Слаще твоего кофе

У Чонгука была проблема. Ладно, возможно, три последовательные проблемы и все возникли из-за одного и того же. Или, ну, из-за одного и того же человека, если быть до конца честным. Проблема № 1 Чонгук был по уши влюблён в Пак Чимина. С того самого момента, как Чимин впервые зашёл в кофейню, в которой работал Чонгук, Чонгук не мог перестать пялиться на него. Его светлые волосы выглядели так, словно были мягкими на ощупь, до такой степени, что Чонгуку пришлось физически сдерживаться, чтобы не протянуть руку и не проверить, прав ли он. У паренька была самая очаровательная улыбка; и когда он смеялся, ну, давайте просто скажем, что Чонгук был поражён настолько, что у него чуть не случился сердечный приступ, когда он впервые услышал яркий и заразительный смех Чимина. Проблема № 2 Пак Чимин совершенно не обращал внимания на ухаживания Чонгука. Первые несколько раз, когда Чимин приходил, Чонгук почти ничего не делал, лишь, заикаясь, выполнял заказ Чимина. После того, как тот пришёл в четвёртый раз, Чонгук решил действовать. Ну, в основном потому, что Тэхён до усрачки дразнил его из-за «глаз-сердечек» всякий раз, когда Чимин проходил мимо, что бы это ни значило. В пятый раз, когда Чимин заказал мокко-латте на вынос, Чонгук попытался быть храбрым. Несмотря на то, что безумно покраснел, когда Чимин заказал, он дрожащими руками нарисовал сердечко на пенке латте Чимина. Конечно, ему просто повезло, что в тот самый момент, когда он подвинул чашку через прилавок к Чимину, в магазин зашёл Намджун, который, очевидно, знал Чимина, потому что парень сразу же остановился, чтобы поздороваться. Чимин не посмотрел вниз, пока закрывал крышку на своей чашке, ибо был слишком занят разговором с Намджуном. Честно говоря, Чонгук ненавидел свою жизнь. Особенно когда пробовал снова и снова — с каждым разом становясь лучше и медленно, но верно совершенствуя свою технику латте-арта с сердечками на пенке — а Чимин ни разу этого не заметил. Проблема № 3 Огромная влюблённость Чонгука в Пак Чимина становилась всё сильнее с каждым разом, когда Чимин появлялся в кофейне. А он приходил туда почти каждый день с тех пор, как Чонгук отказался от Операции «Искусство пенки». На самом деле, это было смешно, то, как Чимин, просто войдя в кофейню и сев за свой обычный столик, заставлял Чонгука — по словам Тэхёна — жутко уставиться на него. Однако он ничего не мог поделать со своей застенчивостью. Чимин был просто слишком красив, чтобы Чонгук мог вымолвить хоть слово, поэтому он был вынужден наблюдать издалека, надеясь, что Чимин когда-нибудь заметит. Большую часть времени Чимин приходил туда учиться, раскладывая свои курсовые работы по всему столу и выглядя почти так же устрашающе, как Юнги, когда тот сосредотачивался на задании, что было довольно впечатляюще, учитывая, что Юнги всегда выглядел так, будто хотел убить кого-то, кто подойдёт достаточно близко. Каким бы устрашающим ни выглядел иногда Чимин, он всегда оживлялся, как только кто-нибудь заговаривал с ним. Прекраснее всего было наблюдать, как его губы изгибаются вверх, а глаза становятся меньше от того, как сильно он улыбается. Отчего Чонгуку хотелось подойти и сцеловать улыбку прямо с губ Чимина. Верно, возможно, у него было больше трёх проблем. Желание глупо зацеловать Чимина, а также заобнимать его до смерти занимало первое место в постоянно растущем списке проблем, вызванных Пак Чимином. Короче говоря, Чонгук облажался.

***

— Чонгук-а, — воскликнул Чимин, когда снова вошёл в кофейню. От ветра снаружи его волосы были в беспорядке, да так, что заставило Чонгука временно запамятовать, как работает дыхание. — Хён, — отреагировал он после того, как к нему вернулась способность говорить. — Как обычно? Он мысленно похлопал себя по плечу за то, что без запинки произнёс эти несколько слов, не облажавшись. Учитывая, что он повторял то же самое в последние несколько раз, когда приходил Чимин, на самом деле это не было подвигом, которым стоило гордиться, но, тем не менее, всякий раз, когда он не лажал перед Чимином, это была победа для Чонгука. — Спасибо, — ответил Чимин и направился к своему обычному столику. Он сразу же начал копаться в своей сумке и вытащил папку, в то время как Чонгук пошёл готовить кофе для него. Прошло совсем немного времени, прежде чем Тэхён бочком подошёл к нему, на вкус Чонгука, слишком близко, но не похоже, чтобы Тэхён когда-либо прислушивался к его потребности в личном пространстве. — Поговори с ним, — сказал Тэхён, ткнув Чонгука в бок. — С кем? — спросил Чонгук, притворяясь, что понятия не имеет, о ком спрашивает Тэхён, в то время как его коллега продолжал тыкать пальцем ему в живот. — Прекрати это, — прошипел он, но Тэхён просто вскинул бровь. — Ты знаешь, с кем. — Они оба одновременно посмотрели на Чимина, который был сосредоточен на листе бумаги перед собой. — И я остановлюсь, но только если ты пойдёшь и поговоришь с ним. Чонгук вздохнул. Особенность Тэхёна заключалась в том, что большую часть времени он просто валял дурака, но Чонгук знал, что никогда нельзя недооценивать его настойчивость. Если Тэхён хотел, чтобы ты что-то сделал, ты, скорее всего, в конечном итоге это делал. Вместо ответа Чонгук просто уставился на Тэхёна, который торжествующе ухмыльнулся, когда с кофе в трясущейся руке Чонгук направился к столику Чимина. Бариста был удивлён, что по пути не уронил кружку. — Привет, — сказал он, ставя кофе на свободное от курсовой работы Чимина место и усаживаясь напротив парня. — О, привет. — Глаза Чимина расширились, когда он понял, что Чонгук не просто снова исчез после того, как поставил кофе. — Что делаешь? — Чонгук заставил себя спросить, уже краснея, хотя они ещё даже толком не поговорили. — Работаю над эссе, — ответил Чимин, тепло улыбаясь Чонгуку, и, чёрт возьми, Чонгук не смог бы продолжать в том же духе, не ляпнув что-нибудь неловкое. Но в то же время он хотел, чтобы Чимин никогда не переставал говорить. — Мне его сдать надо завтра, — сказал тогда Чимин, и его улыбка немного потускнела. — Ох. — В этот краткий миг молчания Чонгук понял, что это вежливый способ Чимина попросить его уйти, чтобы тот смог продолжить работу. — Прости, — поспешно сказал он, уже вставая. — Я не хотел, э-э, отрывать тебя от работы. Улыбка Чимина погасла, но Чонгук даже не заметил этого, поскольку попытался встать как можно быстрее. Он почувствовал себя таким идиотом. Внезапно чья-то рука схватила его за запястье и потянула назад. Будучи сбитым с толку, Чонгук посмотрел вниз, только чтобы увидеть, как Чимин схватил его за руку, чтобы не дать ему уйти. Его глаза широко распахнулись, а щёки покрылись розовой пыльцой от смущения, и Чонгук немного умер внутри. — Ты не отрываешь, эм, мне всё равно нужен был перерыв, — сказал Чимин, его короткие пальцы всё ещё крепко обхватывали запястье Чонгука, слегка дёргая. — Э-э-э, — разумно ответил Чонгук. — Ладно. На этих словах он снова сел, Чимин отпустил его и одарил улыбкой. — Как дела в университете? — спросил он, наклоняясь вперёд, опершись локтями о стол и положив голову на руки. В этом году Чонгук начал посещать курсы рисования, но ему пришлось подрабатывать на стороне, чтобы позволить себе квартиру, которую он делил с Юнги. Он не совсем понимал, как ему удалось заставить Юнги выбрать его из всех претендентов, но, вероятно, причиной тому явился более спокойный характер Чонгука. — Хорошо, эм. Вау. Чонгук действительно умел в красноречие. Ни за что на свете Чимин не подумал бы, что он странный: с таким-то поведением. Ему нужно было взять себя в руки. — Хорошо? — эхом отозвался Чимин и захихикал, прижимая руку ко рту. Чонгук не смог удержаться от улыбки. — Заткнись, — на автомате выпалил он. На долю секунды Чимин выглядел оскорблённым, но затем рассмеялся. — Я тебе хён вообще-то. — Да, да. — Чонгук почувствовал, что краснеет, когда посмотрел на Чимина, который покусывал нижнюю губу. — Хён, — затем добавил он, только чтобы увидеть, как Чимин ухмыляется ему, отчего лицо Чонгука стало ещё теплее. — Кстати, над каким заданием работаешь? — быстро спросил он, пытаясь отвлечь внимание Чимина от своего, без сомнения, пылающего лица. Чимин учился на третьем курсе танцевального направления в университете, который, по-видимому, специализировался не только на танцах, поскольку Чимин проводил чертовски много времени в кофейне, работая над заданиями. — О, насчёт него… — Чимин-а! — Громкий голос прервал их. Чонгук и Чимин одновременно подняли головы, когда Хосок, подпрыгивая, подошёл к их столику, или, ну, к столу Чимина. Хосок и Чимин учились на одном направлении в университете, но Чонгук видел его всего раз или два, когда тот приходил с Чимином, крайне удачно отвлекая Чимина от работы над чем-либо. Он был, вероятно, самым энергичным человеком, которого Чонгук когда-либо встречал, и это о чём-то говорило, учитывая, что он работал с Тэхёном. Хосок сел рядом с Чимином и сразу же заговорил с ним, поприветствовав и Чонгука, но из-за того, как эти двое внезапно сосредоточились только друг на друге, Чонгук с таким же успехом мог испариться. Он тихо попрощался и направился обратно к стойке, где Тэхён бросил на него сочувственный взгляд. Может быть, Чонгуку просто нужно было преодолеть свою влюблённость в Чимина. В конце концов, в море полно рыбы.

***

В следующий раз Чимин пришёл через два дня. Он не мог выбрать худшего времени или лучшего, в зависимости от того, как на это смотрел Чонгук. У них уже стояла довольно длинная очередь, из-за того, что Чонгук был единственным, кто в данный момент стоял за прилавком. Тэхён тем утром сказался больным, и поскольку больше некому было его подменить, Чонгук был вынужден работать в эту смену самостоятельно. Неважно, что она была одной из самых загруженных. Но, скажем, не то чтобы Чонгук стрессовал или что-то в этом роде. Он даже не сразу заметил Чимина, потому что тот стоял позади грузного мужчины, который был на голову выше паренька, если не больше. Только когда Чонгук готовил напиток для клиента перед грузным мужчиной, он мельком увидел Чимина, чуть не расплескав горячий напиток на себя от удивления. Операция по «Преодолению влюблённости в Пак Чимина», конечно, проходила не очень хорошо, но, с другой стороны, когда в жизни Чонгука было хоть что-то, что касалось любви. Когда грузный мужчина выпалил: «Латте», — таким противным голосом, отчего заставило Чонгука стиснуть зубы, чтобы не высказать чего-нибудь, о чём он пожалеет, Чимин одарил его успокаивающей улыбкой. Что не могло не заставить Чонгука почувствовать тепло во всём теле. Ничего другого ему не нужно было, чтобы пережить эти ужасные рабочие часы, и он был рад, что может хоть немного счесть Чимина своим другом. Как только Чонгук поставил чашку на стойку, грузный мужчина отодвинул её и направился к месту, где хранился сахар. Внимание Чонгука не задерживалось на нём. Вместо этого он посмотрел на Чимина, чья улыбка стала ещё шире теперь, когда между ними никого не было. — Чонгук-а, — позвал Чимин так, будто по-настоящему скучал по нему, и, чёрт возьми, Чонгук уже был на половине, чтобы подзабить на попытки преодолеть свою глупую влюблённость. — Чимин-хён, — ответил он с улыбкой и сразу же принялся готовить кофе по заказу Чимина, мокко-латте. Он не знал, как Чимин до сих пор не умер от передозировки сахара. Он как раз посыпал шоколадом сверху, когда услышал писк позади себя и обернулся, увидев, что грузный мужчина вернулся и оттолкнул Чимина в сторону. — Это не капучино, — выплюнул он, застав Чонгука врасплох. — Это потому, что это латте, — медленно произнёс он. Лицо мужчины покраснело, и Чонгук немного испугался, что тот перепрыгнет через прилавок и убьёт его голыми руками. — Я не хотел латте, — закричал мужчина, и, честно говоря, почему с Чонгуком всегда происходят подобные вещи? А тем более перед Чимином. Словно сама Вселенная не желала Чонгуку хорошей жизни. — Я, должно быть, неправильно понял, примите мои извинения, — спокойно сказал Чонгук, изо всех сил стараясь не разозлиться, потому что это совсем не помогло бы ситуации. Он определённо ничего не понял неправильно, но если чему-то он и научился за время работы в кофейне, так это то, что, несмотря ни на что, клиент всегда прав. — Вам лучше извиниться, — воскликнул мужчина. Чонгук хотел просто уйти. Просто выйти из кофейни и не оглядываться. И, может быть, перехватить Чимина по пути к двери. — Мне жаль, — повторил Чонгук для пущей убедительности и слегка поклонился. — Я приготовлю Вам капучино. Не дожидаясь ответа, Чонгук снова повернулся и приступил к работе. Как только он долил капучино и отдал его грузному мужчине, тот исчез, не сказав ни слова, оставив Чонгука с ещё более длинной очередью. Наконец ему удалось отдать кофе Чимину, который терпеливо ждал, но начал хмуриться. Чонгук уже открыл рот, чтобы извиниться, когда Чимин опередил его. — Вот говнюк, — пробормотал он достаточно громко, чтобы Чонгук услышал. — Хён, — удивлённо произнёс Чонгук. Он никогда раньше не слышал, чтобы Чимин произносил что-то подобное, но не смог сдержать рвущийся из него смех. — Что? Он такой и есть, — защищался Чимин, слегка покраснев. — Он не должен был так с тобой разговаривать, Чонгук-а. — Я знаю. — Взгляд Чонгука упал на постоянно растущую очередь позади Чимина и других клиентов, которые начали выглядеть ещё более раздражёнными после того, как им пришлось так долго ждать. — Поговорим позже, хорошо? — сказал он извиняющимся тоном. — Хорошо. — Когда Чимин отошёл от стойки, Чонгук мог бы поклясться, что тот хмурился, но решил не думать об этом. В конце концов, разве он не пытался забыть о своей влюблённости в Чимина?

***

Операция по «Преодолению влюблённости в Пак Чимина» проходила совсем не складно. На самом деле, Чонгук был почти уверен, что делает полностью противоположное тому, что ему следовало делать. А именно, держаться как можно дальше от Чимина. Однако это оказалось довольно сложно, поскольку Чимин приходил почти каждый день. И чаще всего Чонгук ловил себя на том, что подходит к Чимину, даже не задумываясь, как будто его тело инстинктивно знало, где сердце Чонгука хотело, чтобы он был. Честно говоря, это становилось смехотворно, и всё же Чонгук подошёл к столу Чимина, держа в руке тарелку с одним из их печально известных брауни. На этот раз Чимин принёс свой ноутбук и сидел в наушниках, пристально глядя на экран и хмурясь. Чонгуку ничего так не хотелось, как заставить хмурое выражение лица исчезнуть и заменить его одной из тех милых улыбок Чимина. Вот почему он, не теряя времени, схватил для него сладкое угощение, что теперь ставил рядом с ноутбуком. Чимин поднял голову, его глаза распахнулись от удивления. Он стянул наушники с головы, так что они повисли у него на шее. — Я ничего не заказывал, — сказал он, все следы хмурого выражения исчезли теперь, когда он смотрел на Чонгука. — Я знаю. — Чонгук улыбнулся ему. — Это за счёт заведения. Ну, не вдаваясь в детали. Чимину не нужно быть в курсе, что Чонгук на самом деле заплатит за него. — Ох, — выдохнул Чимин, его взгляд пропорхал от Чонгука к брауни и обратно, счастливо улыбаясь. — Спасибо тебе, Чонгук-а. Чонгук даже не смог ничего ответить, он был так влюблён в улыбку Чимина, что просто кивнул. Честно говоря, в этот момент он полностью отказался от своей миссии. В любом случае, она была бессмысленна; никто не мог устоять перед кем-то таким милым и совершенно очаровательным, как Пак Чимин. Чонгуку просто придётся научиться принимать данность, даже если Чимин никогда не станет больше, чем другом. — Над чем ты работаешь? — спросил он по привычке, указывая на ноутбук. — О, эм, — просто произнёс Чимин, и подождите-ка, он был взволнован? Чонгук зачарованно наблюдал, как Чимин прикусил нижнюю губу, на его щеках появился румянец. — Мы, э-э, — засмеялся он, одной рукой прикрывая рот. — Нам надо было отснять собственную хорягу. — Можно мне посмотреть? — спросил Чонгук, прежде чем успел как следует подумать. Глаза Чимина мгновенно расширились, но вместо того, чтобы отчитать Чонгука за излишнее любопытство, он застенчиво кивнул. Что ж, Чонгук, конечно же, не упустил бы такой возможности. Он быстро скользнул на сиденье рядом с Чимином, мельком на экране ноутбука увидев Чимина в середине танца. Он ожидал, что Чимин просто передаст ему наушники, поэтому был весьма удивлён, когда их внезапно осторожно надели ему на уши. Он повернулся, чтобы посмотреть на парня, который подозрительно избегал взгляда Чонгука, и просто перезапустил видео. Сказать, что количество проблем у Чонгука увеличилось, было бы полным преуменьшением. Он краем глаза заметил, как у него отвисла челюсть, когда «Own It» голосом Дрейка просочился через наушники, а Чимин на экране, одетый в чёрные рваные джинсы и такую же чёрную рубашку, начал двигаться. Было абсолютно завораживающе. Чонгук ничего не знал о танцах, если быть честным, кроме того, что видел по телевизору. Но, видя, как Чимин танцует столь безупречно, словно ритм песни струится по его телу, он понял, что Чимин более чем талантлив. И Чонгук влюбился в него ещё сильнее, и он не был уверен, что переживёт просмотр этого видео до конца, особенно учитывая то, как Чимин на экране двигал бёдрами в такт музыке. Но всё же он был сильно разочарован, когда видео погасло, а сам он остался смотреть на пустой экран. Только когда наушники осторожно сняли с его ушей, Чонгук вернулся к реальности. Он повернулся, чтобы посмотреть на Чимина, застенчиво улыбающегося ему. — Итак… что думаешь? — спросил он неуверенным голосом. И что ж, так просто не проканало бы. Слов не хватит описать, насколько Чимин был идеален, а Чонгук был весьма полон решимости сообщить об этом владельцу этой идеальности. Единственная проблема заключалась в том, что Чонгук никогда не был многословным человеком, не говоря уже о том, чтобы делиться своими чувствами. — Было, — начал он, его пристальный взгляд блуждал по лицу Чимина, от его выжидающих глаз к пухлым губам, и он смог придумать только одно слово, чтобы описать Чимина, который сидел рядом с ним, и того Чимина, которого он видел на видео. — Красиво. Чимин мгновенно просиял, и Чонгук услышал его звонкий смех, который просто обожал. (В этот момент он даже бросил считать проблемы, они просто становились всё больше и больше каждый раз, когда он хотя бы заглядывался на Чимина.) — Ах, Чонгук-а! — воскликнул Чимин, легонько хлопнув его по плечу. Он вновь спрятал улыбку за одной из своих ладошек, но Чонгук ясно видел, что парень покраснел. — Не смейся надо мной, — добавил он лёгким тоном, его неуверенность сквозила в словах. — А я не смеюсь, — сказал Чонгук как ни в чём не бывало. — Ты прекрасен, хён. Ну, во всяком случае, в его плане не совсем входило быть настолько честным. Но оно стоило того, чтобы увидеть, как Чимин смотрит на него широко раскрытыми глазами и с улыбкой на губах. От чего тепло разлилось по щекам Чонгука. Чимин как раз собирался что-то сказать, его рот уже был открыт, когда громкий голос Тэхёна эхом разнёсся по кофейне. — Чонгук-а! Тащи сюда свою бойкую задницу! Они оба вздрогнули от этого, не ожидая, что их прервут, и повернулись, чтобы посмотреть на Тэхёна, который размахивал кухонным полотенцем, очевидно, желая, чтобы Чонгук немедленно подошёл. Он снова повернулся к Чимину, только чтобы увидеть разочарование, написанное на его лице. — Прости. — Чонгук одарил Чимина извиняющейся улыбкой, вставая, и испытал дежавю, когда почувствовал, как пальцы сомкнулись на его запястье, не давая ему уйти. — Чонгук-а, — начал говорить Чимин, когда Чонгук посмотрел на него. Он снова прикусил нижнюю губу и застенчиво посмотрел на Чонгука, который неловко подвис, полустоя-полусидя. — Не хочешь выпить кофе после окончания своей смены? — внезапно спросил Чимин, и подождите, что? Правильно ли понял Чонгук, или его затуманенный Чимином мозг просто выдумал это? — Я имею в виду, со мной, — добавил он, неуверенно рассмеявшись и отведя взгляд. — И нам не нужно пить кофе, мы могли бы… — Да. — Слово вырвалось у него так быстро, что Чонгук сначала не был уверен, что действительно его сказал. Однако по тому, как Чимин просиял, точно так же, как когда Чонгук сделал ему комплимент, он понял, что всё произошло взаправду. Пак Чимин, в которого Чонгук был влюблён, казалось, целую вечность, только что пригласил его на свидание. Свидание. Чонгук чувствовал себя так, словно оказался на небесах. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока Тэхён снова не начал выкрикивать его имя, и Чонгук был вынужден оставить Чимина, но не без того, чтобы обменяться с ним ещё одним взглядом и тёплой улыбкой. Как оказалось, проблемы Чонгука на самом деле не были проблемами с самого начала. Ничто не могло быть проблемой, когда дело касалось Чимина — если только кто-то сильно его не разозлил, но Чонгук поймёт это со временем. Он был просто рад, что операция по «Преодолению влюблённости в Пак Чимина» так и не увенчалась успехом.