Кганбу

      Вэй Ин посмотрел по сторонам, выискивая в зеленой толпе одного человека. Того, кто еще пару лет назад взволнованно шептал слова утешения, когда Цзян Чэн разбился на очередной гонке. Того, кто пару лет назад нежно касался тела, ласково целовал и аккуратно прижимал к себе. Того, из-за кого сердце билось быстрее с каждой минутой даже сейчас. Того, кто не должен умереть в этой прогнившей дыре. Того, кто вообще непонятно как оказался здесь. В игре на деньги. В игре, где победителем может быть только один. В игре, где проигравшие никогда больше не увидят яркое голубое небо и солнечный свет. — Лань Чжань! — Потребовалось всего несколько секунд, чтобы найти нужного человека. Еще меньше потребовалось, чтобы, при взгляде на него, сердце болезненно сжалось под ребрами и судорожно выдохнуть, подойдя почти вплотную, чтобы ощущать удушливо-успокаивающий аромат кожи, к которой больше никогда не будет возможности дотронуться. — Давай будем в паре! Я тебе точно пригожусь. Ты сам это понимаешь.       Лань Ванцзи смерил парня холодным взглядом, словно оценивая, и легонько кивнул, принимая Усяня в качестве напарника и отойдя на шаг назад. Вэй Ин криво улыбнулся, понимая нежелание стоять рядом, и больше не старался быть ближе.       Они тут не первый день. Это их не первая игра. Они оба понимают, что поставленно на кон. Только если Вэй Ину нечего терять, его больше в этом мире ничего не держит, брат разбился в гонке, научившись только так заглушать боль от потери близких, любимая шицзе умерла во время родов, так и не встретившись с долгожданным сыном, Мадам Юй и Цзян Фяньмэн стали жертвами террористического акта в одном из торговых центров, то у Лань Чжаня есть любящие его старший брат и дядя, богатый дом и куча денег, достойное будущее, Усянь вообще не представлял, что заставило Второго нефрита семье Лань отправиться в такое место, где все пропитанно кровью, потом и предательствами.       Солдат в черной маске с треугольным символом протянул паре два бархатных синих мешочка. Внутри позвякивали стеклянные шарики. Ровно десять штук на каждого. Солдат отошел на пару шагов. Из динамиков, расположенных по всей арене, зазвучал голос, говорящий одни из самых жестоких слов, которые Вэй Ин слышал в своей жизни. — Дорогие оставшиеся игроки, как вы уже догадались играть вы будете в детскую игру кганбу. Вы разделились на пары, сами выбрав себе соперника. Как забрать у вашего соперника шарики, вы решаете сами. Удачной игры!       Усянь мгновенно окаменел, пустым взглядом смотря на бархатный мешочек в своих руках и чувствуя, как на затылки волоски встали дыбом. Краем глаза он заметил, как напрягся Лань Чжань, тоже такого не ожидавший. Большой таймер с красными цифрами начал жестокий отсчет выделенных тридцати минут. Вэй Ин судорожно вздохнул, растирая похолодевшее лицо руками, и натянул, как ему показалось, свою самую жизнерадостную улыбку. — Ошибочка вышла… — Дерганно засмеялся Усянь. Ванцзи, незаметно для остальных, но заметно для Вэй Ина, дернулся. По рукам прошлась мелкая дрожь, которую парень быстро приструнил. — У тебя есть идея, как мы будем играть?       Лань Чжань нервно покачал головой, стараясь не смотреть на Усяня. Как, черт возьми, получилась такая ситуация? Сердце болезненно сжалось. Ванцзи любил Усяня нежной, жертвенной любовью до сих пор. И пришел на эту чертову игру только для того, чтобы не дать умереть любимому. Ладони потели от тревоги и ужаса, что сейчас испытывал Лань Чжань. Сердце билось настолько бешено, что кровь в ушах застилала остальные звуки. Второй нефрит лихорадочно пытался сообразить, как дать победить Усяню, не вызывая подозрений. С разных сторон слышались первые выстрелы.       Вэй Ин в свою очередь уже все решил за них двоих, не интересуясь мнением соперника. Усянь высыпал на руку десять маленьких шариков и убрал синий мешочек в карман зеленой олимпийки. — Тогда давай так: я говорю факт про тебя, если факт верный, то ты мне отдаешь шарик, если факт ложный, то я тебе. И наоборот. Только факты надо придумывать быстро. И без жульничества. Как тебе? — Мгм. — Отлично! Тогда я начну. Ты не переносишь алкоголь. Верно? — Да. — Ванцзи вытащил из своего мешочка стеклянный шарик и передал его Усяню, соприкоснувшись пальцами. Легкое касание прошлось током по обоим. — Твой любимый суп — лотосовый со свиными ребрышками. — Верно! — Вэй Ин вернул шарик обратно Лань Чжаню. — Так… Ты… Ты все еще играешь на гуцине. — Нет. — Ванцзи заметно поморщился, забирая у Усяня стекляшку. Вэй Ин не выглядел удивленно, словно и так это знал. — Ты любишь собак. — О, господи, адские создания! Лань Чжань, как ты мог подумать, что я смогу их полюбить? Не верно. — Вэй Ин вздрогнул, вспоминая чудовищных созданий, и забрал шарик у Лань Чжаня. Усянь с секунду задумался и решился. — Лань Чжань, а что тебя сюда привело? Не поверю, что у семьи Лань закончились деньги. — Нет. — Ванцзи покачал головой. — Ты. — Я? Но зачем? Я же… — Защитить. — Лань-эр-гэгэ… — Усянь судорожно выдохнул и опустил голову, стараясь сморгнуть накатившиеся слезы. — Ты… Ты все еще… — Да. — Лань Чжань сделал два шага, прижимая плачущего юношу к себе. Он так жаждал этих прикосновений последние несколько лет, но и не думал, что получит их в такой ситуации. Это было словно насмешка судьбы. — Я тоже… — Совсем тихо прошептал Вэй Ин, но Второй нефрит его прекрасно услышал. Лань Чжань за подбородок поднял лицо Усяня и нежно, насколько это вообще возможно было, накрыл его губы своими. Вэй Ин прижался к нему, словно утопающий хватался за спасательный круг. — Я тоже тебя люблю!       Спустя несколько коротких минут, Усянь аккуратно выбрался из объятий и посмотрел на таймер. Три минут двадцать три секунды. Времени совсем мало. Вэй Ин судорожно вздохнул, словно собираясь с силами, и резко всунул в руки опешевшего Лань Чжаня свои шарики. — Ты ненавидишь кроликов. Ты любишь бардак. Ты никогда не застилаешь постель после сна. Ты ненавидишь комнатные растения. Ты отвратительно поешь. Ты любишь ходить с мокрой головой. Ты предпочитаешь вечеринки. Ты любишь фастфуд. Ты любишь кофе. Ты ненавидишь меня. — На одном дыхании выпалил Усянь и резко повернулся к солдату. — Я проиграл. — Вэй Ин! Это не по правилам! — Лань Чжань подлетел к Усяню, выронив все стеклянные шарики, и резко дернул его за руку. — Лань-эр-гэгэ, я не говорил, что мы должны делиться фактами по очереди. — Парень ослепительно улыбнулся и легким поцелуем дотронулся до губ Ванцзи. — Я люблю тебя, Лань Чжань. Спасибо за все. — ВЭЙ ИН! НЕТ! НЕ СМЕЙ!       Второго нефрита резко дернули в сторону, оттаскивая от проигравшего и уводя с площадки. Сопротивление не дало никакого результата. Лань Чжаня насильно уводили в сторону выхода. — Лань-эр-гэгэ! — Ванцзи обернулся. — Я рад, что моим напарником стал именно ты. Я люблю тебя. — Усянь солнечно улыбнулся. — ВЭЙ ИН!       Дальше единственное, что смог услышать Лань Чжань были громкий выстрел и оглушающий звук безвольно падающего тела. Слезы, ничем не сдержанные, бурным потоком катились по щекам.       Он снова его потерял.       Снова.       Навсегда.