот и все, вот мне и конец, что я так и не успел насладиться, только что на конец обретенной свободой. Пришел я в себя лежащим в повозке, которая была устлана мягким сеном, на котором я сейчас и лежал. Я в начале подумал о том, что меня таки догнали и сейчас везут обратно в Колизей. Я дернулся и попытался встать, однако мягкое прикосновение копыта к моей груди, а также успокаивающий голос кобылы, заставил меня лечь обратно. Я посмотрел на нее, это была кобылка-единорог с белой шерсткой и розовой гривой, которая пыталась уложить меня сейчас обратно, подавая магией пакетик с чем-то, что по виду своему напоминало апельсиновый сок. Она проткнула его иглой, а трубочку вставила мне в рот, намекая этим чтобы я, немного отпил. Я последовал ее рекомендации, все-же она однозначно не желала мне зла, а потому думаю, мне не было смысла ее опасаться. Когда я отпил половину, она вытащила из моего рта трубочку и задав ту прищепкой, отложила в сторону. За тем она начала расспрашивать меня кто я и откуда. Я по прежнему был не до конца уверен, могу я ей и ее спутникам доверять, ведь узнав о том кто я, они с лёгкостью могли сдать меня Хозяйке Колизея, а я ведь только сбежал. Так что я решил назвать не верные данные, дабы они уж наверняка убедились в том что я, не тот кого ищет Хозяйка. Я сказал ей что мое имя Стоун Хувс, а когда она начала меня допрашивать о причине моего столь плохого состояния, я сказал что я не много не рассчитал расход расходуемых предметов на переход, а потому и оказался в столь не завидном положении. Кобылка на меня поглядела так, словно пыталась просверлить во мне дыру своим взглядом, я сглотнул понимая то, что если она раскроет мою ложь, то мне точно несдобровать. Однако несколько секунд тишины и она мне мило улыбнулась, показывая всем своим видом то, что мне стоило быть более расчётливым, в своих расходах на поход. - Да вы правы – ответил я, - ведь вы могли и не проезжать мимо, и тогда я вообще не знаю, что со мной было-бы. - Ну в предь будете лучше подготавливаться к таким походам – спросила она у меня. - Буду – ответил я, затем спросил. – А кто вы такая и куда направляется? - Бруклин Айскрим – ответила единорожка, - я врач в этой группе и мы являемся караваном, который ведёт торговлю между Поселением Карьерщиков и Новым Кантерлотом. Туда мы везем то, что не возможно создать на карьерах, в частности продукты питания, воду медикаменты и инструменты, последние собственно и используются для горной добычи. Обратно же мы забираем то что было добыто на рудниках, и время от времени привозим новых пони, а старых забираем обратно в город, дабы те повидались с семьёй, а также отдохнули. - Однако – продолжила Айскрим, - некоторые пони которых мы привозим сюда, имеют желание стать поселенцами и основать здесь колонию для расширения границ НКР, что собственно не может не вызывать восхищения, однако жизнь здесь далеко не сахар, а потому не редки случаи когда пони получали тяжёлые травмы, в попытках добыть такую важную часть, которая по из мнению могла-бы помочь им, выбраться из нищеты. Кому-то везёт и они оборачиваются, и этих крышек им хватает с лихвой на постройку своего дома в Новом Кантерлоте, а кто-то становиться инвалидом, как результат на всегда потеряв возможность, наладить свое благосостояние. - Мне жалко их – произнес я, кобылка поглядела на меня не понимая того, почему я соболезную этим пони, которые не ведут во всех смыслах жалкое существование, а живут на этой земле и не просто живут, а даже получают жалованье а также осуществляют торговые операции. Я задумался, к стоит-ли ей вообще знать мою подноготную, стоит-ли вообще, говорить ей о моем прошлом? Нет, не думаю, ей и без меня не очень хорошо, ведь в каждом таком походе ей наверняка приходиться лечить раненых и заболевших пони, ведь как она объяснила, путь от Поселения Карьерщиков до Нового Кантерлота далеко не близкий. У них уходит по целой неделе для того, чтобы пройти это расстояние лишь в один конец, в один черт побери, плюс ещё неделю они находятся там, а после им предстоит тяжёлая дорога обратно в город, в котором они также, проживут неделю. То есть на один рейс у них уходит месяц, месяц и ни днём меньше, и это ещё в случае если очень повезет и они не получат тяжёлых потерь во время перехода, в противном случае… я сжал зубы… у них будет потеря времени которая будет, фатальной для поселения. - Но это не так уж и плохо, работа не пыльная, а оплата хорошая – ответила Айскрим, заметив то что мое лицо выражает не удовольствие от всего услышанного. - Надеюсь что это так Айскрим – ответил я, - надеюсь что это так. В течении следующих дней мое состояние становилось лучше, со временем я начал подменять тягловых пони, давая им лишнее время на отдых в пути, а порой даже и целый день, брал на себя. Айскрим не могла поверить в то, что я жеребец способен на то, чтобы целыми днями без привала тащить эти тяжёлые тележки с припасами, в которых работает по меньшей мере по четыре пони, которые тащат из по очереди. Я в свою очередь посмеялся, сказав нечто в духе того, что там откуда я сам родом, физическая нагрузка на жеребцов такова, что каждый из них к времени своего совершеннолетия имеет такую мускульную силу и запас выносливости, как у меня. У Айскрим не было слов, а тягловых пони были мне очень даже благодарны за помощь, которую я им оказал. Я лишь отшучивался, говоря то что это меньшее, чем я могу им отплатить за доброту, которую они ко мне проявили, за то что не бросили вот так, 2мирать в пустошах. Когда мы прибыли в Поселение Карьерщиков, я понял то как тут все плохо, да не тот адский пиздец что был в Колизее, однако было не многим лучше. Да жилье здесь было очень даже комфортным, учитывая то что спать мне всю свою жизнь приходилось на холодном бетонном полу, при том не имея возможности не то что укрыться, а даже банальной тряпки под боком, у меня не было. Так что да, по сравнению с моей жизнью в Колизее, пони в последним жили словно монархи, имея едва-ли не самые лучшие спальные места. Однако условия труда были здесь не лучше наших, едва мы вошли в город как я услышал грохот падающих камней, а после жуткие выкрики. Когда первая волна звуков стихла, я услышал как кто-то начал кричать ''Скорее, у нас здесь раненные''. Это было просто ужасно, пони здесь работали не покладая копыт, грубо говоря от рассвета до заката, имея лишь пару часов на отдых, да и то в обед. Я сразу решил для себя то, что останусь здесь и помогу этим пони с тем, с чем смогу им помочь, в частности помогу с тем, как сделать из работу более продуктивной. Ведь я до попадания в Колизей, тоже работал на предприятии, подобной направленности. И скажу я вам так, труд там был тоже далёким от идеального, но чтобы пони так рисковали своими жизнями… Нет. Так что я был должен, был обязан сделать хоть что-нибудь, дабы сделать жизни этих пони, хоть на сколько-то лучше. В начале мне не давали вменяемую работу, я так как был самым крупным пони здесь, изначально выполнял тягловую работу, которая была достаточно трудна для большинства здесь работающих пони, тележка и сама-то весила прилично, а после окончания погрузки на нее, так и вовсе начинала весить столько, что для того чтобы сдвинуть ее с места, так и вообще требовались силы, по меньшей мере семи, а то и двенадцати пони. Я в свою очередь делал в одиночку то, на что обычно уходили силы целой группы пони, при этом делая едва-ли не трёхкратную работу, работая за три расчёта. В скором времени меня заметили и тогда, я предстал лично перед хозяином карьера, на котором проработал всего ничего пару месяцев. Он вызвал меня к себе и спросил о моих качествах, я в свою очередь ответил ему что трудная работа для меня родная с детства, что я привык к ней, в ответ на это он расспросил меня, чтобы я сделал в случае того, если-бы получил статус начальника? Для меня это было словно снег на голову, я лично никогда прежде не задумывался над тем, что буду делать в таких случаях, вот совсем не задумывался. Теперь я начал думать, что конкретно я изменил-бы, стань я начальником карьера. Во первых с моей точки зрения требовалось автоматизировать процесс транспортировки добытого сырья, дабы повысить выход готового продукта, однако на это требовалось просто колоссальное количество ресурсов, которых у поселения может просто не быть. Да с одной стороны это могло помочь пони автоматизировать перевозку сырья, однако в таком случае многие из них могли остаться на улице без работы, ведь они по факту всю свою жизнь только и делали, что таскали тележки. Дабы избежать столь большого и резкого появления нехватки рабочих мест, требовалось увеличить количество добывающих сырье пони, однако тех кто лишиться рабочего места придется переобувать, и как следствие это снова большие расходы. Как вы уже понимаете, основной проблемой были средства, которые начальник не захотел-бы наверное выкидывать на автоматизацию и переобучение персонала, оно и понятно в общем, кому захочется тратить свои заработанные на крови средства, на каких-то там плебеев. Я начал уже думать над тем, что уже очень зря брякнул не подумавши о том, в чем совсем ничего не смыслю, я поглядел на начальника и как оказалось не зря. Он сидел и глядел на меня довольно заинтересованным взглядом, глаза его излучали любопытство, а разум кажется был готов к тому, чтобы привнести в этот мир изменения. Я молчал, не зная что должен произнести дальше, однако вид его можно говоря говорил мне, что я обязан выговориться, сказать что тревожит меня. И я все это высказал, высказал максимально зашлифовав острые заусенцы шлифовальной машинкой, дабы не получить под раздачу сразу, как только мне позволили переговорить с начальником. Я высказал то, что пони нужно автоматизировать процесс транспортировки добытого сырья, а те копыта которые освободятся, можно будет пустить на то, чтобы увеличить выработку сырья, однако из для этого придется переобучить. Все время пока я рассказывал начальнику свое видение, он не проронил ни единого слова, внимательно слушая меня и внимая каждому слову, проговоренному мной, он старался вникнуть во все хитросплетения моего голоса, понять то что я желаю увидеть. Когда я закончил, я замолк и поглядел на него, ожидая увидеть хоть малейшую реакцию, любую реакцию и даже гнев, дескать не лезь не в свое дело щенок и все в таком духе, однако он был внимателен как никогда, готовый прислушаться к любому совету, который в долгосрочной перспективе, мог-бы помочь сократить травмы, если не полностью избавить от них, рабочий персонал карьера. Закончив объяснять я умолк, после чего сел и начал ждать реакции, а также возможно нагоняя за то, что осмелился что-то вякнуть начальнику. Он же в свою очередь не стал делать мне выговор, а молча проглотив то что я ему высказал, а после произнес: - Не плохой вариант развития местного поселения. - Так вы… - спросил я, всё ещё не веря в то что слышу - …не злитесь? - Я давно уже ждал того, кто сможет высказать способы того, как можно улучшить работу местных – произнес жеребец, подходя к окну и отодвигая магией штору. – Посмотри – он подозвал меня подойти к окну, я подошёл. – Видишь вот то здание, знаешь что там? Там госпиталь, госпиталь для тех кто пострадал во время добычи сырья на этих карьерах. Увы большая часть пострадавших горняков те, кто занимались транспортировкой добытого сырья, постоянные срывы тягловых цепей, а также срыва тележек в пропасть, которые утягивали пони вниз. Не многие выживают, а те кому это удаеться становятся инвалидами на всю оставшуюся. Я… я не хочу больше чтобы они страдали, не хочу. Я давно уже собирался сделать это, автоматизировать процесс транспортировки добытого сырья, однако не знал, что делать с теми пони, для которых быть посыльными, дело всей их жизни. - Но ты – он поглядел на меня, отпуская несчастную занавеску, - ты дал мне идею, как сделать так, чтобы пони перестали подвергаться опасности, да ещё и в довесок к этому не делить их работы. Ты тот пони, которого я так долго искал. - Так вы… э… что вы хотите этим сказать? - Я предлагаю тебе место главного инженера, который будет проводить инструктаж о том, как правильно создать такие механизмы и как обучить пони, дабы пользоваться ими. А также будешь ответственен за то, чтобы пони придерживались безопасных условий из эксплуатации – произнес он. Я… я не мог поверить в то что услышал, я казалось-бы не знакомый для него пони, а он решился мне предоставить столь высокую честь, стать главным инженером и заведующим по безопасности. Нет, такого я точно не ожидал, я то думал что мне дадут какую не важную работу, максимум угольки в горне размешивать, а на деле я словил такую радость, о которой и мечтать не имел права. И конечно я согласился, а как по твоему, что я должен был сделать, отказаться? Нет, я слишком долго страдал в Колизее, гораздо дольше той с кем бежал, а потому я не долго думая согласился, хотя и прекрасно понимал то, что оставаясь здесь, я подвергаю уже опасности не только себя, но и тех с кем делю кров. Однако я принял за основу то, что если так или иначе Хозяйка Колизея знает, в каком направлении я удрал, то она рано или поздно отправит по моему следу охотников, а дальше… Ох даже думать об этом не хочу. Ведь я прекрасно помнил день тот, когда они разорили ту деревню, где я родился и вырос. И это… это было во истину ужасно. Не многие тогда пережили ту ночь, а те кто остался в живых, стали либо рабами на арене, либо стали крестьянами, которые вкалывали на Землях Колизея, отдавая восемьдесят пять процентов от произведенного товара Колизею, дабы тот в который раз, не уничтожил их. Однако после… после когда мы наладили радиовещание, я узнал о том что Колизея как такового уже и нет почитай, вместе со смертью Хозяйки Колизея, которую по слухам ликвидировали НКР, ее империи пришел конец, а деревни бывшие в ее составе, образовали Союз Независимых Городов, а кто-то так и вовсе, пополнил ряды НКР. Так закончилось правление той, кого боялись словно огня, боялись ее прихода. С тез самых пор я смог вздохнуть спокойней, ведь мне более не нужно было скрываться, ведь Хозяйки Колизея более не было, а значит никто не мог прийти и начать угрожать деревне, которая столько к пережила, стараясь стать домом для многочисленных толп пони приходивших сюда. В последующие месяцы я слушал радио, а также потихоньку мы начали строить первую транспортную линию дабы освободить пони от транспортировки и тяжкого труда. Также нам пришлось снять часть пони с работы, дабы переобучить их на должность оператора транспортера, по началу некоторые со скептицизмом восприняли все это, некоторые из них даже устраивали забастовки, что нам и на хуй не нужны транспортеры наши, но когда первый из трёх транспортеров был запущен, даже эти скептики поняли то, каково это было, когда ты не напрягая себя по факту, в двенадцать пони делаете то, на что уходили силы почти полутора сотен. Вот таким вот не хитрым образом мы, начали постепенно вводить автоматизацию в нашу жизнь, а я на какой-то момент смог расслабиться, не думая не о чем кроме работы и той, кто поставила меня на ноги. Хотя иногда я все-же думал на тему того, как сложилась судьба той, кто волей случая стала той, кто помогла мне восстать против рабства, дабы покинуть это не дружелюбное место, под названием Колизей. ***** - Вот так вот я и стал занимать тот пост, который занимаю сейчас -ответил Большой Джо, отпивая из своей кружки напиток. – Сейчас мы готовим вторую бригаду для обеспечения работоспособности второй линии конвейера по транспортировке добытого на карьере сырья. Думаю что когда будут стоять все три линии, можно будет взяться и за автоматизацию добычи сырья, однако когда это случиться, одним Богиням известно – Закончил Большой Джо. – Ну а твои дела как развязались и чем закончились, а Императрица? - Императрица – произнесла я шепотом, - прошу тебя не называть меня более этим прозвищем. - Не уж-то тебя с ним связывают не такие уж приятные воспоминания – Большой Джо выгнул бровь. Я задумалась, а стоит ему вообще знать, стоит-ли ему вообще рассказывать то, что со мной произошло? Если я расскажу ему, то во всяком случае если я погибну, то он сможет рассказать кому-то мою историю, а тот некто расскажет ещё кому и так по цепочке, превратив мою биографию в некое подобие легенды, которая будет передаваться устно из уст в уста, в течении нескольких поколений. А если не расскажу, то что тогда, кому я тогда сделаю хуже, себе или тем пони, которые сопровождали меня, но при том не попытавшихся остановить меня, когда я начала ступать на темную дорожку, бытия героя. Я задумалась над тем, стоит мне ему говорить или нет, с оной стороны мне не хотелось говорить ему ничего, все-же я мало его знала, я разумеется была благодарна ему за оказание помощи при побеге, однако на столько чтобы делиться своей биографией… нет. Я не доверяла ему до такой степени, чтобы открыть ему, самое дорогое что у меня осталось. Однако я очень любила Найт, даже не смотря на ее измену я по прежнему любила ее и мое сердце при мысли о том, что я своей игрой в молчанку и строя из себя недотрогу могу навредить ей, сделать её жизнь ещё более не выносимой чем сделала уже, начинало грустно тикать, подобно настенным часам. Нет, нет, Найт и Скай не должны расплачиваться за то что я стала такой, совсем не должны, я раскаиваюсь, искренне раскаиваюсь в том что сделала, когда была под властью ненависти ко всему живому в пустошах, при всем этом не замечая того что дело далеко не в том, что меня окружало тогда, а именно во мне. - И так, ты поведаешь мне свою историю – спросил меня Большой Джо, всё ещё глядя на меня. - Ох – я с шумом выдохнула, мне все равно светит виселица за мои грехи, так почему-бы и нет, во всяком случае если я поведаю ему свою историю, а он ее перескажет другим, то это пускай и не спасет меня, не спасет мертвую пони, но спасет тез пони, которые сопровождали меня. – Ладно – ответила я, - слушай. И я поведала ему всю историю которую вы и так мои не существующие слушатели уже и без этого пересказа знаете. Я поведала ему о своем первом дне свободы, поведала о том как бежала от своего прошлого и как оно раз за разом, било меня промеж ягодиц. Поведала о том как встретила Найт, которая меня в итоге и предала, поведала о том через что мы прошли с ней, прежде чем добрались до города, под названием Новый Кантерлот. Также поведала о своих победах и не удачах на этом пути, поведала о всем том, что столькое время держала, держала внутри себя и что столькое время, разъедало меня изнутри. После я поведала ему о том, как мы искали Клауд Мёрфи, которую в итоге из-за моей глупости и убили. Поведала о Защитнице и ее друзьях, которые вне зависимости от того, какие у нее были проблемы, не отворачивались от нее и что я в тайне ото всех, завидовала ей. Поведала о том пони который приютил меня, который выкупил меня у работорговцев, который поставил меня на ноги, а в результате оказался тем ещё лживым манипулятором, которого я в итоге, была обязана убить за обман. Поведала о том как ненависть брала надо мной верх все больше и больше, что я убивала абсолютно всех тех, кого подозревала в своих бедах и не удачах, а пони сопровождавшие меня на моем пути, все это время пытались меня остановить, а я все это время не слушала из, не слышала из мольбы, пропуская оные мимо ушей. Кончилось как и ожидалось это нашей ссорой, они пошли своей дорогой а я своей, и я даже по сей день не знаю, что с ними произошло. Я поведала Большому Джо о том, как я скитаясь по пустошам наткнулась на группу Рейдеров, которые предложили мне примкнуть к из рядам, все-же я была уже мало чем отличимая от них. Поведала о том что в качестве экзамена я была вынуждена вырезать целую деревню, а после ещё несколько, а все ради того, чтобы оправдать свою существование. Поведала о той кровавой бойне таких масштабов, которой не видели с тех самых пор как погиб этот бренный мир, и будем надеяться что более не увидят никогда. Поведала о том как осталась в абсолютном одиночестве, как подсела на наркотические вещества, в попытках заполнить ту постутоту, которая разрослась внутри меня. - Вау – произнес жеребец, когда я закончила свой рассказ, - теперь понимаю тебя, почему ты не любишь, когда я называю тебя так. - Тебе бы тоже не понравилось, когда ты выкосила кучу деревень, а в результате осталась у разбитого корыта – огрызнулась я. – Но все равно спасибо что выслушал Джо, спасибо тебе. - Мне то за что – удивился он, - я ничего не сделал. - Поверь, для меня это было очень важно, ты понятия не имеешь на сколько – ответила я. – Ладно, я должна уходить – произнесла я, однако после про себя добавила – ведь чувствую я, что мне не долго, осталось на этом свете. - Удачи… как тебя называть то – спросил он. - Никак, я более уже никто, и звать меня никак – ответила я, вставая из-за стола и уходя в закат. Я шла через улицы некогда густозаселённого города, сейчас тут никого не было, город был полностью пуст, лишь ветер гнавший облака пыли, был единственным его обитателем. Однако я чувствовала, ощущала что я тут не одна пони, что тут есть кто то ещё. Вскоре я получила подтверждение моим словам, в клубах пыли показалась фигура высокой пони, пони которую я ни с какой другой спутать просто не могла, это была та самая пони, которая в свое время, так тщательно старалась не позволить мне закончить так, как это произойдет. Она шла по направлению ко мне, держа в своем облаке магии обнаженный меч, а ветер словно развивал на ветру ее розовые гриву и хвост, создавая уж совсем не хорошие ассоциации у меня. Когда тучи и облака пыли рассеялись, я воочию увидела ту, кто как я чувствовала то, что именно ей суждено подарить мне так желанный, мною покой. - А, смерть за мной пришла – произнесла я, глядя Серане прямо в глаза, ожидая момента того, как я вступлю в свой, последний в моей такой короткой жизни бой.